Зло похоже на людей/Nian Zhong (年终 )

Чжун Чэншо стоял на кухне, держа в руке шумовку. Впервые в жизни у него возникли серьёзные сомнения. С тех пор как Инь Жэнь поднял этот вопрос в такси, он не произнёс ни слова. Вернувшись домой, Призрачный Король открыл дверцу холодильника и пристально уставился на полки. Чжун Чэншо, как обычно, завязал свой фартук, на котором было написано "Опасный человек". Только сейчас он осознал, что кто-то добавил к иероглифу на фартуке лишнюю черту, изменив "Опасный человек" на "Большая шишка". (прим.пер.: 人物 - опасный человек. Инь Жэнь добавил черту к иероглифу 人, означающему человека. Теперь получилось 大物 - Зверь или Большая шишка (на сленге)). Чжун Чэншо: ... Он взглянул на Инь Жэня, стоявшего в непосредственной близости от холодильника, и молча поправил модифицированный фартук. Он решил приготовить тушеную баранину. Тридцать минут спустя Чжун Чэншо уже девяносто девять раз снял пену с мяса, но голова Инь Жэня всё ещё была в холодильнике. Аромат ягнёнка проник в гостиную, но, похоже, никак не повлиял на его напарника. Наконец, не в силах больше терпеть, Чжун Чэншо накрыл кастрюлю с тушеным мясом и подошёл к Инь Жэню. Подражая его движениям, он наклонился вперёд и опёрся подбородком о перегородку холодильника. От холодильника веяло свежестью, но больше ничего особенного. В последнее время они мало бывали дома, и яйца уже не были свежими. Взгляд Чжун Чэншо скользнул по рядам ингредиентов, пока он быстро подсчитывал что-то в уме. Двое взрослых мужчин стиснулись перед холодильником, являя собой сцену, не поддающуюся описанию. До такой степени странную, что, когда Ху Тао радостно выползла в гостиную, она испустила пронзительный крик. Только тогда Инь Жэнь вышел из оцепенения и слегка наклонил голову. - Что ты делаешь? - Просто смотрю, заметил ли ты что-нибудь, - Чжун Чэншо сосредоточился на внутренней части холодильника. Инь Жэнь: ... Он откинул голову назад и потянулся за двумя бутылками газировки. - Пойдём на диван. Ху Тао посмотрела на двух, как ей показалось, безумных людей. Инь Жэнь взглянул на неё, но как ни странно, не прогнал. Он уселся на край дивана и освободил место для Чжун Чэншо. - Садись. Чжун Чэншо даже не удосужился снять фартук. Он послушно сел на другом конце дивана, скрестив ноги. - Исходя из твоей нынешней гипотезы, Другая сторона подобна "Интернету", состоящему из мозгов бесчисленных организмов. Элементали подобны"программным" существам, живущим внутри него. У них своя пищевая цепочка и свои критерии кормления. Инь Жэнь изо всех сил пытался провести аналогию. Чжун Чэншо крепко сжал бутылку содовой в руках и молча кивнул. А вот выражение лица Ху Тао стало ещё более растерянным, и её шея собиралась повернуться на девяносто градусов. - Одна вещь, о которой ты упомянул ранее, привлекла моё внимание. Ты сказал, что человеческие эмоции нельзя использовать в качестве ориентира, - Инь Жэнь потряс бутылку газировки. Чжун Чэншо кивнул более энергично. Инь Жэнь больше не прислонялся к дивану. Он наклонился вперёд и поставил газировку перед Чжун Чэншо. Он специально купил яблочную газировку. Чжун Чэншо не нравились эти чрезмерно индустриализированные продукты, тогда как Инь Жэнь был полной противоположностью. После долгих обсуждений два Первородных Элементаля наконец достигли определённого консенсуса, идя на компромисс между вкусом и здоровьем. Прозрачная бутылка была обёрнута яркой бумагой, а ингредиенты были относительно простыми и полезными. Однако срок хранения был дольше, чем у свежевыжатого сока. Инь Жэнь повернул к Чжун Чэншо информацию о сроке. - Поскольку человеческие условия нельзя использовать в качестве эталона, почему бы нам просто не забыть об этих тонких стандартах любви и привязанности... Что, если мы посмотрим на это с точки зрения Первородного Элементаля? Взгляд Чжун Чэншо на мгновение опустел, затем постепенно стал острее. В следующую секунду он повернул голову и посмотрел на холодильник. Тот молча стоял на своём месте, издавая почти неслышный гул. - На Другой стороне человеческие тела могут сохраняться дольше, чем здесь. Когда Гао Мэнюй исчезла на несколько недель, она лишь немного ослабла, когда её спасли, - пробормотал про себя Чжун Чэншо, держа в руках охлаждённый напиток. - Это физическое сохранение. - Но, по мнению Цзяо Лянь, человеческий разум не может долго оставаться на Другой стороне. Даже волевые люди сойдут с ума, проведя там слишком много времени. Люди, превращённые Бай Юнцзи в мебель, недолго оставались в здравом уме, - Инь Жэнь потряс газировку в руке, в результате чего из сока вылетело бесчисленное количество пузырьков. - Даже у сумасшедших есть эмоции, но сложно определить категорию этих эмоций, правда? Даже если тело удастся сохранить, качество еды ухудшится. Если бы это был я, я бы хотел охлаждённую газировку с длительным сроком хранения и постоянным вкусом. Но это было всё, до чего он мог додуматься. Инь Жэнь знал, что уловил верную подсказку, но ему казалось, что он что-то упустил. Чжун Чэншо внезапно встал с дивана. Он быстро бросился в спальню и вскоре вернулся, держа в руке планшет. - Это люди, которые не соответствуют критериям "хорошей личности", - показал он Инь Жэню. У нескольких мелких бандитов была плохая репутация, но у всех у них была одна общая черта: У них остался только один член семьи. Молодые брат и сестра, оставшийся в живых только один родитель, или одинокие бабушки и дедушки. Даже уличная торговка, известная своей скупостью, работала с рассвета до ночи, зарабатывая деньги на операцию для своей глухой дочери. Эти люди также соответствовали критериям Любви. - Судя по тому, что ты сказал, действительно возможно, что это не имеет ничего общего с силой Любви, - мягко сказал Чжун Чэншо, проводя кончиком пальца по экрану. Он остановился на профиле матери Лу Сяохэ, Хэ Хуань. - Если это ради "срока годности", тогда всё это имеет смысл. Инь Жэнь, ты думал, что я умер. В то время ты бы сошёл с ума от горя или хотел умереть? - А? - Инь Жэнь был ошеломлён. - Я просто хотел найти твоё тело, и, может быть, уйти в уединение на несколько сотен лет, обнимая тебя. Но если ты говоришь о том, чтобы действительно сойти с ума или желать умереть, я... Я бы по-прежнему прожил свою жизнь хорошо, но я бы всегда помнил тебя, - он на мгновение задумался и дал твёрдый ответ. Он действительно был старше "Ромео и Джульетты", поэтому не стал бы сходить с ума или умирать из-за любви. Что происходит? Может быть, он не был выбран деревянным талисманом, потому что его разум не был поглощён любовью? - Ты меня любишь, но я не являюсь твоей "главной причиной продолжать жить". У тебя гораздо больше опыта, чем у меня, так что ты не такой уж наивный. Если кто-то вроде тебя окажется в ловушке на Другой стороне, тебя не обязательно будет поддерживать Любовь. Инь Жэнь задумался. В итоге он не мог этого отрицать. Если его забросить на Другую сторону, он не мог сказать наверняка, будет ли он на одну треть любопытным, на одну треть печальным и на одну треть тосковать по Чжун Чэншо. А всё остальное время он, возможно, будет вспоминать о различных современных деликатесах. Чжун Чэншо кивнул. - Но эти люди другие, - отметил он. - Жизнь этих бандитов - сплошной бардак, и единственная их забота - это их близкие. Эта уличная торговка пожертвовала своей жизнью в обмен на здоровье своего ребёнка... Мать Лу Сяохэ серьёзно больна, и её забота о своём ребёнке - её самая большая поддержка. Чжун Чэнфэн искренне любит свою работу, родителей и жизнь; она держится за счёт любви к другим. Ситуацию с Хуан Цзинем объяснить ещё проще. Он искренне искал смерти. Когда Дин Лицзы вытащила его из депрессии, она в определённом смысле стала его навязчивой идеей. Глаза Инь Жэня загорелись, и он крепко сжал бутылку. - Вот оно! Если бы эти люди оказались в ловушке на Другой стороне, ясность их ума, несомненно, сохраняла бы сильная Любовь! Вот тебе и длительный срок хранения, и высокая концентрация эмоций - идеальная еда! Чжун Чэншо отложил планшет в сторону, взял бутылку яблочной газировки и стукнул ею по бутылке Инь Жэня. - Да, - сказал он, поправляя очки. - Но пока это всего лишь предположения. - Действительно, их можно проверить только на разных людях, что тоже сложно, - Инь Жэнь быстро сдулся. - ...Скучно. Я думала, ты собираешься сказать что-то ещё, - с потолка раздался слабый голос Ху Тао. - А оказалось, что речь всё ещё идёт о деле; совсем не интересно. Сяо Инь, давай, найди что-нибудь интересное для сестрицы. Пришло время перерыва. - Этот случай очень важен, - Инь Жэнь открыл сок и сделал глоток. Аромат яблок мгновенно наполнил рот, даря ощущение свежести. - Хм? Неужели? - Ху Тао подплыла ближе, предвкушая интересные сплетни. - Какой случай? Какой случай? Могу ли я поехать в командировку? Ты нас в последнее время не звал. - Дело о пропавших без вести людях, которое, вероятно, связано со случаями исчезновения, произошедшими двадцать восемь... двадцать девять лет назад, - Инь Жэнь не стал ничего скрывать. На лице Ху Тао застыло своеобразное выражение любопытства, а цвет её лица стал несколько мрачным. - Ох, дела двадцатидевятилетней давности, - её тон был весёлым, но немного странным. - Такие случаи должны быть тщательно расследованы. Сказав это, она откинула заросшую челку, и её тусклые глаза остановились на Инь Жэне. - Ну, я не совсем понимаю Другую сторону и всё такое, но если ты хочешь добиться сильной любви, я вроде как знаю способ. ______________________ На рассвете. Бюро общественной безопасности Хайгу. - Привет, милая, папа сегодня вечером не придёт домой, - офицер Сунь отправил голосовое сообщение своей дочери, а затем энергично почесал голову. Раз уж Шиан упомянул "небольшую неприятность", стоило признать, что в Хайгу действительно произошло много неприятных случаев. Сами дела не были особенно нашумевшими и раскрыть их не составило труда. Проблема заключалась в том, что подобные случаи всегда вызывали значительную волну общественного мнения в Интернете. Несколько безработных молодых людей анонимно разместили в Интернете угрозы, а затем облили серной кислотой красивых девушек в центре города. Ещё один бесцельный хулиган скрылся в переулке коммерческого района и перерезал горло молодому начальнику. Ночные нападения, случайные поджоги, раны, нанесённые самодельными бомбами... одно преступление за другим. Хотя дела были раскрыты, их влияние не могло быстро исчезнуть. Негативное влияние не просто не уменьшилось; вместо этого оно стало ещё больше. Как только они задержали неумелого имитатора, брызгающего кислотой, на улице появился человек, который резал людей. Поскольку ситуация постепенно ухудшалась, давление со стороны высшего руководства также значительно возросло. Офицер Сунь потёр лицо, чувствуя себя так, словно постарел на десять лет. - Все сошли с ума. Он устало просматривал материалы дела, не зная, что ему делать. По сравнению с этими необъяснимыми случаями предыдущие случаи кровавых уличных драк и домашнего насилия казались "обычными". Судя по общественному мнению, многие уже не считали прежние случаи причинения вреда чем-то серьёзным. Не говоря уже о том, что некоторые случаи были "заразными". Они распространялись по городу, вызывая панику и подражание. Однако если бы информация строго контролировалась, возникли бы подозрения в сокрытии. Учитывая нынешнее состояние общественного мнения, что бы они ни делали, люди всё равно будут придираться. К сожалению, в последнее время полицейские силы были истощены, и каждый офицер фактически выполнял работу за двоих. Офицер Сунь почувствовал пульсирующую боль в голове, а курсор на его компьютере уже полчаса мигал после слова "Предложение", но ни одного слова так и не было написано. - Это не может продолжаться. Если мы не справимся с этим должным образом, кто знает, каким станет Хайгу... Офицер Сунь сделал глоток крепкого чая. - Лао Сунь, кое-что произошло! Офицер Сунь чуть не поперхнулся чаем. - Что случилось? Скажи мне! - В средней школе Хайгу произошёл инцидент. Молодую девушку похоронили заживо. Когда её нашли, она ещё дышала, и её срочно доставили в городскую больницу на лечение... Независимо от того, убийство это или покушение на убийство, это наш случай. - Проклятье! - офицер Сунь схватился за волосы. В то же время в правом верхнем углу его WeChat появилась красная точка. [Позволь мне увидеть твоё сердце: Папа, всё в порядке. Я тоже не могу вернуться. Появились пациенты, которых нужно спасти.] [Позволь мне увидеть твоё сердце: Одна из моих предыдущих пациенток, девочка с врождённым пороком сердца, утверждает, что её похоронили заживо.] [Позволь мне увидеть твоё сердце: Это абсолютное безумие!] Ну, по крайней мере, он сможет увидеть дочь. Офицер Сунь встал и надел кожаную куртку. Уже на выходе он остановился и схватил из ящика пригоршню шоколадных конфет. ______________________ Кончиками пальцев Инь Жэнь держал что-то, напоминающее шоколадную конфету. Выражение его лица было неописуемым. - Это и есть прогресс в обществе? Это вообще можно считать прогрессом? Чжун Чэншо промолчал. - Я слышала от "Ночных Странников", что это гарантированно сработает, - заверила Ху Тао, похлопывая себя по груди. - Это не вредит организму, и, судя по всему, имеет приятный вкус. - Ох, - Инь Жэнь продолжал смотреть на похожее на шоколад вещество. - Сертификация безопасности от Шиана не подлежит сомнению, тогда как сертификация "Затонувшего общества", несомненно, проблематична. Что же касается того, какая сертификация безопасности у "Ночных Странников", то это действительно загадка. Никто не знает, насколько это будет эффективно. Это была "сильная любовь", которую очень рекомендовала мисс Ху Тао. Следуя инструкциям этой грозной мисс, они вдвоём ночью отправились на Призрачный рынок. Они потратили половину сбережений Инь Жэня на покупку одной таблетки. Учитывая необходимость сохранить ход расследования в тайне, они, вероятно, не смогут получить возмещение расходов за этот предмет. Глядя на объект, Инь Жэнь почувствовал в своих эмоциях странную смесь приобретения и потери. "Ночные Странники" дали этому веществу элегантное название "Невинные мысли". Но, как резюмировал Чжун Чэншо, это было больше похоже на "вещество, уничтожающее рациональность". В отличие от тех афродизиаков, которые в первую очередь нацелены на физическое влечение, эта таблетка в основном использовалась для вызова психологического влечения. По словам Ху Тао, вещество может любого превратить в юношу, полного жизненной силы, охваченного желанием жить и умереть за свою любовь. Хотя привязанность пользователя к объекту своей привязанности на самом деле не взлетит до небес, все остальные эмоции, мысли... даже мораль и принципы исчезнут. Теоретически эффект этого вещества был постоянным. Однако Призрачному Королю потребовалась бы минута, чтобы стереть его магическое влияние. Однако... ему нужно прочувствовать процесс. Рука, держащая таблетку, слегка дрожала. Чжун Чэншо невинно моргнул, хотя его лицо всё ещё оставалось бесстрастным. - Раньше ты беспокоился, что твоего уровня любви недостаточно, поэтому это позволит тебе испытать её, - искренне произнёс Чжун Чэншо. - А ты раньше сказал, что нам не нужно использовать человеческие эмоции в качестве ориентира, - возразил Инь Жэнь. - Как вообще кто-нибудь может дать эту вещь тому, кто ему нравится? Я думаю, что она больше подходит для отравления врагов. Ему очень хотелось засунуть это в рот Вэй Хуацяну из "Затонувшего общества", что казалось более полезным. Шоколадная оболочка таблетки начала таять, но Инь Жэнь держал её подальше ото рта. - Ты уже проверял воздействие талисмана на себе, так что это послужит очень полезным сравнением. Таким образом мы соберём данные и проверим нашу гипотезу, - сказал Чжун Чэншо с оттенком серьёзности в тоне. - Чжун Чэншо, почему мне кажется, что ты упиваешься чужой бедой? - усмехнулся Призрачный Король. Чжун Чэншо медленно повернул голову, не отвечая. Когда Инь Жэнь неторопливо поднёс таблетку к губам, он быстро повернул голову назад, и его глаза засияли любопытством. Этот человек редко проявлял столь яркие эмоции. Было бы здорово, если бы это было в другой ситуации. С грустью подумал Инь Жэнь. В уютной гостиной они молча переглянулись. Вокруг Инь Жэня воцарилась странная атмосфера, несущая леденящие душу ощущения, напоминающие холодную реку. - Это метафизический предмет. Если его съем я, он не сработает, - бессердечно добавил Чжун Чэншо. - Я знаю. Я съем это. Я съем... Чёрт возьми, можно ли это считать производственной травмой? В горле Инь Жэня встал ком, и он с большим трудом проглотил таблетку размером с кукурузный шарик. Ху Тао парила в воздухе, а Чжун Чэншо сидел на диване, как неподвижная статуя. Инь Жэнь стоял в центре гостиной. Его голова была слегка опущена, и длинные волосы небрежно спадали каскадом. Спустя долгое время Инь Жэнь пошевелился. Он медленно поднял лицо, но явных изменений в его выражении не произошло. - И это всё? - Ху Тао была сильно разочарована. - Эта вещь стоила почти сто тысяч юаней. Какая трата денег! К сожалению, Чжун Чэншо не мог услышать её жалоб. Он просто смотрел на Инь Жэня, ожидая его реакции. - Никакой особой реакции, да? - понаблюдав за Чжун Чэншо в течение некоторого времени, Инь Жэнь наконец открыл рот, и его голос звучал так, будто он вздохнул с облегчением. - Уже поздно. Пошли спать. - Давай сначала проверим... - Чжун Чэншо достал деревянный талисман кролика. - Зачем это проверять? - легко ответил Инь Жэнь. - Уже так поздно. Тебе следует обратить внимание на своё здоровье и не ложиться спать так поздно. - Но... - Давай спать, - Инь Жэнь мгновенно телепортировался перед Чжун Чэншо. Он взял его за руки и улыбнулся, как лёгкий весенний ветерок. - Мы можем завтра об этом поговорить. Его малиновые глаза сверкали в свете лампы, а в тоне был намёк на властность, типичную для старшего. Его волосы постепенно обвились вокруг конечностей Чжун Чэншо, мягко, но непреодолимо потянув его на диван. Это было лицо Инь Жэня, голос Инь Жэня, но он не был похож на Инь Жэня. Эти глаза были нежными и пылкими, но, кроме переполняющего чувства любви, в них больше ничего не было. Чжун Чэншо никогда не ожидал, что почувствует страх в присутствии своего возлюбленного. Он инстинктивно крепче схватился за диван, чувствуя, как у него на спине пробегают мурашки. - В чём дело? - наклонившись, Инь Жэнь опустился на колени на диване и раскрыл руки, полностью обхватив Чжун Чэншо. - Ты не хочешь спать? - спросил он, а затем слегка поцеловал уголок рта Чжун Чэншо. Чжун Чэншо с тоской взглянул на пустую гостиную. Никогда ещё он так не жаждал немного ясновидения, как сейчас. В конце концов, мисс Ху Тао была, по крайней мере, товарищем по команде. В этот момент ему оставалось только изо всех сил пытаться спрятаться на диване. Если бы не упругость человеческих костей, ему хотелось бы распластаться, как блин. - Почему ты прячешься? - Инь Жэнь слегка нахмурил брови и немного приоткрыл рот, обнажив относительно острые клыки. Кончик его пальца коснулся кожи Чжун Чэншо. Это было грубое и тёплое ощущение, но от него по спине Чжун Чэншо пробежала дрожь. - Инь Жэнь, мне это не нравится, - он забился вглубь дивана. - Вообще-то мы планировали собрать данные. - Это всего лишь несколько смертных. Если они умрут, то умрут. В любом случае они бы долго не прожили, - небрежно ответил Инь Жэнь. - Завтра я как обычно пойду на работу. Я уже проявил перед ними старание... Теперь, когда мы с тобой понимаем ситуацию, нам не нужно о них беспокоиться. Он крепко держал Чжун Чэншо, словно обнимал большую куклу. Чжун Чэншо не осмеливался пошевелиться. - Ну... если ты волнуешься, мы можем спрятать твоих родителей в безопасном месте. Потом мы сможем найти способ создать проблемы на Другой стороне и поискать Чжун Чэнфэн. Таким образом, ты сможешь исполнить их желание, и тогда мы сможем делать всё, что захотим, - Инь Жэнь непринуждённо болтал, пока кончик его пальца прохаживал взад и вперёд по нежной шее Чжун Чэншо. - Тебе нравится этот план? - Мне он не нравится. Я бы предпочёл проверить данные прямо сейчас, - честно ответил Чжун Чэншо. Это было просто ужасно. В этот момент он полностью был согласен с точкой зрения Инь Жэня. Такой проклятый предмет следует использовать для отравления врагов! Чжун Чэншо хотел вырваться на свободу, но не хотел нападать на Инь Жэня. Он мог только с силой сжаться, пытаясь вырваться из объятий парня. Инь Жэнь неподвижно сидел на диване. На его лице постепенно появлялось выражение глубокой боли. - Раньше ты был так равнодушен к миру смертных, - он недоверчиво посмотрел на Чжун Чэншо, его голос был полон печали. - Ты считаешь работу важнее меня? - Ха-ха-ха! - Ху Тао весело расхохоталась, паря в воздухе. - Почему я не записала это на телефон? Прежде чем она успела закончить смеяться, луч света задел её ухо, и остаточная аура магии заморозила кости, неся предупреждение. Возникло ощущение, будто что-то сжимало её горло, и смех Ху Тао внезапно прекратился. Запаниковав, она стремительно полетела в соседнюю комнату, не задержавшись даже на полсекунды. - И каков же твой ответ? Инь Жэнь снова повернулся к Чжун Чэншо, который, казалось, хотел слиться с обоями. - Почему ты не хочешь вместе отправиться на Другую сторону? Неужели Шиан действительно так важен для тебя? - Инь Жэнь выразил сожаление. - Ах, теперь я вспомнил. Ты даже накрыл Хуан Цзиня одеялом... Он тебе нравится? На этих словах от Инь Жэня начало исходить слабое убийственное намерение. - В чём дело? Почему ты не отвечаешь? Забудь об этом. Это не имеет значения. Я заставлю его исчезнуть. Я знаю тебя. Это определённо не твоя вина. Говоря это, Инь Жэнь снова засмеялся. Его улыбка ещё никогда не была так похожа на улыбку Злого Духа. - Ты сегодня ведёшь себя так необычно; ты, должно быть, слишком устал. Я прав? Давай обсудим это завтра утром... Чжун Чэншо глубоко вздохнул и раскрыл руки. - Инь Жэнь. - А? - Обними меня, - сказал Чжун Чэншо, пряча деревянный талисман в рукаве и пытаясь сохранить спокойное выражение лица. Глаза Инь Жэня изогнулись, и он грациозно подошёл к Чжун Чэншо. Но всего в одном шаге от парня он остановился. - Что ты прячешь в рукаве? - мягко спросил он. - Может быть, ты хочешь использовать этот деревянный талисман, чтобы отправить меня на Другую сторону? _______________ Примечание переводчика. Вот это Ху Тао подсунула лекарство:)