Сила прощения

Павел подъехал когда Ирину уже вытаскивали вместе с каталкой из машины и везли в больницу. Он мельком посмотрел на неё. Ирина лежала на каталке бледная и он никогда себе этого не простит, то что натворил с ней, с их любовью. Павел стоял и не мог сделать даже и шагу, чтобы бежать следом за врачами которые везли на каталке его любовь. — Как она. — подбежала к нему Измайлова. Ткачёв молчал и смотрел на закрытые двери больницы. — Что ты молчишь, скажи ради бога что нибудь. Она жива? — Лен. — Савицкий прервал жену. — Что, Лен… Помнишь какой он был после убийства Русаковой… Он был одержим. — Лена ходила по крыльцу больницы взад и вперёд. — Успокойся, давай лучше сядем на скамейку и посидим. — Савицкий хотел подвести жену до скамейки. Ткачёв вышел из своих мыслей и произнёс ели слышно. — Это я виноват, я. — Нет, Ткач это не твоя вина. — Савицкий подошёл и утешающе положил руку другу на плечо. — Ромыч, это я подстроил эту аварию, я… Помнишь когда я попросил тебя чтобы ты вывел Зимину из кабинета… Я хотел чтобы она разбилась на машине. — Ткачёв говорил с раскаивающимся голосом вспоминая прошлый вечер. Он никогда не забудет её чуть разбитое лицо. — Тебе что её совсем было не жалко. — Лена встала со скамейки. — Совсем не жалко. Знаешь ты кто после этого… Ткачёв сорвался на крик. — А ей было не жалко убивать Русакову. Женщину которую я любил больше чем жизнь. — Русакова, Русакова всё заладил как заезжанная пластинка… Что как убила? — Вот так и убила… Пришла к ней и убила… — А потом ты сам захотел убить её, — Лена перевела дух и продолжила. — ты убил не только её, ты убил и своего ещё нерожденного ребенка. — Что ты сказала. — спросил ничего не понимающий Ткачёв. — Она ждала от тебя ребенка. — ответила ему Измайлова. — Я правда не знал, она ничего мне не говорила. — И я её понимаю почему она тебе не говорила. — Измайлова подошла к скамейке и села. — Она не говорила, потому что они с ребенком тебе не нужны. На улицу наконец вышел доктор, Ткачёв подошёл к нему и умоляюще уставился на него. Доктор печально пожал плечами и произнёс на его взгляд. — Авария была настолько серьёзной, что она впала в кому. Если она не очнется ближайшие два дня, то мы… Доктор не договорил как Ткачёв прервал его. — Доктор она беременна. — Мы это уже знаем, по её состоянию. По дороге сюда у неё открылось кровотечение и она потеряла ребенка. — Потеряла. — повторил Ткачёв. — Да, но у нас есть ещё одна хорошая новость. Второй ребенок не пострадал. — Второй. Но как? — На УЗИ этого не было видно! Ткачёв был ошарашен и умоляюще посмотрел на доктора. Спросил его. — А можно мне её увидеть. — Можно, только недолго. — Спасибо. Когда доктор ушёл, Лена наконец смогла подойти к нему. — Радуйся что один ребенок оказался жив, но как ты скажешь ей о втором ребёнке. — Я ей ничего не буду говорить. Пусть она ничего об этом не знает и вы оба ничего ей не скажете. — произнёс им Ткачёв. — Это будет только между нами. — Она всё равно рано или поздно об этом узнает. — бросила Лена и отступила назад. — Как ты будешь жить после того что сам сделал. *** Павел брёл по больничному коридору и в ушах отдавались последние слова Измайловой. (Как ты будешь жить после того что сам сделал.) Он и сам не сможет себе этого простить. Павел открыл дверь в реанимацию и не решительно переступил порог. Шаги к её койке, где она лежала в кислородной маске, давались ему очень тяжело. Её волосы разметались по подушке, глаза были закрыты, губы которые он так целовал сейчас были безкровные. Павел остановился возле неё и взял в свою руку прохладную худенькую её ладонь. Опустившись на колени возле её койки и слёзы которые он не проливал вот уже несколько часов, брызнули из его глаз намочив её руку. Он посмотрел на неё и протянул свободной рукой и, дотронулся до её щеки. Её щёки были мокрыми от слёз, она словно чувствовала его присутствие, но ни как не чувствовала своей боли что он причинял ей. Павел поднёс её руку к своим губам и только сейчас понял что без неё нет смысла жить. Ему нужна только она одна, а Катю он забудет навсегда. — Любимая прошу, очнись, очнись красавица я не смогу без тебя жить, не смогу. Мне нужна только ты. — он целовал костяшки её пальцев. — Ириш если ты не проснешься, то я без тебя не буду жить, потому что Зиминой нет, значит и Ткачёва нет. Давай родная открой глаза. Ирина по-прежнему лежала и не могла шевелиться. Её сердце так медленно билось что оно могло остановиться в любое время. Прошло несколько минут Павел продолжал целовать её руки. Что-то пискнуло и на экране монитора пошли полоски. Он взглянул на экран и понял что это идёт за звук. Иринино сердце перестало биться и реанимацию заполнила бригада медиков. — Выйдите, не мешайте нам работать. Выправаживая его сказал один медик. — Спасите её умоляю. Произнёс Ткачёв прежде чем дверь реанимации захлопнулась и его любимая там боролась за свою жизнь. *** Ирина оказалась одна в потустороннем мире, хотя ей было туда очень далеко. Она бродила туда сюда в поисках лестницы и наконец показалась лестница которая вела вниз. Ирина спустилась по ней и увидела на больничной койке себя. Бригада медиков боролась за её жизнь. Старый доктор хлопотал над ней и пытался оживить её тело. Она слышала что он говорил ей пока анимировал её, а она всё стояла и стояла над своим телом. Ей было больно оставлять мужчину которого любит всем сердцем, сына которого она тоже любит. Её глаза поднялись вверх и губы зашевелились в молитве. — Боже не забирай меня, я ещё не хочу уходить. Я хочу остаться здесь на земле. Хочу почувствовать себя любимой и желанной женщиной. Если ты господи заберёшь меня, я уже никогда не почувствую этого. — Ты не заслуживаешь счастье, потому что ты убийца… Убийца. Ирина оглянулась назад но никого не обнаружила рядом с собой, но это точно был голос Кати Русаковой. Она снова посмотрела на своё тело и медленно прошла сквозь стену где сидел Ткачёв. Ирина подошла к нему и положила руку на его плечо. Он как бы почувствовал её прикосновение и вытер слёзы которые без остановочно текли по щекам. — Любимая прости я не хотел, чтобы так получилось, не хотел. Вернись пожалуйста ко мне, и я обещаю что залечу все твои раны, которые причинил тебе. Я залечу их своей любовью, только не оставляй меня одного. — Мне бы очень хотелось тебе верить, но я могу ли тебе вообще после этого, после того что ты сделал верить. — Ирина последний раз провела рукой по его плечу и её облик уже был едва виден. Ткачёв чувствовал её присутствие, пусть и не видел её, но она была рядом с ним. *** — Ну давай же милая, давай. — пожилой мужчина в очках всё не останавливался. — 250… Тебя там за дверьми ждёт тот кто любит тебя, тот кто ждёт тебя на этом свете… 300… Милая давай не подводи, останься. 360. Наконец-то её сердце забилось и доктор смог за всё время улыбнуться и вздохнуть с облегчением что вытащил из лап смерти девушку, за которую бился целых два часа. *** — Где моя сестра? В больницу как огненной фурией в бежала девушка похожая как две капли воды на его Ирину. Он стоял как громом поражённый смотрел на неё. — Сс сестра! — Ну да, сестра. — ответила Лидия. — Ирина Сергеевна ваша сестра. — переспросил её Ткачёв. — Да она моя сестра. — снова ответила Лидия. — Так где она? Ткачёв не успел ответить ей, как доктор вышел из реанимации и он сразу подскочил к нему. — Она сейчас в не опасности. — снимая перчатки произнёс ему доктор. — Доктор, я её сестра вы сможете мне сказать как она. — спросила его Лидия. — Ваша сестра попала в очень серьезную аварию. — пояснил ей доктор. — В аварию. — переспросила доктора Лидия. — Да… Авария была настолько серьёзной что она потеряла ребенка. Но слава богу что второй ребенок выжил. — ответил доктор смотря ей в глаза. — У неё на некоторое время остановилось сердце, но мы запустили его снова. — Что… Сердце, — переспросила его Лидия с побелевшими от страха за сестру губами. — но ведь с ней же всё будет хорошо? — Думаю что да. — ответил доктор и произнёс. — Но вы должны, кое-что ещё знать. — Что, знать. — спросила Лидия. — Ваша сестра находится в коме. — произнёс доктор — В коме. — спросила едва слышно Лидия. — А когда она очнётся. — Никто этого не знает… Извините меня, но меня ещё ждут другие пациенты. Доктор откланялся и оставил их одних. Они ещё несколько минут молча постояли и Ткачёв повернулся к ней лицом. Произнёс. — Идёмте, спустимся вниз и попьем кофе. Женщина с пепельными волосами мотнула головой в знак согласия и они вместе двинулись вниз в кафетерий. Пока они ждали свой кофе, Павел рассматривал Лидию. Она очень похожа на Ирину Сергеевну, на его Ирину. У неё такой же взгляд, такой же голос, только вот волосами они отличались, у Ирины были рыжие, а у этой особы пепельные. Официант поставил перед ними кофе и маффины и поспешил уйти. — Ирина, мне о вас ничего не говорила. — глядя на неё начал первым Павел. Лидия отхлебнула кофе и ответила. — Откуда ей было знать что у неё есть сестра… У наших родителей были сложные отношения и я воспитывалась с отцом. — Значит Ирину воспитывала мать, а вас отец. — подытожил Павел. — А он… — Жив ли он, вы хотели спросить… Нет, нет он умер, но перед смертью, он поведал мне что у меня есть сестра, — Лидия остановилась чтобы перевести дыхание и продолжила. — о существовании которой я ничего не знала. — Так вы ничего не знали о своей сестре. — спросил Ткачёв. — Нет, отец мне вообще никогда о ней не говорил, даже о маме не говорил. — произнесла Лидия крутя в руках остывший кофе. Он не отводил своего завораживающего взгляда от неё. Ему уже начинала нравиться Лидия, из-за сходства с Ириной. — Вы так похожи на неё. Лидия смущённо опустила голову вниз. — Да я знаю, ведь мы с ней близнецы. — Вдруг в кармане её пиджака зазвонил телефон. Она достала его и нажала кнопку ответа. — Привет милая, как ты… Да я скоро приеду домой малышка, закончу здесь некоторые дела и домой… Хорошо я привезу тебе подарок… Хорошо привезу тебе лисёнка… Пока милая, люблю тебя. — Лидия отключила мобильник и сунула обратно в карман. — Это была моя дочь. — Дочь… И сколько же ей лет. — Шесть, шесть… Она сейчас болеет и просила привести ей подарок. — Вы одна её воспитываете. — Нет, нам помогает её отец мой муж… Пока я езжу по делам, он сидит с нашей дочкой… Чтож ладно я не могу задерживаться здесь слишком надолго. У меня вечером поезд, вы передавайте Ирине, пусть она поправляется. — Хорошо, а вы берегите себя. — вставая за ней произнёс Ткачёв. — Спасибо, ну а вы берегите мою сестру. — ответила Лидия. Они дошли до выхода из больницы и Павел пожал её мягкую ладонь. — Было очень приятно познакомиться. — она улыбнулась ему. — И мне тоже. — он тоже улыбнулся ей. Он ещё долго смотрел ей вслед, пока она не села в такси.