Уроки вождения

Сонхва проснулся, увидев над собой растерянное лицо Хонджуна. — Я так долго пытался тебя разбудить! Ты спал как убитый! Правда? Сонхва почувствовал надвигающуюся головную боль из-за внезапно яркого света в комнате. Он искоса взглянул на их общий будильник — было почти 11 утра. Это было впервые для него, он никогда прежде не спал так долго! Он потер глаза тыльной стороной ладони, в голове пронеслись воспоминания о прошлой ночи: они очень поздно вернулись домой после урока вождения и этой дурацкой вечеринки с пивом по случаю дня рождения, а потом Юнхо обнял его. Простое теплое объятие в качестве извинения, но из-за этого ему пришлось потом целый час провести в туалете. Его щеки вспыхнули от воспоминаний, и он застонал. — Ты заболел, Хва? — спросил Хонджун, его брови нахмурились в замешательстве. Сонхва покачал головой в знак отрицания. — В котором часу ты лег спать прошлой ночью? Во сколько вы с Юнхо вернулись? Сонхва слегка оттолкнул друга в сторону, раздраженный бесконечной чередой вопросов. — Было рано, я… посмотрел в телефоне… еще пяти не было. — Это было так на него не похоже, что даже говорить об этом было странно. Хонджун в изумлении покачал головой. — Ну, тебе повезло, что наше расписание на сегодня не такое плотное, но менеджер уже пришел, так что освежись и выходи. — С этими словами он ушел. Сонхва лег спать после принятия ванны, поэтому не стал задерживаться в ванной, переоделся в прямые джинсы и кардиган и направился в гостиную, где все собрались, вероятно, обсуждая их расписание на следующий месяц. Сонхва зевнул, направляясь сначала на кухню, чтобы взять кружку подслащенного холодного кофе. Пока он перебирал все необходимое, он услышал знакомый вкрадчивый голос: — Хён, мы приготовили для тебя дополнительный кофе, он в холодильнике. Юнхо наблюдал, как старший почти подпрыгнул, прореагировав на его голос, прежде чем обернулся, слегка поспешно: — Да? Спасибо, Ю-Юнхо. — Не за что, хён. — Высокий танцор медленно направился к выходу; давая другому немного пространства, пока он открывал дверцу холодильника, чтобы найти свою кружку кофе, но не раньше, чем широко улыбнулся, потому что старший выглядел мило в светло-голубом кардигане, выцветших джинсах и пушистых тапочках. Юнхо подошел к дивану и устроился между Ёсаном и Саном, ожидая, когда Сонхва присоединится к ним. Сан бросил на него странный взгляд, но затем Уён отвлек его какими-то роликами на своем телефоне. Наконец, вошел Пак Сонхва с холодным кофе и бутербродом с майонезом и занял место напротив Юнхо. Он поздоровался с менеджером и несколькими участниками, но не посмотрел в его сторону. Танцор заметил на его лице немного косметики: под глазами у него было немного консилера, вероятно, потому что они поздно легли спать. Сам он лег спать, когда уже взошло солнце. — Так ты уже закончил с уроками вождения, Сонхва? Могу я забрать машину? — Менеджер внезапно обратился к самому старшему участнику, глаза которого расширились от этого вопроса, он слегка колебался, прежде чем ответить, переводя взгляд с менеджера на Юнхо и обратно. — Ах да! Я закончил с основами и немного попрактиковался, — произнес он мягко и торопливо. — Спасибо тебе и Юнхо. — Это хорошо, но, может, тебе нужно больше времени для практики? — Нет. Все в порядке. Я закончил; знаешь, задерживаться допоздна утомительно. Менеджер кивнул: — Должно быть, я говорил Юнхо, что это невозможно, но он был непреклонен. Танцор не сводил глаз с Сонхва, его рот медленно сжался в линию. Их взгляды на мгновение встретились, и Юнхо первым отвел глаза. — Да, спасибо, хён, мы закончили, — сказал он менеджеру. Сонхва успел уловить мимолетные эмоции в его глазах, прежде чем главный танцор скрыл их за едва заметной улыбкой. У него пересохло во рту, он чувствовал себя слегка виноватым, но что еще он должен был сказать? Они будут продолжать ездить на прогулки каждую вторую ночь? Он ведь научился основам, не так ли? Но он был виноват, потому что хотел ездить, и ему казалось, что даже Юнхо не хотел отказываться от их маленькой радости; от их маленького побега из их напряженного графика. Но прошлая ночь заставила его быть осторожным. Он чувствовал, что все усложнится, если они продолжат. Из раздумий его вывело нытье Уёна: — Но я так и не научился водить машину, Юнхо, ты… — Но Ёсан быстро прикрыл его рот ладонью, одарив всех извиняющимся взглядом. — Теперь все остальные дела после тура, который, кстати, начнется через две недели, — ответил Уёну менеджер, и тема быстро сменилась на предстоящий тур. Весь остаток дня Сонхва избегал 99 лайнеров и вместо этого расслаблялся в своей комнате, смотря дораму. Не успел он оглянуться, как наступила ночь. Они заказали ужин на дом и также отнесли его в свои комнаты, так что, пока Сонхва наслаждался жареными крылышками, которые он заказал вместе с Ёсаном, Уён заглянул в его комнату. — Хён? — Да? — Хочешь прокатиться? Пока менеджер-хён не забрал машину, мы с Юнхо решили съездить в последний раз. Старший парень моргнул, его курица была на полпути ко рту, он наконец-то осознал, что сегодня последний раз, когда они смогут насладиться поздней ночной поездкой возле KQ в одиночестве. Он быстро кивнул. Он переоделся в спортивные штаны и последовал за младшим парнем, чтобы застать Юнхо в гостиной с ключами. Он легко улыбнулся Сонхва, прежде чем они с Уёном вышли на улицу, и старший тихо последовал за ними. Он не знал, что сказать, впрочем, Уён был вполне способен говорить за троих. Парень с симпатичной родинкой на губах оживленно рассказывал об автомобилях, пока они спускались на лифте на парковку. Сонхва шел позади них к старой Verna, чувствуя легкую грусть при виде машины. Теперь, когда с ними был Уён, прогулка не будет похожа на те спокойные, которыми они с Юнхо наслаждались прежде. Возможно, ему следовало остаться в стороне и отпустить младших. — Хён, ты хочешь сесть за руль? — спросил Юнхо очень вежливо. — Нет, я хочу отдохнуть, а ты садись за руль. Как только Юнхо сел на водительское сиденье, Уён бросился к пассажирскому, а Сонхва с досадой вздохнул, когда ему пришлось сидеть на заднем сиденье. Это совсем не выглядело захватывающим. Он и не подозревал, что это будет пыткой. Как только они выехали на дорогу, Уён включил музыку на проигрывателе, и Сонхва пришлось попросить его убавить громкость. Он очень скучал по своему ночному OST радио. И пока старший оплакивал свои баллады, водитель начал рассказывать Уёну основы вождения, и, чтобы все понять, тот наклонился поближе, наблюдая, как ноги нажимают на педали. Затем Уён начал дергать указатель поворота вверх и вниз и нажимать на все кнопки, до которых мог дотянуться, а Юнхо просто посмеивался и стонал время от времени. Наконец высокий парень, толкнул другого обратно на сиденье, и Уён расхохотался, однако его ладонь, накрыла ладонь Юнхо на рычаге переключения передач. — Позволь мне хотя бы это сделать. — Ладно, — рассмеялся Юнхо. Сонхва обнаружил, что его взгляд прикован к маленькой, слегка смуглой руке Уёна, лежащей поверх руки Юнхо, едва прикрывающей сине-зеленые вены и длинные пальцы, и почувствовал, как его собственная рука зачесалась, вспомнив, какой теплой была эта большая ладонь. Юнхо вел себя с Уёном совсем не так, как с Сонхва, он больше смеялся и был более активен. Старший дулся на заднем сиденье, чувствуя себя покинутым, обделенным вниманием и слегка ревнивым. Снова ревность? Неужели вчерашней ночи было недостаточно? Сонхва захотелось дать себе пощечину. —Хва хён, ты уже можешь водить, как Юнхо? — искренне поинтересовался Уён. — Не так хорошо, но да, могу. — Он хорош, — сказал Юнхо, глядя на него через зеркало заднего вида, и Сонхва улыбнулся. — Покажи мне! — Уён откинул голову назад, взволнованно умоляя его. — Хорошо. Когда старший, наконец, выбрался с заднего сиденья, Юнхо уже стоял снаружи, придерживая для него дверь машины. — Не подведи меня, хён, — улыбнулся он, и Сонхва слегка усмехнулся. — Не подведу. Остаток поездки Сонхва вел машину и спорил с Уёном, в то время как Юнхо откинулся назад и наблюдал за ним с заднего сиденья, сидя прямо за пассажирским. Он наблюдал за игрой уличных огней на гладкой смуглой коже старшего парня, за его сосредоточенными бровями и поджатыми губами, и Юнхо улыбался от того, как все это знакомо. Но время от времени Сонхва ругал Уёна, когда тот пытался опустить окно или просил прибавить скорость. Наконец они вернулись, и Сонхва немного замешкался, но Юнхо подбодрил его, и с небольшой помощью он идеально припарковал машину. Уён захлопал в ладоши. — Теперь у нас два водителя! Вокалист закатил глаза, а высокий танцор рассмеялся. Их трио направилось к лифту, и они вместе вошли внутрь, но внезапно Уён снова вышел: — Подождите, я кое-что забыл! — Что? — спросил Сонхва, пытаясь не дать двери закрыться. — Что мне придется подниматься по лестнице, я слишком много съел за ужином. — Уён рассмеялся и помахал рукой, когда дверь лифта закрылась у них перед носом. — Что за… он просто сумасшедший! — Сонхва развел руками, и Юнхо рассмеялся над его реакцией. — Ты такой милый, хён. Сонхва прикусил губу, услышав слово «милый» из уст младшего парня, он немного покраснел, и в то же время он понял, что в лифте теперь они совсем одни. Молчание старшего заставило танцора спросить его: — Ты все еще злишься на меня, хён? За вчерашнее? — Н-нет, конечно нет, Юнхо. — Правда? — Да… — Что на него нашло? — Значит, ты не рассердишься, если я сделаю так? Приподняв бровь, Сонхва повернулся, чтобы посмотреть на него, но тут же оказался заключен в объятия. — Я буду очень скучать по этому времени с тобой, хён, мне было грустно оставлять машину сегодня. Сонхва тоже, но о машине он думал в последнюю очередь, его сердце бешено колотилось, когда он прижался к груди высокого парня и уткнулся носом в его шею. Он снова почувствовал запах пота, цитрусового средства для мытья и одеколона, и от этого ощущения запульсировали в животе. Но он не отстранился. Поскольку он не отстранился, Юнхо крепче прижал его к себе, обхватив одной рукой за талию, другой за плечи, и уткнулся носом в его плечо. И Сонхва позволил ему это, наконец-то сделав глубокий вдох и расслабившись. Он удивился, насколько хорошо он вписался в эти объятия, и сказал: — Я тоже буду очень скучать по нашему времени вместе. — Он обхватил спину парня, тихо желая, чтобы Юнхо не почувствовал биение его сердца, потому что оно было настолько громким, что сам Сонхва мог его слышать. — Тогда давай найдем, чем еще заняться вместе, — произнес танцор прямо ему в ухо, слегка касаясь губами мочки, голос был таким низким и хриплым, что старший ощутил его в паху, и у него перехватило дыхание. Он поднял глаза, оторвав свой нос от шеи парня и посмотрев на него снизу вверх, увидел, что тот смотрит на него с непонятным выражением полуприкрытыми глазами и слегка приоткрытыми губами. — Например… что? — осмелился спросить он. Как раз в этот момент двери со звоном открылись, и Сонхва отстранился, Юнхо тоже опустил руки, чтобы дать ему возможность создать между ними некоторое расстояние. Сонхва тут же повернулся и вышел из лифта, не дожидаясь ответа, он боялся его. — Все, что пожелаешь, хён, только попроси. Сонхва на секунду остановился, оглянулся и увидел, что Юнхо все еще находится в лифте, прислонившись к металлической раме сзади, его глаза были слегка прищурены. Тогда он немного сурово обратился к нему: — Пойдем спать, Юнхо. Но в ту ночь он так и не смог заснуть. Он винил в этом поздний ужин и то, каким беспокойным его сделал Уён, а также тот факт, что утром он поздно проснулся. Определенно, отсутствие сна было вызвано не тем, что сказал Юнхо, и не тем, сколько смыслов извлек его разум из этих двух фраз. Определенно, не из-за этого. *** Всю следующую неделю Сонхва работал, не покладая рук, и старался свести общение с другими участниками к минимуму, особенно с Юнхо. Их главный танцор следовал тому же принципу, прилагая дополнительные усилия к своей партии и увеличивая время репетиций и занятий в спортзале. Если у Сонхва было время, то у Юнхо его не было, а если другие замечали, как старший избегает танцора, то никак это не комментировали. Уже почти закончились выходные, когда к нему подошел Хонджун. — У тебя все в порядке, Хва? — Да, а что? — Ничего. Если есть что-то, ты можешь поделиться со мной, хорошо? — Конечно, Хонджун-а. — Хорошо. Завтра у тебя экзамен по вождению. — Ч-ЧТО? — Уён уже всем рассказал, насколько ты хорош в этом, поэтому менеджер-хён забронировал время. — Завтра?! — Да, перед нашим туром, иначе у тебя не будет шанса до января следующего года. Это правда: сначала тур, а затем каникулы. Сонхва застонал от волнения и нервозности. — Я не настолько хорош, мне еще рано, я провалюсь. — Нет, не провалишься. — Пойдем со мной. Хонджун рассмеялся, уперев руки в бедра. — Возьми Юнхо, я не могу водить Хва, и у меня завтра работа с Иденари. Поколебавшись, и чуть не погрызя свои ухоженные ногти, спустя несколько часов Пак Сонхва все-таки написал сообщение высокому танцору. «Ты не спишь?» Была почти середина ночи. Ответ пришел быстро. «Нет, хён». Тогда Сонхва направился в комнату младшего парня, которую тот делил с Саном. Он легонько постучал, и Юнхо тихо позвал изнутри, поэтому он толкнул дверь. Внутри была почти полная темнота, единственный свет исходил от слегка раздвинутых занавесок на окнах. — Вы, ребята, спали, простите. — Нет, хён, я один, Сан с Уёном. — Голос Юнхо звучал слегка хрипловато. Сонхва прищурился и смог разглядеть в темноте большой силуэт. Юнхо сидел на своей кровати, прислонившись спиной к стене, рядом с ним лежал его айпад. — Ты в порядке? — Просто немного нездоровится, хён, ничего серьезного. — Ах… мне принести тебе что-нибудь, от горла, может быть? — Нет, все в порядке, чего ты хотел, хён? Затем нервозность снова охватила его, и он застонал, хлопнув себя по лбу рукой. — Юнхо, у меня завтра утром экзамен по вождению. — О, ладно? — Я не назначал его, еще слишком рано. — Сонхва рассказал ему все, пока шел к кровати, наконец его колени коснулись дерева, и он сел на угол. — Я не могу этого сделать, еще слишком рано. Теперь он хорошо видел в темноте, он заметил, как парень сдвинулся и убрал плед со своих ног, освободив место рядом с собой. — Садись, хён, все будет хорошо, у тебя все получится. — Не получится. — Сонхва секунду колебался, потом вздохнул, наконец, снял тапочки и забрался на кровать, двигаясь так, чтобы оказаться сидящим рядом с Юнхо спиной к стене, их плечи слегка соприкасались. — Температура есть? — Нет, я в порядке. Но рука старшего поднялась ко лбу собеседника, чтобы проверить. Он был холодным и липким на ощупь. — Тебе холодно? Юнхо взял его за руку и осторожно опустил ее, приблизив свое лицо к лицу старшего парня. — Я в порядке, Хва хён, и не волнуйся, завтра я пойду с тобой, все будет хорошо. Сонхва застыл на месте, его сердце учащенно забилось; впервые Юнхо назвал его Хва, а не Сонхва, и это прозвучало совсем по-другому. — Тебе не нужно, пожалуйста, отдохни. — Слова вырвались у него автоматически, но его взгляд был прикован к парню. — Разве ты не хочешь, чтобы я пришел? — Но ты болен… Юнхо усмехнулся, его голос был немного грубым, но мелодичным: — Просто скажите мне, что делать; для любого из вас я всегда здоров, особенно для тебя. — Ты сумасшедший. — Да? — Затем Юнхо поднял руку и обхватил щеку Сонхва теплой ладонью. — Давай завтра пойдем и получим эти права. Сражайся, хён! Сонхва улыбнулся, и беспокойство покинуло его лицо, а черты смягчились под взглядом собеседника. Он чувствовал себя виноватым за то, что так сильно избегал его, и даже не знал, что он заболел. — Прости, Юнхо, как у тебя дела? — Я скучал по тебе и по вождению. — Рука исчезла с его лица, и высокий парень надулся. — Я тоже, — тут же ответил Сонхва, на его лице появилось застенчиво-виноватое выражение: — Не надо было возвращать машину. — Давай возьмем другую. — Да? Да, нам стоит… Мне нужно больше практики, я еще не готов к тесту… — Но Юнхо прервал его на полуслове, сказав низким голосом: — Ты полностью готов, ты идеален, Хва… хён. То, как он это сказал, заставило вокалиста почувствовать, что его лицо снова вспыхнуло. Все сны, которые он видел на прошлой неделе, вернулись к нему: Юнхо с его низким хриплым голосом и большими руками, говорящий ему приятные слова. Сонхва чуть не задохнулся от того, как горели его уши, смущенный тем, какие сны он видел об участнике своей группы. — Я… — Сонхва пытался подобрать слова и не смог. Тогда высокий парень придвинулся к нему, полностью повернувшись к нему лицом, не обращая внимания на его свекольное лицо в темноте. — Спасибо, что пришел, я думал, что все испортил, — сказал Юнхо тихим напряженным голосом. Сонхва ждал, но на этот раз объятия не последовало, Юнхо выглядел нерешительным, и что-то сломалось внутри старшего. Он тоже повернулся к парню лицом, поставив ноги по обе стороны от него, и обхватил его руками. Он начал объятие, надеясь, что это компенсирует нехватку слов. И это произошло: Юнхо тут же положил обе руки на поясницу старшего и притянул его ближе, а затем свободно обхватил его за талию и ласково прижался щекой к его щеке. — Значит, ты больше не сердишься на меня? Сердце Сонхва защемило, когда младший задал тот же вопрос, что и раньше. — Я никогда на тебя не сержусь, Юнхо! Прости, я просто был смущен. — Он надеялся, что этого объяснения будет достаточно. Это было не так. — Смущен чем? — Ничем. Т-ты отдыхай давай. — Сонхва попытался отстраниться, но другой парень сцепил пальцы за его спиной, отводя голову и наклоняя вниз, чтобы посмотреть на него. Они сидели так, что руки Сонхва были зажаты между ними, Юнхо обнимал его, а их ноги были раздвинуты и прижаты друг к другу. Старший парень застонал от близости, чувствуя, как медленно твердеет внизу. — Скажи мне, — настаивал Юнхо. Лунный свет из окна падал на его лицо; волосы были растрепаны и падали на глаза, губы приоткрыты, когда он дышал через рот. Сонхва заметил, что несколько пуговиц его пижамы были расстегнуты, и его длинная шея была видна в вырезе до середины груди. — Юнхо… — Сонхва добавил предупреждающий тон в свой голос, но прозвучало это слабо. — Просто скажи мне, чего ты хочешь? Старший еще секунду смотрел в глаза Юнхо, прежде чем дать волю чувствам. — Поцелуй, чтобы я не волновался. Сонхва ахнул, почувствовав, как чужие руки крепче обхватили его талию, чтобы притянуть ближе, от этого его ноги раздвинулись еще сильнее, а его руки поднялись, чтобы обхватить парня за шею. Однако Юнхо тихо заскулил, надув губы и опустив голову. — Я болен, и могу тебя заразить. — В его голосе было столько боли. Но Сонхва не собирался отступать теперь. Он крепко ухватился руками за плечи другого парня, подтянулся и, обхватив его ногами, сел к нему на колени. Юнхо в шоке поднял глаза, когда Сонхва оказался на нем сверху. — Я… сказал тебе… чего я… хочу… — С этими словами он прижался губами к губам Юнхо. Выбросив все осторожности в окно, он в кои-то веки позволил себе расслабиться. Юнхо отреагировал резко, он застонал, притягивая старшего парня еще ближе, если это вообще было возможно, и приоткрыл губы, чтобы нежно поцеловать его нижнюю губу. Сонхва тоже застонал, больше от смущения, когда его твердый член прижался к животу парня через одежду, Юнхо воспользовался случаем и взял его нижнюю губу между своими, нежно прикусив ее. И Сонхва, не менее смущенный, с колотящимся в груди сердцем и голосом, глубоко внутри вторящим предупреждение за предупреждением о том, насколько это неправильно, позволил младшему поцеловать себя, открывая ему все больше и больше доступа к своему рту. От нежных поцелуев Юнхо перешел к мягким прикосновениям губ друг к другу, и Сонхва, наконец, ответил, прижимаясь сильнее и пробуя его на вкус. Это опьяняло, он хотел большего. Он наклонил голову, позволяя углубить поцелуй, и застонал, когда, наконец, их языки встретились. Сонхва забыл, что нужно дышать, но Юнхо на секунду отстранился, позволяя им обоим вдохнуть немного воздуха, а затем крепко поцеловал в четко очерченную линию челюсти, его руки успокаивающе поглаживали по спине. Сонхва застонал, когда теплая ладонь скользнула под его пижаму, нежно лаская нижнюю часть спины. Почувствовав огонь внизу живота, он переместил свою руку на затылок младшего и схватил за волосы, оттягивая его голову от своей шеи, только для того, чтобы вернуться к поцелуям, на этот раз грубым. Юнхо глубоко застонал, позволяя парню, лежащему на нем, держать его за волосы, чтобы у него был лучший доступ к его рту. Он позволил старшему просунуть языком в его рот. Он почувствовал, как его член заныл под тесной одеждой, и провел ногтями по спине парня. Сонхва чуть не вскрикнул, но Юнхо успел удержать его на месте. Он крепко ухватился пальцами за подбородок, позволяя ему отдышаться, их глаза были прикованы друг к другу. — Я имел в виду это, когда сказал, что ты идеальный, хён. — И он вновь втянул его в глубокий поцелуй. Яростная борьба за лидерство между их языками продолжалась до тех пор, пока Сонхва не почувствовал, как большие руки снова обхватили его за талию, чтобы отстранить. Его руки поднялись вверх и обхватили мягкие щеки Юнхо, не желая отдаляться. Юнхо усмехнулся. — Позволь мне… доверься мне. Хорошо? — Он отцепил чужие ноги от своей талии и опустил старшего на кровать, положив его голову на подушку. Сонхва, казалось, занервничал, когда оказался в положении лежа, он ерзал, а когда Юнхо опустился на него сверху, старший отвернулся, пытаясь спрятать лицо в подушке. — Позволь мне поцелуем прогнать тревогу? Хорошо? Когда Сонхва кивнул, наконец, снова посмотрев на него, Юнхо улыбнулся так нежно, что Сонхва подумал, что влюбился, и поцеловал его в лоб, а затем опустился к шее. *** На следующий день Сонхва сидел с глупой улыбкой на лице, пока они ехали обратно. Юнхо одолжил машину у KQ, чтобы поехать с ним в центр тестирования, и все прошло очень хорошо. Они уже возвращались обратно, когда Юнхо остановил машину. — Я схожу за кофе, ладно? — Он надел бейсболку на голову, на его лице уже были маска и темные очки, теперь он выглядел так, будто собирался ограбить банк, и Сонхва добродушно рассмеялся, кивнув ему. Когда высокий танцор ушел, старший дважды кашлянул, он не рассказал об этом, но наверняка заразился от него. Потрясающе. Хонджун убьет их. В этот момент телефон Юнхо завибрировал, и Сонхва заметил, что высокий танцор забыл его на сидении. Он увидел название группы в мессенджере и взял его в руки, чтобы проверить. Это был Уён, набирающий… «Когда ты вернешься, Юн?» Сонхва проверил, это была группа только с 99 лайнерами! Хонджун, Чонхо и он сам не входили в нее! Еще одно сообщение от Уёна: «Закажи нам что-нибудь вкусненькое, мы тебе помогли. Я отказался от уроков вождения ради тебя, чтобы ты мог побыть наедине с Сонхва хёном!» Сонхва уставился на телефон, разинув рот. Затем все начало обретать смысл. Он покачал головой, вспоминая, сколько раз Юнхо говорил ему, что Уён не хочет ехать с ними, а тот в свою очередь оставил их одних в лифте той ночью. Глаза Сонхва сузились, когда он вспомнил все случаи, например, когда Сана не было в комнате, когда он приходил прошлой ночью. Неужели Хонджун тоже причастен к этому? Он убьет их всех. Он повернулся к небольшому магазинчику с напитками, где тут же появился Юнхо с двумя стаканчиками горячего кофе в обеих руках, высокий и красивый, в белой рубашке и синих джинсах, с обязательной черной бейсболкой для защиты своей личности. Он свирепо посмотрел на своего почти что парня. Парня, с которым у него был самый долгий сеанс поцелуев прошлой ночью, пока он не кончил прямо в пижаму! Приняв решение, он отстегнул ремень безопасности и поднялся, двигаясь быстро, пока не оказался на водительском сиденье. Отрегулировав его, он завел двигатель. Он опустил стекло, громко и отчетливо обращаясь к человеку, в которого влюблялся каждый божий день: — Возьми такси или позвони менеджеру. — Ч-что? — Юнхо наклонил голову, его голос были приглушен маской. Но Сонхва уехал. — Я отомщу, я заставлю страдать 99 лайнеров, — произнес он в зеркало заднего вида, наблюдая, как Юнхо паникует в замешательстве, изо всех сил стараясь следовать за машиной с двумя горячими напитками в руках. Старший ухмыльнулся, а затем решительно поджал губы. — Как вы смеете пытаться перехитрить меня? Ты всего лишь научил меня водить машину, а теперь возвращайся домой самостоятельно, Чон Юнхо.