Лживая судьба

Зима. Белогорская крепость усыпана нетолстым слоем снега, небо было засеяно звездами. Гринев протирал шпагу. Вскоре должна была состояться повторная дуэль с Швабриным. Молодой офицер сгорал от нетерпения, проткнуть лезвием соперника и избавить Марью Ивановну от бесчисленных преследований. Он представлял, как Швабрин стоит в ужасе. С примесем шока раскрыв глаза, рот приоткрыт в беззвучном крике, а в следующую секунду падает замертво. Его бледное лицо с остекленевшими глазами смотрят прямо на него. С уголков губ течёт тонкая струйка алой крови. Гринева передёрнуло от этой картины. Нет уж, убивать его — будет слишком большым грехом на душу. Но что же сделать, чтобы он отвязался от Маши? Попробуем доходчиво объяснить не путевому ухажёру, что так не поступает настоящий офицер. Тут размышления Гринева прервал резкий удар в окно. Выглянув, он увидел Алексея. Швабрин стоял, подперев руки в бока, да и выглядел излишне самоуверенно для того, кто смог одолеть его только с помощью грязного хода. Первое, что врезалось в глаза: эфес от шпаги, что лежала в ножнах. Его черные, как смоль волосы были растрёпаны после недолгого сна, серые глаза резко контрастировали со смуглой кожей. Темно-серый камзол и немного поношенная рубашка. Брюки, тем не менее были выглажены. И видимо Швабрин действительно был настроен решительно, учитывая, что он сам явился к окну Петра, как и в предыдущий раз. Петр Андреевич схватил шпагу и выскочил во двор,в одной хлопковой рубашке с вырезом на груди и черных брюках. Кожаные сапоги доходили до икр. - Не хорошо, Петр Андреевич, так выпрыгивать через окно. Убиться ведь можно, — гадкая усмешка растянулась на его смуглом лице. Гринев раздражённо взглянул в глаза Швабрина и промолвил: - Не раньше вас, Алексей Иванович. - Ну не серчайте. Я же это так, по-дружески. Мысль о убийстве дворянина вновь посетила голову Гринева. - Прошу, - темно-волосый барин указал рукой за съезжую избу, в которой никого быть не должно. Петр старался не показывать, что ему было холодно. Все таки не май месяц. Они тихонько направились за приказную, дабы их никто не засёк. Гринёв и Швабрин никому не сказали про их повторную дуэль. Ведь Василиса Егоровна всегда желает быть в курсе любых дел в Белогорской крепости. Лишние уши могли ухудшить их авторитет. Пройдя приказную, они спустились по тропе к ручью, где когда-то Швабрин ранил его в плечо. Они решили не останавливаться и пройти чуть дальше. Мало ли вдруг снова из кустов выскочит Савельич. Махая руками и крича: "Батюшка Петр Андреевич, остановитесь!" - Ну что ж начнем, господин Гринев. - Алексей вынул шпагу и встал в атакующую позицию. Гриневу ничего не оставалось как проделать тоже самое, но прежде он решил поговорить. - Ты ведь, прекрасно понимаешь, что если бы не Савельич, то в том поединке победа была бы за мной? - Но победил я! - Швабрин самодовольно усмехнулся и начал кружить вокруг противника. - Не ты. - Уже шепотом произнес он. Гринев стал внимательно наблюдать за ним, раздумывая, что сказать . Шпага уверенно держалась впереди, как щит и преграда, но отчего? Швабрин резко сделал рывок вперед. Гринев его заблокировал и пошел в атаку. Скрежет стали отдавал в ушах, в висках отдавался каждый звук. Алексей блокировал его, и пытался атаковать. Но Петр был изворотлив и более гибок, поэтому он без труда уворачивался. Уроки Бопре не прошли даром. Удары Швабрина были резки и хаотичны, как и его характер. В отличии от Петра Андреевича, его удары были более четкими, дерзкими и уверенными. Швабрин старался уворачиваться, но не от всех получалось, он медленно отступал. Выпады Гринева становились быстрее, в то время, как защита Алексея слабела. Время для его собственных выпадов сокращалось. Он и не заметил, как стал наблюдать за Гриневым не для того чтобы увернуться... Как капли пота стекали по его голой шее, рубаха, намокнув от пота, прилипала к его подтянутому торсу. «О чем он думал?» - Алексей замер от шока. Петр атаковал его. Он сделал шаг назад и не совсем понял от чего он упал; из за корня дерева или от мысли своей. - о том, что Петр симпатичен? Не может такого быть, что бы ему был симпатичен Гринев. Не удивительно, что Маша была тоже неравнодушна к офицеру. Он упёрся спиной в ствол дерева, шпага вошла не далеко от правого уха. Гринев ударил стопой по стволу около его левого уха. Швабрин сглотнул, сам не понимая от чего краснея. Ему впервые было так тяжело дышать, в его любимой рубахе и камзоле. Гринев возвышался над ним: его рубашка прилипла к телу, лицо было раскрасневшееся, по подбородку стекали капли пота, а его каштановые волосы прилипали ко лбу. - Алексей Иванович, вы проиграли. - его уста были растянуты в победной улыбке, она была самой яркой из всех, что Алексею доводилось видать. На секунду он обрадовался, что проиграл. - Теперь не могли бы вы перестать преследовать Марью Ивановну? - Я ее не преследовал. - Глаза Гринева расширились от непонимания, он убрал ногу со ствола и отпустил шпагу, та продолжила находится внутри ствола. Алексей не знал куда отлетела его собственная, потом придется поискать. - Тогда как вы объясните что вы всегда ошиваетесь рядом с ней? Мне приходилось составлять ей компанию, боясь что вы ей навредите. Швабрин собирался сказать: «Что откуда он мог знать почему его так тянуло к ней?» - Как из кустов вышла Марья Ивановна, увидев сею картину она прикрыла рот ладонью. Глаза были полны шока и непонимания. - Марья Ивановна! - Гринев поспешил к девушке, дабы объясниться перед ней. Смотря, как нежно Гринев обнимал Машу и аккуратно поглаживал ее по спине, успокаивая. Швабрина душила жгучая ревность, она застилала его взор. Он огляделся и обнаружил свою шпагу в пяти шагах. Вырвав шпагу Петра из ствола дерева, Алексей направился к паре, попутно захватив и свое оружие. - Марья Ивановна, давно не виделись. Как поживали? Что вы здесь делаете в столь поздний час? - голос Алексея звучал доброжелательно, но хрипло. Маша недовольно скривила носик, отказываясь отвечать, и сильнее уткнулась в грудь к Гриневу. Парень от таких действий опешил, но прижал к себе девушку и тепло улыбнулся. Со Швабриным она вела себя, как неприступная крепость, но с Гринёвым она таяла буквально от любого его вздоха и взгляда в ее сторону. Это выводило его из себя. - Петр Андреевич, вы в одной рубашке.. так простудиться недолго!.. Пойдёмте скорее в избу. Вы не ранены? - Машенька нежно взяла Гринева за запястье и потянула в сторону крепости, - Вот! Накиньте это, - Мария сняла с себя старую вязанную шаль и окутала ею Петра. Вдруг показалась Палашка. Она была потрясена, как зазноба Петра и Алексея. - Петр Андреевич! - вскрикнула девушка, хватаясь за лицо, - Алексей Иванович! - заметив супостата, сказала Палашка, - Опять поединок! Василиса Егоровна с вас заживо кожу сдерёт!.. Петр Андреевич, Вы.. Вы же простудитесь! Скорее-скорее в избу! - Палашка, - спокойно отозвался Гринёв, - Сжалься над нами, дураками! Молю! Ни слова, Василисе Егоровне! - Маша закрыла рот рукой от удивления. Сын великого отставного помещика просит бедную крепостную крестьянку сжалиться над ними.. - Петр Андреевич!.. Как же так... Не могу я.. От хозяйки ни одна новость мимо ушей не проскочит!.. - Если ты ей не расскажешь, то может.. Она и не осведомиться? - дал о себе знать Алексей Иванович. Палашка стояла и не знала, что ответить. Ей было страшно, что будет с ней, Марией, Петром и Алексеем, если их всех учинят во лжи. - Я... Мне надо бежать, Василиса Егоровна может обозлиться, что меня долго нет! - Пожалуйста, идемте в избу, Петр Андреевич! - сказала Маша и побежала за служанкой. Петр не хотел отставать от возлюбленной и хотел было побежать следом за Мироновой, но... Кто-то позади резко схватил его за плечо. Гринев чуть опешил. Что еще нужно Швабрину? Дуэль завершена. Петр одержал победу, Алексей потерпел неудачу. Но тут, супостат начал речь. Прямо над самым ухом победителя, он сказал: -Я сдаюсь. Можешь хоть завтра жениться на ней. Мне уже плевать, - последняя фраза было сказана ни сколько Гриневу, сколько самому себе. Офицер не мог понять, как ему реагировать. Мурашки пробежали по спине. Дворянин еще никогда не позволял самому себе, настолько сократить расстояние между ними. Тут в голове Гринева что-то щелкнуло; он резко отдернул плечо и развернулся лицом к Швабрину. Так близко их лица еще не были.. Несмотря на то, что возлюбленный дочери коменданта был ниже, ему это не мешало неодобрительно осмотреть офицера с ног до головы. Петр отнял свою шпагу из рук Алексея и развернулся к крепости, дабы не отстать от Маши. Хотя слова недруга до сих пор разносились эхом в голове. Эта дуэль обошлась без потерь Но все будет иначе теперь. Ты свои чувства умерь. Все будет иначе, поверь.