Трубный город

«Нам время с тобой засекут.

И рука, револьвер, один взгляд, полсекунды...»

Яркий свет отразился вспышкой перед закрытыми глазами, вынуждая с большим усилием попытаться открыть их. В нос ударил запах формальдегида, спровоцировав мышцы лица скривиться в неприятной гримасе. Все конечности оцепенели и пошевелить ими было практически невозможно. Еле как распахнув глаза, Виолетту ослепил слишком яркий свет от висящей на потолке люстре и она тут же зажмурила их обратно. Быстро поморгав, девушка попыталась привыкнуть к освещению, но выходило тщетно. Перед глазами все было размыто, расфокус доминировал. Попытавшись пошевелить рукой, татуированная обнаружила, что в нее воткнута игла с трубкой. Значит она под капельницей, вероятнее всего в больнице, что только подтверждает удушающий запах. Голова трещала так, словно она наковальня по которой отчаянно хуярят молотом. Во рту стояла неприятная сухость, а мышцы болели как после семи часовой тренировки. Казалось, что все хуже некуда, пока глаза не поймали фокус и Виолетта не увидела перед собой, мирно сопяшую на стуле в паре метрах от ее больничной койки, Дашу. Мозг отказывался нормально функционировать и напрягать его, чтобы вспомнить фрагменты того, как она тут оказалась было пустой тратой сил. Последнее, что Виолетта помнила – три пропущенных от Каплан и третья снюханная дорожка. Остальные воспоминания мозг блокировал, как в том рассказе про женщину, которая похоронила воспоминания о смерти своего возлюбленного и каждой день приходила на место их встречи, ожидая что он объявится. Этот рассказ Виолетта читала ещё в школе и она отчётливо помнила его, но то, как она очутилась в больничной палате вспомнить не получалось. Когда татуированная, с немалым усилием, попыталась приподняться на согнутых локтях, койка предательски громко заскрипела и глаза Даши резко распахнулись. Окинув девушку растерянным взглядом, Даша перевела его на свои руки и с минуты сидела неподвижно. Тишина угнетала сильнее чем белые стены вокруг и Виолетта вдруг подумала, насколько сильно она всего этого не выдерживает. А после Даша заплакала. Каждая слеза, что спадала с ее глаз на сомкнутые в замок руки, отдавалась одной сломанной костью внутри Виолетты. Хотелось выдернуть из вены все трубки и подбежать к девушке, заключая в объятиях, но Виолетта не могла даже пошевелиться. - Ты поступила просто отвратительно. – вдруг, несвойственно ей серьезным тоном, сказала Даша вытирая заплаканные глаза руками. – Сначала начала игнорировать меня, заставила чувствовать себя жалкой идиоткой, а потом как ни в чем не бывало объебанная появляешься на моем пороге и, не успев ничего объяснить, отключаешься, до ужаса меня напугав. – Слёзы из глаз длинноволосой льются новой волной, но лицо ее остаётся безэмоциональным. – Ты даже не представляешь как я испугалась за тебя. Как я переживала за тебя все это время, пока ты развлекала себя алкоголем и наркотиками. Знаешь, если ты решила вернуться к прежней жизни и я стала для тебя балластом, могла просто сказать мне об этом и не заставлять чувствовать себя последней... - Даш, – Виолетта не могла больше слушать этот изнуряющий монолог девушки, – Я люблю тебя. Слова растворились в воздухе, эхом отдаваясь в ушных перепонках. Все это время они разъедали внутренности, так сильно желая высвободится наружу и теперь, когда они летали по просторам больничной палаты, Виолетта подумала, что лучше бы эти слова так и оставались заперты под замком ее личных страданий. Девушка напротив опешила, пытаясь сохранять, казалось, натренированное безэмоциональное выражение лица, но вскоре на нем начала просачиваться улыбка. - Я тоже тебя люблю, Вилка. Прошу, расскажи мне что у тебя случилось. Даша смысл её слов не поняла и Виолетта решила, что так даже лучше. В ином случае, она бы просто испугалась и убежала из этой ебанной больницы в объятия к своему мужу и Вилка ее, вероятно, никогда больше бы не увидела. - У меня все ахуенно, разве не видно, – горько усмехнувшись, татуированная снова попыталась приподняться, но резкая боль пронзила все тело, отразившись на лице неприятным выражением. - Вот потому и спрашиваю. Почему ты не можешь мне довериться? Я думала мы близки. Виолетта запаниковала. Мозг начал судорожно придумывать все возможные причины, но слишком переусердствовал, превращаясь все мысли в кашу. - Просто мне было сложно. Отказаться от наркоты и все такое... – времени раздумывать больше не оставалось, поскольку Даша прожигала бледное татуированное лицо выжидающим взглядом, и Виолетта решила вывалить первое, что пришло в голову, а раздумывать о том, насколько это будет глупо, оставила на потом. – Боялась, что ты разочаруешься во мне и не захочешь больше общаться. - Какая же ты глупая, Вивалетта, – Даша устало вздохнула и поднялась со стула, присаживаясь на край больничной койки, которая слегка прогнулась. – Разве я не говорила, что всегда буду рядом и попытаюсь помочь тебе при любых обстоятельствах? – ее холодные пальцы коснулись руки Виолетты, нежно сжимая ее. - Говорила, – тихо произнесла татуированная, смотря куда угодно, только не на девушку рядом. - Ты не веришь мне? – вкрадчиво произнесла Каплан, пытаясь поймать чужой взгляд. - Верю. Виолетта чувствовала себя ребенком, которого пытаются пристыдить за необдуманные поступки. Это было непривычно, поскольку в детстве за необдуманные поступки ее просто пиздили. Лучше бы и сейчас отпиздили, только бы не слышать разочарование в голосе Даши. - Больше никогда так не делай. Не потопляй свой спасательный круг. *** Месяц тянулся слишком долго. Каждый день скрашивало лишь наличие в нем счастливой Даши, которая как могла заполняла пробелы никчёмной жизни Виолетты. Этого хватало ровно до момента, пока снова не была пройдена грань, в которой татуированная поддавалась мукам о том, что ей никогда не суждено получить. В такие моменты Виолетта снова безуспешно пыталась убежать, а Даша переставала быть счастливой. Страх, что Вилка опять отдалится засел внутри и не отпускал подобно боязни высоты: ты вроде как не ощущаешь ее постоянно, но стоит тебе подняться на опасное от земли расстояние – все внутри расползается, оставляя место нарастающей тревоге. Так же было и с Виолеттой. Каждый раз, когда Даша чувствовала, что та отдаляется – и без того повышенная тревожность зашкаливала. Ей жизненно необходимо было слушать повседневные забавные истории, детские замашки и самые смешные на свете шутки. Необходимо было чувствовать тепло от успокаивающих объятий, которые имели способность исцелять от любой проблемы. Знать, что Виолетта рядом, жива и здорова и быть тому неотъемлемой причиной. Она стала для Даши тем самым ключиком, который открывал все, похороненные глубоко внутри, детские радости жизни. Виолетта стала для нее чем-то вроде наркотика, с которых получилось слезть только перепрыгнув на другой. Но, казалось, очевидных для всех вещей Даша не понимала. То ли расставленные в голове границы, то ли страх от осознания – блокировали все возможные мысли о том, что Виолетта скрывает за вечно весёлым, заботливым и всецело прекрасным другом что-то большее. Игнорирование проблемы не является ее решением, но Даше не хотелось ни игнорировать, ни решать. Просто наотрез не замечать. - Мне обязательно туда идти? – скучающим тоном произнесла Вилка, молясь услышать отрицательный ответ с другого конца провода. - Обязательно. Я давно хочу познакомить вас с моими друзьями. – Голос Даши доносился приглушённо и татуированная могла поспорить, что девушка сейчас красится у зеркала, поставив телефон на столик. - Если твои друзья – это Маша Мармарис, то это лишь ещё один повод остаться дома. - Чем она тебе так не понравилась? – издав смешок, поинтересовалась Каплан. В голове Виолетта пробежал образ Мармарис с их единственной встречи и то, как она набухавшись лезла к Даше с излиянием своих к ней чувств, что Каплан как обычно воспринимала в шутку. Тело девушки передёрнуло. - Не знаю, по мне так конченая шмара, – бесцеремонно выдала татуированная, отпивая глоток холодного ред булла. - Вилка! – возмущенно выкрикнула Даша, словно Маша Мармарис сидела рядом и все слышала. Виолетта звонко засмеялась. - Ладно, Воронина и Моззи заедут за мной около двенадцати. Напомни, где будет туса? - В Лофте. Буду ждать. В следующие секунды голос Даши сменили протяжные гудки и, заблокировав телефон, татуированная опрокинулась на спинку скрипучего дивана. Идея провести вечер в компании Юлика и его друзей не особо воодушевляла, но отказывать Даше было практически невозможно. Попроси она сходить с ней в торговый центр или вместе спрыгнуть с крыши – ответ бы всегда положительным. *** Приторный запах кальянного дыма ударил в нос, когда Моззи открыла дверь и Виолетта быстро проскальзнула через нее внутрь, получая от той шлепок по затылку. Приглушённый свет заставил все колбочки в области сетчатки глаза напрячься. Откуда-то доносилась музыка , которую перебивало не пение, а скорее оры мужских голосов. -Вы пришли! – радостно выкрикнула Даша, вешаясь на шею Виолетте, что стояла к ней ближе всех. От девушки пахло, въевшимся в огромную черную толстовку, запахом лесных ягод в перемешку с алкоголем. -Конечно пришли, – Моззи поддалась вперёд, приветствуя Дашу, которая уже обнялась со всеми пришедшими, после чего пригласила их присоединиться к остальным. В просторной комнате находилось достаточно людей, чтобы простор ее значительно сузился в видимости. Двое парней, которых Даша представила как Кузьма и Руслан, пытались перепеть «Владимирский централ», а девушка с ярко красными волосами убеждала их поставить какой-нибудь лютый американский реп, но вскоре сочла это бесполезной тратой времени и присоединилась к компании, собравшейся из Вилки, Моззи, Ани и Даши с Ксюшей. Внимательно изучив всех присутствующих, Виолетта не нашла среди них Юлика и Машу. Не то чтобы ее это сильно расстраивало, но не посчитать это странным было как минимум глупо. - Даш, давай отойдем, – ухватившись за локоть Каплан, татуированная отвела ее в сторону от оживленной беседы между девушками. - Что-то случилось? – обеспокоенно спросила Даша, пытаясь собраться с мыслями. Она была напряжена. Юлик скидывал звонки, Маша куда-то пропала, а теперь ещё и Виолетта какая-то озадаченная. Казалось, что запланированный отдых превратился в полную противоположность своему названию. Виолетта ничего сказать не успела, так как в комнату в ту же секунду вошли Юлик и Мармарис, перенимая на себя взгляды всех присутствующих. В руках их располагались пакеты, а лица были растерянными. Даша перевела взгляд обратно на Виолетту и получив от нее понимающий кивок, направилась в сторону Юлика. - Где были? – без какой либо задней мысли поинтересовалась Каплан, поправляя задравшийся воротник рубашки парня. - Да мы запить покупали, – отмахиваясь произнёс Юлик, ставя звенящий пакет на стол, мимолётом перекидываясь с Мармарис взглядом. - Пойдем поговорим? Озадаченно кивнув в ответ, Даша последовала за мужем, который направлялся в сторону туалета. Как только девушка зашла внутрь, дверной замок защёлкнулся. -Что происходит? Почему ты сбрасываешь звонки? Что мне вообще думать? - в попытке сохранять самообладание, Даша уперлась руками в мраморную тумбу, с силой ухватившись пальцами за ее отступ. - Прости, я не подумал, – Юлик опустил голову, избегая встречи с глазами напротив. Молчание затянулось на десять секунд, после чего разрушилось, прихватив за собой весь, с трепетом выстроенный, мир девушки. - Я ее очень люблю. Мы целовались. Слова обрушились на голову бетонной плитой, пробивая огромную дыру в черепной коробке; отбивали чечётку в сознании; играли с каждым нервном, вызывая приближающуюся к горлу тошноту. - Чего? Единственное, что смогло слететь с едва приоткрытых губ. В голове пронеслись все возможные молитвы, лишь бы только ей послышалось. Лишь бы только он сказал, что пошутил. - Я давно люблю Машу. Нас не было потому что мы целовались. Резкий скачок эмоций. Злость вперемешку с ненавистью и отвращением окутали все тело, больно сводя мышцы. Даша сделала шаг в сторону двери, но Юлик закрыл собой поход. - Открывай нахуй дверь. Если бы девушка слышала тон, которым были произнесены эти слова, то наверное испугалась бы вместе с Юликом. Несколько секунд прожигая Дашу растерянным взглядом, парень все таки сделал шаг в сторону, открытая ей проход. Пелена слез перед глазами стойко держалась, не выходя наружу, пока девушка уверенным шагом направлялась к сцене, по пути выхватив микрофон из рук опешившего Руслана. - Друзья, соберитесь все, пожалуйста. У меня для вас важная новость. – Взгляды всех присутствующих внимательно уставились на Дашу, но разглядеть выражения на их лицах ей было сложно. – Хочу вам сообщить, что вот мой муж, кстати, любит Машу Мармарис, они сейчас лизались. Как только слова были озвучены, осознание происходящего режущей болью прошлось по каждому миллиметру трясущегося тела. Туман перед глазами на секунды рассеялся, открытая видимость на ошарашенные лица и дал возможность разглядеть приближающийся силуэт. Сил хватило на несколько встречных шагов, перед тем как мозг полностью отключился, а тело обессиленно упало в крепкую хватку татуированных рук