Зло похоже на людей/Nian Zhong (年终 )

Да, всё шло по плану, только сам план был непростым. Если чему и научили Инь Жэня более ста лет скитаний в одиночестве, так это тому, что каким бы грозным он ни был, чтобы выжить, он никогда не должен недооценивать ни одного противника. Особенно, когда речь шла об ужасающих гостях с Другой Стороны, обладающих огромной силой. Инь Жэнь приложил все усилия, чтобы сожрать мистера Лэ и пополнить свою собственную силу. Несмотря на то, что он ослабил своё восприятие, ядовитый токсин по-прежнему стимулировал каждый нерв в его теле. И вскоре мистер Лэ понял, что что-то не так. Молодой детёныш ел всё больше и больше, но у него не было никаких признаков воздействия токсина. Четверть тела мистера Лэ, втиснувшаяся в промежуточное пространство, уже исчезла, а его ноги превратились в изломанные скелеты. Как бы он ни топтал, юное существо всё время избегало его. Если так будет продолжаться, он постепенно утомится. Ситуация была другой. Мистер Лэ немедленно прекратил выделение токсина, и бесчисленные топчущие ноги превратились в грязную пену. В сопровождении глухих звуков с Другой Стороны повалилось ещё больше пены. Истинная форма мистера Лэ становилась всё более сжатой, но она всё время ускользала от Инь Жэня. Как бы ни пыталась масса тьмы приблизиться, мистеру Лэ удавалось удержать своё тело на расстоянии. В то же время окружающая пена становилась всё более плотной, и мистер Лэ использовал свою собственную плоть, чтобы построить клетку, заключив в её центре тёмного, порхающего молодого детёныша. Биологический токсин под названием Радость превратился в духовный токсин. Поскольку один не дал никакого эффекта, он использовал другой. Два токсина постоянно пересекались, заставляя детёныша раскрыть свою истинную природу. Мистер Лэ больше не позволял детёнышу прикасаться к своему телу. Его огромная истинная форма продолжала вращаться, заставляя пену непрерывно лопаться. В болезненных конвульсиях мистер Лэ безжалостно сжимал и выдавливал пузыри своей истинной формы. Его тело было рыхлым и лёгким, поэтому этот метод напоминал прокручивание тела через мясорубку и был неописуемо болезненным. Мистер Лэ и так последние сто лет был ослаблен. Если бы он и дальше продолжал уничтожать себя таким образом, ему потребовалось бы несколько сотен лет, чтобы восстановиться. ...Но это того стоило. Подумал он. Они прошли весь этот путь, принеся в жертву так много; ещё немного жертвенности не имеет значения. Этот хитрый детёныш смог скрыть свою личность и в одиночку бросить вызов процветающему Отвращению. Если они не используют всю свою силу, этот детёныш, несомненно, станет бичом в будущем. Грязная, мрачная Радость сгустилась в тонкие нити - биологический запрещённый препарат, покрытый ядом крайнего Блаженства. Тонкие нити вылетали, как струны, бомбардируя массу тьмы со всех сторон, не оставляя слепых пятен... Масса тьмы отчаянно пыталась уклониться, но была окружена телом мистера Лэ. Даже если бы он попытался сожрать его, он не смог бы быстро найти убежище. Несколько нитей пронзили тело детёныша, заставив его несколько раз задрожать, прежде чем полностью рухнуть. Боль. Это ощущение полностью заполнило разум Инь Жэня. Даже без сенсорного восприятия боль по-прежнему ощущалась как пытка горячим ножом. Его тело было мгновенно пронзено, и Инь Жэнь почти потерял сознание. После боли пришло почти экстатическое Блаженство. Лёд и пламя переплелись, способные расколоть даже самые прочные предметы. Движения Инь Жэня остановились на целую секунду, прежде чем последовали сотни мучительных циклов. Теперь он понял, почему мистер Цю не использовал эмоциональное влияние во время их битвы. Отвращение было полезно для создания хаоса, но использовать его на враге означало просто причинять себе дискомфорт. Для мистера Лэ всё было иначе; даже несмотря на то, что Инь Жэнь сохранял лишь небольшую часть сознания, случайное вторгающееся удовольствие заставляло его инстинктивно расслабиться. В состоянии расслабленного сознания Инь Жэнь мог только читать мысли Чжун Чэншо и "слепо наносить удары" своим телом. А в нынешней ситуации... Пресыщение эгоистическим удовольствием, смешанным с эйфорией, вызванной наркотиками. Ещё больше эмоций было непосредственно введено в его тело, и если бы Инь Жэнь не испытал таких страданий раньше, он, вероятно, погиб бы в результате этой атаки. Посреди хаоса Инь Жэнь заставил своё тело продолжать уклоняться согласно инструкциям Чжун Чэншо. Пронзающие нити продолжали мучить его тело, и даже когда он успешно двигался, его пронзали более ядовитые нити. Что происходит снаружи? Инь Жэнь приложил все свои силы, чтобы и дальше поглощать мистера Лэ, отчаянно избегая каждой атаки, но сильная боль и крайнее блаженство безжалостно скручивали его тело. Ситуация не улучшалась. Постепенно в его движениях появился намёк на панику. Точно... Они с Чжун Чэншо были не одни, и Чжун Чэншо тоже не был непогрешимой машиной. Было ли это ошибкой? Мог ли Чжун Чэншо допустить такую ​​ошибку? В ситуации, когда он не мог воспринимать внешний мир, такое затруднительное положение было особенно ужасающим. Если бы не многовековой опыт, который поддерживал его моральную устойчивость, огромное давление свело бы Инь Жэня с ума. Посреди потока эйфории Призрачный Король изо всех сил пытался сохранить хоть каплю ясности. Но боль была как обезболивающее, притупляющее контроль над своим телом, и маленькие крылышки на его поверхности неудержимо дрожали. Почему Чжун Чэншо не даёт ему стратегию, как изменить ситуацию? Может быть, это нападение ранило и его? Желание выжить взбудоражило мысли Инь Жэня, заставляя бесчисленные идеи бесконтрольно всплывать на поверхность. Через свои волосы он получал сигналы извне - миссия Хуан Цзиня и Гэ Тинтин прошла гладко, и подкрепление в мире смертных было наготове. Почему бы не приложить все усилия и не создать возможность для побега? Ситуация оказалась хуже, чем они ожидали, и если бы они сейчас сбежали, они смогли бы выжить. Почему Чжун Чэншо не рекомендовал бежать? Он уже приложил все свои силы, чтобы справиться с текущей битвой... Если всё будет продолжаться в том же духе, сможет ли план действительно продвигаться вперёд? Инь Жэнь мысленно стиснул зубы и загнал эти мысли глубоко в уголки своего разума. Не сомневаться. Не останавливаться. Чжун Чэншо был его лучшим сообщником; они заключили соглашение, и потому он должен выложиться на полную. Почувствовав страх Инь Жэня, Чжун Чэншо осторожно свернулся калачиком и слегка прикусил темноту уголком рта. Инь Жэня пронзило несколько нитей эйфорического яда, и его мысли начали колебаться. [Что ты делаешь?!] Инь Жэнь наконец не смог сдержаться и собрался с силами, чтобы спросить. [Отдай мне всю свою боль, панику и страх - не оставляй себе ни капли.] Скомандовал Чжун Чэншо, его мысли были невероятно ясными. [Милый, я достиг своего предела. Если ты потеряешь концентрацию хотя бы на мгновение, нам обоим конец.] Когда ситуация дошла до этой точки, у Инь Жэня больше не было сил скрывать своё состояние. Его мысли были фрагментарными, а умственное общение стало спорадическим. [Отдай это всё.] Мысли Чжун Чэншо спокойно продолжились. [А затем поглоти мои глаза.] Поскольку ситуация была настолько напряжённой, Инь Жэню потребовалось целых две секунды, чтобы отреагировать на это заявление. [Что?] [Снаружи узко, атаки плотные, и мое зрение не поспевает за всем.] Мысли Чжун Чэншо мгновенно впечатались в разум Инь Жэня. [Мои глаза не слились с телом. Если ты их поглотишь, это поможет тебе немного восстановиться.] Инь Жэнь попытался использовать остатки разума, чтобы найти логику в этих словах, но так и не смог этого сделать. [Подумай ещё раз. Я ещё не дошёл до такой точки.] Инь Жэнь собрался с духом, пытаясь скрыть свою слабость. [Помочь тебе выздороветь - это один из аспектов, но я не могу изменить своё восприятие, как ты. Я могу только отказаться от своих органов.] Спокойно объяснил Чжун Чэншо. [Я уже вынул свои глаза, так что ситуация несколько улучшилась.] [...] [Но мне нужно больше тьмы, больше боли, больше ощущения кризиса - всё, что может довести твои инстинкты до предела. Этой боли недостаточно, слишком недостаточно.] Продолжал Чжун Чэншо. [...Почему ты...] Его сознание было похоже на птицу под проливным дождём, заставляя его дезориентироваться. Впервые с начала битвы ему не хотелось следовать командам Чжун Чэншо. Хотя поле битвы постоянно менялось, Инь Жэнь никогда не видел ничего подобного внезапному психическому и физическому самоистязанию Чжун Чэншо. [Даже так долго живя на земле, мне трудно на словах научить тебя, "как плавать". Только когда ты упадёшь в воду, твоё тело сможет запомнить это чувство... Инь Жэнь, давным-давно я тоже был Первородным Элементалем с Другой Стороны. Но ты родился от человека, и у тебя отсутствуют инстинкты, сформированные средой Другой Стороны.] Инь Жэнь замолчал. [Возможно, это единственное, чему я могу научить тебя как Элементаль. Далее мои команды могут полностью измениться.] Чжун Чэншо протянул руку и коснулся тела Инь Жэня. [Ты мне доверяешь?] [...Глупый вопрос!] Инь Жэнь неохотно отбросил свои мысли. [Даже мне кажется, что это немного рискованно.] Чжун Чэншо прикоснулся к своему возлюбленному окровавленными руками. Хлоп! Маленькое крылышко высунулось из макушки Чжун Чэншо и слегка коснулось его щеки. [Почему ты всё ещё колеблешься?!] Воскликнул Инь Жэнь. [Просто делай всё, что нужно. Позже выпей ещё Радости и восстанови свои глаза.] Боль, паника, растерянность... темнота. Их сознание полностью слилось, погрузившись в пучину агонии. ___________________ Новая тактика сработала, и мистер Лэ был доволен. Нити резали и ранили чёрного детёныша, и его движения замедлились. Первоначально он всё равно врезался бы в стену, образованную плотью мистера Лэ. То ли из-за того, что спрессованная плоть была слишком жёсткой, чтобы её жевать, то ли из-за того, что у него просто иссякли силы, но борьба детёныша ослабевала на глазах. Над тюрьмой плоти снова сформировалась гигантская ступня. Детёныш, пронизанный бесчисленными нитями, едва дышал и больше не мог совершать никаких движений. Его крылья полностью рухнули и превратились в мягкую, безжизненную массу. ...Всё почти закончилось. Мистер Лэ перетащил своё болезненно израненное тело и глубоко вздохнул. Учитывая текущие потери, дела шли более гладко, чем он предполагал. Эта гигантская ступня была более прочной, чем раньше. Она превратилась в ногу в прочной обуви, тяжёлая подошва которой была направлена ​​в сторону дрожащего детёныша. [...Почему...] Как раз в тот момент, когда нога собиралась ступить на него, из детёныша раздался глубокий скорбный стон. [...Это вы первыми напали на меня и разбили мне голову... Я тогда только защищался...] [Я проник в Шиан только для сбора информации, а не для того, чтобы быть верным людям... Мы одного типа, так почему со мной так обращаются... Я не понимаю...] В жалобе детёныша был оттенок отчаяния; голос его был полон безутешной печали. Мистер Лэ замер. Невинный детёныш, отделившийся от группы, теперь плакал перед ним. Его смерть была уже предопределена, а сложившаяся ситуация была спровоцирована его собственными руками. Но... [Даже если ты хочешь меня убить... хотя бы объясни, почему...] Детёныш болезненно заскулил. Над небом продолжал неторопливо вращаться вихрь, и стучащий звук всё ещё сохранялся. Грязная пена сжалась и лопнула, и мистер Лэ надолго замолчал. Ещё одна нить пронзила тело детёныша, но на этот раз она принесла не яд эйфории, а воспоминания. Их мысли тесно переплелись, и Инь Жэнь и Чжун Чэншо почти одновременно получили информацию... _________________ Это была история, похожая на тёплую сказку. Давным-давно на Другой Стороне были свои своеобразные "День" и "Ночь". На основании их происхождения их называли Удовлетворение и Страх. Их происхождение можно считать древнейшими и примитивными эмоциями всех живых существ. Для других Первородных Элементалей их масштаб был сравним с человеческим океаном. Возможно, в силу своей первозданности и преувеличенных размеров они были ближе к какому-то неорганическому природному явлению, чем к древним формам жизни. Независимо от того, представляли ли они относительно сильные эмоции, такие как Печаль и Радость, или более сложные и тонкие эмоции, низшие Первородные Элементали в конечном итоге поглощались и уничтожались Страхом. В течение бесчисленных миллиардов лет ночной Страх омывал Другую Сторону. Каждый раз, когда наступала тьма, она уносила сотни... тысячи жизней. Возраст и сила не имели значения; его разрушение было беспристрастным. А когда Страх утихал, на смену ему приходило чистое белое Удовлетворение, порождавшее новых Первородных Элементалей различных эмоций. Приливы и отливы, круговорот жизни и смерти. С течением времени, с распространением жизни, бесчисленные нервы и мозг создали более широкий мир сознания. Первородные Элементали плавали в этом море сознания, жили и умирали "Днём и Ночью", и всё было относительно мирно и стабильно - не было никаких проблем с размножением и старением. Элементалям нужно было только есть, и они погибали, пожирая друг друга. Так продолжалось до появления людей. Из-за появления людей Отвращение и Любовь быстро набрали силу. Возможно, из-за того, что они впитали слишком много эмоций, исходящих от людей, они обладали большим количеством человеческих черт по сравнению с другими Первородными Элементалями. Например, они могли "мыслить". Будучи мудрым Элементалем, Любовь не могла терпеть крупномасштабные смерти, вызванные Страхом. Она убедила Отвращение и Радость, которые были сопоставимы по силе, раскрыть тайну Страха... Оказалось, что Страх был древним существом, крупнее их и почти лишенным сознания. [Убьём его, чтобы никому больше не нужно было бояться... Каждый день беспокоиться о конце жизни... такая жизнь уж слишком обременительна. Нам это не нужно.] Провозгласила Любовь. [Более того, люди быстро размножаются, создавая огромное количество эмоций, которые мы не можем потребить. Страх - это просто неизбирательное разрушение, и его необходимо искоренить... Пришло время положить конец этому хаосу.] Эта битва длилась сотни лет. Бесчисленные Первородные Элементали последовали за Любовью и в конечном итоге нанесли серьёзный удар этому древнему и огромному Страху. Пространство было разорвано сталкивающимися силами, и Страх попал в ловушку, построенную из Разрывов. Его тело было разбито на куски, а его остатки разбросаны по Другой Стороне и человеческому миру, обездвиженные и обречённые на гибель и исчезновение. Ночь больше не наступала. Не нужно было беспокоиться о внезапной смерти. Жизнь Первородных Элементалей стала гораздо более удовлетворительной. Они могли планировать свою жизнь так, как им заблагорассудится, и их любимые товарищи больше не исчезали внезапно. Люди быстро размножались и развивались, и повсюду было много еды. Хаотичная Другая Сторона превратилась в Утопию в прямом смысле этого слова. ___________________ [...] Удивлённый Инь Жэнь закончил интерпретировать воспоминания и повернулся к Чжун Чэншо. Оказалось, что глупый и наивный кролик имел гораздо комплексное прошлое, чем он предполагал. Его можно было бы считать ходячим оружием массового поражения. Что было ещё более интригующим, так это то, что, несмотря на все усилия на Другой Стороне, он непреднамеренно стал более молодым и умным Страхом. Неудивительно, что мистер Лэ приложил все усилия, чтобы убить его. В глазах Другой Стороны Страх можно было рассматривать как Смерть, которая одним махом уносила столько жизней. [Это слепое разрушение экосистемы.] Такой комментарий сделал бывший Страх, которому когда-то не хватало сознания. В мысленном голосе Чжун Чэншо было лёгкое научное недовольство. [Пробуждение Любви совпало с пиком взрыва человеческой цивилизации, создавшего ресурсы, которых действительно было достаточно для потребления Другой Стороной. Однако даже после стабилизации численности населения у Другой Стороны всё ещё не было соответствующего механизма смерти, что приведёт лишь к повсеместному голоду.] И действительно, рассуждения Чжун Чэншо были прекрасно воспроизведены в последующих воспоминаниях мистера Лэ... __________________ Когда впервые возник дефицит "еды", Любовь установила множество правил, от распределения эмоций внутри групп до наказания непослушных Первородных Элементалей путём их пожирания. Ситуация на какое-то время улучшилась, но Удовлетворение продолжало беспрестанно порождать новых Элементалей, и голод продолжал расширяться. Элементали начали пожирать друг друга из-за голода, и если бы это продолжалось, на Другой Стороне возник бы масштабный хаос. Любовь не выдержала такой трагической ситуации и переключила своё внимание на "продовольственные культуры" - царство смертных. [Им всего лишь нужно сойти с ума, и они удвоят выработку различных эмоций.] Любовь снова нашла решение. [Не волнуйтесь, общее количество людей не уменьшится слишком сильно. Я понимаю людей: когда все люди сходят с ума, это как если бы никто из людей не сошёл с ума. Они лишь подкорректируют и установят новые порядки, которые на нас не окажут никакого влияния.] [Нам нужно только поместить часть наших тел на их сторону и направлять их... Нет необходимости беспокоиться о том, что Разрывы закроются. Пока кто-то будет в Разрыве, он так легко не захлопнется. Разве Страх не попал тогда в Разрыв и не создал множество слабых мест в пространстве?] Как и когда они уничтожали Страх, выражение лица Любви оставалось нежным и уверенным. [Вы спрашиваете, кто удержит Разрыв? Конечно же, это буду я.] [Я прорвусь сквозь Разрыв, как это сделал Страх, создав возможности для всех вас. Я смогу продержаться столько, сколько вам нужно. Будь то сто лет или тысяча лет, вы обязательно добьётесь успеха... Если вам нужна сила, вы можете взять моё тело.] Как у героя Другой Стороны, мысли Любви были невероятно нежными. [...На мне лежит самая большая ответственность за сложившуюся ситуацию. Я никогда не позволю нашей Родине погрузиться в хаос. Пожалуйста, верьте мне.] ________________ После того как мистер Лэ поделился своими воспоминаниями, детёныш действительно успокоился. Должно быть, он осознал свою судьбу - учитывая огромную цену, которую заплатила Другая Сторона, было невозможно позволить этой молодой Смерти вернуться и свести на нет все их предыдущие усилия. Они во что бы то ни стало должны вернуть себе то беззаботное время - золотую эпоху без Страха, наполненную обильными эмоциями. Гигантская ступня поднялась на невиданную высоту и безжалостно наступила на молчаливого детёныша. Мощь этой ноги потрясла небо и землю. Но затем мистер Лэ резко напрягся. Что-то в этом ощущении было не так. Казалось, нога не раздавила плоть. В одно мгновение из щелей этой ступни появилось бесчисленное количество чёрных нитей. Они быстро распространились по гигантской ступне, не проявляя никакой неуклюжести и неопытности, как раньше. [Что?] Мистера Лэ охватила мучительная боль. Раньше детёныш грыз только молочными зубами, но это пожирание, несомненно, исходило от более старшего и зрелого Страха. В одно мгновение плоть на гигантской ноге взорвалась тонким туманом, который затем почти полностью поглотила распространяющаяся тьма. Нити превратились в ручьи, а ручьи превратились в океан. Эта масса тьмы, казалось, мгновенно превратилась в сильную кислоту. Она хлынула в тюрьму из плоти, построенную мистером Лэ, быстро разъедая плоть, пока от неё ничего не осталось. Он попал в ловушку. ...Детёныш его подставил! В конце концов, он столкнулся не с глупым древним Страхом тысячелетней давности, а с более хитрым и смертоносным врагом, порождённым людьми. В мгновение ока, пока мистер Лэ не смог вовремя среагировать, половина его тела превратилась в пепел. [Спасибо за информацию. Теперь я понимаю причину и следствие... Я понимаю, с какими трудностями вы все столкнулись.] Аура детёныша мгновенно стабилизировалась, больше не напоминая тот жалкий вид, который был раньше. [К сожалению, я человек, который никогда не обладал особой проницательностью, и меня не интересуют великие принципы...] В узком промежуточном пространстве безумно распространялась тьма, словно самая глубокая из ночей. [...Я знаю только, что мне не нравится жить в мире сумасшедших, и я не хочу, чтобы мои друзья сошли с ума.] Тело детёныша взорвалось, и тьма покрыла грязную пену. [Хе-хе.] В ответ Инь Жэнь услышал лёгкий смешок. [Как и ожидалось от Страха...] Пена быстро сгустилась и хлынула в одном направлении... Туда, где Ло Чуньлэй была заключена в кокон из плоти. Щёлк. Кокон разорвался, и прежде чем Ло Чуньлэй успела открыть глаза, её мгновенно окутало бесчисленное количество пузырей. Пузырьки быстро слились с её телом, как чистая вода, просачивающаяся в высохшую губку. Когда она открыла глаза, цвета в её зрачках слились воедино, обнажив белый цвет. Полностью идентичный тем грязным пузырям. Девочка умерла тихо и беззвучно, менее существенно, чем лопнувший пузырь. В свои последние минуты она, вероятно, всё ещё была опьянена этим легендарным чувством, представляя будущее, которого больше не существовало. В конце концов, это имело смысл. У мистера Лэ, как у великого Первородного Элементаля, не было причин быть настолько близким с человеческой девочкой. Возможно, он был уверен, что они не станут её убивать, а потому превратил её в идеальную "спасательную капсулу". Втиснуть оставшееся тело в человеческий сосуд... было ли это его подготовкой к возвращению в человеческий мир и поискам выживания? Не долго думая, Инь Жэнь пришёл в себя и бросился к девочке. Внешняя печать уже была захвачена его собственными союзниками, так что мистер Лэ... Ой, нет, уже госпожа Лэ не могла сбежать. Он не позволит невинной внешности ребёнка помешать ему. Как и в случае с мистером Цю, если он поймает истинную форму госпожи Лэ, он последует за её телом, преследуя его до самой Другой стороны. Теперь он был уверен, что сможет убить её и сожрать полностью. Время и условия были идеальны; он не мог позволить этому ускользнуть. Но "Ло Чуньлэй" просто подняла глаза и улыбнулась ему. В этой улыбке было чувство облегчения и печали, она выглядела почти как... Как "герой" в человеческом смысле этого слова. В следующий момент Радость прыгнула в пустоту, устремившись прямо к вихрю в небе. Центр вихря мгновенно взметнулся, взрываясь бесчисленными белоснежными и измождёнными руками. Они осторожно открылись, обнимая маленькое тело девочки. Эти руки старались нежно укачать девочку в своих ладонях. Они медленно сомкнулись, напоминая сплетение человеческих пальцев... Вздох. И из Разрыва раздался леденящий и ужасающий звук жевания и пожирания. Из Разрыва время от времени появлялись разбросанные пузырьки, которые быстро исчезали. Тем временем белоснежные руки приобрели цвет крови и быстро стали пухлыми и здоровыми. В этот момент Радость исчезла.