Сладость или гадость по-слизерински/Trick or treat Slitherin Style

      Драко поднял взгляд от своей тарелки с жареной курицей и сразу заметил, что его брат ушёл из зала. Он нахмурился, гадая, куда же подевался Гарри. Вспомнив, что Хэллоуин — это годовщина смерти Лили, блондин подумал, что брат, скорее всего, решил прогуляться, дабы спрятаться от громкой музыки и детей, кричащих и смеющихся, как безумные гиены. Драко вернулся к своему ужину, гадая, не захочет ли Гермиона чуть позже потанцевать? Если, конечно, будет подходящая песня.       Закончив ужин, Малфой тщательно вытер лицо и руки льняной салфеткой, не желая, чтобы на губы Гермионы или её платье попало масло, когда он будет обнимать и целовать её во время или после танца. Блондин поднялся на ноги, не обращая внимания на бормотание и неодобрительные взгляды некоторых старших слизеринцев, которые были против, чтобы «змеи» встречались со «львами». Честно говоря, Драко это не волновало. По его мнению, он мог встречаться хоть с бегемотом (если бы захотел), а другие должны были или смириться, или же заткнуться.       Он добрался до гриффиндорского стола, где Гермиона просматривала какие-то записи по арифмантике, хрустя морковной палочкой. Драко вздрогнул. Морковные палочки?! Кто ест морковные палочки в Хэллоуин?!       Гермиона подняла глаза, когда он откашлялся.       — Драко! Прости, я пыталась решить это уравнение и не заметила тебя.       — Да, я понял. Миона, почему ты ешь морковные палочки? Сейчас же Хэллоуин.       Девушка покраснела и посмотрела на овощ в руке.       — Э, сила привычки. Мои родители — дантисты, помнишь? Они никогда не позволяли мне есть сладкое на Хэллоуин. От такого количества сахара зубы портятся.       — А, понятно, — подросток понизил голос и ехидно прошептал: — Тогда почему зубы Дамблдора до сих пор не выпали? Он ест больше сладостей, чем кто-либо, кого я знаю.       Гермиона хихикнула.       — Может, он накладывает на них чары, когда это происходит? — предположила она.       Драко рассмеялся.       — Так и вижу, как он это делает, старый маразматик. — Он протянул руку. — Почему бы тебе не потанцевать со мной вместо того, чтобы заниматься учёбой? Дай себе передохнуть, заучка.       Гермиона притворилась, что обдумывает его предложение, а затем закрыла книгу и отослала её в свою комнату.       — Хорошо, мистер Малфой. Посмотрим, как вы умеете зажигать в волшебных огнях.       — Зажи… что?       — Это маггловское выражение: «посмотрим, как хорошо вы танцуете», — объяснила Гермиона, взяв его за руку.       — Очень хорошо. Я беру уроки танцев, кажется, с пяти лет. Мама заставила.       — И меня. Я занималась бальными и спортивными танцами — моя мама считала, что это неплохая тренировка, — вздохнула Гермиона. — Но, по крайней мере, я не спотыкаюсь о собственные ноги.       Они начали танцевать под музыку, которая была волшебной версией хеви-металл — визжаще-кричащим ужасом, — она едва имела какой-либо ритм или мелодию, но ребята сделали всё возможное, чтобы танцевать под неё.       Драко скривился.       — Эта музыка просто ужасна.       Гермиона кивнула, хотя едва расслышала его. Они двигались по полу, стараясь быть как можно дальше от оркестра. Другие студенты тоже пытались танцевать, но большинство из них были похожи на пьяных моряков в увольнении.       Драко кружил с Гермионой. Он был так увлечён, что не заметил, как сзади к нему подошёл отец.       Северус похлопал его по плечу.       — Драко, где твой брат?       Блондин поднял глаза.       — Не знаю. Последний раз я видел, что он направлялся куда-то с Кэти. А что?       — Мне нужно поговорить с ним, — ответил Северус. — Увидимся позже. Постарайся не объедаться сладостями и не засиживаться допоздна.       — Да, сэр, — Драко закатил глаза на стандартное родительское напутствие и вернулся к танцам с Гермионой, которая широко улыбалась.       — Что смешного, Миона?       — Он так похож на моего отца.       — А, — покачал головой Драко. — Полагаю, это приходит вместе с со статусом.       От грохота музыки у Гермионы разболелась голова, и внезапно ей пришла блестящая идея. Конечно, это было полным безумием (она знала, что Драко скажет, что она сошла с ума) и, возможно, Малфой откажется, но она не могла не предложить.       — Давай выйдем в сад! — крикнула она ему в ухо. — Там слышно лучше.       — Хорошо. А что?       — Мне нужно тебе кое-что сказать.       Девушка вывела своего парня в розовый сад, который был хоть как-то защищён от громового визга и стука, которые почему-то назывались музыкой. Драко прислонился к столбу, скрестив ноги и с надеждой глядя на свою девушку.       — У меня только что появилась идея. Выслушай, прежде чем сказать, что я сумасшедшая, хорошо?       — Конечно.       Грейнджер с благодарностью посмотрела на слизеринца, прежде чем сказать:       — От этой «музыки» у меня разболелась голова, и я вспомнила, как было весело у нас дома, когда я была маленькой. Мы с друзьями ходили по соседям, собирали сладости, наряжались в костюмы и пугали друг друга. Это было здорово! И я подумала… Почему бы не повторить?       — Где?       — У меня дома, конечно же. Я живу в Кембриджшире, недалеко от Оксфордского университета. Сначала воспользуемся камином, а от Косого переулка сможем долететь на мётлах. Мы наденем костюмы, ты познакомишься с моими родителями и заодно — с культурой магглов. К тому же это будет весело!       — Ты же не серьёзно? Я — и одетый как магл?!       — Не будь таким снобом, Драко! — отругала гриффиндорка, слегка ударив юношу по голове. — Мы будем в костюмах, и ты не умрёшь, если один день будешь вести себя как обычный человек, а не избалованный аристократ.       Подросток смущённо улыбнулся.       — Я действительно так себя веду? Прости. Я не хотел. Просто иногда… Я забываю, что больше не наследник Малфой-мэнора. Ну, я имею в виду, не буквально, но… — Он неловко замолчал.       — Я знаю, что ты имеешь в виду. Воспитание не спрячешь, Драко.       — Нет, но я могу изменить своё отношение к нему, как сказал бы папа. — Драко вздохнул. — Хорошо. Я сделаю это. Но тебе лучше не заставлять меня носить ничего смешного, Грейнджер.       Гермиона прыгнула ему на руки и поцеловала.       — Я люблю тебя, Драко!       Он улыбнулся и поцеловал её в ответ.       — Вот что я хотел услышать. Скажешь это снова?       Девушка повторила, а слизеринец наслаждался звуком её голоса и ощущениями прикосновений её губ к его.       — Так, давай посмотрим. Какой костюм тебе подойдёт?       Малфой нахмурился.       — Почему бы нам просто не надеть школьную форму? Магглы не знают, что это такое.       — Драко, так нечестно! На Хэллоуин наряжаются в тех, кем не являются. Это может быть что-то смешное, страшное или милое.       — Например?       — Тише, я думаю, — девушка нахмурилась, а через пять минут выдала: — Эврика! Мы пойдём, как принцесса и дракон. Ты будешь драконом: это подходит, потому что так тебя зовут, а я буду принцессой, так как в греческих легендах Гермиона была спартанской принцессой: дочерью царя Менелая и Елены Троянской. Это идеально!       Драко же не горел энтузиазмом.       — Если ты так считаешь… Только одно условие: если я буду драконом, он должен быть слизеринского изумрудно-серебряного окраса и с маленькими крыльями — больше похожим на змею, чем на дракона.       — Отлично. Звучит довольно стильно. У нас будет Хэллоуин по-слизерински!       Гермиона схватила парня за руку и потащила обратно в замок к туалету Плаксы Миртл, зная, что там их никто не побеспокоит.       — А… Миона… Зачем мы идём в женский туалет? — спросил Драко перед дверью. — Я бы не хотел, чтобы про меня пошли слухи…       — Что ты трансвестит? — дерзко спросила гриффиндорка.       Драко задохнулся от возмущения:       — Гермиона!       — Что? — без зазрения совести ответила та. — Тебе очень пойдёт платье. — Потом она рассмеялась. — Шутка. Давай, Драконье Сердце. Никто не узнает — сейчас все на празднике, и потом, все помнят, что здесь живёт привидение. Мы с Гарри и Роном варили здесь оборотное зелье на втором курсе, и никто не догадался!       — Шутишь? Ты нарушала правила?! Сколько пунша ты выпила?!       — Серьёзно, Драко! Я не белая и пушистая… хоть я и не люблю нарушать правила, но иногда это необходимо. А теперь иди сюда. — Грейнджер открыла дверь и затащила его внутрь.       — Для чего вы варили оборотное зелье? — спросил Драко.       — Чтобы узнать, кто наследник Слизерина, — призналась Гермиона. — Сейчас это уже неважно. Нам нужно сосредоточиться на создании костюма.       Она закатала рукава, нацелила палочку и приступила к трансфигурации. Из унитаза, заинтересовавшись происходящим, появилась Миртл и громко закричала:       — О-о-о… Вот это весело! Что ты задумала, Грейнджер? Сделать Малфою гадость?       Приведение показала Драко язык, и, взглянув ему в глаза, уселась на раковину.       Гермиона превратила два рулона туалетной бумаги в большие сапоги в форме лап дракона с блестящей зелёной чешуёй и серебряными когтями. Из двух рулонов полотенец она сделала драконьи перчатки, а мантию Драко трансфигурировала в остальной костюм. Наконец из сломанной головки крана она сделала голову волшебного животного. Костюм был готов: дракон получился реалистичным — вот-вот огнём пыхнет.       — Ну, что ты думаешь? Он достаточно слизеринский?       Драко присвистнул.       — Это великолепно! И ты тоже, Миона. Поможешь мне надеть это?       Девушка прикрепила голову костюма так, чтобы Драко мог в любой момент откинуть её.       — Теперь ты.       Гермиона в отчаянии посмотрела на своего парня.       — Твоя очередь, Малфой. Сделай меня принцессой.       Драко моргнул.       — Хорошо, — и крепко задумался.       Он направил свою палочку на школьную форму Гермионы и трансфигурировал её в великолепное платье из голубой тафты и искрящихся тканей. Оно плотно сидело на фигуре, как средневековое платье благородных леди: нижние юбки из льдисто-голубой ткани, а верхняя — из тяжёлой тафты, покрытой искрами. Вырез был достаточно низким, чтобы привлечь внимание, но не настолько, чтобы вызывать осуждение. На лифе было блестящее серебряное кружево, а шею самой Гермионы украшало серебряное колье с кулоном в виде крупной прозрачной капли.       Гермиона обернулась и посмотрелась в зеркало.       — О! Мои волосы!       Её пышная грива была заплетена в мелкие косички, закрученные вокруг головы и осыпанные блёстками. На ней была маленькая серебряная тиара и серебряные с голубым туфли в тон платью.       — Ну как? Нравится?       — Драко… Это… У меня нет слов… Я выгляжу как настоящая принцесса…       — Это потому, что ты ей и являешься. По крайней мере, для меня, — нежно проговорил подросток. — Хорошо, теперь что?       — Теперь нам нужны наволочки и мётлы.       — Наволочки?! — брови слизеринца скрылись в волосах.       — Ну, надо же нам куда-то складывать сладости…       — Э… Гермиона… если твои родители не разрешали тебе есть сладкое, что ты делала с тем, что насобирала?       Гриффиндорка смущённо улыбнулась:       — То, что мне не нравилось, я отдавала друзьям, остальное же — прятала под кроватью. Я съедала их за чтением, пока мои родители спали.       Драко шутливо погрозил ей пальцем.       — Какая непослушная девочка! — завопила Миртл. — Теперь понятно, почему ты встречаешься с ним. Он тоже плохой!       — Ой, засохни, Миртл! — раздражённо велел Драко.       Гермиона призвала наволочку и метлу, зачаровав первую на облегчение веса, чтобы та оставалась легкой, как пёрышко, сколько бы конфет туда ни положили.       Драко последовал её примеру, и вскоре они выскользнули из ванной и спустились по лестнице. Драко надел маску дракона, чтобы никто не узнал его.       На цыпочках (ну, по крайней мере, Гермиона) они вышли из замка, а затем сели на мётлы и взлетели в небо. Это была фантастическая ночь — ясная полная луна озаряла окрестности бледным светом. Гермиона оглянулась на Драко, улыбнулась и сказала:       — Ну же, Драконье Сердце, полетели ко мне домой. И ещё кое-что: постарайся не напугать детей.       Драко закатил глаза.       — Зануда. Какой смысл быть драконом, если нельзя пугать людей?       — Ты должен быть хорошим драконом, — возразила она.       — Кто сказал?       Гермиона нахмурилась, но потом рассудила, что нельзя ждать от слизеринца примерного поведения, тем более в Хэллоуин.       — Отлично. Можешь напугать того, кто этого заслужит, но не маленьких детей и детей начальной школы.       — Согласен. Пугать малышей невесело, потому что они плачут, а потом у меня болит голова, — ответил Драко. К тому же ему не нравилось заставлять маленьких детей плакать, хотя он бы ни за что не признался в этом. — Я буду пугать маленьких хулиганов, которые не умеют себя вести.       Гермиона улыбнулась и повернула метлу к Хогсмиду. Оттуда они камином попадут в «Дырявый котёл» в Косом переулке, ведь Гермиона жила в Кембриджшире, недалеко от Оксфордского университета — слишком далеко, чтобы за одну ночь совершить путешествие туда и обратно, причём не опоздав к отбою. Но они могли сделать это в два приёма: часть пути проделать по каминной сети, а от Лондона — на мётлах. Этот вид транспорта был достаточно быстрым, да и в воздухе не было такого оживлённого движения.