Выдыхай

      Юра хмурится, вжимаясь в бетонную стену в попытке уйти от пронизывающего насквозь взгляда Руслана. Только не получается, ведь для того, чтобы убежать от чьих-то глаз, нужно как минимум перестать в них смотреть. А с этим Юра не может справиться, поэтому лишь избегает физического контакта, строя из себя ебать какого агрессивного и неприступного для Енисейского человека. Недотрога. Если уж так слаб, то мог бы не делать вид, будто Руслан его здесь бить собирается.       — Тебе травиться никотином моим, — только усмехается он на это, даже не стараясь приблизиться к Юре. Если Татищеву так нравится делать вид, что он хорошо справляется с бегством, то пусть считает, что он победил. Пусть надеется на то, что Руслан легко сдаётся, когда до цели остаются сантиметры. А сам Енисейский лучше покурит. Он затягивается дымом давно зажжённой сигареты и выдыхает в сторону Юры, подтверждая свои слова. Ему, конечно, и своего никотина хватает, но сибирский, небось, поинтереснее.       Юра неожиданно отрывается от той самой стены, которую пытался использовать как «домик» от глаз Руслана, быстро сокращая расстояние между ними. Он притягивает Енисейского к себе и облизывает губы. Не свои. Его губы. После, всё-таки формируя из этого агрессивного и небрежного жеста полноценный поцелуй. Недолгий, но несущий в себе много слов. Больше, чем говорит сам Юра.       — Тебе кашлять моими смолами, — шипит он в чужие губы, намереваясь, кажется, даже укусить, но Руслан вовремя успевает уклониться от этого проявления привязанности. У него ещё прошлый такой укус не зажил. Всё-таки, Юра научился достойно отвечать на его колкости… Даже если Енисейский воспринимает их как флирт.