Попрощайся с "Воронами" Натаниэль.

      Долгий спор врачей и Тецудзи, Кевин, что сидел в палате и все еще прибывал в ужасе. Потому что понял Натаниэля, так как он не совершенно летний и это попытка суицида с ним должен поговорить соцработник без родителей или опекуна. Каковым и является тренер, что явно усугубляло ситуацию, спор с врачами был о том, что это не попытка суицида и что психиатр Эвермора справляется с заскоками Натаниэля. Но врач настаивал, а хозяину не нужен был скандал в прессе, это не та команда, что позволяет себя такое. Более того он третий номер в команде, станет основным когда поступит в Эдгар Аллан как и Рико с Кевином. Все это просто выводило из себя тренера, он ушел к главврачу, у дверей маячила охрана, прессу и близко не подпускали к этому этажу, видимо, как и Рико. Он бы точно сейчас прибил Натаниэля за такое. — Они узнают кто звонил в скорую и станет только хуже. — тихо заговорил Кевин. — Ты тут тусуешься, чтоб это выяснить? Или потому, что это нужно для прессы? А может потому, что второй и третий выпасть из строя не могут и псих Рико сейчас терпит Жан? Какой из вариантов или все сразу? — Натаниэль намеренно перешел на французский и не смотрел на Кевина. — Я не знаю, кто звонил. — Все ты знаешь, Натаниэль! Так близко к цели ты никогда не был. — от этого он печально улыбнулся. — Зачем боже, не так же! — Да… в следующий раз сброшусь с крыши стадиона с запиской в руках или на груди маркером напишу: «Это из-за Рико», будет эпично. — ухмыляясь, опять переходя в истеричное состояние. — Господи… не губи свой талант, через пару-тройку лет ты уже будешь в национальной сборной. — Натаниэль поднял глаза и рассмеялся. — «Пара-тройка лет»… ты кукухой поехал Дэй? За эти два-три года рядом с ним я сдохну не по своей воле. Я так напился, чтоб не знать, что он со мной делает, и ты же мне и подливал. Потому что вы все слышите мои вопли, каждую гребанную ночь! — смотря в коридор. — Но сейчас он заплатит врачу, меня вернут на стадион, накачают таблетками, и я уже буду мучиться не под Рико. — В смысле? — Кевина передернуло, а Натаниэль печально усмехнулся. — Ты врешь. — А смысл? Думаешь, я там реально отдыхаю? Да он не как Рико, но не лучше. Да мне больше пофиг, я не ору, но суть то не меняется. — в палату заходит Тецудзи окидывает их взглядом. — Ты скажешь прессе, что это был несчастный случай, что друзья по команде запаниковали и вызвали скорую потому, что не могли остановить кровь. — сразу начал тренер, Кевин хотел открыть рот. — Ты скажешь что вызвал скорую, что вы с Рико в шоке и что возвращаетесь домой. — Но он… — Кевин замолк, когда Тецудзи указал на него тростью. — Ты понял?! — угрожающе заявил тренер и Кевин кивнул. — Слово не по сценарию Натаниэль и я запру тебя. — Я и так заперт… — опуская голову, сказал Натаниэль, но удар тростью по кровати заставил их обоих вздрогнуть. — Я понял хозяин. — он посмотрел на Натаниэля, затем на Кевина и вышел.       Через пять минут Натаниэлю принесли одежду, он посмотрел на толстовку и штаны с символикой «Воронов» и его третьим номером. Надел все это, не без проблем и с трудом держась на ногах, пошел к выходу, хоть на его лице и было написано «я сейчас умру». Выйдя к репортерам стоя рядом с тренером и Кевином, он четко проговорил все по тексту, как и Кевин, на лишние вопросы они отвечать не стали. Сев в машину он опять изменился в лице, отвернулся в окно и притих. В Эверморе Тецудзи сразу велел Кевину идти к себе, а Натаниэля увел в мед центр, где буквально приковал к кровати и вкатал такую дозу лекарств, что было ощущение, что его и правда хотят убить.       Придя в себя на третий день, с трудом соображая, что вокруг, под дикой дозой успокоительного и целого коктейля из препаратов. Ему дали поесть, но вкуса еды он не почувствовал, да и вообще не сильно чего чувствовал. Его просто знобило и постоянно вырубало.       За все это время к нему никто не заходил кроме медперсонала, да и он ни кого не ждал. Но к концу недели в медпункт пришел Эндрю, окинул его скучающим взглядом, на что Натаниэль слегка печально улыбнулся. — Я все еще жалок. — тихий голос, совсем поблекший и уставший. — По большей части да. — констатировал Эндрю, он осмотрел еще раз пристегнутого к кровати Натаниэля. — Зачем привязывают? Ты же и руку сам поднять не сможешь. — Чтоб не сбежал, не наговорил лишнего, чтоб был легкой добычей. — перечислил варианты. — Сбежать сейчас ты не сможешь, наговорить лишнего? Смешно, я думал ты говоришь только по бумажке. «Легкая добыча», пожалуй, да. — на это Натаниэль опять улыбнулся, Миньярд подошел ближе. — Пошли все это к черту. — Я не ты, жаль. — отворачиваясь от него, сил на долгие разговоры у него сейчас не было. — Быть мной совсем не так хорошо как кажется. — Эндрю легко коснулся его головы, слегка погладил по ней, это было приятно, его редко кто-то касался так нежно. — Не будь со мной таким добрым, ты уйдешь, а я буду страдать от этого еще сильней. — но он продолжил гладить его по голове и это было до безумия приятно. — Ну значит соберись и возьми себя в руки, и вместо страданий найди меня. — убирая руку, Натаниэль обернулся на него. — Выживи. — сказав это, он ушел и это был последний раз когда он видел Эндрю в Эверморе.       Эндрю Миньярд послал «Воронов» на три веселых и свалил в закат, но Натаниэль очень хорошо запомнил те его прикосновения и теперь хотел почувствовать их снова. Но это положение, в котором он сейчас находился, совсем не приближало его к этой цели.       Через неделю его перевели на таблетки, он стал выходить на две тренировки из четырех привычных, спал в мед центре. Затем находился под присмотром Тецудзи и спал в гостевой спальне в его доме. Пару раз не просто в гостевой, а в спальне тренера, но он был так угашен таблетками, что реагировал на это не более чем на неспокойный сон. Это угашенное состояние держалось у него сутками, так что он терялся во времени.       Когда он вернулся в свою спальню на стадионе, Жан, увидев его, был в ужасе, он не реагировал ни на что совсем. В первый же день в спальню заявился Рико, но Натаниэль все еще был на таблетках и это не то чтоб его напугало. После чего Рико затребовал, что его с них снимали, но дозу уменьшали постепенно. Хорошо хоть в стенах стадиона, а не в клинике, что обернулась бы для Натаниэля очередной пыткой. Играть Натаниэль мог, техника никуда не делась, но он стал засматриваться на техники нападающих.       Пока его снимали с таблеток, вся команда спала спокойно, а не под его вопли. Но Жан, все чаще в разговорах с Кевином, говорил о его состоянии, как о пугающем, его безразличие к миру никуда не делось. Натаниэль просто стал своей тенью, он не выводил никого, не вытворял чего-то безумного, он просто играл и существовал.       Когда с таблетками было покончено, он стал немного огрызаться, но в основном на того атакующего полузащитника. Но тот усвоил урок и больше к нему не лез хоть Натаниэль его и задирал. С Кевином и Жаном он вообще не говорил, даже на поле, он говорил только с Рико и тренером. — Что с тобой? — вечером зайдя к ним с Жаном в спальню, спросил Дэй, смотря на Натаниэля, что молча, делал уроки. — Он не ответит Кевин. — Жана это отчего-то бесило даже больше. — Я в порядке. — спокойно сказал Натаниэль и оба уставились на него в шоке. — Что случилось, пока ты был у тренера? — с опаской спросил Кевин, потому что теперь знал, что такое мог сделать не только Рико. — Ничего особенного… я не запомнил. — этот спокойный тон ввел Дэя в ступор. — Натаниэль? В смысле «ты не запомнил»? — отложив тетрадь, Натаниэль взял сигареты и хотел уйти. — Погоди, … что это значит? — То и значит, он не бьет и не кромсает меня, не связывает или приковывает к кровати, я был под препаратами, и не помню, все размыто… пофиг, я в норме. — обходя Кевина, выходя в коридор, идя к комнате Рико, стуча по двери. — Можно мне на пробежку после ужина? — услышав это Кевин замер в коридоре, а Жан высунулся из двери, как и еще пара человек. — Зайди. — Рико сурово скомандовал это ему. Натаниэль спокойно шагнул в их с Дэем спальню. — Ближе. — Кевин появился в дверях, но Натаниэль без страха шагнул ближе. — Ты хочешь выйти из здания, один? Смеёшься? — Не один, пусть со мной кто-то пойдет. — Кевин шагнул в спальню и уже открыл рот, но Рико его прервал жестом. — Кто угодно, мне надо выходить, а так это будет с пользой. — Ладно, со мной. — Натаниэль кивнул, но с места не сдвинулся. — Иди. — только после этого он вышел из спальни и пошел в сторону раздевалки. — Присмотри за ним. — Кевин в шоке от этого пошел за Натаниэлем. — Что это, черт побери, было? — зайдя в раздевалку и увидев Натаниэля сидящего на полу у своего шкафчика с бутылкой. — Где ты… откуда? — Медики за отдельную плату купят что угодно, водку, сигареты, обезболивающее, да что хочешь. — открывая бутылку, закуривая. — Ты под чем то? — это удивило Кевина, даже ужаснуло. — Нет… не знаю. — этот ответ поверг в шок. — Всмысле «не знаю»? — Натаниэль вытащил из шкафчика таблетки, он пьет их уже несколько лет и они по идее именно из-за его «расстройства». — Я не знаю что в них, гуглил название, но это типо гомеопатии, но вид таблеток на фото не совпадает. — делая пару глотков из бутылки. — Думаю не попить их недельку. — Их тебе выписали в клинике, ты пьешь их несколько лет, с таких препаратов нужно снимать, а «не попить недельку». — Ну, тут два варианта, ломка или это какая-то херня и что пей, что нет, одна фигня. — закрывая бутылку, убирая её в карман. — Хотя говорить, что то тебе и Жану себе вредить. — Он знает что ты говорил с Эндрю перед его уходом. — на это Натаниэль особо не отреагировал, хотя про себя вспомнил то прикосновение. — О чем вы говорили? — Что я жалкий идиот, что просто цифра и не более, ничего интересного. — докуривая, поднимаясь, туша сигарету об кроссовок и проходя мимо Дэя выкидывая её в мусорку. — Но номера все еще нет. Тебе и Жану их набили в шестнадцать, в тот же день. — выходя в коридор, идя к себе. — А теперь отстань, мне надо доделать уроки.       До ужина его ни кто не трогал, а после него они с Рико ушли на пробежку, Натаниэль молча, бежал, занятый своими мыслями. Они попали в объективы пары камер, но за ними, пожалуй, репортеры не двинулись, слишком быстро и далеко они бежали. Хотя это определенно показывало фанатам, что Натаниэль в норме, и на следующий день к их пробежке присоединился и Кевин.       Натаниэль активно взялся за учебу, так как из-за своего состояния, пропустил слишком много. Пробежки вошли в привычку, и пока Натаниэль заканчивал год, Рико его не трогал. Они с Кевином со следующего учебного года шли в университет Эдгара Аллена, а это значило, что все лето они будут упахиваться на поле. Куча шумихи и с этого момента Натаниэль не в том же составе, что и они, они теперь в университетской команде, а он по факту в юношеской сборной.       Стоило репортером узнать, что документы подписаны и вот теперь эти двое в университетской команде, как понеслись интервью и всякого рода пресс конференции. Поэтому отходняк Натаниэля от таблеток особо ни кто и не заметил, только Жан иногда задавал вопросы, почему ему порой так хреново.       Но когда шумиха поутихла, у Натаниэля начались каникулы все вернулось к привычному ритму. И теперь терпеть нападки Рико было сложней, боль была резче, а так как Натаниэля периодически ломало, вопил и вырывался он куда активнее. — Открой рот. — выполнить это не составляло труда, так как он орал от боли, лезвие скользнуло к лицу, резкие движения внутри, вызывали ужас. — Высуни язык. — он выполнил и это, лезвие скользнуло по нему режа язык, не сильно, но крови было достаточно. Последующий поцелуй вызвал кучу болевых ощущений, движения стали резче, вопли громче.       Рико стал резать кожу сильней, часто душил почти до обмороков, колотил со всей дури. Удар по ребрам отдался острой болью, и дикий вопль Натаниэля привлек внимания Жана, и удивил Рико. Но двигаться он не перестал, а от этого было только еще больней, Натаниэль стал задыхаться, прерывистое дыхание и вовсе стало сходить на нет.       В себя он пришел в мед центре, сломанное ребро болело адски, но Натаниэль уменьшал обезболивающее на пульте до минимума. Здесь сократить таблетки не выходило, их давали в полном объеме и следили за приемом, откинув все его старания на ступень назад.       На интервью Натаниэль часто появлялся как спутник Рико и Кевина, поэтому репортеры часто и его втягивали в диалог. Он держался тихо, стараясь не перетягивать внимание на себя, но тотальный контроль Рико возрастал. Поэтому Натаниэля таскали на все мероприятия и выезды Воронов, он всегда был в кадре, при этом даже не являлся частью команды. Но все больше и больше репортеров, задавались вопросом, почему, же у него до сих пор нет этой заветной татуировки. — Пока он «Воронёнок» и думаю тату он сделает к концу лета. — на одном из интервью выдал Рико, на что Натаниэль скромно улыбнулся. Он очень не хотел этого номера, не хотел тут сидеть, но упорно делал вид, что все отлично. — Ты поддерживаешь товарищей на каждой их пресс конференции и мероприятии, с началом их сезона, будешь ездить с командой на игры? На летние выезды ты уже ездишь. — интервьюер переключился на него, а это совсем не нравилось Рико и все это знали. — Я бы с удовольствием, но не уверен, что с учебой и тренировками я смогу, но на важные матчи я точно приеду. — стараясь перевести акцент на игру и этих двоих. — Я слышал, ты упорно учишься и не только в учебе, но и на поле, тебя пару раз видели на позиции нападающего. — Натаниэль опять скромно улыбнулся, но отвечать не хотел. — Он вполне талантлив чтоб потянуть эту позицию, но он защитник и это место ему подходит как нельзя лучше. — выдал Кевин сияя ослепительной улыбкой, и закрывая тему Натаниэля. Дальнейшие вопросы были касательно только их и их учебы, работы, команды, тренировок. — В следующий раз из машины не выйдешь. — пихнув Натаниэля на задние сидение трейлера, этот микроавтобус был рассчитан человек на восемь-десять, но ездили в нем только они. — Ты сам его притащил, его любит публика, не удивительно, что они задают ему вопросы. — Кевин посмотрел на Рико, садясь ближе к передней части автобуса. — Его нельзя оставлять одного и ты это знаешь. — огрызнулся Рико, Натаниэль занял заднее место и старался не отсвечивать. — У него фотосессия через два часа. — И что предлагаешь мне с ним пойти? — Это вообще не нравилось Кевину, он прекрасно понимал, что на стадионе Натаниэлю сейчас будет проще, без Рико особенно. — Нет, с ним пойду я, а ты не будешь светиться один. — он все чаще делил их, не давая соприкасаться вне их общего общения при Рико. — С ним будет агент и охрана, зачем ему еще и ты? — Кевин обернулся на Рико, и тон был довольно резкий. — Что ты вякнул? — зло прорычал Рико, Натаниэль чуть под сидение не сполз. — Ты сначала привлекаешь к нему внимание своей персоной, а потом бесишься, когда ему начинают задавать вопросы, или просто срываешься на нем, что он потом на поле выйти не может. Да и вместо тренировок торчит тут, он к концу лета забудет, что такое клюшка. — Кевин психовал отчего-то сильней обычного. — Он тренируется с нами, так что не забудет, да и вообще ему пора менять и клюшку и защиту, пока постоит на позиции атакующего полузащитника. — Натаниэль тяжело вздохнул, понимая, что на этой позиции он будет получать куда чаще. — Прекрати Натаниэль! — Прости… — тихо подавая голос с заднего сидения. — Что ты натворил, что он хочет тебя убить? — на французском пробормотал Кевин. — Не смей! — рявкнул Рико и Кевин заткнулся. — Иди сюда Натаниэль! — указывая на место рядом с собой, Натаниэль пересел куда велено и уставился в окно. — Будешь болтать на французском, я тебе серьезно, что-нибудь, сломаю.       После чего воцарилась гробовая тишина, отвезя Дэя в отель, Рико с Натаниэлем уехали на рекламную фотосессию. Почти два часа работы и куча вопросов от фотографа, касательно бинтов на теле Натаниэля. Тысяча и одна отговорка, что это из-за тренировок, что звучало не очень убедительно, ведь тренировок было мало. Вернувшись в отель Рико просто запер Натаниэля в своей спальне, в люксе было три спальни, но Натаниэль, ни разу даже не заходил в свою.