Что с тобой не так Питер Паркер? Том 1. Этот король воскрес?

      Итак, мы плавно вернулись к тому, с чего начали.       Я играю с Носорогом, пока Гвен пытается спасти всех людей, которые попали под его ярость. Ей даже что-то удаётся, но спасти всех невозможно. Например, неподалёку от нас истекает кровью паренёк, которого насадило на арматуру, оставшуюся от стены, разрушенной Носорогом. Или женщина, которую сейчас пытается спасти моя девочка. Ей прилетело крышкой гидранта в грудь, и ребра переломаны вдребезги. Она с кряхтением и слезами умирала на руках у Гвен.       Судя по страху и чувству вины, которые фонтанируют из Гвен, у неё начинается паническая атака от вида крови и смерти. Она смотрит на свои дрожащие и окровавленные руки и начинает вытирать их об костюм. Но это не помогает, поэтому, оттянув маску со рта, моя подруга показала мне, что она ела на завтрак. Вытерев со рта остатки рвоты, она осмотрелась и медленно отползла от женщины, которая уже не подавала признаков жизни.       Хм... Интересно, тогда у приюта я в глазах Бируса выглядел так же, как она сейчас? Если она это я, то значит, я – лайт-версия Бируса? Хотя нафиг этого уёбка – его ведь убил собственный ученик. Хи-хи-хи! Так что будем считать, что я не облажаюсь с Гвен. Не облажаюсь, ведь так?       Из моих мыслей меня выдернул басистый голос Носорога. Он тоже заметил состояние моей подруги и, конечно же, не постеснялся его прокомментировать:       — Эй, стенолаз, кажется, твоя девка чутка приуныла. Может, мне стоит её чуточку взбодрить?       Прокричав это, носорог перестал бодаться со мной и побежал к Гвен.       — А вот это ты зря, ничтожество, — сказал я, резко теряя игривое настроение. — Ты исчерпал свою полезность для меня.       Я использовал свой грех и сконцентрировал его на этом недоумке, из-за чего он слегка замедлился, а я ощутил прилив сил. Усилившись за счёт своего противника, я напитал ноги тёмной материей и за пару рывков обогнал эту пародию на бронепоезд.       — Я не знаю, что за фокусы ты использовал, но тебе меня не поб... кхааа! — я прервал речь этого идиота, закинув ему в рот картридж со своего веб-шутера.       — Я не знаю, есть ли в твоей убогой броне посмертная книга для жалоб, но если всё же есть, то запиши в неё, что броня должна быть герметичной, идиот!       Я не знаю, чего в моём голосе было больше – иронии или возмущения в сторону тех, кто не додумался сделать полностью закрытый шлем для этого олуха...       — Я не проиграю тебе, букашка! — прокричал он, пытаясь схватить меня, чтобы прижать к себе и устроить смертельный сеанс обнимашек с последующим переломом большинства костей в моём теле.       Но я щёлкнул пальцами, и с помощью частички тёмной материи, которую я заранее оставил на картридже с паутиной, повредил целостность его оболочки, тем самым выпуская всю паутину внутри этого идиота.       — Прости, тугодум, но я обнимаюсь только с милыми девушками. И, к слову, я уже победил, так что arrivederci, ничтожество.       Кряхтя и блюя паутинным раствором, носорог держался за горло и тщетно пытался вздохнуть, пока в один момент просто не замер. После чего его полутонная туша с грохотом рухнула на асфальт, негласно объявляя о моей победе.       Кинув на него последний взгляд, я поглотил его душу и пошёл к Гвен, смотрящей на своё отражение в луже крови, вытекшей из той женщины.       — Пупсик, ты в порядке? — пощёлкав пальцами у её лица, я отвлёк её от самокопания.       — Он мёртв? — спросила Гвен с дрожью в голосе.       — Ну, скажем так: если он не может дышать паутиной, он точно труп, — сказал я и протянул ей руку помощи.       Немного замешкавшись, Гвен всё же взяла меня за руку. Сделав небольшое усилие, я помог ей встать на ноги, и в этот момент мы услышали звуки сирен.       — Думаю, нам пора уходить, если не хотим объясняться перед полицией за всё это безобразие, — сказал я, махнув рукой в сторону полуразрушенной улицы.       — Ты прав, Пи... Паук, — запнувшись, она вспомнила, что мы в костюмах, и назвала мой сценический псевдоним.       — Тогда вперёд до Мидтауна! Кто придёт последним, покупает победителю пиццу.       Подмигнув ей подвижной линзой своей маски, я выстрелил паутиной в угол здания и, подтянувшись на ней, полетел в сторону Мидтауна под растерянным взглядом моей подруги. Но увидев, как моя фигура стремительно удаляется за множеством высоток, которыми обильно утыкан этот город, Гвен опомнилась и рванула за мной. Быстро нагнав меня, она сосредоточилась на том, чтобы не расшибиться в полёте, ненадолго забыв, что стала свидетелем чьей-то смерти.       Помнится, Бирус в своё время сделал что-то похожее, но вместо весёлой гонки он устроил мне первую тренировку в качестве его оруженосца. После окончания которой мне было уже плевать на тех, кого я прикончил пару часов назад, и тех, кого мне придётся убить в дальнейшем, чтобы просто отдохнуть. После шести часов монотонного избиения мне просто хотелось жрать и спать, а не заниматься самокопанием.       И раз уж я начал пародировать Бируса, то почему бы не провести с Гвен спарринг, в котором она выпустит пар? Да и вообще, изначально я всё это затеял не только для того, чтобы сделать её своей слугой, но и для банальных тренировок. Ведь они сейчас моя главная проблема. В моём теле нет нужных рефлексов, заточенных под бой, и, по сути, я сейчас просто выезжаю за счёт того, что правлю свои движения тёмной материей. Но эти правки требуют лишних затрат и нуждаются в концентрации, которую я мог бы потратить на что-то более полезное, чем тупая рукопашка.       И вроде бы тренируйся, кто же тебе не даёт? Но тут вылезает минус этого мира. Здесь все слишком любопытные, и стоит мне во время моих силовых тренировок отклониться от местной нормы – заклеймят мутантом. А как же, тут везде камеры и зеваки, которые снимут тебя на телефон. После чего, по словам той же Фелиции, я столкнулся бы с ворохом ненужных проблем. А я пока не на том уровне силы, чтобы переть против системы и уничтожать города высшей магией. Поэтому мои тренировки – одна из причин, по которой я натянул геройские портки.       Когда ты называешься героем и начинаешь катить бочку на всяких нечистых на руку личностей, случаются такие ситуации, как сегодняшняя. Хотя я ожидал кого-то покруче тупого качка в бронекостюме, но что есть, то есть. И если убрать всяких бандитов, которые уже не вывозят мою силу, то остаётся только моя подружка. Она может спокойно выдержать мой удар, усиленный по максимуму тёмной материей, и даже не почесаться. Ну, не считать же мне за серьёзные повреждения пару синяков или трещины в рёбрах, которые у неё заживут за минут тридцать. А вот у меня после её удара в полную силу лопнула селезёнка, пара сломанных рёбер и защемило спину.       Право слово, если бы я не был учеником самого садистского ублюдка в мире, то завизжал бы от боли после её ударов. Но я лишь поморщился под маской да зафиксировал повреждения тёмной материей до конца боя, чтобы не подохнуть от внутреннего кровотечения и дать моей регенерации залатать всё, когда останусь в гордом одиночестве. Раз уж все мои планы слегка форсировались, придётся вербовать Гвен сейчас, снова подвергая мою селезёнку опасности. Зато в бою с ней адаптация моих боевых приёмов идёт полным ходом, только успевай латать свою тушку.       Вздохнув, я ещё раз подтянулся на паутине и увидел, как Гвен, пролетев над моей головой, ловко приземлилась на крышу и закричала:       — Я тебя сделала! — подпрыгнув на месте, она встала в победную позу и смотрела, как я приземлился на крыше.       — Да-да-да, я понял, — сказал я, нащупав под костюмом мобильник и набрал номер той же пиццерии, что и тогда в отеле, заказав пиццу.       Пока я говорил по телефону, Гвен села на край крыши и свесила ноги вниз, глядя на то, как внизу копошатся люди. Убрав телефон, я сел рядом с ней.       — Знаешь, я думала, что быть героем, как Капитан Америка, — это круто, но на деле это оказалось той ещё лажей, Пит, — уныло протянула она и продолжила: — Я допустила как минимум две жертвы из-за своей наивности. Я не заметила, что у тебя куча проблем, и не помогла в нужный момент, из-за чего ты стал ряженым психопатом. Ну, подводя итог, я провалилась не только как герой, но и как друг.       Думаю, надо задвинуть мотивирующую речь, чтобы она окончательно не скатилась в депрессию. Право слово, какие же местные люди неженки. Чёртовы паладины в моём мире шли по трупам своих товарищей с вспоротым брюхом и жаждой убивать демонов. А тут два трупа и депрессия – это же даже не смешно, это чёртов позор. Но вслух я это, конечно, не скажу.       — Гвен, не переживай. С большой силой к нам приходит не только слава, но и большие проблемы, которые надо учиться решать, — произнеся это наставление, я похлопал её по плечу и продолжил: — Если ты, конечно, не хочешь закончить так же, как те двое.       Судя по дрожащим рукам, я всё ещё недостаточно ванильно выразился. Эх, это уже начинает бесить...       — Но они же умерли из-за того, что я не успела их спасти? — жалобно протянула девушка и сжала свои руки в кулак настолько сильно, что её ногти прорвали не только костюм, но и кожу. На её и без того алых от крови перчатках появились новые кровавые пятна.       — Ты и правда виновата в их смерти, но не потому, что не смогла их спасти, а потому, что не позволила мне сразу убить Носорога, предотвратив эту бойню. Там ведь умерло и пострадало далеко не два человека, Гвен, а как минимум дюжина, — сказав это, я сжал её плечо и, надавив на неё жаждой крови, решил задать простой вопрос: — Ну как, жизнь этого идиота стоила всех этих смертей, Гвен?       От моего вопроса она задрожала и, всхлипнув, начала плакать.       — Я не знаю, Питер, я просто хотела помочь. Да и не тебе об этом говорить. Я вообще уже не понимаю, кто ты такой. Могу ли я тебе верить? Или ты прикончишь меня, как только я отвернусь? — всхлипывая, проговорила блондинка. — Чёрт, я даже ушла в отрицание, когда заметила все странности вокруг тебя, произошедшие за последний месяц. Я просто ужасна, думаю, я должна была уме...       Не дав ей договорить, я размахнулся и отвесил ей смачный подзатыльник, прервав этот поток депрессивного дерьма.       — Ай! Какого чёрта, Питер? — возмущённо спросила Гвен, перестав ныть.       — Серьёзно, Гвен, что это за тупые вопросы? — раздражённо протянул я, потерев переносицу. — Если ты не понимаешь долгих объяснений, то скажу прямо: я твой лучший друг, Питер Паркер, Гвен, и ничто в этом мире этого не изменит. И как твой друг скажу прямо: я переживаю за целостность твоей задницы, так что сейчас ты должна сделать выбор.       Мои слова слегка её успокоили, но когда она услышала о выборе, от неё потянуло смущением.       — Ох, Питер, мне кажется, я не готова к серьёзным отношениям, — смущённо протянула блондинка.       — Я не об этом выборе. Тот поезд уже уехал, Гвен. Сегодня тебе надо решить не это, а можешь ли ты принимать сложные решения и приносить жертвы для спасения людей, раз уж ты хочешь быть героем, — поняв, что она неправильно меня поняла, Гвен неловко покашляла и, никак не комментируя свои прошлые слова, съехала с темы.       — И что ты сделаешь, если я не смогу решиться на столь жёсткие методы? — настороженно спросила девушка.       — Ох, я человек простой, Гвен. Если вижу ублюдков, которые хотят тебя покалечить или убить, отправляю их прямым рейсом на тот свет, — весело ответил я, закинув руку ей на плечо. — Если ты не научишься, как большая девочка, обезвреживать своих врагов сама, это буду делать я, и с летальным исходом. После чего можешь считать, что твоё бездействие их убило, — сказал я, похлопав её по плечу.       — А где тут выбор? Если в обоих вариантах кто-то умрёт? — возмущённо спросила девушка.       — Это выбор взрослого человека, где у тебя есть только два дерьмовых варианта. Если хочешь найти третий, стань сильнее, пупсик, — она хотела возмутиться на то, что я снова назвал её пупсиком, но нас прервал имперский марш, который стоял у меня на рингтоне.       — Так мне надо ответить, — вытащив телефон, я принял вызов и услышал голос знакомого доставщика.       — Здравствуйте, это пицца Джо. Вы сказали, что надо передать вам пиццу на улице. Так вот, я на месте.       — Хорошо, ждите, я сейчас спущусь.       — Спуститесь? — не дождавшись ответа на его вопрос, я достал из кармана костюма пару долларов, чтобы заплатить за пиццу, и, подойдя к краю крыши, напитал глаза темной материей.       Проведя взглядом по людям внизу, я нашёл знакомого мне доставщика пиццы, стоящего рядом со своим скутером и высматривающего меня в толпе. Спрыгнув с крыши, я выпустил паутину, пролетел мимо парня, быстро выхватил у него пиццу, оставив на её месте деньги с приличными чаевыми. Спустя пару секунд я уже был на крыше с пиццей в руках, а доставщик ошалело смотрел на деньги, так как я снова оставил ему чаевые за скорость.       Посмотрев на него ещё немного, я снова сел рядом с Гвен и открыл коробку с пиццей, чтобы заесть стресс от тупости того качка.       — Так что ты там говорил про третий вариант? — спокойно спросила моя подруга, которая уже успела успокоиться, пока я гонял за пиццей.       — Стань сильнее или забудь о всей этой супергеройской чуши, выбросив этот костюм, — сказал я, тыкнув пальцем ей в грудь и, оттянув маску, начал есть пиццу.       — Знаешь, слышать такие слова от человека, который сидит рядом со мной в таком же костюме, как и я, попутно рассуждая о том, как он будет убивать всех, кто попытается мне навредить, слегка нелогично, — иронично протянула Гвен, также взяв кусок пиццы.       — У меня, в отличие от тебя, есть пара сотен лет боевого опыта и решимость для принятия сложных выборов, — услышав про мой возраст, блондиночка подавилась пиццей, я любезно похлопал её по спине, помогая проглотить остатки.       — Чего! Сколько ты вообще прожил в прошлой жизни? — шокировано спросила блондинка.       — Перед своей смертью я отметил своё 666-летие, — пофигистично сказал я, продолжая смаковать пиццу, пока Гвен пыталась осознать, насколько я по её меркам старый дед.       — Погоди-ка, когда ты упоминал о том, что ты уже не демон и не ботаник, демон не был метафорой на твою жестокость... Ты что, и правда был демоном? — нервно проговорила Гвен, ожидая, что я сейчас скажу нет, но реальность полна разочарований.       — Ох, нет, что ты, Гвен. Я был не просто демоном, я был крутым королём демонов, который захватил мир и создал идеальное государство, в котором не было войн и голода.       — Знаешь что, Питер? — пришибленно протянула девушка.       — Что?       — Давай просто не будем больше городить тайны на ровном месте.       — Ну, у меня кончились секреты, так что можешь расслабиться. Но ты всё ещё не сказала мне, что ты выберешь? — с интересом спросил я.       — Дай угадаю: сейчас я выбираю третий вариант, и ты предлагаешь мне перейти на тёмную сторону силы, обещая, что после этого я получу абсолютную силу и власть? — иронично спросила Гвен, видимо не ожидая от меня ответа, но я не мог удержаться.       — Да, всё правильно. Плюс у короля демонов Питера есть печеньки, которые готовит тётя Мэй по выходным, и только у официальных приверженцев тёмной стороны есть к ним доступ. Ну и мелочи вроде бессмертия и крутых спецэффектов не стоящие упоминания, — договорил я, подмигнув ей и продолжив есть пиццу.       — Ты же сейчас пошутил, да, Питер? — нервно посмеиваясь, она с тревогой смотрела на меня, ожидая, что я начну смеяться.       — Ну, если только про печенье, всё остальное чистая правда, — услышав мои слова, она опустила голову и начала говорить что-то себе под нос.       — Плохой день... плохой день… плохой день.       — Не переживай, Гвен, мы станем отличным дуэтом! — радостно прокричал я, закинув одну руку ей на плечо, пока другая рука, сжатая в кулак, была устремлена в небо.       — И с чего ты взял, что я на это соглашусь? — устало проговорила она.       — Ну, ты сможешь меня контролировать только когда ты рядом со мной. Плюс, если я не натаскаю тебя, у тебя нет ни шанса в бою со мной, — с каждым сказанным словом она опускала голову всё ниже и ниже, пока в один момент не встала.       — Ты прав, Питер, но побойся Бога, если я не увижу те печенья, которые ты мне обещал, я выкину тебя из окна! — говорила она это с видом человека, готовящегося прыгнуть в бездонную пропасть.       — Вас понял, мисс пупсик! — отдав ей честь, я спрыгнул с края крыши и выстрелил паутиной в ближайшее здание.       — Паук!!!! Я же сказала не называть меня так! — раздражённо прокричала она и тоже спрыгнула с крыши, пустившись вдогонку за мной.       — Ну тогда придумай псевдоним получше, чем Женщина-паук. Например, Паук-призрак или Белый Пупс!       — Я покажу тебе Белого Пупса, король гиков!       Вот так, крича и переругиваясь, мы растворились среди множества небоскрёбов вечернего Нью-Йорка.