Челлендж коктейлей

(таймлайн: через год после расставания из-за измены и ссоры, осторожно: спойлеры) — Господин Гринлайт! Я впервые после нашей с Рэу ссоры являюсь в свет. И, разумеется, меня дергают все, кому не лень. Как же: свободный омега! Но я снова пью подавители и мне сейчас плевать на всех альф скопом. Нет уж! Не нужны мне больше никакие отношения! Я лучше буду один! Ну кому-у-у я там понадобился?.. — Что такое? — передо мной стоит молодой парень, он из ипсилонов, но со свадебным украшением на шее. Фух! — Можно с вами побеседовать? Я сейчас учусь на историка иномирья и моя дипломная как раз о Смотрителях маяков. — А. Да, конечно. — Тогда пойдемте. Вон на том столике — прекрасные тарталетки с икрой. И персики отличные. Пока мы с ипсилоном — его зовут Аррен Роуг, — разговариваем, к нам подходит официант. Он снимает с подноса два бокала с чем-то розовым и отдает нам, поясняя: — Для вас от госпожи Роуг. Аррен кивает: — Скажите ей “спасибо” от нас, — и поясняет для меня, — Это моя супруга. Она дельта. Я кривлюсь — и Аррен принимает это на счет своей жены: — Вы, наверное, как и многие, тоже предвзято относитесь к дельтам?.. Конечно, они не такие сильные, как альфы… И моя жена долго переживала, мол, я неполноценная. Но для меня она — лучше всех! Пожалуйста, попробуйте. Это ее фирменный коктейль. Она говорила: я составила его для всех, кто не верит в себя. Для каждого, кто ранен и разбит. Но не каждый поймет его секрет. Кивнув, я пробую. Сперва напиток кажется мне почти приторно-сладким. Но потом я ощущаю успокаивающую прохладу тоника и можжевеловую горечь джина. И тогда понимаю. Все мы похожи. И все мы страдаем от навязанных нам рамок. Альфы, которых стереотипы наделили агрессией, сделав тупыми самцами и самками. Беты, которых эти же стереотипы превращают в никчемное пустое место. Гамы, которых игнорируют из-за их асексуальности. Дельты, которые часто не верят в себя и пытаются прыгнуть выше головы. Ипсилоны, которые слишком активны для бет, но не могут, как омеги, выносить дитя — и бьются в сетях невозможного. И мы, омеги, все теми же стереотипами сделанные слабаками и шлюхами. Но мы — нечто большее! И пора начинать ломать стереотипы и рамки! Никто из нас не таков! — …спасибо. Кажется, я понял. — говорю я Аррену и он улыбается в ответ. Пусть до нашего примирения с Рэу пройдет еще четыре года — но мысль о том, что я мог бы все-таки его простить впервые посещает меня именно тогда.