рефлекс

Столько вещей в мире могут принести радость одному и разочарование другому. Почему кому-то все достаётся щелчком пальцев, а кому-то приходится прогибаться под систему, лишь бы обеспечить себе жизнь? Неужели справедливо? Неужели так и должно быть? Странная жизнь, ломающая судьбу каждого, направляющая в только ей известное, правильное русло. Кто-то говорит, что для того, чтобы добиться чего-то, нужно рвать и метать, убиваться и стараться, ограничивать себя и делать все для своего успеха, да только почему-то в итоге, такие тяжёлые деньги очень часто остаются тяжёлым грузом на душе, мучительными воспоминаниями. А лёгкие деньги? Мятая простынь и свет, еле пробивающийся через плохо задвинутые шторы. Звук будильника, каждое утро разрушающий сладкие сны и сухой воздух спальни, что горло как в пустыне. Очередная бессонная ночь отразилась черными синяками под глазами, на бледной коже, вид с каждым днем все болезненнее, а проблем больше и больше. Ежедневные унижение на тупой работе, где ты бегаешь с подносами и улыбаешься, а тебя спокойно пошлют куда подальше, а виноват будешь ты, за то что улыбнулся не так как нужно было. Терпение на исходе не только у него, ведь администратор следит за каждым шагом и видно с первого дня Серёжу невзлюбила, ведь столько раз выслушивал он о своей никчёмности и тупости. А как же уволиться и найти другую работу? Да только не берут никуда, только одна задрипанная кафешка, где он наверное так и будет коротать свои дни за копейки. Каждое мучительное утро, начинавшееся с противного, растворимого кофе, не приносящего уже ни капли бодрости, осталась просто привычка, добивающая гниющий заживо организм. Столько работ уже сменил, вечная погоня за деньгами измотала. Ну и конечно же мысли о том, как бы могла жизнь сложиться, если бы был более целеустремлённым, а не просто прозибал, если бы ловил подходящие моменты, но все казалось таким простым, что даже внимания обращать не хотелось, а упущенное уже не вернуть, неужели все таким и останется? У Кира же было все совсем по другому. Родиться в благополучной семье, это как викторина при появлении на свет. Будешь ли ты всю жизнь обеспечен и счастлив, когда тебе все дали родители и осталось только не просрать или будешь бегать и ловить возможности, пробираться к цели по головам, понимая что зависит все только от тебя, ограничиваться во всем, живя в вечной погоне за благополучием. Киру же повезло, его родители создали идеальные условия и позволили жить для себя, купили квартиру и ни в чем не ограничивали даже, единственный сын, долгожданный, желанный ребёнок, которого оберегали от всего. Непонятно как вообще два таких разных человека дружат, когда одного жизнь любит, а другого топчет с самого детства, вздохнуть не позволяя. Кир пытался заставить Серёгу переехать к нему со сьемной квартиры, чтобы хотя бы не платил за полупустую коробку, ведь тяжело смотреть на друга, который измотан уже до предела, худощавое тело, на котором дешёвые вещи уже висят как на скелете, даже еду нормальную позволить не может себе. Да только все с гордостью, привык сам и не даёт вмешать в спокойное русло себя, отказывался, даже когда на самой грани был. Как он не умер ещё при таком темпе жизни, Кир до сих пор не понимает, только с грустью осознает, что сам бы так не смог никогда, не вывез бы просто. А Серёжа сильный, да сколько выдержит ещё? Иногда Кир думает о том, что в голове у Серёжи, вспоминает его пьяные рассказы, когда душу открыл, захлебываясь в алкоголе и слезах непроизвольных и вываливая все, про родителей пьющих, да о детстве в разваливающейся квартире. Да только самое обидное, что пол страны так живёт, не жалеть же каждого? А Серёжу жалеть хочется, знает давно все его причуды, насквозь видит разбитого, измотанного человека, что цепляет все проблемы, а помочь себе не позволяет. — Слушай, парень, ты уже за прошлый месяц задолжал, я конечно понимаю какого тебе, но ты и меня пойми, мне самому детей кормить нужно чем-то, сам осознавать должен, что не у тебя одного жизнь тяжёлая. — Не переживайте вы, зарплата скоро будет, все оплачу сразу. — Ты мне сколько уже морочишь голову? Неделю даю или выселяешься. — Хорошо, я вас понял, постараюсь. Старый мобильный летит в подушку рядом, а тяжёлый вздох словно выпуск негатива, от минутного разговора. Неделя. Ну это смешно просто, на что хозяин квартиры вообще рассчитывает? Серёжа понимал, что снова он на волоске от жизни на улице. Уведомление о трансляции друга, сил хватает только увидеть его в строке. Почему он не может жить так же? Кир делает то, что ему нравится, он рад этой жизни и получает удовольствие от неё. А что Серёжа? А Серёжа сильный и так справится. — Шо вы парни сидите тут, делать вам нехуй что-ли? — Стрим уже несколько часов идёт, а Кир будто и не заметил как время летит, да только смс друга, где тот спрашивает разрешение приехать, вдруг резко на землю вернуло. — Все я офать буду, вы меня заебали, бб всем. — И короче он сказал, либо через неделю платишь за оба месяца, либо сьебывай. — Да мужик, ну это тяжело конечно, я те говорю, давай ко мне переезжай, мне все равно одному жить скучно. — Не, не хочу тебе неудобства приносить, я короче хз где деньги искать, я ебал эту жизнь. Уже как час Серёжа сидел у Кира, нервно теребя край кофты и размышляя о том, какой придурок тот мужик, который ему квартиру сдаёт и где ему денег взять. Кира уже давно посетила мысль о том, как помочь другу, но мозг не мог все сформулировать правильно и донести так, чтобы ему потом по лицу не получить за такие предложения, да только лицо Серёжи стало все жалостливее, что была не была, а сказать что-то нужно, чтобы хотя бы развеселить. — Хах мужик, у меня кажись идея есть одна, давно появилась кстати, все думал над этим. — Все твои идеи всегда хуйня какая-то. — Давай онлик заведём короче. — Я же говорю хуйня, я тебе тут рассказываю что меня из дома выгоняют, ты хоть иногда можешь серьёзно относиться к чему то? — Да ты не понял, я серьёзно. Короче будем вести трансляции, сам понимаешь че там будет, ну знаешь, будешь как эта, Ханна короче, деньги все тебе будут. — Да ты угараешь, кто эту дичь смотреть вообще будет, как два мужика на камеру ебутся, вот это зрелище конечно. Да и тебе че за прикол лезть в это? — Да у меня зрители упали чёт, ты же знаешь, что я всегда популярности хотел, вроде появилось и я даже расслабился, уверен был, что теперь всегда так будет, а чет позабыли про меня, прикинь как все ахуеют, когда узнают чем я заниматься решил, у меня столько подписоты будет. Короче, у меня зрители, а тебе деньги. — Бля мужик, ну это реально дичь полнейшая. — Да я хз че ещё придумать. -Лан, я сам придумаю что-то потом, я пошёл, закроешь за мной? — Ты подумай, деньги пиздец легкие, а ты отказываешься сразу. Темная улица тихая, а снег прям в глаза летит, будто в детство попал, когда все казалось сказочным и до безумия лёгким, мир был необъятен, красив во всем, понятен. Но стоит ветру подуть сильнее, то как будто просыпаешься от глубокого сна и чувствуется мороз, больно кусающий лицо, ветер задувающий холодный воздух, того гляди унесёт в свою темноту, где всегда холодно и грубо. Вибрация в правом кармане требует ответа, заставляет вытащить руку на ледяной ветер. — Здравствуй, Сергей, я с не очень хорошей новостью, решался вопрос о сокращении штата сотрудников, которые хуже всего справляются с поставленными задачами. Ты попал в список, приходи после выходных, получишь выплату за те две недели и ты больше у нас не работаешь. Мне очень жаль. Пустые глаза в потолок направлены, а мысли словно змеиное гнездо, ощущение, будто голова гудит, а каждая мысль, когда пытаешься ухватиться, жалит, да так больно, что ещё больше теряешься и паникуешь. Никогда он ещё не был на таком дне. Сколько раз он думал, что хуже уже не может быть, но жизнь снова и снова твердила «Смотри как могу, это не предел ещё, на что ты вообще надеешься?». Сердце вдруг забилось чаще, а мысль попала в цепкие руки Серёжи. Резко подрывается на кровати, садится и глазами красными рыщет в поисках телефона. На экране цифры, которые наизусть уже давно знает, да только волнение, будто незнакомый номер. Пара гудков оглушают, звучат долго и пугающе. — Серёг, ты только пару часов назад ушёл, случилось что-то? Чего молчишь то? — Ты на серьезке про ту хуйню говорил? — Какую хуйню? Ты про что вообще, че произошло? — Меня уволили. Ты про онлик не шутил? — Нет. — Тогда я согласен.