Райская Птица

Гриндер. Графство Кьер. В кабинете графа начался неприятный для отца и сына разговор. Мальчик лет десяти стоял с идеальной осанкой перед письменным столом своего отца. Он был достаточно высок для своего возраста, с темными волосами и темно-синими глазами. У него было точеное лицо и стройное телосложение, как и у сидящего напротив него мужчины. На мальчике была элегантная шелковая туника с замысловатым узором, а на шее - золотая брошь. Теперь он молчал; все, что нужно было сказать, он уже сказал. Теперь он ждал ответа. Его отец склонился над своими бумагами, что-то серьезно писал, его глаза затуманились от всей этой бумажной работы, она казалась бесконечной. Поставив печать на документе, на очереди было еще десять. Это было его бремя и его ответственность, в конце концов, он был лордом этих земель. Решение вопросов по этим бумагам нельзя было откладывать, иначе за ним явится Имперская инспекция, и его голова слетит с плеч... - Можешь открыть окна? - неожиданно спросил он, не отрывая взгляда от бумаг. Взгляд сына слегка нахмурился, когда он услышал его просьбу. Молча мальчик подошел к подоконнику и резко дернул за серебряные ручки, те скрипнули и открылись. В комнате было прохладно от ночного воздуха. Окно кабинета выходило на уже спящий город. Мальчик вернулся на свое место, сохраняя молчание и напускную серьезность на лице. Наконец, отложив ручку, отец откинулся в кресле. Он устало посмотрел на сына и вдохнул свежий воздух. - Нет, - ответил отец. -... Почему? - озадаченно спросил сын. - Кристофер, ты хочешь со мной поспорить? - Отец был поражен его дерзостью. - Но это всего лишь праздник, всего один день, почему я не могу быть там? - Во-первых, у твоего учителя фехтования жесткий график, у тебя с ним четкое расписание, если ты пропускаешь урок, то проявляешь неуважение к нему, мне продолжать? - Он поймет... - выплюнул Кристофер. Идеальная осанка пропала, он начал шарить взглядом по полу. - Хо, ты хоть спросил его? Он сказал тебе прямо, что "ты можешь обменять урок с ним, чтобы пойти в город и повеселиться"? - Говоря это, он помассировал переносицу. Его взгляд стал еще холоднее. - Отец, но... - Хватит! - Отец хлопнул ладонью по столу - Хватит просить меня отпустить тебя в город! - ... - Неужели ты не понимаешь, как важна для тебя сейчас учеба? О каких праздниках мы говорим? Забудь об этом. - Это всего лишь один день. Я всегда слушался тебя. - Сын умолял отца отпустить его в город, но тот был непреклонен. - Никаких отговорок! Все благородные дети должны уметь писать, читать и фехтовать! Чтобы мой сын... ...был хуже этих аристократических свиней... Такого не может быть, и никогда не будет! - закричал разъяренный граф. Он указал на дверь, и Кристофер вышел из кабинета. Стоявшие в коридорах стражники нервно склоняли головы при виде его разгневанного вида, но он не обращал на это внимания. Мальчик, сердито шагая к своей спальне, мысленно причитал. "Черт возьми! Зачем мне все это нужно? Дурацкие уроки! Глупый отец!" *Бум Мальчик, шагнув в комнату, захлопнул за собой дверь. Старая служанка, вытиравшая пыль на подоконнике, подпрыгнула от удивления. Повернувшись, она увидела расстроенного Кристофера. - Простите, миссис Барретт, что я напугал... - пробормотал он. Мальчик направился к своему шкафу. Войдя внутрь и встав перед зеркалом, он начал переодеваться. - О, молодой господин! Что вы... не извиняйтесь... "Как все прошло?" -спросила она. По виду своего молодого господина она уже догадалась об ответе. - Меня отвергли. - сказал Кристофер, стоя перед зеркалом и пытаясь отстегнуть брошь. - Эх, не расстраивайтесь, молодой господин, постарайтесь... найти плюсы. - сказала она и подошла к молодому мастеру, чтобы помочь. - Миссис Барретт, вы на его стороне? - поинтересовался Кристофер, глядя на нее в зеркало. - Нет! Конечно, нет. - Она отрицала, отстегивая брошь, - Просто если бы я была на вашем месте, в вашей ситуации, я бы попыталась поступить именно так... - тихо сказала она. Кристофер посмотрел на женщину в зеркало, которая аккуратно укладывала золотое украшение в один из ящиков своего шкафа. "Найти плюсы да?" - задался он вопросом. Какие могут быть плюсы в том, что его отец - тиран! Он даже заставлял его носить все эти тряпки! Возможно, это был его последний шанс впервые попасть на городской праздник... Он уже устал от этих бесконечных уроков, приемов и знакомств со своими сверстниками из других аристократических кланов, почему он не может выйти к людям и насладиться праздником? - Вы сказали, что скоро в Гриндер приедет цирковая труппа... Как скоро? - внезапно спросил он, сбрасывая на пол свою шелковую тунику. - О! - Женщина едва успела поймать падающее одеяние..." "Ты помнишь, что сказала старая служанка... Да, путешественники говорят, что они уже месяц гастролируют по городам графства и развлекают народ, и люди сказали, что они остановятся в Гриндере с представлением в День урожая. - Неделя... - тихо пробормотал он в раздумье. - С этим я закончила. Если вам ничего не нужно, молодой господин, с вашего позволения я вас покину. "Желаю вам спокойной ночи, - поклонилась служанка. - Спокойной ночи, миссис Барретт... - сказал Кристофер. Служанка вышла из комнаты молодого господина и оставила его одного. Кристофер в своей шелковой рубашке подошел к окну, ночной город за стеклом завораживал взгляд ребенка. Белые здания из мрамора, широкая городская площадь перед замком, высокие мраморные стены вдали... "Что это?" - нахмурившись, подумал он. То, что он увидел у городских стен, заставило его насторожиться. Одно из войск Кьера молча маршировало обратно через северный блокпост в город. Над марширующей колонной тускло развевался оборванный красно-белый стяг с гербом в виде головы льва. Сотни солдат маршировали в город, за ними следовали люди, бежавшие от войны. Старики и даже дети оставшиеся без родителей. Видя все это из окон своих покоев, Кристофер не понимал, что происходит, он не мог ясно разглядеть ни лиц людей, ни флага с гербом графства... но он испугался, сам не зная почему... * Было раннее утро, рассвет над мраморным городом. Солнце сонно вставало, освещая белые стены зданий а также их крыши. Люди начали покидать свои дома и выходить на улицу заниматься работой, в каком бы месте они ни находились. Одни несли инструменты на поля, другие выставляли товары на продажу, третьи шли в мастерские, четвертые держали пост. Улицы города постепенно оживали и начинали гудеть жизнью, вновь наполняясь звуками работы и повседневной деятельности. Промышленный район города Гриндер, за последний год это место претерпело много изменений, ведь год назад ближайший сосед Бармы, королевство Парин, вероломно начал войну против Безголовой Империи, из-за чего многие имперские лорды решили восстановить кузницы и мастерские, которые находились на их землях, все происходило в принудительном порядке и у многих из них прибавилось седины в волосах. За то время, что в Империи не было императора, Королевство Парин смогло создать союз единомышленников, которые также граничили с Империей Барма и хотели получить свой кусок пирога. С каждым днем атмосфера на континенте Батис становилась все сильнее, союзные королевству Парин страны еще не сделали свой ход, они ждали и просто смотрели на общую картину... Неделю назад все с грустью восприняли известие о поражении герцога Гивра и его северной армии при Демпфере, но увидеть разбитый отряд рыцарей графа, возвращающийся в Гриндер... Только сегодняшний пир мог изменить гнетущую атмосферу, царившую в городе. На окраине промышленного района, в конце улицы старых мастерских стояло большое черное здание, оно было построено из черного кирпича и имело красивые деревянные балки и потолки из чернодуба, снаружи это здание больше напоминало большой черный кирпич, вкусы владельца мастерской были странными... Черное здание было десять метров в высоту и длину, но в три раза больше в ширину. У этого "черного кирпича" была большая пара ворот из черного дуба и пустые окна с решетками, ибо стекла лопались от сильного жара печей. На фасаде этого здания висела совершенно новая вывеска "Обсидиановый конь". Из каменной трубы на крыше сильно валил дым, а в полумраке кузницы шла подготовка к началу нового рабочего дня. Мальчик лет десяти в рабочей одежде был уже весь в саже и грязи. Вооружившись лопатой, он загружал древесный уголь в топливный отсек гигантской печи, пламя, как злые собаки, пыталось укусить его за руки и ноги, но они были скрыты под надежной защитой, сквозь кожаные перчатки на руках он иногда ощущал жар печи, но это мало волновало мальчика, сейчас его больше беспокоило другое... Его взгляд был хмурым, а в резких движениях рук читался нарастающий гнев, ведь пока он работал, ему приходилось выслушивать нытье старших коллег. - Поторопись, малец! - крикнул светловолосый мальчик лет шестнадцати. Блондина звали Дункан, и он стоял у закрытого окна печи, держа в руках стальной прут размером с него самого, в ожидании работы. - Нам надоело ждать! - крикнул пробегавший мимо Ясон. В руках у него были чугунные слитки. Он остановился рядом с Дунканом и бросил их на землю. Ясону было семнадцать лет, у него были грязные черные волосы, кожа землистого цвета, свиные глазки и приплюснутый нос, но характер у него был лучше, чем внешность. - Быстрее! - громче всех крикнул молодой человек по имени Том, который стоял на улице и разгружал уголь, обращаясь не только к мальчику с лопатой, но и ко всем молодым людям у печи. Сегодня был их первый день работы с аскийской печью, раньше им разрешалось работать только со старой доменной печью, но сегодня господин Буцефал наконец доверил им основную работу, сам же господин сейчас ковал мечи в своей мастерской вместе с другими кузнецами. – Заткнулись все! – вдруг раздался оглушающий крик и из ниоткуда показался свирепый дварф с раскаленной заготовкой в руках – Чего вы тут расшумелись как бабы базарные?! Мешаете работать черт бы вас побрал! – Кричал дварф с подпаленной бородой, его глаза были свирепы, а лицо было страшнее чем у бога войны. – Простите сэр, просто Абель тормозит. – выплюнул испуганный Дункан. – Не мямли блять! Тот, кто ноет, тот говна не стоит! – дав ему подзатыльник огрызнулся Матье Буцефал. Он перевел взгляд с этого задохлика на Абеля. – Ишь малой... – он злобно посмотрел на Дункана. – Он тормозит? А ты бы не тормозил, работая на мехах будь тебе столько же лет сколько и ему?  Все видели в Абеле девятилетнего ребенка что за год работы в "мальчиках на побегушках" смог добраться до работы с аскийской печью, Буцефал же знал и предысторию и то, что мальчику всего шесть лет! А он работает за взрослого и ни слова жалобы ни сказал с самого первого дня... – ... Ваша правда. – Дункан стыдливо сжал стальной прут в своих руках. Они были нервными и спешили лишь потому, что хотели втроем поскорее закончить работу и пойти на праздник. – Да знаю я! Когда нечего сказать просто молчи, а теперь заткнись и жди, когда печь разогреется! Чтоб не кричали тут, остальным мешаете работать! "Но вы кричите громче всех..."– подметили у себя в головах Дункан, Том, Ясон и даже Абель, стоя дальше всех от старика. Буцефал некоторое время сверлил их взглядом. Он видел, что они хотят что-то ему сказать, но не говорят... Он цокнул языком, развернулся и пошел обратно в свою мастерскую. Внезапно дварф остановился. – Сделайте за сегодня 30 кг железа и свободны. «Бестолочи...» —сказав это он пошел дальше. Услышав это лица троих парней заметно посветлели, они заулыбались как придурки и быстро переглянулись между собой. Они бы сейчас даже закричали от радости если бы только не их строгий начальник.  "Идиоты, я же знаю, что вы хотите на праздник" – усмехнулся в голове Буцефал.  – Абель, подойдешь ко мне, когда закончите работать. – сказал Буцефал. Мальчик что грузил уголь лопатой взглянул на старика, взгляд того был серьезным. Он остановился. Вытерев пот со лба, он облокотился на лопату. – Фух, Хорошо. – ответил он. Урвав еще мгновение на передышку, он продолжил работу. Вскоре весь уголь был загружен в печь, затем Абель начал раздувать большие меха. Опускать их было довольно легко из-за грузов, даже ребенок справлялся, но вот поднимать... Абелю приходилось напрягаться всем своим телом, чтобы поднять тяжелую рукоять и набрать в меха воздух. Дункан, Ясон и Том больше не подгоняли его, так как знали, что работа с мехами была трудной и монотонной, опомнившись им даже жалко его стало, но никто не хотел ему помогать, их работа была ничуть не легче. Наконец печь была разогрета и Дункан открыл окно в секцию с горном. – Ух тыж нихера себе! – Закрыв рукавом лицо и прищурившись выругался блондин. Жар печи словно пробил его насквозь и слегка обжог открытые участки кожи, а яркий соломенный свет сосал его глаза, уже привыкшие к полутьме. Стальной прут весом в сорок килограмм упал рядом с Ясоном и тот отпрыгнул словно испуганная мышь. – Соберись блять! – Злобно крикнул Ясон, начиная забрасывать чугунные слитки в горн.  Переставь держаться за прут Дункан начал забрасывать слитки, к ним подошел и Том и тоже начал забрасывать их внутрь.  – Не переборщите там идиоты! – выкрикнул Абель, видя их идиотские лица и слитки чугуна, летящие в горн. – Да завались! Мы не настолько тупые. – огрызнулся Ясон. "Эти чертовы кретины!" – ругался у себя в голове Абель, продолжая раздувать меха. Когда в горне больше металла – печь требует больший жар, а за жар печи сейчас отвечал именно он.  – Все! – Сказал Том и закрыл окошко в секцию. – Ладно! Хорошо! Тогда нам нужно будет еще несколько часов проторчать здесь! – ругался Ясон. – Да? Ну и насрать! Я не хочу проебаться! – гневно сказал Том, поднимая с земли ранее упавший железный прут. Он передал его Дункану и сказал.  – Сейчас ты будешь мешать, потом Ясон, затем я. Ты понял?  – Д-да. – согласился Блондин, Ясон тоже кивнул, нехотя. – Хорошо. «Ты помнишь, когда нужно начинать мешать сплав?» —спросил Том. – Да. – Серьезно ответил Дункан. – а ты? – он спросил Ясона. – Конечно я помню. – отведя взгляд огрызнулся тот. – Тогда работаем. – заключил Том. Он хлопнул Дункана по плечу. Затем Том и Ясон ушли за второй партией чугуна, а Дункан спустя какое-то время с трудом поднял железный прут и вставил его в специальный разъем в окошке. Затем он продвинул его дальше в секцию и опустил в расплавленное железо. Дункан начал с трудом мешать содержимое горна. Сверкающие солнцем капли металла иногда выплескивались наружу что пугало Дункана поначалу, но затем он привык к этому и начал спокойно работать, ну как спокойно, тяжело пыхтя и сильно потея. Затем вернулись Том и Ясон, и начали меняться с Дунканом. Сорок минут, и первая крица была вытащена из жерла горна, сплав похожий на маленькое солнце горел языками пламени в железном хвате, ребята поставили его под рунический пресс, послышался звон ударов, сплав словно тесто менял форму под прессом, затем... Когда они вытащили последнюю крицу и разделили ее на слитки Том крикнул. – Закончили!  Парни рухнули на землю, пытаясь перевести дух. Тяжелая работа. Но теперь у них было несколько радостей: сегодня они закончили работу раньше обычного, благодаря своему начальнику, и им еще предстояло увидеть цирковую труппу. Поговорить с девушками... Размышляя об этом, они кое-как встали и отправились в свои комнаты собираться. Абель же все это время в одиночестве раздувал меха. Когда все закончилось, а это было около трех часов непрерывной работы, пот лил с него в три ручья, сажа на лице смешалась с влагой и теперь представляла собой слой грязи. Он рухнул на землю. Почти умирая от усталости, он жадно глотал воздух, глядя на потолок, уголки его рта скривились в улыбке. Он не стал бы жаловаться, если бы у него что-то болело; ему нравилось это ощущение, жар печи, тяжелая работа, звон раскаленного металла... "Мой отец был прав, когда отправил меня сюда", - впервые подумал он. Некоторое время, лежа в грязи и саже, рядом с еще теплой аскийской печью, он чувствовал себя комфортно. -Да... Я должен... пойти к старику... - отрывисто произнес он, делая паузы для передышки. Он медленно поднялся на ноги и побрел к мастерской Буцефала. * Мальчик вошел в мастерскую - открытое пространство под крышей, несколько домниц и кузнецы, работавшие с ними. Увидев, что в мастерскую вошла фигура Абеля, Буцефал прекратил работу. Он огляделся в поисках замены. - Грегор, продолжай за меня. - сказал он одному из своих подмастерьев, который сейчас отдыхал. Грегор подошел к нему, и Буцефал передал ему заготовку, объяснил, что он делает, затем дварф подошел к Абелю. - Что ты хотел? - хмуро спросил уставший Абель. Он бы сейчас с радостью отправился спать, если бы не старик. - Пойдем в контору, мне нужно тебе кое-что сказать. - Сказал Буцефал и повел его в кабинет. - ... - У Абеля не было сил спорить, поэтому он просто пошел с ним. Оказавшись в кабинете, Буцефал зашел за свой стол и открыл ящик. Он вытер руки мокрой тряпкой и бросил ее Абелю. - Твоя мать прислала письмо. - сказал он, доставая его из ящика стола. - ... Это все? - вытирая руки, спросил Абель, у него был странный взгляд. Он не видел свою мать уже год, единственное общение, которое у них было - это односторонние письма от нее... Буцефал передал ему письмо (конверт) и сказал. - Нет. Теперь пойдем в дом, я познакомлю тебя с новичком. - С новичком? "Опять кого-то взял на работу?" -спросил удивленный Абель. Значит, этот старик снова кого-то нанял? Последним был Ясон, и все до сих пор считают, что это была ошибка. - Ты поймешь, когда увидишь это. - задумчиво сказал Буцефал, выходя из кабинета. "Что я должен понять?" - мысленно спросил себя Абель. Этот старик не любил говорить загадками и запрещал это остальным; в его мастерской все должны говорить четко, громко и по существу. Вместе они вышли во двор мастерской и зашли на склад. Оказавшись внутри, Абель увидел маленькое привидение в лохмотьях, девочку его возраста, лысый череп, худые руки и ноги, бледная кожа впалые щеки. На лице нервная улыбка с невыразительным взглядом. - Здравствуйте, мое имя Рония! - сказала она, заикаясь. Абель был озадачен ее появлением. - Я Абель, приятно познакомиться... Дед, давай отойдем. - шепнул он дварфу. - Подожди здесь Рония. - Хорошо... - Тихо ответила Рония, глядя на них. Из склада вышли Абель и Буцефал. - Куда ты ее взял, она же такая немощная! - начал спрашивать Абель. - Она должна быть нашим поваром. - Спокойно ответил Буцефал, именно такой реакции он ожидал от шестилетнего ребенка. - И? Нас четверо живет под одной крышей, как ты думаешь, она справится? - продолжал Абель. Он вообще не понимал, как дедушке пришло в голову нанять девочку. - Да справиться она. Ты ведь справился, не так ли? - Буцефал криво усмехнулся. Он понимал, что этот ребенок перед ним не просто грубит, он проявляет заботу об этой девочке. - Я другой, ты сам это сказал! И перестань знакомить меня со всеми подряд! Буцефал чувствовал себя так, словно его пнули в брюхо, теперь Абель был несносен. - Мир не крутится вокруг тебя, пацан! - Он потянул его за ухо. - Отведи ее на площадь. Посмотри представление, погуляй с ней, расскажи ей, в каком она положении. - Я не хочу! - Я не хочу!" Авель, пытаясь вырваться из его хватки, краем глаза уловил пустой взгляд девушки, выглядывающей из двери склада, и шрам на ее шее. -...хорошо. Что-то было не так, это была не та обычная сверстница, с которой его обычно пытался познакомить этот чертов дед, нет, почему у нее такой взгляд? Что это за шрам? -Что?" - спросил Буцефал, отпустив его ухо. Неужели этот сорванец согласился на это? Вот так просто? - Я согласен, иди и продолжай работать. -Да. Вот и все, - он был приятно удивлен поведением Авеля. "Я покидаю вас", - сказал Буцефал. Он зашагал быстрее, возвращаясь в мастерскую, боясь, что Авель передумает. Абель подошел к девочке. - Что мне делать? - спросила она с опаской. Абель посмотрел на ее шрам, да. Это был тот самый шрам, который он видел на спине Буцефала, когда они ходили в баню. Круглый и со странным рисунком... Он заметил, что ей не по себе от его пристального взгляда, и извинился. Затем он сказал. - Расслабься. Мы идем гулять, все в порядке. - Вы собираетесь гулять в таком виде? - Давай перейдем на "ты". - Хорошо. Ты пойдешь так? - настороженно спросила она. - Ну, ты выглядишь не лучше, так что да, я пойду так. - Абель пошутил. На нем была грязная рабочая одежда. Девушка улыбнулась, затем они вместе вышли из мастерской "Обсидиановый конь" и отправились гулять по городу. Большую часть времени они шли молча, так как Абель был не очень общителен и не знал, какие достопримечательности есть в городе. Он провел ее по внешнему городу, показал ей каменный город (Жилой район), застроенный белыми двухэтажными домами, провел ее по многочисленным мраморным мостам, по которым могли проехать сразу несколько повозок, и, наконец, зайдя во внутренний город, в центр (Административный район), где находилась городская площадь, решил, что она должна быть прилично одета. Они вышли на торговые улицы (Торговый квартал), мальчик вел девочку за руку, чтобы она не потерялась, Абель нашел среди толпы людей и лавок знакомую швею со своим товаром. - Здравствуйте, миссис Барретт, вы сегодня работаете? - удивленно спросил он. Миссис Барретт, пожилая женщина, была подругой его матери и служанкой в замке графа, которое находилось в центре административного района. В свободные дни она выходила на рыночную улицу продавать сшитые ею платья и рубашки, а иногда навещала его в Обсидиановом Коне с какими-нибудь подарочками. - Хо, маленький Абель, и молодая леди, здравствуйте, да. У меня сегодня выходной по приказу юного господина... - Что-то случилось? - спросил мальчик, удивленный тем, что миссис Барретт сегодня не на работе. - Нет! Просто... Юный господин сказал, что я слишком много работаю, вот он и дал мне небольшой выходной в честь праздника. - объяснила пожилая леди. - Он действительно так хорош? - Конечно, хорош! - сразу же ответила миссис Барретт. Абель был удивлен ее ответом, он знал со слов старика, что большинство аристократов жадны и высокомерны, но миссис Барретт не станет лгать. Отпустив тему, он спросил. - ... Миссис Барретт, у вас есть что-нибудь для нее? - Говоря это, он потянул Ронию за руку. Девушка подошла ближе к прилавку и склонила голову в молчаливом приветствии. - Конечно, есть! Что ж, позвольте мне посмотреть..." - Миссис Барретт вышла из-за прилавка и подошла к девушке - "Этот сорванец не обижает тебя? - Н-нет!" - резко ответила Рония. Услышав такой ответ миссис Барретт, та громко рассмеялась, и Абель покраснел от смущения. Он хотел бы сказать что-нибудь язвительное миссис Барретт, но не посмел. Он слишком уважал ее. - Хорошо, хорошо, я понял. Давайте я вам кое-что покажу... - Она взяла с прилавка серый сарафан и протянула его Абелю. Глаза девушки сверкнули, когда она увидела его, она посмотрела на Абеля щенячьими глазами, он вздохнул и достал свой бумажник из нагрудного кармана. - Сколько это? - Один серебряный. - Миссис Барретт подняла палец вверх. Лицо Абеля исказилось в гримасе, "Один серебряный? За серый сарафан? Почему так дорого?" - сразу подумал он. Похоже, миссис Барретт нуждалась в деньгах, а может, и нет... Мальчик не очень-то разбирался в ценах на женскую одежду... Он поговорит со стариком о потраченных деньгах. - Хорошо, я возьму... - угрюмо сказал он. Абель достал из кошелька одну серебряную монету и протянул ее старухе за прилавком. Затем Абель попрощался с миссис Барретт. Он натянул на Ронию серый сарафан и потащил ее на городскую площадь. Ярмарка к празднику урожая уже началась, и цирковые шатры уже были расставлены. Когда они пересекли мост во внутренний город, то увидели столпотворение людей, стремящихся попасть на ярмарку. - С-спасибо... - сказала девушка, пряча улыбку. - Да, конечно... - проталкиваясь сквозь толпу, сказал он. Люди замечали его и сторонились, не желая замараться. Абель с удовольствием воспользовался этим, и вот они выскочили на другой конец толпы и наконец добрались до городской площади. - Вот это да! - воскликнула девушка. Ее глаза загорелись, когда она наблюдала за праздником. Цирковые артисты водили по площади странных и экзотических животных, больших и маленьких, обычных и волшебных, Абель только что заметил одно такое животное, большого зеленого медведя, он был такой же большой, как и обычный медведь, единственной странностью был его мех, который был из зеленых листочков, когда-то давно отец принес домой его мертвую тушу и объяснил, почему у этого медведя листья вместо обычного меха. - Роня, смотри, это зеленый медведь. Отец рассказывал мне, что обычно их мех белый, но если они живут на болотах, то он становится зеленым. "Мой отец говорил, что растения поселяются в полых волосках его..." -объясняя девочке, почему этот медведь зеленый, он улыбнулся. Все здесь было наполнено атмосферой волшебства и веселья, в основном благодаря животным и артистам цирковой труппы, которые вытворяли невероятные вещи. Цирк и ярмарка действительно были миром, где реальность и фантазия сталкивались. Даже такой угрюмый ребенок, как Абель, почувствовал себя немного лучше. Вместе с Ронией они ходили от одного шатра к другому, рассматривали всевозможные странные и удивительные вещи в витринах. Это место произвело глубокое впечатление и на Абеля, и на Ронию. Солнце уже садилось, и дети стали возвращаться домой. Пока они шли по улице, Рония все время что-то рассказывала. - Знаешь ли ты, что руны, вырезанные на том магическом шаре, были огненного типа, а это значит, что красное свечение и жар... - Пока она говорила, она смотрела на Абеля взглядом, полным жизни. Абель слушал ее и улыбался, ему тоже было интересно, и он был вовлечен в диалог. Настолько, что он даже не заметил, как пошел не в ту сторону и забрел во дворы жилого района. Остановившись, Абель огляделся, пытаясь понять, где он находится. Недалеко от моста, осталось только повернуть назад и пройти еще немного... – Кто вы?! Куда вы меня тащите! Чего вы хотите?!  – А хули тут думать малой? Давай нам все свои денюжки. Вдруг его уши уловили звук чьего-то разговора впереди него. Он поднял голову и увидел, как трое мужчин тащат в темный переулок ребенка в капюшоне, по его голосу он понял, что это был ребенок... Зрачки его глаз сузились, а в животе разлилось теплое предчувствие. Он уже понимал, что случится с этим ребенком, если никто не вмешается. "Помочь? Но их трое. Тогда просто оставить его здесь? Нет!" Он посмотрел на Ронию. Девочка продолжала говорить, не замечая его обеспокоенного взгляда. Мальчик взял ее за плечи и громко вернул в реальность. - Иди и приведи сюда стражников! Если они не придут за тобой... Скажи им, что здесь драка на ножах! - Абель дал ей указания. Девушка пришла в себя и кивнула. Она не знала, почему он попросил ее об этом, но была готова выполнить его просьбу. - ...Х-хорошо! - сказала она, убегая обратно на площадь. Он остался стоять один, из переулка доносились детские крики, и, услышав их, руки и ноги Абеля стали каменными. Смогу ли я справиться с этим? Что если меня убьют? Что если... " Абель, есть только три действительно вещи, которые ты должен помнить всю свою жизнь..." - Слова отца начали всплывать в его сознании. Он покачал головой и сосредоточился... Все эти бессмысленные сомнения разъедали его решимость. Его отец хотел, чтобы он стал лучшей версией самого себя, но отец не говорил ему, как этого достичь... Теперь мальчик начал кое-что понимать... Абель пошел в переулок, нет, побежал. Когда он ступил в темный проход, то увидел, что трое мужчин прижимают к стене ребенка в капюшоне, у одного из них был кинжал, и он держал его у горла ребенка. Абель присмотрелся к ним повнимательнее: у одного не было глаза, у другого - руки, у того, кто держал кинжал у горла ребенка, не хватало нескольких пальцев на руке. Странно было то, что они все еще не заметили, когда Абель вбежал в переулок. – Пацан, снимай свою цацку, или я сниму ее вместе с твоей головой! – говорил головорез с ножом. Он лезвием отвел в сторону темные одежды на мальчике и открыл вид на золотую брошь. – Нет! Ты знаешь кто я?! Ты знаешь чей герб изображен на ней?! Я сын графа Кьера! Тронешь меня и у тебя будут проблемы! – кричал мальчик в темном капюшоне. Он словно не понимал всю жестокость той ситуации, в которую он попал. Темный переулок, жилой квартал, ночь после праздника... – Ахахаха, Бардан, он ебнутый! Да просто сними ты ее! «Чего руки марать!» —рассмеявшись сказал однорукий.  – Мелкая сука! «Ты думала мы поверим в эту сказку?» —злобно спросил одноглазый. Смотря на ребенка с приставленным к шее ножом, он облизывал губы и мял кулаком свою промежность. "Я не думаю, что они хорошие люди", - нервно заметил Абель, принимая боевую стойку. Когда-то отец научил его основам рукопашного боя. Мальчик быстро расслабил плечи и шею, поднял обе руки и слегка согнул колени. При мысли о том, как начать бой, слова сами собой возникли в его голове. "Страх и сила не обязательно противоречат друг другу" - Эй! Отпустите его! - крикнул он, стараясь не выдать нервозности в голосе. Молча сорваться с места и броситься на них было бы опрометчивым решением, да, он произвел бы эффект неожиданности, но кто знает, не скользнула ли бы рука человека без пальцев по шее мальчика. Он послал Ронию позвать на помощь, ему нужно было потянуть время, и кто-нибудь придет к ним на выручку. Он надеялся на это... Разбойники повернулись и увидели Абеля, стоящего в нескольких футах от них, переминающегося с ноги на ногу и странно прижимающего кулаки к подбородку. – Ты кто нахуй такой? – спросил Бардан обернувшись. – Ты потерявшийся клоун? Тебя бросила твоя цирковая труппа? – шутил однорукий бандит.  – Ахах, – рассмеялся одноглазый – прибьешь его Клайд? – спросил он однорукого. Тот сухо кивнул. – А то. «Мне и одной руки достаточно чтоб убить ребенка...» —жестоко улыбнувшись сказал однорукий Клайд.  Клайд, пошатываясь, направился к Абелю, двое его товарищей с интересом наблюдали за ним. "Нырок, уклонение, рывок, защита, удар....". Голова Абеля была полна мыслей, он лихорадочно думал о том, как будет сражаться со взрослым мужчиной, пусть даже одноруким инвалидом. - Ты уже обосрался? - со смехом сказал Клайд. Подойдя чуть ближе, он внезапно бросился на Абеля, замахнувшись правой рукой. Абель отскочил влево, в его слепую зону, и ударил всем телом в печень. - Ты... сука! - Клайд выругался, стиснув зубы. Он сердито посмотрел на парня, глаза его стали серьезными; он не был похож на ребенка, готового в любой момент расплакаться и убежать. Абель начал чувствовать себя спокойнее, если они все такие, как этот ублюдок, то он справится, он не дал ему времени сказать что-то еще, отпрыгнул назад и встал перед ним. Он хлопнул ногой, как кнутом, по его промежности, мужчина дернулся еще сильнее, на его лице появилась гримаса агонии и удивления, но Абель не ждал. *Банг. Его нога врезалась в лицо Клайда "отбойным молотом", и этим ударом ноги Абель сломал мужчине нижнюю челюсть, от чего тот упал на колени. Клайд рухнул на землю без сознания. - Да, Клайд бесполезен... - Сняв брошь с парня, произнес Бардан. Он положил брошь в карман куртки, а затем пырнул испуганного ребенка ножом в живот. - Аааа!" - взвыл мальчик от боли со слезами на глазах. Прикрыв живот руками, он рухнул на землю. Теплая алая кровь струилась меж его пальцев. - Скиф, держи! - крикнул Бардан и бросил ему кинжал. Кулаки Абеля сжались, когда он увидел его, страх и ярость, смешанные чувства, которые вместе ввергают любого в ступор. "Ты должен быть решительным. Ты должен быть готовым к последствиям своих деяний.", - эти слова постоянно всплывали у него в голове. Жестокость и насилие, они пугали его, заставляли сомневаться в собственных силах, вызывали желание бросить все и убежать... "Если осмелишься, не медли!" - мысленно крикнул он, обращаясь к самому себе. Ощущение, что его ноги превратились в труху, постепенно уходило, он вновь обретал контроль над собой! "Подари надежду тому, кто ее потерял". Взгляд Абеля светился, этот огонь пожирал страх и сомнения... Этот мальчик выживет, только если прибудут стражники, а до тех пор он должен занять этих ублюдков! Одноглазый, который до сих пор молчал, вдруг заговорил. – Этот малец непростой... Бардан, он меня заводит... – странно пролепетал он, снимая повязку с глаза. Его глаз был здоров, но выглядел словно жил сам по себе! – Хо, тогда его нужно убить.  –...  Они начали медленно обходить Абеля с разных сторон, мальчик не знал, как сделать первый шаг, вернее, он не был к этому готов. Он бы мог среагировать на удар, уклониться и парировать, но как он сам... Нервный пот проступил на его коже, когда он напряженно думал о том, что ему делать. Если бы он продолжал стоять на одном месте, они бы просто напали на него одновременно, и было бы неважно, что он делает... Он быстро повернулся и, низко пригнувшись, помчался в сторону одноглазого человека. В мгновение ока он преодолел расстояние между ними, но как только он оказался перед человеком, острие кинжала оказалось у его лица. *Свиш! * В последний момент Абель отвёл голову в сторону, и кинжал со свистом вонзился ему в щёку. Абель не остановился, даже почувствовав жгучую боль от пореза, он пригнулся и попытался сделать подсечку. Но тут тупой удар обрушился на его спину. Тело пронзило током. Мальчик вжался грудью в землю, воздух предательски покинул его легкие, но он кувыркнулся вбок. *Банг! * Его кулак врезался в землю и треснул, прочертив борозды в сухой земле, глаза Абеля округлились от удара, он мог убить его одним ударом! Кто был этот бандит... Он увидел его лицо. Ужас. Всепоглощающий страх начал медленно охватывать тело мальчика, их взгляды встретились, взгляд Абеля, полный ужаса, и взгляд мужчины, полный экстаза. Его ухмылка обнажала кроваво-красные острые зубы, и он выглядел как чудовище в человеческой шкуре, как будто он и не был человеком вовсе, а только притворялся им. Монстр наслаждался, как будто его боль доставляла ему удовольствие, наслаждался, играя с ним, наблюдая, как он извивается и задыхается. "Почему он так... - Абель не успел закончить мысль, как одноглазый монстр в мгновение ока оказался рядом с ним. Брошенный в землю кинжал вонзился в предплечье Абеля, крик боли вырвался из его рта, он быстро выдернул кинжал и снова кувыркнулся в сторону. *Банг! Бах! Бах! * Монстр топтал землю на том месте, где мгновение назад был Абель. Остатками здравого смысла Абель понимал, что если он остановится, то умрет, он терпел боль и уворачивался от ударов безумного монстра. Бардан присел сбоку на корточки и со скучающим видом наблюдал, если скиф так беснуется, то ему лучше не вмешиваться, иначе Бардан сам может попасть под его горячую руку. Монстр не обращал внимания на все вокруг, когда играл со своей добычей... *Шум* "Почему он такой проворный? Удивительно..." - его мысли в голове были прерваны. С одного конца переулка послышался топот толпы и лязг доспехов. Бардан сразу понял, в чем дело, он посмотрел на Скифа, тот в данный момент был не способен на здравомыслие, остановить его или оттащить от ребенка в таком состоянии было невозможно... Бардан без долгих раздумий достал из кармана свиток. Развернув черный пергамент, он откусил большой палец и прижал его к свитку. Он засветился красным, человек закричал от боли, его тело растеклось кровью и просочилось в землю, не оставив после себя ничего. Бардан исчез вместе с добычей. "Бах"  Нога Скифа ударила Абеля по руке, раздробив запястье. - Аааа!" закричал Абель, ужасная боль поглотила все его существо. Скиф смотрел на него с ехидной ухмылкой; он облизал губы. - Прекратить драку! - крикнул офицер, который забежал в переулок раньше остальных. Он нахмурился, увидев мужчину и избитого ребенка на полу. На лице мужчины он увидел то, что хотел бы забыть навсегда. Меч в его руках засверкал синим пламенем, а серые глаза приобрели холодный металлический блеск. Он отпрыгнул на несколько футов в сторону разъяренного монстра и косым ударом отсек ему голову. Из шеи Скифа хлынул фонтан черной крови, голова взлетела в воздух и упала на землю. *Дерг-дерг-дерг*. Мертвое тело монстра рухнуло и забилось в конвульсиях. Человек ударил снова, разрубив обезглавленное туловище пополам. На этот раз оно перестало дергаться. Офицер подошел к лежащему без сознания Клайду и пронзил его сердце своим мечом, затем он посмотрел на лежащего на земле Абеля, который тяжело дышал, его лицо было в крови, он держался за свою руку, его щека была рассечена. Затем краем глаза он заметил ребенка, который молча лежал у стены в луже собственной крови. Ребенок смотрел в пустоту, пытаясь укусить воздух. Руками он отчаянно собирал кровь и пытался вернуть ее в свое тело. " Какого хуя здесь вообще произошло?!" - Офицер стоял в недоумении всего мгновение. Затем он узнал ребенка у стены. - Юный господин?!" - закричал он в ужасе. Он тут же достал из кармана красный пузырек и подбежал к истекающему кровью мальчику. Он откупорил пробку и вылил содержимое в рот ребенка. Он отдернул окровавленную одежду в сторону и увидел... Колотая рана на его животе начала медленно затягиваться, бледное лицо ребенка приобретало красный румянец. Офицер вздохнул с облегчением. Абель, глядя на умиротворенное лицо офицера, почувствовал, как внутри него закипает гнев... он продолжал лежать неподвижно, стараясь не думать о боли. "Правильно ли я поступил?" - спрашивал он себя, но боялся ответить... Абель посмотрел в ту сторону, откуда пришел, и увидел впереди толпу с бегущей к нему Ронией. Ее заплаканный вид теперь был способен подавить гнев внутри него. * Глубокая ночь. Особняк возле мастерской "Обсидиановый конь". Абель, выслушав крики Буцефала и остальных, наконец поднялся в свою комнату. Разорванная щека была искусно зашита, на руку наложена шина, после инцидента Буцефал дал ему целебное зелье, но оно было слабым и могло вылечить только сломанные кости, мышцы и кожу... опустив взгляд, он прошел в свою комнату. В полумраке комнаты стояла его смятая кровать, маленькая тумбочка с несколькими ящиками и настенные крючки, на которых висела одежда. За окном была глубокая ночь. Через несколько часов после боя он закончил объяснять охранникам, что произошло, и вернулся домой, где ему наложили швы. Подойдя к крючкам для одежды, он остановился. Мальчик с разбитым лицом и кулаками одной рукой потянул вниз лямки своего окровавленного комбинезона, и тот упал на землю, из нагрудного кармана выпало скомканное письмо. Абель странно посмотрел на него... Мама. Он поднял конверт с земли и бросил его на кровать. Раздевшись догола, он осмотрел в полутьме свое тело, ссадины, швы и синяки, грязь и кровь, отмытые с него Ронией, за что он был ей благодарен. Он взял письмо и лег на кровать; как только он лег, то сразу почувствовал боль, впившуюся в его тело. Кое-как раскрыв конверт, он вытащил его содержимое. Почерк матери... "Дорогой Абель! Прости, что так долго не было от меня вестей...". Лежа в полумраке и тихо читая письмо матери, он не выдержал и заплакал.