Сладкий городок

Пробираясь сквозь густую растительность леса, срубая топором по пути мешающие ветки, я все так же думал о том, как я потерял память и как вообще я очутился здесь, в такой чаще?.. Через некоторое время я вышел на более открытую местность, без такого большого количества трав и кустов. «Может я уже близко к выходу из леса?» — обрадовался я, заткнув топор за пояс и прикрыв курткой. Но вдруг из этого потока мыслей меня вырвал чей-то неожиданный голос: -Пропуск есть? — вдруг услышал я, на моё плечо опустилась чья-то рука. -Извините, но... что?.. -Ага, дружок, без пропуска шастаешь! — казалось, в голосе того, кто стоял сзади меня, были нотки насмешки. — Ты ведь должен знать, что мы делаем с теми, кто выходит за стены без разрешения! — громко проговорил низкий мужской голос перед тем, как резко схватить меня и за второе плечо. Я осторожно повернул голову назад, но так и не успел разглядеть лицо под капюшоном, так как меня резко схватили за кисти рук, оттянув их назад и нагло, без колебаний, повернув мою голову строго вперёд. -Эй, что вы?.. — я не успел договорить, так как меня резко толкнули вперёд, неожиданно отпустив. Несмотря на это, вернуть руки в нормальное положение я уже не мог. Они были… Связаны?! Довольно быстро тот управился с узлами. Как же я был рад тому, что свое единственное оружие спрятал ещё до встречи с этим типом. Я обернулся, чтобы разглядеть того, кто напал на меня. Это существо, никак иначе я его назвать не могу, стояло на двух ногах, прикрытых подолом мантии, имело две передние конечности, больше похожие на какие-то звериные лапищи, состоящие словно из самых разнообразных кристаллов, но пока я не мог разобрать, что это за камни. Лицо все также скрывал глубокий капюшон длинной мантии, в которой был он, так что рассмотреть что за ним, я не мог, но ветвистые рога на голове, такого странного яркого глянцевого окраса, намекали на то, что, скорее всего, вместо лица там будет морда, а вот какого существа… После тех странных огней, которые встретились мне раньше, я уже не знал чего ожидать. Скрипя зубами, это существо, казалось, презрительно, как и я его, осмотрело меня, затем направилось ко мне, я же сделал несколько шагов назад. -Кто вы? — спросил я. Существо усмехнулось. -Разгуливаешь тут без страха за стенами, притворяешься, что не знаешь меня… Ты с дерева упал? Память напрочь отшибло походу, — рассмеялся рогатый. Мне же было не до шуток. Существо также резко замолкло, как и начало смеяться. Оно сократило оставшееся между нами расстояние так быстро, что я не успел даже испугаться этого резкого движения. И вот, рогатый уже вёл меня куда-то, совсем бесцеремонно, не обращая внимания на мои вырывания и восклицания. Вдруг когтистая лапа огрела меня по затылку. -Будешь сопротивляться — прямой дорогой отправишься к Хренодёру, — грубо проговорил Рогатый, дёрнув меня за собой. -К к-кому? — переспросил я, но вновь получил по затылку… Решив, что задавать вопросы бесполезно, я начал думать, как выбраться из крепкой хватки Рогатого и освободить руки от веревок… Слишком долго думал, знаете ли. Из-за деревьев я заметил какие-то серые стены. Они тянулись далеко в стороны, так что ни конца, ни начала их я увидеть не мог. У ворот, к которым мы двигались, стояло два существа, похожих на того, кто вёл меня, как две капли воды… Ну почти… Своими лапищами они сжимали длинные ровные палки, на концах которых было около семи острых металлических наконечников. А цвет их рогов и этих самых лапищ различался. Один из них был ярко-оранжевого цвета, другой — светло-голубого с некими переливами в серый… Тот, что вёл меня к ним, отличался ярко-красными рогами -Ружкарам, неужели это тот, о ком я думаю? — спросило существо рыжего оттенка… -До сих пор не верю своим глазам, Оранж, — усмехнулся тот, что продолжал держать меня. Те двое отошли от ворот, пропуская нас. — Эвад, неужто понял, как за стенами тяжело, и решил вернуться или же есть другие причины? — продолжал надсмехаться Рогатый. А я же только через несколько секунд понял, что обращались ко мне. Удивительно, но имени я своего до этого момента не помнил… Я ничего не ответил, лишь посмотрел на Рогатого. Я тупо не понимал, о чем идёт речь. «Я сбегал? Отсюда что-ли? Зачем и… И почему не помню этого? Да и вообще, почти ничего… Ха, неужели эта шутка про моё падение с дерева может быть правдивой?» Меня вели по кривым улочкам. По пути мне встречались разные существа: с крыльями, длинными когтями, маленькие, большие… Были и обычные, по крайней мере, на вид люди, как и я. У всех на шеях были чёрные ошейники. Многие смотрели на меня с неким сожалением и сочувствием, кто-то — с удивлением и даже восхищением… Это меня напрягало. Меня вели к небольшому домику. Около него Рогатый остановился, заставив меня сделать тоже самое. Ружкарам громко крикнул что-то, на этот звук из-за двери этого домика показалась лохматая голова. Она глянула на нас неоново-фиолетовыми глазами, затем вновь скрылась за дверью, слабым жестом приглашая зайти. — Ты пойдёшь один, — произнёс Ружкарам, толкнув меня за дверь. Меня окружил жар, исходящий, кажется, отовсюду. Перед собой я увидел лестницу, ведущую куда-то вниз. Делать было нечего, пришлось спускаться по ней практически в полной темноте. Чем ниже я спускался, тем громче слышался звук чеканки, тем сильнее чувствовался жар. Как только я спустился, меня встретил тот, кто выглядывал из-за двери. Он ничего не сказал, лишь вздохнул, смотря на меня снизу вверх (он был где-то на полторы головы ниже меня), и неуклюже потрепал меня по плечу, словно мы были старыми знакомыми. Это существо тоже было в мантии, только в чёрной, а не темно-красной, как у Ружкарама. Этот невысокий повёл меня дальше по огромному подпольному помещению. Громкие звуки стучащих молотов вокруг отчасти были обычной работой каких-то огромных чугунных механизмов, которые, как раз-таки, работали с рудой. Пока я шёл, разглядывая все вокруг себя, я вдруг почувствовал, что мои руки стали намного свободнее двигаться. Я попробовал освободить одну из рук из той штуки, которой их связал Ружкарам, и у меня это получилось довольно легко. Я, мельком глянув на необорачивающегося Карлика, посмотрел на свои запястья. Верёвки, как таковой, будто никогда и не было, остались только слегка липковатые следы, будто мои оковы просто растаяли от жары в этом помещении… Пока я удивлялся своему простому освобождению, фиолетовоглазый завёл меня в отдельную комнатушку, а после зашёл сам и закрыл дверь. Звуки механизмов тут же были заглушены, стало тихо. Я начал осматриваться. Посреди комнаты стоял захламленный самым разнообразным стол. Серые стены, пыльный пол, в общем ничего примечательного, за что можно было бы зацепиться взглядом. -Эх, Эвад… А ведь ради твоей вылазки мне пришлось несладко, — проговорил новый знакомый, сняв капюшон и посмотрев на меня. Я увидел добротную физиономию, темно-серого цвета была его кожа, если поверхность клыкастой морды можно так назвать. Нижняя челюсть чуть выпирала вперёд. Под ярко-голубым глазом, переливающемся в фиолетовый, красовался длинный цветастый шрам, а под другим довольно свежая на вид рана. Она тоже переливалась всеми цветами радуги и очень сильно контрастировала на темно-сером лице. Волос или какой-либо другой растительности на голове не было… Я молчал. Этот маленький тёмный карлик вперевалку подошёл к столу. -Что-то ты слишком спокойным стал… Что случилось там, за стенами? — проговорил карлик, доставая что-то из кучи хлама. Я молчал, не решаясь отвечать. Через некоторое время он взял со стола что-то похожее на ключ и подошёл к одной из стен около двери. Кстати говоря, комнату освещала всего лишь маленькая лампа на потолке, тусклым светом своим она толком не доставала до углов помещения… Ключом карлик открыл небольшую дверцу в стене, откуда достал нечто довольно знакомое на вид, но при этом я пока не понимал что это, но, как только он ко мне подошёл и протянул вперёд эту вещь, норовя нацепить её на мою шею, я резко отскочил. -Что ты делаешь?! — воскликнул я, узнав в этой «вещице» такой же ошейник, какой был у всех тех, кого я видел на поверхности. Фиолетовоглазый удивлённо пронизывал меня взглядом -Это уже больше похоже на тебя, Эвад, — улыбнулся тот. — Но… К-х, если я не верну тебе эту штуку, нас обоих размолотят на кусочки… Я все ещё ничего не понимал. Этот Карлик знал моё имя и, похоже, мы были с ним давними знакомыми, но я его не помнил. Оно и было понятно, ведь я не помнил даже собственного имени! Мне было страшно расспрашивать кого-либо об этом месте, где меня, похоже, знало много существ, но раз этот темнолицый меня знает, то почему бы и не рискнуть?.. — Слушай, — тут я ненадолго замолчал, обдумывая слова, — что здесь происходило пока я, э… был за стенами? — начал я издалека. -Ну, — замялся Карлик, отведя взгляд. — Тебя не было около недели, уже в первый день твоего успешного побега Каннемелы ринулись на поиски, участили обходы вокруг стен и ночную охрану… Затем чуть подуспокоились, выяснив, что больше никто не удирал. Да, потрепали меня знатно, когда узнали, кто ошейник снял, — тут фиолетовоглазый слегка коснулся рубца на лице. — Но, гхм, как вижу, хватило тебя там, за стенами, ненадолго, несмотря на все наши мольбы и неуспешные поначалу попытки добиться того, чтобы хотя бы ты один вырвался из оков… Так как попасться умудрился? Или после всего этого решил добровольно сдаться? Я, ничего не говоря, вздохнул, опустив голову. — Я ведь, получается, могу тебе доверять?.. -Что за странные вопросы, Эвад, — возмутился Карлик. -Хорошо… Тогда знай, что я не помню ни тебя, ни этого города, ну а половину твоих слов сейчас вообще не понял! — воскликнул я. — Это… Так странно… Почему?.. И главное, как я потерял память… Карлик молчал. Долго. При этом так и стоял с ошейником в руках, с полным ошеломлением смотря на меня и не двигаясь где-то с минуту. -Ну… Начнём с того, что звать меня Драж, я, как ты мог догадаться, кузнец и один из твоих старых и верных друзей, — начал Карлик, глубоко вздохнув. — Мы в отдалённом от всех живых существ месте — в лесу Дентсу… Ах да, сколького ты не помнишь, забыл спросить? — абсолютно никаких воспоминаний при словах Дража не всплыло в моей голове, и это пугало. Я сказал об этом, о том, что не помню ничего. — Это… Тяжёлый случай, — почесав лысый затылок, произнёс Драж. — Даже не знаю, что теперь делать… Гхм, знаешь, для начала надень это, иначе, как я уже говорил, нам обоим не поздоровится! — спорить с ним не было смысла, ведь, как я заметил, и на нем был этот ошейник, а значит здесь без него просто нельзя было появляться на свет. Я поддался, наклонился к Дражу, сзади на моей шее щёлкнул небольшой замочек. Что-то после пропищало, а затем стихло… Я молча наблюдал за Дражем, пока тот ходил по небольшой комнатке в раздумьях. -Эвад, я вижу лишь пару способов помочь тебе… — заговорил темнолицый, остановившись и посмотрев на меня. — Либо мы просто ждём, когда память восстановится, смахивая её потерю на случайность, падение или удар обо что-то, либо мы идём к одному из не самых приятных районов — к району Сорси. К госпоже Феммиди, что разбирается в лечебных отварах. Ну и ядовитых растениях, разумеется, что и могли повлиять на тебя за стенами. Есть, конечно, и вариант обучать тебя всем законам этого места с нуля, но… Думаю, Хренодёр не обрадуется вести, что один из его подопечных сначала сбежал за стены, а затем и память потерял. -Ох я… Даже и не знаю, что сказать, — произнёс я. -Ничего, ты всё поймёшь, я завтра найду тебя, и вместе мы пойдём к Феммиди, ну а сейчас Ружкарам сделает то, что будет считать нужным, отведёт домой или же к Хренодёру, смотря какой приказ ему дали… В общем, удачи, — коротко произнёс Драж, не сильно посвящая меня в подробности. Через некоторое время после этого разговора меня вывели на свежий воздух. Моим проводником вновь стал рогатый, к которому я относился с неким отвращением… Идя по яркой каменной дорожке, которую окружали пестрые, объёмные, словно облачка, цветы, я разглядывал дома вокруг. Все они были такими разными. Одни словно состояли из цельного куска какой-то ярко-блестящей породы, другие — из мелких-мелких кристалликов, третьи были подобны муравейникам. Были и обычные деревянные дома, но встречались они настолько редко, что они просто терялись среди пестроты этого места. Жители тоже не отличались от своих домов: яркие, потрясающие наряды, фигуры существ, рост, походка — каждый из них был индивидуален. Мимо меня пролетело, вот совершенно буквально, белое облачко с черными глазками-бусинками. За него цеплялись соцветия у дороги, отрываясь от земли, от чего это облачко сильно негодовало. Я обернулся, чтобы разглядеть его получше, но оно уже улетело куда-то выше и завернуло за угол, пытаясь отцепить от себя пристающие разноцветные лепестки цветов. Тут же, дальше по дороге, стоял будто старичок. С палкой, идеально ровной, словно отлитой золотыми руками какого-то мастера, круто загнутой у верхушки, на которую тот опирался. Старец был в глянцевом, как и многое здесь, пиджаке светло-коричневого цвета, с янтарной бородкой, такого же цвета волосами на макушке и золотыми глазами. Он, чуть прищурившись и изогнувшись, опираясь на разноцветную, но так подходящую к нему трость, смотрел на меня. Я отвернулся, продолжив путь. Ружкарам привёл меня к дому, к одному из тех, которые как раз редко встречались в этом месте. К обычной деревянной избушке. Как я понял, этот дом был моим. — Что ж ты Маршу-то не предупредил, когда сбегал от нас, а? — ехидно спросил Рогатый, вдруг заговорив со мной, а затем толкнул меня к двери этого домика. Я опять промолчал, решив, что язвить пока нет смысла, да и мало ли как это скажется. Я открыл дверь, что оказалась не заперта. Немножко постояв в проходе, я закрыл её, пройдя вперёд по тесноватому коридору. Топор, что все также был у меня за поясом, я наконец достал, собираясь положить где-нибудь рядом, но тут, откуда ни возьмись… -Эвад! Эва-ад! Как я рада вашему возвращению! — послышался писклявый голос где-то впереди, от неожиданности я сильнее сжал в руках топор, навострив слух и взор. — Эв!.. Эвад?.. — вдруг из-за угла выскочило маленькое существо с длинными ушками. Удивлённо смотря на меня, оно отошло на пару шагов. — П-простите, господин! — тут же послышались извинения, ушастая припала к полу. -Господин? — вслух произнёс я, удивившись тому, как этот некий зверёк обращается ко мне. — Встань. — беспрекословно мою просьбу выполнили. Я отложил топор, как и хотел, на небольшой комод у сундука. Я остановился у зверька, став рассматривать её внимательней. Да, судя по миловидной мордочке, похожей на кроличью, но при этом с некоторыми чертами человека, и писклявому голоску, я сделал вывод, что это «она» и никто иной. Маленькая была одета в пышненькое платьице с яркими янтарными пуговками у воротничка и на рукавах. Сама по себе она была похожа на то облачко, что я встречал по пути, только вот, если так можно выразиться, была «поплотнее». Да и отличалась золотистым цветом на тыльной стороне передних лапок и щеках. Длинные ушки стояли торчком на макушке и были направлены в мою сторону. -Ч-что прикажете делать, господин? — вдруг задала вопрос эта зверюшка. -Принеси мне чего-нибудь попить, — произнёс я первое, что пришло в голову, и тут же эта ушастая, своими мягкими лапками еле касаясь пола, побежала куда-то вглубь помещения. Я направился за ней, продолжая наблюдать. Мелкая прибежала на некую небольшую кухню, забежала в чуланчик, я же остановился у стола. Ушастая копошилась в чём-то, после вышла ко мне с небольшой кружкой, осторожно донесла её до меня и поставила на стол. Довольная собой, остановилась, вновь навострив ушки и глядя на меня исподлобья, чуть улыбаясь. Я взял кружку в руки все также смотря на зверька. Всё пропорции её тела были довольно человечны, она выглядела как маленький ребёнок, нацепивший кукольное платье и нашедший где-то ушки для костюмированных вечеринок. Я перевёл взгляд на кружку. От напитка внутри неё несло чем-то сладким и лесным. Я чуть отпил. Вкус был приторно-сладким, но при этом очень знакомым. «Ха, надо же, это первая знакомая вещь в этом городе!» — удивился я, сильнее прильнув к кружке. -Вижу, вам понравился кленовый сироп? — обрадовалась Марша, скрестив мягкие лапки у груди. — Пару дней назад собирала в садах Эрàбла! Я лишь кивнул ей в ответ, допив сладкий сироп, от которого, к удивлению, пить и правда перехотелось, несмотря на то, что он был приторным. -Постелить вам кровать, Эвад? — вновь спросила Марша. И я опять кивнул, до этого поглядев в окно, за которым смеркалось. Через несколько минут зверюшка-служанка позвала меня. Я, сидевший все это время на кухне, встал и отправился в комнату, находящуюся к нескольких шагах от места, где я был. Марша стояла рядом с кроватью, все также скрестив лапки у грудки. Она постаралась на славу, разложив одеяла и довольно хорошо взбив подушки. Тут вдруг, ещё раз оглядев меня, ушастая всполошилась. -Ой, как же это я, господин, сейчас поставлю вам воду для умывания! Тут Марша рванула в другое помещение, а я, от нечего делать да от простого любопытства, вновь направился за ней. В маленькой комнатке, что была, как я понял, душевой, я видел, как моя маленькая служаночка поставила на нечто вроде печи большой таз с водой. Очень осторожно она чиркнула длинной лучинкой, почти в половину её роста, по некой плитке у стены, из-за чего кончик данного приспособления вспыхнул. Она поднесла его к дровам в печке, тем самым разжигая их, а затем резко затушила лучинку в ведре с водой рядом, ею же, этой потухшей палочкой, закрыв дверцу печи и поставив её у стены с той плиткой. Марша вновь посмотрела на меня своими большими глазами, после откланялась и выбежала из комнатушки, закрыв дверь… Вода довольно быстро согрелась до приятной моему телу температуре. Сняв куртку и задрав рукава тёмно-серой водолазки, я начал разматывать этот некий бинт, что до сих пор крепко держался на моей правой руке. Как только я откинул в сторону длинную волокнистую ленту, то увидел глубокую, тянущуюся аж от большого пальца до почти середины предплечья рану. Я обдал руку чистой водой, но не почувствовал ни боли, ни вообще каких-либо прикосновений к краям распоротой кожи. Решив, что позже расскажу об этом Дражу, я спокойно приступил к умываниям… Марша перед сном, когда я вышел из душевой, принесла новую, чистую одежду: тёмные штаны с большим количеством разных ремешков, карманов и серую футболку. Заметив рану на руке, она забеспокоилась и тут же принесла длинный кусок ткани, тщательно замотав руку, перед этим чем-то обработав рану. «Неужто такая милая зверюшка так безукоризненно готова прислуживать мне? Что я ей такого сделал или здесь это считается нормой?..» — я опять не помнил, но мне нравилось думать, что она просто такая заботливая…