Панацея от смерти

      Ночью, уже лежа на диване, все на том же чердаке, парень одну руку под голову положил, а второй, держа дротик, целился в мишень. Бросок и тот достиг своей цели.       Ветки деревьев бились о стекло первого этажа, так и говоря о том, что сейчас будет сильный ливень. Это и случилось. Молния, гром, и вот, уже дождь бил по крыше дома и всей его поверхности, куда только попадал. Так еще и звуки треска от забора, к которому сейчас точно не стоило подходить, добавляли жути. Парень привык настолько, что как-то по барабану на все посторонние шумы было, а вот девушке…             Скрип по лестнице, и вот фигурка в одеялке поднимается на чердак.       — Спишь?       Глупый вопрос. Очень.       — Не могу уснуть, можно я тут побуду?       Идея еще хуже предыдущей. А чего сразу на тарелочку не уляжешься и перчиком себя не посыпешь? М?       — Как хочешь, — сказал тот, вновь кидая очередной дротик. Лежал он собственно в одних джинсах, да и все. Футболка валялась где-то на кресле, а берцы у дивана стояли себе аккуратно.       Поднявшись, парень подошел к стене, где висела мишень и, собрав все дротики, вернулся в свое первоначальное положение. Снова грохот, но уже в подвале, из-за чего парень подорвался и, быстро спустившись в подвал вырубил щиток. Сгорели пробки, не так критично, решил, что позже поменяет.       Т/И забралась на диван и калачиком свернулась. Слишком много эмоций для одного дня и человека, которого растили, как розу парниковую. Ладно хоть, владение оружием являлось обязательной частью жизни всех людей. Только ты научился ходить и говорить — тебя ведут учить элементам обороны.       Вернувшись обратно на чердак и заметив комок на диване, Чон Хосок непроизвольно улыбнулся. Однако, лишь на другой конец дивана сел. Не потому что девушка была ему противна, а скорее наоборот. Он ведь труп ходячий, обычный кусок гнили, так что при всём его желании согреть её не сможет.       Взяв стопку дротиков, что лежали на столике у дивана, принявшись вновь метать те в мишень, он произнес:       — Посидим без электричества, пока дождь не закончится.       Т/И чуть прошуршала, ворочаясь, а потом подползла к нему, внаглую улегшись на колени, руками обвив торс и на свою же руку головой оперлась.       — Не люблю грозу… В один из таких дней умерла моя мама… — тихо проговорила девушка. Тоже зачем-то. Может, хотела разговор поддержать или просто отвлечься.       — А ещё меня извращенцем назвала. — еле слышно тот высказал мысль вслух, но решил не придавать значения тому, как лежит девушка. Он одну ногу вниз свесил, а вторую согнул в колене, от чего получилось, будто девушка грудью в пах упиралась. Однако, так самому Хосоку ещё было удобно, чем лежать, как солдатик.       Через какое-то время Т/И провалилась в сон. Всё-таки день был слишком насыщенным. Дремоты на диване не было достаточно для того, чтобы расслабить и тело и мозг. Сладко сопя, она лишь крепче продолжала сжимать чужое тело. Чуть поерзала на месте, чтобы лечь поудобнее, потому что в этой позе тело затекло. Одна рука на пахе лежала, как и щека, вторая рука вытянута вперед, грудь свисала возле бедра, опираясь о поверхность дивана. Хосок уже помер пятьсот тысяч раз, и не должно волновать по-сути всё мирское, но эта девчонка его добила тем в каком положении лежала.       «Блять…» — только и подумал он.