Зло похоже на людей/Nian Zhong (年终 )

Прежде чем разум Инь Жэня успел отреагировать, его тело уже бросилось к Чжун Чэншо. Тот с огромным усилием цеплялся за стол, лицо его было бледным, как у мертвеца. Его подбородок был залит чёрно-красной кровью, она даже сочилась из уголков глаз. В сочетании с юным лицом он выглядел хрупким, словно снежинка, окрашенная отблеском света костра. Было очевидно, что Чжун Чэншо хотел попытаться вытереть подбородок, поскольку его тонкие пальцы были испачканы пятнами крови. Через несколько секунд его вырвало кровью, а затем он рухнул на стул. От его школьной формы воняло ужасающим сладким запахом крови, а стол был покрыт малиновыми пятнами. Лица учеников побледнели, и они в панике разбежались по передней половине класса. Их голоса были полны растерянности. Несколько учеников прижались к стене, и их вырвало. Когда Инь Жэнь посмотрел на Чжун Чэншо, который был весь в крови, его мысли остановились на две секунды. Кровавая сцена нападения мистера Цю в тот день врезалась в его память, и сейчас он едва мог сдержать дыхание. К счастью, Чжун Чэншо притворился, что искренне охает и стонет, демонстрируя некоторую уверенность и довольно... неполное эмоциональное состояние. Как только появился Инь Жэнь, взгляд этого человека, казалось, нашёл цель и твёрдо сосредоточился на ней. Инь Жэнь: ... Учитывая настоящие способности Чжун Чэншо, не могло быть и речи о том, что у него болит живот. Чтобы его так рвало кровью, он, должно быть, съел что-то, чего ему не следовало есть. В оцепенении он, казалось, вернулся на тысячу лет назад, когда впервые встретил того неряшливого на вид кролика, который понятия не имел, для чего нужна "пасть". Бывший чёрный кролик на его глазах жевал камни и даже пытался проглотить гравий. Нынешний товарищ Чжун уже пережил эпоху неразборчивого жевания и больше не обладал невежественным характером. Инь Жэнь постепенно успокоил дыхание и кивнул Чжун Чэншо. Только тогда парень отвёл взгляд и продолжил притворяться, что он в беде. Инь Жэнь постарался не смотреть на красную лужу, которая жгла ему глаза. Он подплыл к Чжун Чэншо и обнял его за шею. До него донёсся запах крови, а кожа Чжун Чэншо была холодной и покрыта слоем пота. На столе стояла закрытая бутылка минеральной воды, которую Чжун Чэншо обычно носил с собой, и из которой он сделал всего несколько глотков. На другой стороне стояла маленькая бутылочка из-под фруктового сока ёмкостью 300 мл, без крышки и со слоем оранжево-жёлтой жидкости на дне. Почти у каждого ученика на парте стояла маленькая бутылочка газировки, большая часть из них были открыты и частично выпиты. Инь Жэнь отпустил Чжун Чэншо и наклонился, чтобы понюхать горлышко бутылки. Среди сильного аромата апельсинов чувствовался странный медицинский запах. Не было никакой злой ци или Злой Силы, что указывало на то, что это определённо был яд, созданный человеком. - Что происходит? Что случилось? - в класс ворвался классный руководитель, за ним следовал школьный врач. - Это моя вина! - Ло Чуньлэй попыталась выбраться из толпы учеников. Её глаза были красными и опухшими. - Учитель, я слишком долго отсутствовала. Я соскучилась по всем, поэтому заказала ящик газировки... Её купили в маленьком магазинчике возле школы, и владелец помог с доставкой! Она всхлипнула и понизила голос. - Я... я думала поделиться ею со всеми во время перерыва, но потом Чжан Сань выпил её, и его начало рвать кровью... Тем временем Чжун Чэншо, сотрудничая, издал тихий стон. - Ты, ты и ты. Я знаю, что у вас с собой телефоны. Отдайте их, - учитель взглянул на Ло Чуньлэй и поджал губы, указывая на нескольких учеников. - Никому об этом не рассказывайте! Запомните это! - С ним всё в порядке. Сейчас он стабилен. Не надо вызывать скорую, - школьный врач поставил предварительный диагноз. - Это может быть травма пищеварительного тракта. Я отведу его на дальнейшее обследование. Классный руководитель заметно вздохнул с облегчением. - Отдайте бутылки, из которых вы только что пили. Отдайте их! Ло Чуньлэй, зайди в мой кабинет. Дежурные ученики, уберите здесь. - Но Чжан Сань... - начала было Ло Чуньлэй. - Зайди ко мне в кабинет, - рассеянно повторил учитель, складывая бутылки в полиэтиленовый пакет. Тем временем школьный врач помог Чжун Чэншо подняться, и тот тайком кивнул Инь Жэню, указывая на Ло Чуньлэй. Инь Жэнь нахмурил брови, не в силах оторвать взгляд от окровавленной одежды парня. К сожалению, им нужно было разобраться в ситуации. Праведный Великий небесный мастер в итоге махнул рукой и последовал за девочкой. Это случилось во время обеденной перемены, и в учительской никого не было. Ло Чуньлэй сидела на стуле и жалобно рыдала, вызывая сочувствие. Классный руководитель бросил конфискованные телефоны на стол и неоднократно осмотрел мягкую пластиковую бутылку, наполненную фруктовым соком, но не смог найти никаких проблем. - Ты сказала, что купила газировку за пределами школы? - Да-да, я купила больше ящика газировки. Помню, один ящик был распакован, - Ло Чуньлэй выглядела по-настоящему напуганной и растерянной. - Я также попросила двух друзей помочь мне раздать бутылки. Они могут свидетельствовать за меня, учитель! Что нам теперь делать? Нас кто-то отравил. Должны ли мы сообщить об этом в полицию? - Школьные правила запрещают приносить большое количество еды извне, - спокойно произнёс классный руководитель. - Теперь, когда ты создала проблему, это нанесёт ущерб репутации школы. Кажется, с Чжан Санем всё в порядке, так что давай подождём результатов из школьной клиники. Инь Жэнь парил над ними, и на словах учителя его брови взлетели вверх. - Но отравление незаконно! Мы должны сообщить об этом! - Ло Чуньлэй широко раскрыла глаза. Её тон был настолько невинен, что вызывал зубную боль. - Доложить об этом? Конечно, тогда школа официально разберётся с этим, а тебе будет грозить суровое наказание, - голос классного руководителя стал жёстким. - А когда родители твоих одноклассников начнут поднимать шум, не повлияет ли это на учёбу? Не пострадает ли школа из-за тебя? Он говорил властно, тайно сжимая кулак, отчего вены на его руке вздулись. Он нервничал даже больше, чем притворно плачущая Ло Чуньлэй. Проследив взглядом за рукой учителя, Инь Жэнь увидел запущенное приложение для оценки учителей. - Чжан Хэцзюнь ещё не выздоровела, и если ты ухудшишь ситуацию, опубликовав это в Интернете, ты хоть представляешь, как люди будут тебя критиковать? Учитель делает это для твоего же блага! Глаза Ло Чуньлэй покраснели, и она снова заплакала. - Я... я просто хотела угостить всех газировкой... Теперь я понимаю... - Позволь мне сказать тебе правду. Родители Чжан Хэцзюнь уехали из города, и её состояние не кажется слишком тяжёлым. Я свяжусь с твоими родителями. Они знают, что делать. Это взрослое дело, поэтому взрослые сами во всём разберутся, - учитель быстро сменил тон, смягчив голос, и протянул ей салфетку. - Вот так, учитель знает, что у тебя не было никакого злого умысла. Когда придёт время, извинись перед Чжан Хэцзюнь и наладь с ней отношения. Теперь можешь идти. - Спасибо, учитель, - тихо сказала Ло Чуньлэй, показательно всхлипывая. Наблюдая за этим диалогом, Инь Жэнь закатил глаза. Если бы это было в прошлом, он бы уже проклял их обоих. Весьма вероятно, что Ло Чуньлэй была тем, кто отравил Чжун Чэншо, и, исходя из текущей ситуации, это дело не дойдёт до полиции. Но Ло Чуньлэй была всего лишь ученицей средней школы. Как она могла получить ядовитое вещество? Гэ Тинтин и Хуан Цзинь охраняли школу, и обычные метафизики не могли приходить и уходить незамеченными. ...Использование "Разрыва" для передачи яда было вполне правдоподобным. Может ли это быть делом рук Элементаля, распространяющего порчу в школе? Помощь ученику средней школы и одновременно устранение сотрудника Шиана... Это как кувалдой убить курицу. Создание возобновляемого источника порчи в школе и потакание детям. Если этим занимался Первородный Элементаль - мистер Лэ - то чего именно он хотел достичь? Инь Жэнь больше не следовал за Ло Чуньлэй. Он стремительно полетел в сторону школьной поликлиники. ___________________ Чжун Чэншо послушно лежал на больничной койке, накрытый одеялом. Рядом с ним висела капельница, а пятна крови на его теле были начисто вытерты. Теперь, если не считать бледного цвета лица, то и не скажешь, что с ним что-то произошло. Когда Инь Жэнь влетел в комнату, Чжун Чэншо смотрел на лекарство, капающее по трубке. Рядом с ним сидел дворник средних лет. Несмотря на весёлый вид, под глазами у него были два больших мешка, а дыхание сопровождалось хрипами и звуками мокроты. Он казался даже слабее, чем Чжун Чэншо, лежавший на больничной койке. Мужчина держал в руках устаревший сборник анекдотов и читал его с большой сосредоточенностью. Школьного врача поблизости не было, так что этот человек, вероятно, был здесь, чтобы присматривать за "Чжан Санем". Дворник облизнул кончики пальцев и осторожно перевернул страницу книги. На столе рядом с Чжун Чэншо стояла его практически полная бутылка воды, и когда солнечный свет проходил через прозрачную пластиковую бутылку, он создавал на стене сияющее пятно света. Пока дворник перелистывал страницы книги, мерцающее пятно света двигалось и покачивалось, как живое существо. Характер этого дворника был несколько своеобразен. Он казался живым, но в его чертах было что-то разлагающееся. Каждое его движение было наполнено тяжёлым чувством депрессии, что делало его похожим на пожилого человека, приближающегося к концу своей жизни. Инь Жэнь тщательно исследовал, но не обнаружил никаких следов того, что дворник был культиватором. Тем не менее, Инь Жэнь инстинктивно скрыл свою ауру. Он полностью перестал дышать, медленно приближаясь к кровати Чжун Чэншо. Парень свернулся калачиком, повернувшись спиной к уборщику, и пробормотал несколько слов себе под нос. Он накрыл голову одеялом, и Инь Жэнь медленно наклонился над ним. Изменение его формы имело свои преимущества. Взявшись руками за край кровати, он мог видеть лицо Чжун Чэншо сквозь щель в одеяле. В тени под одеялом прямо на него смотрели два чёрных глаза, похожих на дыры. Чжун Чэншо не сразу заговорил. Вместо этого казалось, что он хотел погладить Инь Жэня своим взглядом, молча рассматривая его. [Я не пил газировку. Ло Чуньлэй заранее открыла бутылку, которую она мне дала.] Через мгновение Чжун Чэншо молча произнёс эти слова. [Пока Ло Чуньлэй отвлеклась, я вылил напиток в сумку.] Инь Жэнь на мгновение потерял дар речи. Спасибо Шиану за водонепроницаемый рюкзак. Вероятно, он и не предполагал, что первое, от чего ему придётся защищаться, будет не внешнее вторжение, а внутренний кризис. [А потом?] Инь Жэнь моргнул. Чжун Чэншо был не из тех, кто пассивно ждёт своей кончины. В его плане должен быть следующий шаг. [Изначально я планировал притвориться, что чувствую себя плохо, и посмотреть, как отреагирует Ло Чуньлэй. Но у моего тела действительно возникла проблема... До того, как меня начало рвать кровью, я пил только свою воду. Эту бутылку с водой я взял на временной базе Шиана. Она была запечатана и ни на мгновение не покидала моего поля зрения.] Инь Жэнь резко повернул голову и посмотрел на кристально чистую бутылку минеральной воды, стоящую на прикроватной тумбочке. Чжун Чэншо намеренно открутил крышку, и водяной пар имел слегка горьковатый привкус, ничем не отличающийся от других минеральных вод. Она не излучала никакой злой ци, и как ни крути, это была всего лишь бутылка с обычной водой. Инь Жэнь взглянул на дворника, и чёрная прядь волос бесшумно проникла в крышку бутылки, осторожно окунувшись в воду. Она была прохладной и слегка сладковатой, на вкус совершенно нормальной. Прежде чем Инь Жэнь успел нахмурить брови, острая боль внезапно пронзила кончик его волос. Такое ощущение, будто его волосы погрузили в сильную кислоту, и все его нервы одновременно закричали в агонии. Злая Сила в его волосах была насильственно уничтожена, как будто её расчленили. Такой сильный яд... но он не мог его убить. Инь Жэнь не отрезал прядь волос. Он перенёс боль и продолжил анализировать токсичность воды. Из-за сильной боли он почти не мог подавить свою ауру, и его руки, сжимавшие край кровати, сжались в кулаки. Чжун Чэншо быстро протянул руку и положил свою тёплую ладонь на тыльную сторону руки Инь Жэня. Тот прижался щекой к руке Чжун Чэншо, на некоторое время регулируя дыхание. Он уже был свидетелем этой способности уничтожать зло, когда в заброшенном парке аттракционов мистер Цю разбил заражённую монету Бай Юнцзи из пистолета. Несомненно, это была способность высшего Первородного Элементаля, которую сам Инь Жэнь пока не освоил. Нынешний Первородный Элементаль не использовал снайперскую тактику, но его способности не уступали способностям мистера Цю. Инь Жэнь почувствовал, что токсин содержит мощный биологический яд, обработанный Злой Силой. Если бы человеком, выпившим эту бутылку воды, был сам Инь Жэнь, его, несомненно, постигла бы ужасная и мучительная смерть. Чжун Чэншо был частично "привит" от Злой Силы, но всё равно реагировал на биологический яд. ...Нет, если бы Чжун Чэншо был обычным человеком, этот токсин должен был убить его. Хуже всего то, что с токсином обращались очень осторожно. Даже если бы Инь Жэнь присутствовал в то время, он бы только наблюдал, как Чжун Чэншо пьёт воду. Несмотря на то, что он знал настоящую личность Чжун Чэншо, по спине Инь Жэня пробежал холодок. Одна из его рук незаметно скользнула под одеяло и нежно коснулась щеки парня. [Когда мы вернёмся, я дам тебе немного Злой Силы, чтобы ускорить твоё выздоровление.] Инь Жэнь с силой подавил свой гнев и молча ответил. [Ситуация здесь опасная. Я сообщу Шиану.] Чжун Чэншо закрыл глаза и слегка наклонил голову к его руке. Знакомое чувство отторжения танцевало между их пальцами, вызывая странное утешительное ощущение. - Хе-хе. Дворник с шорохом перешёл к следующей странице анекдотов. Возможно, он нашёл что-то забавное, потому что дважды усмехнулся про себя. Инь Жэнь убрал руку, и Чжун Чэншо последовал его примеру, высунув голову из одеяла. В ярком послеполуденном солнечном свете молодой Чжун Чэншо указал на свои сухие и морщинистые губы. Инь Жэнь подумал, что он собирается что-то сказать, и инстинктивно наклонился ближе. Чжун Чэншо слегка выпрямился, и его губы коснулись носа Инь Жэня. [Увидимся днём.] Чжун Чэншо торжественно произнёс. Инь Жэнь коснулся своего носа, и внутренняя ярость в его сердце тут же рассеялась на треть. Волна тепла потекла от его носа и устремилась к ушам, вызывая слабое ощущение жжения. Возможно, она сожгла его обиду, поскольку его разум стал чист как снег. После выхода из палаты странное кисло-сладкое ощущение быстро рассеялось, и Инь Жэнь напрямую связался с базой... - Существует высокая вероятность того, что в школе прячется могущественный Первородный Элементаль. Будь осторожна и не позволяй Гэ Тинтин и Хуан Цзиню разлучаться. Внимательно следите за домом Ло Чуньлэй. Ах да, Чжан Хэцзюнь всё ещё выздоравливает в больнице? Не позволяй ей приходить в школу. - Это настолько серьёзно? - Лу Сяохэ была несколько удивлена. - Если это просто порча, то это ведь могут сделать и обычные Элементали, разве нет? В конце концов, Злая Сила была сродни плоти Первородного Элементаля. Что касается того, произошла ли она от "лапки комара" или "мёртвого слона", никто не мог сказать наверняка. Чтобы могущественный Элементаль ошивался в школе... По сравнению с мистером Цю, который устроил резню, это казалось слишком незначительным. - Я совершенно уверен, - подчеркнул Инь Жэнь. - Моя, кх-кх, марионетка из плоти чуть не повредилась. - Так отравление "Чжан Саня" не было твоим планом? - на этот раз Лу Сяохэ вообще перестала печатать и вздохнула. - Я думала, ты намеренно это устроил... - Нет, это было преднамеренное нападение. Сообщи об этом Ли Няню и Фу Синчуаню, и пусть они подготовят план действий на случай чрезвычайных ситуаций в школе. - Мм, поскольку мотивы Другой стороны неясны, лучше быть осторожными, - согласилась Лу Сяохэ. - На этом пока всё, мне пришло сообщение из больницы. - Подожди, помоги мне расследовать кое-кого, - остановил её Инь Жэнь. - Дворник в средней школе, около сорока лет, с мрачным видом, черты его лица похожи на матрёшку. Разузнай биографию этого человека. - Хорошо. Как только Лу Сяохэ повесила трубку, она поспешно ответила на видеозвонок в WeChat — это был видеозапрос от Сунь Цянь, и она довольно долго его игнорировала. Подтвердив шифрование соединения, Лу Сяохэ включила камеру, а затем приняла звонок. На видео Сунь Цянь толкала Чжан Хэцзюнь в инвалидной коляске - они вышли на прогулку во двор больницы. - Привет, сяо Лу, - Сунь Цянь помахала камере и мягко улыбнулась. - Извини, что беспокою тебя, но Хэцзюнь хочет поговорить с тобой... Я не совсем понимаю твою работу, так почему бы вам двоим не поговорить? - Я сейчас немного занята... - Лу Сяохэ собиралась отказаться, когда у неё в глазах всё замелькало. Прежде чем она успела среагировать, телефон уже был в руках Чжан Хэцзюнь. - Вы Лу Сяохэ? В голосе Чжан Хэцзюнь было неописуемое чувство страха. Прежде чем Лу Сяохэ смогла что-то сказать, девочка быстро заговорила. - Я... я заснула в полдень и мне приснилась очень худая тётя. Она плакала и кричала "Лу Сяохэ". Я подумала, что это кошмар, но потом доктор Сунь упомянула, что у неё на самом деле есть друг по имени Лу Сяохэ. Сердце Лу Сяохэ пропустило удар, и она рефлекторно прикрыла рот рукой. Ей потребовалось некоторое время, чтобы восстановить спокойный тон. - Хэцзюнь, ты можешь подробно описать внешность этой тёти? - У неё короткие волосы, и она очень худая. Она была босиком, в клетчатой пижаме травянисто-зелёного цвета... Да, да, брови у неё были очень светлые, а под правой бровью красная родинка. Лу Сяохэ закрыла глаза. Это была её мать, Хэ Хуань. Она исчезла в клетчатой пижаме травянисто-зелёного цвета. Её мать особенно любила зелёный цвет, и Лу Сяохэ подарила ей этот комплект пижамы на день рождения в прошлом году. Рука, державшая телефон, похолодела, а шум крови, текущей через её уши, стал необычайно громким. Сердцебиение отдавалось в барабанных перепонках. Голос Чжан Хэцзюнь был лёгким и мягким, как тёплые перья, но каждое произнесённое ею слово усиливало головокружение Лу Сяохэ. - Она ползала по земле, плакала и кричала без остановки, выглядела особенно расстроенной... Сестрица Сяохэ, ты её знаешь? - Я знаю её, - пробормотала Лу Сяохэ, поднимая глаза на мерцающий экран. - Кто она? - спросила Чжан Хэцзюнь. Даже Сунь Цянь наклонилась ближе, и теперь их глаза были прикованы к Лу Сяохэ. Два нежных и мелодичных голоса слились воедино... - Лу Сяохэ, кто она? Лу Сяохэ не смогла удержать телефон, и он упал на стол. Видеозвонок всё ещё продолжался, хотя лица Лу Сяохэ не было видно. Однако эти два взгляда, казалось, пронзили радиоволны, достигнув глубины сердца Лу Сяохэ. Два человека на видео казались застывшими в кадре. Под ясным солнечным светом они неподвижно улыбались, ожидая ответа девушки. - Кто она? - повторили они. Лу Сяохэ тупо уставилась на свою руку. Чжан Хэцзюнь была жалкой, а Ло Чуньлэй была отвратительной. Но в конечном итоге это был всего лишь конфликт между детьми, который не должен перерасти в вопрос жизни и смерти. Атмосфера в средней школе Хайгу была странной, но теперь ею управлял 1000-летний Великий небесный мастер Инь Жэнь. Была ли там Лу Сяохэ или нет - это не имело большого значения. Она пришла в Шиан, чтобы заработать денег на медицинские расходы матери... Но теперь её матери было так больно, а что делала она? Даже если Шиан сможет открыть проход на Другую сторону, что она сможет сделать? Она вообще ничего не могла сделать. Она была бесполезной. - ...Она моя мать, - пробормотал Лу Сяохэ в ответ. - Ага, понятно, - Сунь Цянь приблизилась до такой степени, что её лицо почти прилипло к камере. Яркий солнечный свет скрылся позади неё, оставив в кадре только тёмный, кроваво-коричневый цвет и неподвижную пару глаз. - Извини, это был всего лишь сон. Может быть, этот ребёнок уже где-то видела тётушку, - мягко произнесла Сунь Цянь. - Не принимай это близко к сердцу. Лу Сяохэ не ответила. Тёмные мысли, словно плесень, буйно росли в её голове. Они излучали смертельную горечь, которая окутала её мозг. Её мать всё время находилась дома, поэтому Чжан Хэцзюнь не могла нигде её видеть. Другая сторона была в какой-то степени связана со снами, и то, что видела Чжан Хэцзюнь, должно быть, было её матерью. Её мама страдала. Она осталась одна на неизвестной Другой стороне, страдая каждую минуту и каждую секунду. Инь Жэнь пообещал спасти её мать, но теперь он был занят, играя Великого небесного мастера в школьном кампусе, не выказывая никакого намерения исследовать, как спасти людей с Другой стороны... Поскольку этот Первородный Элементаль не создал в школе никаких серьёзных проблем, то не было бы лучше сначала сосредоточиться на спасении пропавших без вести людей? Зачем создавать лишние сложности в такой критический момент? Беспокойство, гнев, отвращение, паника... Различные эмоции нахлынули, как прилив, и в глазах Лу Сяохэ потемнело. Когда она это осознала, она уже в гневе отшвырнула клавиатуру и телефон. Она не знала, когда видеозвонок прервался. Лу Сяохэ медленно коснулась щёк, обнаружив, что по её лицу текут слёзы. Она вытерла нос тыльной стороной ладони и упала на диван. Через несколько минут она отправила сообщение Гэ Тинтин и Хуан Цзиню, а затем, хромая, вернулась к компьютеру. С ничего не выражающим лицом она нашла информацию о школьном дворнике. Пролистывая фотографии, она быстро нашла мужчину, который соответствовал описанию Инь Жэня. Синь Цюйлэ, мужчина, 45 лет, холост. Раньше он был обычным офисным работником, пока игровая компания, в которой он работал, не обанкротилась, когда ему было 38 лет. Не имея возможности найти работу, он утопил своё горе алкоголем и попал в больницу. В конце концов он пришёл в среднюю школу Хайгу, чтобы работать дворником. Его прошлое казалось чистым, не было ничего подозрительного. Лу Сяохэ некоторое время смотрела на фотографию, прежде чем закрыть страницу. _____________________ Шагая по осенним листьям, мистер Дворник нёс свой устаревший сборник анекдотов и медленно зашёл обратно в свой кабинет. Его кабинет представлял собой очень маленькую комнатку, в которой могли поместиться только односпальная кровать и старый письменный стол. Поверхность стола была покрыта царапинами, на нём стояла холодная еда и настольное зеркало в пластиковой рамке. Дворник – мистер Лэ - перетащил стул и поставил его перед зеркалом. Когда его лицо сдвинулось, его отражение в зеркале осталось на месте. - Как ситуация? - спросил нежный голос. - Как ты и предполагала, - ответил мистер Лэ, тыча палочками для еды в холодные жареные овощи. В его голосе чувствовалась лёгкая усталость. - Первородный Элементаль проник в Шиан и в настоящее время противостоит нам. Он выстоял перед моим ядом, так что это должен быть детёныш, который является "Его" потомком. Когда "Он" исчез, новое потомство долго не появлялось. Оказывается, оно родилось на этой стороне. - ...Ты сожалеешь об этом? Изображение в зеркале долго молчало, прежде чем спокойно спросить. - Ты близок по возрасту к Печали, и по сравнению с ней ты больше подвержен влиянию людей. Я хочу услышать твоё мнение: если бы мы сейчас вернули этого детёныша и заботливо вырастили его, возможно, Другая сторона смогла бы вернуться в своё прежнее состояние. Счастье, ты сожалеешь об этом? Мистер Лэ ответил не сразу. - Мне очень нравятся человеческие игры. От первых игр с бросанием камней до современных электронных игр - они мне очень нравятся, - внезапно заговорил он. - Знаешь, раньше это тело принадлежало разработчику игр. Я искренне играл в игры, которые он создал. "Легенда о воскрешении"... Ты должна была столкнуться с ней, когда исследовала девятый отряд Шиана. (Прим.пер.: Напомню, что "Легенда о воскрешении" - это та самая игра, в которую "играли" Гэ Тинтин и мальчик Фэн Ци.) Изображение в зеркале хранило молчание. - Для людей "спасение от смерти" - это загадка, которую нужно разгадывать тысячи лет. Тема "Легенды о воскрешении" та же. Согласно игре, вам придётся пережить бесчисленные трудности, чтобы успешно пройти её, - мистер Лэ ностальгически улыбнулся. - Мы все видели лучшее в мире, не так ли? Всё происходящее сейчас - это всего лишь так называемое продолжение спасения мира... Разве могут игроки после гибели своих товарищей отказаться продолжать играть и вместо этого потребовать удалить свой сохранённый прогресс? Изображение в зеркале не ответило, а лишь показало горько-сладкую улыбку. - Я понимаю. Ты не собираешься поворачивать назад, - изображение продолжало говорить нежным женским голосом. - Я свяжусь с Ло Чуньлэй касательно плана предстоящего задания. - Хорошо. Мистер Лэ отложил палочки для еды и осторожно убрал сборник анекдотов. После того как он навёл порядок на столе, изображение в зеркале вернулось в норму. Мистер Лэ погладил перед зеркалом свои чёрные волосы, и седые пряди покрыли его голову. - Я больше не подхожу для этой роли, - тихо сказал он. _________________ Возле каморки дворника, в коридоре этажом ниже. - Лу Сяохэ же предупредила нас, почему ты такая активная? - жалобный голос Хуан Цзиня эхом разнёсся по коридору. - Ты так старательно расследуешь. Будь осторожна, чтобы тебя не приняли за вора... Почему в этом чёртовом здании нет лифта! - Может быть, ты стареешь. Почему бы тебе сейчас не отдохнуть здесь, а я сама исследую два верхних этажа, - холодно выплюнула Гэ Тинтин суровую правду. - Чёрт, я ещё молод! И разве сестрица Лу не сказала, что нам не следует расставаться? - возразил Хуан Цзинь, задыхаясь. - И она ясно сказала, что нам нужно сделать перерыв. Ты не можешь понять простые вещи? - Мы закончим патрулирование этого здания! Мы не можем сдаться на полпути, - твёрдо заявила Гэ Тинтин. - Мы вернёмся на базу после обеденного перерыва. Мистер Лэ привёл в порядок свою причёску и поправил смятый воротник униформы. Он схватил термос с подслащённой водой и открыл дверь. Он держался за поручень и спускался по ступенькам, "случайно" встретив двух спорящих молодых людей. При виде мужчины зрачки Гэ Тинтин сузились. Она вежливо опустила голову. - Дядя. Хуан Цзинь сделал несколько шагов вперёд и встал на одну ступеньку с Гэ Тинтин. Он прочистил горло. - Какое совпадение, вы тоже... вы тоже... Прежде чем он успел закончить предложение, мысли на теле дворника в одно мгновение превратились в мозаику. Хуан Цзинь даже рот не успел открыть, как его охватило огромное чувство радости. Никогда прежде он не испытывал такого счастья. Это было похоже на купание в тёплой воде бассейна, где все заботы и неприятности превращались в мёд, покрывающий его горло. Вся тяжесть, казалось, исчезла, и его тело стало таким лёгким, как будто осталась только душа. В безграничном восторге мысли Хуан Цзиня почти перестали вращаться. Он только чувствовал, что его предыдущая жизнь была наполнена болью, и в этот момент он действительно родился в истинном смысле этого слова. Привлекательность денег, радость дружбы и увлечения... всё это было не чем иным, как сахарным осадком посреди нынешней сладости. Ощутив этот чувство, он охотно умер бы ради него. Высшая радость, высшая... Внезапно это счастье исчезло без следа. Невероятно тяжёлая жизнь ударила Хуан Цзиня в лоб, и горькие, липкие воспоминания снова окутали его. Он мгновенно рухнул на пол, чуть не скатившись по лестнице. Ему хотелось пошевелиться, но разум онемел. В разгар крайних эмоциональных колебаний он был на грани потери сил. Хуан Цзинь расширил глаза. Он видел, как Гэ Тинтин также рухнула на пол, с пеной изо рта и испытывая судороги, похожие на эпилептические. И эта мозаичная фигура медленно приблизилась, схватив их за воротники и потащив в сторону кабинета. - Люди – такие интересные существа. Слова, сказанные мозаичной фигурой, звучали флегматично. Голос был тихим, поэтому было трудно понять, говорил ли он с ними или бормотал сам с собой. - Каждый раз, когда вы испытываете счастье, вы всегда ищете более сильных ощущений. Ваше суждение о счастье постоянно меняется, а мне остаётся только наблюдать. Я думал, что увеличение числа людей пойдёт мне на пользу... - Раньше вас радовали простые и понятные мелочи, затем речь пошла о групповой идентичности, а после этого - о более сложных понятиях. В последнее время многие люди используют различные химикаты, пытаясь добиться мгновенного удовлетворения... Мистер Лэ открыл тесный кабинет и приставил двух человек к стене. Он взмахнул рукой, а затем открылись два "Разрыва". Устройства связи Шиана вылетели из их карманов и были брошены в "Разрывы". Гэ Тинтин и Хуан Цзинь просто смотрели широко раскрытыми глазами, не шевеля пальцами, как бездушные марионетки. Измученный "дворник" присел перед ними и глубоко вздохнул. Мистер Лэ протянул морщинистую руку и провёл ею по длинным чёрным волосам Гэ Тинтин. - Раньше я был "Священником" в группе. Я должен был быть "Священником" в группе. Не мигая глазами, Гэ Тинтин наблюдала, как мистер Лэ печально опустил взгляд. - Это вы своими руками превратили меня в "Повелителя проклятий". Меня нельзя в этом винить. - Прощайте, маленькая девочка и юноша.