Ты меня до сих пор любишь? Ведь так?..

Я была так близко к нему. Ну я просто не могла устоять перед ним. Я все смотрела на него, а он на меня. - Доу, я конечно тебя люблю, но я к интиму не готова, для этого надо слишком доверять друг другу. И да, я не согласна на изнасилование. - сказала я ему, но не успев закончить предложение, как он взял меня за плечи и повалил на диван, как раз раздвинутый как кровать, к сожалению. - А кто это говорил все время: "Вот бы меня изнасиловали!"? - спросил меня Доу, нависая надо мной темной фигурой. В его голосе было раздражение.- Разве ты не этого хотела? Я явно не ожидала от него такого, так как сколько я с ним дружу, он никогда так со мной не обращался, но если честно, мне это даже нравилось. - Я просто несла всякую ересь Доу, ты меня знаешь! - пытаясь все свести на нет, говорила я, зная, что это не поможет. - Не воспринимай мои слова всерьёз, хехе. На всем теле выступил пот, то ли из-за накала страстей, то ли из-за жары, я не знаю. Джон все так же на меня смотрел, но позже, сказал: - Милая, я хочу тебе сделать приятно, просто доверься мне. После этих слов он приблизился ко мне и прильнул к моим губам своими. Он меня поцеловал так, будто боялся меня спугнуть. Поцелуй постепенно углублялся, как бы вдавливая меня в диван. В это время руки обвили мою талию, как пояс верности мертвой хваткой, отчего я не могла повернуть корпус. Руки были свободны, поэтому я начала сопротивляться, но чем дольше я сопротивлялась, тем сильнее сжимали меня его руки и тем глубже был поцелуй. Вскоре я перестала сопротивляться, потому что мои руки начали болеть либо из-за напряжения, либо из-за того, что кровь вылилась из них ближе к телу, поэтому я положила их на шею Доу, который меня целовал, как в последний раз. Я чувствовала, как сильно бьётся его сердце, или что там у него билось в груди, и как от него веяло жаром. Казалось, что я целуюсь не с живым существом, а с большой печкой. Потом он вошёл в мой рот своим языком. Я не знаю почему, но его язык был достаточно длинным. Он проходил по моим зубам и дёснам, по внутренним сторонам моих губ, даже иногда залезал дальше к горлу, но вовремя останавливался. Я окончательно перестала сопротивляться, приняв, что я тоже этого хочу, и что зачем мне отрекаться от такой возможности, я ведь так давно об этом мечтала. Его рука с длинными черными ногтями проскальзывала по моей талии, заставляя мое тело покрываться мурашками. Его волосы падали мне на лицо имитируя занавеску, что мне дико нравилось. Я не знаю, сколько наш поцелуй длился, но скоро Доу отстранился от меня. Только тонкая нитка слюны соединяла нас вместе. Кроме дождя, который даже не думал прекращаться, наше тяжкое дыхание с ним нарушало эту умиротворенную тишину. Мне было стыдно, ужасно стыдно. Сердце бешено билось, будто я только что вышла из горящей точки артобстрела. Мне казалось тогда, что мы делаем что-то ужасное, непоправимое. Доу нервно улыбнулся, будто сам не верил в происходящее. - Тебе нравится, милая? - спросил он меня, смотря на меня заворожённо. Я не хотела ему врать, поэтому: -...Да, наверное. Там внизу у меня все пульсировало от возбуждения. Ничего не могу сказать о Доу, только то, что он так же был в куртке с капюшоном на голове, ему это идёт. Он тогда был похож на сталкера, что не смог удержаться перед своим объектом слежки. Потом он прильнул снова к моей шее и стал довольно сильно кусать её, из-за чего на ней оставались конкретные укусы, которые явно не скоро заживут. Я от боли шипела, стискивая зубы. Он спускался все ниже и ниже, уже начал ласкать мое плечо. Он проводил по нему языком, целовал, оставлял засосы и такие же укусы. Я уже тупо не выдерживала и позволила себе постанывать, потому что молчать как рыба об лёд было просто невозможно. Доу зацепил рукой лямку от майки и спустил с другого плеча, оголяя одну из грудей. Мое сердце тогда подскочило. Так же спускаясь все ниже, Джон начал ласкать уже мою грудь: одну он так же целовал и покусывал, от чего я вздрагивала, а другую он нежно гладил рукой. Я запрокинула голову назад от наслаждения, тяжко вздыхая. Спустя некоторое время, оставив на всей верхней части моего тела довольно много укусов и засосов, он снова отстранился, и довольно смотрел на результат своей работы. - Тебе приятно милая? - ещё раз спросил он меня, будто хотел убедиться в этом. -Мгм. - промычала я, лежавшая перед ним с голой и обласканной вдоволь грудью. Взяв мою ногу и запрокинув ее на свое плечо, Доу сказал, оголив свои зубы: - Но милая, я могу ведь ещё лучше. После этих слов, он одним движением руки снял с меня трусы, засунул два пальца в рот, вытащил их и приставил их параллельно к моим уже половым губам, медленно проводя то к клитору, то к влагалищу. Мое заветное от его движений невольно сжималось, а я смотрела на это, не веря в то, что это со мной реально происходит, меланхолично думая, что скоро будильник зазвенит, и я пойду на свою скучную работу исследователем, где я буду снова искать причины появления мудаков, маньяков и прочих отбросов и где мне никто не нужен и я никому не нужна. Доу тем временем ехидно смотрел на меня, следя за моей реакцией. - Ты готова, моя любовь? - спросил Джон, как бы вырывая из моих мыслей. Я не знала, что сказать: с одной стороны я ужасно этого хотела, все же мне давно не восемнадцать, а с другой мне было дико страшно, вдруг что-то пойдет не так. Но, кто не рискует, тот не кайфует, так что: - Наверное, но если что-то пойдет не так, я тебя прикончу. Его лицо расплылось в улыбке, несмотря на мою угрозу и приставив кончики пальцев к влагалищу, начал медленно входить. Моя спина от новых ощущениях сразу выгнулась, а из моих губ вырвался рваный стон, но я сразу сжала зубы. Мои пальцы сжали матрас дивана, пытаясь что-то ухватить, но не получалось. Доу входил и выходил медленно, постепенно набирая темп, достаточно постепенно, чтобы успеть привыкнуть. В моё влагалище будто вставили кусок мыла, то есть жгло, я уж думала закончить всё на этом, но неожиданные ласки моей и́кры заставили отвлечься. Очень хотелось, чтобы это было целую вечность, но увы, скоро это все закончилось. Доу вынул из меня свои пальцы, полностью влажными, а свою ногу я увидела всю в засосах и укусах. Очень странно, что я ничего не почувствовала. - Милая, ты прекрасна, когда смущена, знаешь это? - сказал Доу, немного приблизившись к моему лицу, полностью покрытым румянцем. Я просто тяжело дышала, пыталась что-то сказать, но мой мозг будто был отключен. Вдруг я почувствовала, как что-то очень горячее прислонилось там внизу ко мне. От осознания того, что это может быть, я невольно вздрогнула. - Милая, может быть немного больно, но ты не волнуйся, я попытаюсь сделать максимально безболезненно. - сказал нервно Доу, держа меня за таз, будто сам боялся того, что делает. Я его отчасти понимала. Он начал медленно входить, а я пыталась максимально расслабиться, чтобы ему было легче, но сколько я не пыталась, не особо получалось. Но он вошёл в меня на удивление с лёгкостью, я в свою очередь пыталась удержать свои стоны, но даже через стиснутые до предела зубы и сомкнутые до невозможности губы они все равно вырывались. Полностью войдя в меня, Доу остановился. Я тяжело дышала от волнения. В квартире уже изрядно потемнело, из-за чего Доу был одной черной фигурой и только свет от телевизора немного освещал помещение. Прикрыв рот рукой, я смотрела на эту фигуру, пытаясь успокоить себя. И вот, Доу начал медленно двигаться. Чувство присутствия чего-то инородного внутри меня было двояким. Доу взял мои руки и прижал их к дивану, чтобы я не могла сопротивляться, наверное. Он смотрел пристально на меня, даже как то жутковато. Его зрачки были непривычно большими, заполняя почти весь белок глаза, а его улыбка была больше похожа на оскал хищника. Постепенно он ускорялся, а я все отчётливее слышала его приглушённые вздохи и тихое рычание, будто из самой груди. Его взгляд просверливал во мне дыру, что не слабо так на меня давило. Чтобы полностью расслабиться, я закрыла глаза и я могла слышать только свои вздохи, мое сердцебиение, вздохи и рычания Доу и те самые неприличные звуки внизу. Джон прислонился к моему плечу, будто не в силах больше держать голову. Я чувствовала его горячее дыхание на себе, отчего становилось ещё жарче. От происходящего у меня закружилась голова и я уже не могла соображать от слова совсем. Внизу все пульсировало, все моё тело взмокло, а воздуха мне все больше не хватало. Потом темп ускорился, чего я не ожидала. Было больнее, чем когда темп был медленный, но всё же было терпимо. Мои руки постепенно немели и холодели на кончиках пальцев, несмотря на то, что он держал мои руки несильно. — Ох милая, ты так прекрасна. — все говорил он, но я его не слушала. С каждым входом темп ускорялся и ускорялся, а мои стоны были все громче и громче, чего я не хотела. Его рычание теперь не был похож на гул холодильника, а уже был похож на рев автомобиля. От быстрого темпа я задыхалась и не могла даже слова сказать, чтобы Доу сбавил скорость. Я не знаю как долго это было, но почувствовав что-то теплое и жидкое внутри меня я даже обрадовалась, что все закончилось, но Доу все продолжал. Его рычание смешалось со сбивчивым хриплым дыханием, его голова была поникшей, а руки были напряжены. Я уже не чувствовала своих рук, но вскоре Джон и сам ослабил свою хватку. Он отпустил мои руки и приподнявшись, смотрел на меня, тяжко дыша. Доу улыбнулся, приподняв угол своих губ и тем самым оскалив свои зубы, и сквозь с хриплым сбивчивым дыханием, спросил: - Тебе понравилось, милая?