Пункт назначения

Роза навзрыд плакала в гостиной: совершенно по-детски, не стесняясь слез и не думая о том, увидит ли ее кто-нибудь. И правда, повод был. Все это: Смерть, график, неизбежность – просто ужасно, но теперь достигло апогея. Теперь смертельная опасность угрожала одному из самых близких и дорогих для Розы людей – ее брату. Хьюго и сам понял, что был неправ, так отчаянно отстаивая мысль, что никакого графика не существует, а все вокруг сплошь параноики. Он теперь ходил бледный и забитый. Но, видит Мерлин, Роза предпочла бы, чтобы брат был прав. Чтобы он сто раз высказал ей это в лицо. Лучше чувствовать себя круглой дурой, чем это. И теперь больше всего на свете Роза боялась пережить смерть младшего брата. Что может быть страшнее для нее? И был еще один человек, смерть которого будет невыносимо сложно, почти невозможно пережить… Но Роза старалась не задумываться об этом… Во-первых, потому, что сама боялась своих чувств. А во-вторых, первым все же был Хьюго, и с этим надо что-то делать. Сейчас же девушка не думала ни о чем, она просто плакала, но легче не становилось. Наоборот, с каждой минутой, с каждой пролитой слезой неизбежность все больше давила на нее. И тут совсем рядом раздался голос как раз того, о ком Роза предпочитала не думать: - Что случилось? - А ты сам не знаешь, Скорпиус? – горько спросила девушка. - Ты так из-за братьев убиваешься? - Не сочти меня эгоисткой, но нет. Больше всего сейчас меня волнует судьба моего родного брата. - Хьюго, - понял гриффиндорец. - Конечно, и я боюсь оттого, что его участь может быть такой же страшной, как и у предыдущих ЕЕ жертв. - Роза, все не так уж и плохо, мы же все вместе… - Иногда мне кажется, что я совершенно одна… - Это не правда! – воскликнул Скорпиус. – Ты никогда не будешь одна, я обещаю. - Да? - Я всегда буду рядом Роза. И сделаю все, чтобы помочь твоему брату. - Ты же не перевариваешь Хьюго. - Не буду лицемерить, я делаю это ради тебя. - Спасибо, Скорпиус. Огромное тебе спасибо. Гриффиндорец давно ушел, а Роза успокоилась. Она почувствовала, что не одна, и от этого стало чуточку легче. Она сразу и безоговорочно поверила Скорпиусу. Да, он поможет ей, а потом она поможет ему. Для этого и нужны друзья. Девушка хотела развить свою мысль, подумать о том, почему Скорпиус ей помогает. Из-за дружбы? Или есть и еще кое-что? Но она не позволила своим мыслям идти в данном направлении: сейчас надо думать только о брате. Так что Роза встала с дивана и направилась в гостиную привести себя в порядок. День обещает быть невероятно трудным. Вопреки ожиданиям Розы, день прошел очень спокойно. Казалось, что Смерть затаилась, но облегчения не наступало. Наоборот, становилось с каждым часом все более жутко. Вот уже в этом спокойствии дня чудилось зловещее предзнаменование, Все были как на иголках. Больше всех, как и следовало ожидать, нервничал Хьюго. Он стал резким и раздражительным, но никто не мог его за это винить. Все знали, что ему просто страшно. У Лили возникла мысль поставить о случившемся в известность родителей, она ее высказала сразу же и долго отстаивала. Но оказалась в меньшинстве. Даже более того, в одиночестве. Ей моментально ответили, что она может говорить что хочет, но они не подтвердят это. Им не улыбается перспектива провести много лет в больнице святого Мунго, в отделении для умалишенных. И правда, разве взрослые и считающие себя очень умными люди поверят в то, что Смерть гонится по пятам за их детьми? Они разучились верить во все это, забыли, как сами были подростками и что пережили в те времена. Разучились верить в невозможное… Так что всем было ясно, что выпутываться придется самим. Хьюго же и сам понимал, что неправильно вот так на всех срываться, просто нет ничего хуже, чем ждать неизбежного, с каждой минутой все больше и больше сходя с ума от безысходности. Так странно, еще совсем недавно он абсолютно не верил в то, что теперь не вызывает ни малейших сомнений: в то, что в ближайшее время Костлявая придет за ним. Но он же так молод, он почти ничего не видел в жизни, у него должно быть еще вся жизнь впереди. Это нечестно! Поэтому с особым рвением Хьюго срывался на Джеймса и Альбуса. Хоть и сам не желал признаваться себе в этом, он им очень завидовал. Ведь у них все еще впереди, а у него…неужели, все кончено? А самым ужасным для Хьюго было то, что ему совершенно нечего ЕЙ противопоставить, неизвестно, как с НЕЙ бороться. К концу дня от столь тревожных мыслей начала пухнуть голова, и юноша решил выйти прогуляться на свежий воздух. Действительно, на улице было прохладно, и это хоть как-то освежало горячую голову. На улице было какое-то страшное затишье, и стало ясно, что это произойдет именно сейчас, в это мгновение. Хьюго хотел развернуться и убежать в дом, но не успел. Так странно…орудием Смерти на этот раз будет человек. Хотя, с другой стороны, вполне закономерно. Как бы то ни было, лицом к Хьюго стоял матерый преступник, сбежавший из Азкабана. А Хьюго всего лишь подросток, он даже не знает таких заклинаний, как этот тип. И его Протего слишком слабое. Как во сне Хьюго видел зеленый луч, летящий в его сторону. Авада Кедавра. И в следующее мгновение он был сбит с ног юным аврором, а заклинание, которое метнул Тед, обездвижило сбежавшего неделю назад из Азкабана Эвана Никса. - Спасибо, - едва вспомнив, как дышать, поблагодарил Хьюго. - Не за что. Это моя работа, - отмахнулся Тед. А потом Люпин пошел сдавать Никса в Аврорат, а Хьюго отправился спать, все еще до конца не веря в то, что пережил этот день. Утро для Хьюго наступило где-то в полдень. Ребята всерьез собирались всю ночь по очереди дежурить возле его кровати, но Хьюго решительно отмел подобные идеи. Потом он осознал свое изменившееся положение. Если еще вчера он всем надоедал и всех раздражал, теперь его все как-то чересчур опекали. Это было приторно, как пять кусков сахара в чае, и уже раздражало. Вот так вот, человеческая натура все же крайне противоречива. Если еще совсем недавно, только вчера, Хьюго хотелось, чтобы ему уделяли внимание, сегодня от этого внимания он уже на стены лез. Он, конечно, не был неблагодарным и прекрасно понимал, чего ребятам стоит постоянно его оберегать. Они выглядели сонными и крайне уставшими, но ни на минуту не оставляли его одного. У Хьюго даже состоялся разговор со Скорпиусом. Когда настала его очередь опекать, Хьюго спросил: - Вот тебе, Малфой, зачем это надо? Ты же терпеть меня не можешь. - Но это вовсе не значит, что я желаю тебе смерти. - Да? Отчего же? Ты же следующий. - Но мне повезет гораздо меньше, чем тебе. - Почему это? - Вокруг тебя все носятся, стараются помочь, хоть ты этого и не ценишь. А от меня будут шарахаться как от чумного. На это было нечего ответить, и Хьюго знал, что должен быть всем очень благодарен, а не вести себя так эгоистично. Тем не менее, ему удалось сбежать от очередного охранника, Лили, чтобы немного побродить в одиночестве. Он ходил по дому Поттеров, и зашел в дверь, казавшуюся такой неприметной. Он часто бывал у Поттеров и, конечно, видел ее ранее, но никогда туда не заходил. А теперь вот почувствовал совершенно непреодолимое желание узнать, что же скрывается за неприметной дверцей. Конечно, такое желание, особенно в свете разворачивающихся событий, должно было бы показаться донельзя странным, но Хьюго не придал этому значения. Он просто открыл дверь и вошел. Напрасно… В комнатке оказалось огромное количество совершенно непонятных вещей. Хьюго почти неосознанно протянул руку и взял небольшой шарик, светящийся матовым светом. Только ощутив от находки неестественный холод, он понял, что попался… Но в следующее мгновение артефакт был выбит из руки заклинанием. Уизли развернулся и увидел на пороге Джеймса с поднятой палочкой. - Спасибо. - Интересно, что ты здесь делал? - Просто гулял… и зашел. А что это за комната? - Тайник, где отец хранит конфискованные у Пожирателей предметы. Нам строго-настрого запрещено заходить сюда и что-либо трогать. Это смертельно опасно. - Прости. - Больше так не делай. - Джеймс, у тебя не будет проблем из-за использования магии? - Нет. Тед совершеннолетний, и к тому же аврор. Скажет, что это он использовал заклинание. Именно так Люпин и поступил. В общем, все обошлось. А Хьюго поумнел, перед всеми извинился и стал осторожнее. Луиза страшно переживала, хоть и знала, что это вредно для ребенка. Но ведь вообще крайне вредно находиться в чреве матери, обреченной на смерть. Конечно, она пыталась убедить себя в том, что этого не случиться, но получалось очень плохо. Ведь все события последних дней неумолимо доказывали правильность рассуждений обреченных. Тем не менее, Луиза ловила себя на мысли, что рада, что в числе обреченных нет ее брата… и Джеймса Поттера. Да, она в него влюблена, и нет смысла отрицать это, вероятно, в последние дни жизни. Эрик застал сестру в глубокой депрессии, она просто сидела в кресле и смотрела в одну точку, думая о том, как коротка и несправедлива жизнь. Ведь она может даже не начаться для ее и Джеймса ребенка, которого Луиза уже любила. Брат подошел, сел рядом и спросил: - В чем дело, сестренка? - А то ты сам не знаешь? - Не переживай, мы непременно найдем выход. - Как? Наши товарищи умирают, а мы все ищем, ищем и никак не можем найти. - Луиза, я тебе обещаю, пока я жив, ты не умрешь. - Не надо давать таких обещаний, Эрик. Мне дает силу только осознание того, что вы с Джеймсом останетесь живы. Луиза произнесла это предложение неосознанно и поздно сообразила, что оно значит. К тому моменту Эрик уже нахмурился и недовольно произнес: - Значит, для тебя Поттер так важен? - Эрик, мы столько времени встречались… В конце концов, я жду от него ребенка. - Вот именно, ты ждешь от него ребенка, а он тебя бросил. - Но Джеймс… - Что? - Был твоим другом. - Вот именно: был. Знаешь, сестренка, я и сам не понимаю, как мог дружить с ним. Мой тебе совет, Луиза: постарайся как можно скорее забыть этого козла. - Не могу, Эрик. Я его люблю. С этими словами Луиза ушла к себе в комнату. Эрик не пошел за ней, о чем-то глубоко задумавшись. А Луиза думала лишь о том, как несправедливо вышло. Ну почему Джеймс не готов к серьезным отношениям? Она же хотела не так уж и многого: частичку любви. Но он оказался для этого слишком ветреным и легкомысленным, он променял стабильные семейные ценности на возможность продолжать развлекаться. Луиза не могла понять этого: ей всегда хотелось семьи и стабильности, она не была склонна к авантюрам. А теперь понимала, что безумно влюблена в Джеймса. И знала, что если он ее просто поманит пальцем, она, не задумываясь, пойдет, к чему бы это ни привело. Но теперь об этом поздно думать: она беременна и она обречена. А Джеймсу еще жить и радоваться жизни. По крайней мере, на тот момент Луиза была в этом искренне убеждена. Днем Хьюго спускался на обед, когда его окликнула Лили. Он остановился на верху довольно крутой лестницы, кузина подошла, и завязался разговор. Позднее Лили не могла объяснить, почему вдруг решила поговорить с Хьюго именно в том месте, таком опасном для праздных разговоров. Просто твердила, что внезапно возникло непреодолимое желание поговорить. Опять же, в этом можно было увидеть странность, но Лили не хотела читать никакие знаки. Она считала: пусть этим занимаются другие. И они с Хьюго болтали обо всем, что даже отдаленно не напоминало события последних дней. Они уводили разговор подальше от обреченности и неизбежности, обсуждали разные веселые случаи, шутили и смеялись. Они пытались сбросить напряжение последних дней. Именно в этот момент Лили окликнул появившийся рядом Тед. Разумеется, он не хотел ничего плохого, просто поговорить с девушкой, которая начинала ему нравиться. И Лили тоже ничего плохого не хотела. Она просто слишком резко развернулась к юноше, который начинал нравиться ей. И задела стоящего совсем близко Хьюго, отчего он покачнулся и потерял равновесие. Разумеется, у Уизли не было ни единого шанса: слишком крутая лестница и падать слишком долго. Он уже почти видел себя внизу, уже считал, что ОНА победила… но не в этот раз. Его неожиданно спас тот, от кого он все же меньше всего ожидал этого: Скорпиус Малфой. Гриффиндорец просто почувствовал неладное и как нельзя вовремя применил заклинание левитации. Он как раз искал Хьюго, ведь все остальные за столом его уже заждались, начали беспокоиться. Естественно, ему было страшно использовать подобное заклинание после происшествия с Тедом, но мгновения ему хватило, чтоб решиться. Он считал, что в таком же случае, как с юным аврором, уж к нему-то не отнесутся столь лояльно. Тем не менее, был убежден, что попробовать стоит. И у него получилось. Все прибежали сюда, услышав шум, и столпились вокруг Хьюго, а к Скорпиусу подошел Тед. - Спасибо. Заклинание выполнено прекрасно, - поблагодарил он юношу. - Ага. Меня из Хогвартса исключат за это прекрасно выполненное заклинание. - Скорпиус, у тебя склероз? Я тут аврор и отмазываю всех в подобной ситуации. - Неужели даже меня? - Я же сказал: всех. И Скорпиус понял, что все не так уж и плохо. Вечером все начали готовиться ко сну, чтобы хоть ненадолго забыть тревоги уходящего дня. После нескольких удачных попыток противостоять Смерти они как-то забыли, что ОНА не знает перерывов и отдыха, что не будет ждать, пока они выспятся и соберутся с силами. Хьюго решил, что на сегодня впечатлений хватит, и отправился к себе в комнату. Но выбрал не ту дорогу. Дело в том, что дом Поттеров напоминал порой лабиринт. Неизвестно, о чем думали Гарри и Джиневра, обустраивая его, но там были пути, напоминающие головоломку, а также много старинных предметов. Хьюго увидел по дороге старый шкаф. Видит Мерлин, юноша просто хотел пройти мимо. Но, идя мимо шкафа, случайно его задел, и дверь открылась. Оттуда вылетел боггарт. Хьюго, конечно, предпочел бы, чтобы никто не знал о его слабостях и страхах. Поэтому не будем останавливаться на том, что его боггарт из себя представляет. Важно только отметить, что стоял юноша напротив открытого окна на третьем этаже. Естественно, он испугался и не сразу вспомнил заклинание. Вместо этого попятился к окну, а уже у открытого окна споткнулся и почувствовал, что падает… Но этого не произошло: в последнее мгновение его кто-то схватил за руку, с силой дернув на себя. Этим кем-то оказалась Роза, почуявшая опасность и вовремя прибежавшая. Поняв, что брат вне опасности, она резко развернулась, направила на боггарта палочку и решительно произнесла: «Ридикулус!». А потом загнала уже не представляющее опасности привидение в шкаф. Роза вызвалась проводить брата до комнаты, чтобы быть на сто процентов уверенной, что ему сегодня больше ничего не угрожает. Уже оказавшись в комнате, Хьюго тихо сказал собравшейся идти спать сестре: - Спасибо. - Не за что Хьюго. - Роза, скажи, когда я умру, ты будешь скучать? - Я не мыслю без тебя жизни, Хьюго, ты же мой любимый брат. И не смей допускать подобные мысли! - Мне иногда кажется, что это просто неизбежно. Что мы можем противопоставить ЕЙ? - Дружбу. Любовь. Взаимопомощь. Мы уже многое сделали. - Неужели? - Хьюго, открой глаза, мы же уже пять раз выиграли у НЕЕ. Осталось только лишь два – и ты спасен! - А ты уверена в этом? - Конечно, больше, чем в чем-либо. - Ладно. Будем верить, больше нам ничего не остается. Спокойной ночи. - Спокойной. Роза поспешно вышла, чтобы брат не заметил слез в ее глазах. Предчувствие девушки никогда не обманывало ее, и на этот раз она понимала, что все гораздо сложнее.