Привет от старых друзей или случайности не случайны.

Глава 6 - Это уже входит в привычку, - говорил Люсьен, взваливая эльфа в повозку, - если ты еще раз свалишься, я тебя тащить не буду, - продолжал он, укладывая бессознательного друга, - брошу к атронаху по дороге, и будешь валяться. И плевать, кто ты. - Цицерон не понимает, почему Уведомитель говорит с Великим Слышащим?Он же его… не слышит, - осведомился шут у вампира. - Он не в силах сказать все, что думает, в глаза этому эльфу, - ответил Винсент, наблюдая за Люсьеном. То, о чем говорил Уведомитель Энтардилу, было трудно разобрать обычному человеку, но вот Винсент иногда довольно улыбался и даже откровенно смеялся над репликами друга. - Как ты еще об порог во врата Обливиона не споткнулся? Да как ты из камеры вышел, и тебя злокрысы не сожрали?! Герой Сиродила, чтоб скамп тебя… Появился из дейдра знает откуда, наспасал всех и исчез на пару сотен лет. Да дремора тебя… – кажется, он мог продолжать вечно, но вдруг остановился и обратился к попутчикам. - Так, хватит сидеть и кормить насекомых. Поехали. - До Данстара еще полдня пути. Если поторопимся, успеем к закату, - подал голос Винсент. - А если не успеем?- нервно хихикнул Хранитель. - Тогда станешь нашим завтраком, -ответил Люсьен, дружелюбно сверкнув парочкой особо примечательных зубов. - Он шутит, - сказал Винсент, успокаивая застывшего шута, - мы не будем нарушать догматы... Если сильно не проголодаемся. Всю дорогу шут сидел тихо.

***

Объехав главные ворота города, путники приблизились к «подозрительной» двери, как её называли в поселении. Темнота сгустилась на городом, стражники начали сменять друг друга на постах, поэтому ассасины без проблем провезли огромный короб. Винсент подошел к входу в убежище и постучал. - Что есть величайшая иллюзия жизни? - прошелестел голос из двери. - Невинность, брат мой, - ответил вампир. - Добро пожаловать домой. - У нас с собой…Очень важная персона. - Даже две, - хмыкнул Люсьен. - Я вижу, - ответила дверь все тем же голосом. Наступила тишина. Вампиры ожидали, что страж подскажет, как пронести ношу в убежище. - Вот мне за столько лет всегда было интересно, чем ты все-таки видишь, - сказал Люсьен холодно. Ему надоело стоять и ждать, - и говоришь тоже. Как нам занести вовнутрь ящик с телом? Ты ведь не сможешь расшириться. Цицерон начал заметно нервничать. - Мать нужно срочно смазать маслом. Цицерон чувствует, что если этого не сделать будет ужасно плохо… ужасно, - впервые за долгое время пути заговорил шут. - Помоги нам, - сказал Винсент, смотря в черные бездны черепа. Он полагал, что именно этим смотрит «брат». - Я обиделся, - ответила дверь. Люсьен закатил глаза к небу. - Ну опять начинается… И тут наступила тишина, потому что никому не было известно, как затащить короб в убежищ. *** - Ты мог раньше вспомнить о тайном входе? - говорил Винсент, отпаивая синюшного Цицерона горячим отваром. - Цицерон благодарит, - сказал полуживой хранитель бретонцу, недовольно сверкнув взглядом на Люсьена. - Кто бы говорил,- скривился имперец в презрительном смешке, - ты вообще про него забыл. - Ты тоже чувствовал «дух» Чернотопья? - спросил Винсент, сделав пафосное ударение на последних словах. Избежав долгого спора с давним, хоть и вредным другом, Винсент был все-таки обеспокоен, кто же это следил за ними во время пути. - О, да… - сказал Люсьен, довольно потирая ладони, - скоро будет веселье…Ты ведь не прочь немного тряхнуть стариной, брат мой?

***

- И что с того? - произнесла блондинка, небрежно облокотившись о каменный выступ душной пещеры. Вокруг было темно, но глаза ящера отчетливо отдавали блеском. Блеском, в котором отражалось все его беспокойство. - А что, если он был Тем Самым Хранителем? - прошипел аргонианин. - Визара,- сказала блондинка, отходя от неровной стены, - даже если это и так, их было всего трое. Чего ты боишься? Это могут быть всего лишь жалкие подражатели! Я не верю, что люди, которых ты видел, хоть какое-то отношение имеют к Старому Братству. Но я не хочу, чтобы в убежище это обсуждали, ты меня понял? -последние слова она прошептала ящеру где-то в районе человеческих ушей. - Да, Астрид. Я понял… Но.. Девушка остановилась на полпути к своей комнате, где ждал её муж. Недовольно вздохнув, она повернулась к аргонианену и посмотрела выжидающе. - Тех, кого я видел, сложно назвать людьми, Астрид. Ты дала нам кров, работу, но все это не сравнится с настоящим Братством. Это были вампиры. Те самые, - ящер почти шептал, глаза его уже блестели как-то фанатично и это не было похоже на его обычное поведение. Астрид насторожилась. Визара вел себя крайне странно. - Ох, Визара, не трать моё время понапрасну. Я не знаю, что вам там, аргонианам, наговорили о Темном Братстве, но мы теперь не послушные ручные злокрысы. Нет этих Черных рук, Спикеров и так далее… - Когда мой прапрадед рассказал мне о Великом предательстве… - Ты о чем? - Имена Люсьен и Винсент тебе не о чем не говорят? - на морде ящера было неописуемое удивление. - Эм…, - девушка задумалась, - это не так важно, Визара, кого и когда подвесили в каком-то там старом домике за предательство. Теперь это не-важ-но. Это было лет триста назад! Все хватит об этом! - Что происходит?- спросил оборотень, выйдя из комнаты. - Визара, возвращаясь с контракта, заметил парочку странных личностей. Ничего такого, учитывая положение в Скайриме. - Хватит пустых разоворов! Что именно тебя беспокоит? - обратился оборотень к ящеру. Тот секунду смотрел на мужа Астрид, а затем его золотистые глаза устремились к потолку. Однако видел он нечто совсем другое. - Когда-то в Чейденхоле произошло ужасное событие и было оно на Рассвете Четвертой Эры…