Самолет

— А минеральная вода «Aquadeco» у вас есть? И еще нужно соленые орешки, лучше марки «NutsMania». И подушка. У вас есть ортопедическая подушка? Да… — потенциальный пассажир провел пальцем по стеклу и брезгливо скривился. — И неплохо бы протереть иллюминаторы. Этот парень начал бесить Итана с первой же минуты знакомства. Наглый вид, высокомерный тон. Нарочито дорогая, вызывающе яркая одежда. За долгие годы в небе, Торкио летал с самыми разными людьми. Его пассажирами были и политики, и звезды, и просто состоятельные люди. Но вот таких бесячих не было уже давно. Благо, второй пассажир вел себя на удивление тихо. Стоял себе в сторонке, пока его выёбистый друг выделывался, и молча втыкал в телефон. Только после реплики про «неплохо бы протереть», поднял глаза на спутника и поморщился. Да… И чёрт же дернул Итана согласиться на этот полет! Когда Итану Торкио внезапно позвонил управляющий директор маленького частного аэропорта на окраине Рима, а по совместительству — старый друг, и попросил выручить, Торкио сначала отказался наотрез. — Прости, Томми. Но у меня планы на сегодняшний вечер. Попроси кого-нибудь ещё, — стройный красавчик-латино с роскошной шевелюрой влажных от воды, длинных, черных волос, только вышел из душа, и явно не жаждал срываться сейчас из дома, и лететь спасать неудачливых пассажиров. — Да в том-то и дело, что некого! — голос Томаса Раджи был расстроенным. — Лео в отпуске. А остальные не обладают нужным опытом, чтобы поднять, и тем более, посадить самолет при такой погоде. Ты же видишь, что твориться? За окном бушевал ливень. С ветром, силой в энное количество баллов. — Кто же знал, что самолет Фабрицио выйдет из строя! А теперь наша звезда, этот певец, как там его, не помню… зверски опаздывает! У него важное выступление сегодня вечером. Менеджер парня волосы на себе рвет, что его подопечный попадет на гигантскую неустойку. И ведь на форс-мажор не сошлешься. Погода-то по факту — лётная. Но не для всех. Не могу я в таких условиях посадить за штурвал парнишек только после лётной школы! — Певец, говоришь? — переспросил Итан уже с легким интересом. — И как зовут, всё-таки? Интересно, кто у нас такой обязательный. Или такой жадный. Рискует жизнью, летая в такую погоду! Лишь бы неустойку не платить. — Погоди… Сейчас… А, вот. Давид Дамиано. Я музыкой не увлекаюсь, поэтому ничего о нём не слышал. А тебе это имя что-то говорит? — Да… — задумчиво протянул высокий смуглый брюнет. Посмотрел в окно, на часы. И подойдя к шкафу, вытащил любимые дорожные джинсы, белый тонкий свитер. Он уже принял решение. — Мне это имя что-то говорит… Куда он летит, Том, напомни? — В Палермо. Лететь-то час, всего ничего. — Что ж. Хорошо. Полетели. Только, Том… — Что, что?! — Пусть не опаздывает. Вылетаем ровно через час. Я же говорю — у меня на вечер свои планы. И вот теперь, встретившись перед вылетом со знаменитым пассажиром, которого он никогда не видел, но чьими поклонницами были его мама и сестры, Итан уже пожалел, что согласился на эту авантюру. Звездун был именно таким, как пилот опасался. Самодовольным, болтливым, высокомерным нарциссом. Н-да… Знала бы любимая мамуля, какой на самом деле её кумир. Про которого она сыну все уши прожужжала. Но профессионализм и хорошее воспитание взяли верх над желанием отправить неприятного клиента вон. — Сеньоры, займите места, пожалуйста. Вылет через 5 минут. Погода сложная, поэтому прошу пристегнуться и не вставать с мест во время всего полёта. А я со своей стороны, сделаю всё, чтобы вы получили удовольствие от вашего путешествия! Спокойно улыбнувшись, Торкио ловким движением завязал распущенные волосы в «хвост», надел очки в тонкой золотой оправе, и подвернув рукава белого джемпера, направился в сторону кабины. Когда его вдруг догнал мягкий, низкий, с легкой хрипотцой голос: — Боюсь, вас неправильно информировали. Лечу только я один. Мой менеджер, сеньор Федез, остаётся в Риме. Надеюсь, вы не сильно этим огорчены? Торкио резко обернулся. И встретился с весёлым взглядом светло-ореховых, блестящих глаз. Что?! Так этот молчаливый, неприметно одетый в темные джинсы и старенькую кожаную куртку парень и есть знаменитый певец?! А наглый тип — всего лишь его менеджер?! Вот это сюрприз! Итан мысленно улыбнулся, внешне сохраняя непроницаемое выражение лица. Неожиданно настроение улучшилось. Что ж. Полет обещает быть интересным! *** Взлетели относительно легко. Немного потрясло первые минуты, но как только самолет поднялся выше тёмных дождливых облаков, турбулентность закончилась. Тучи остались далеко внизу, а здесь, на крейсерской высоте, было восхитительно синее небо и яркое весеннее солнце. Когда при взлете самолет начало трясти, Итан с легким беспокойством обернулся назад. Посмотреть на звездного пассажира. — Как вы? — крикнул пилот, чтобы перекрыть шум двигателей — В порядке? Ответ раздался через пару минут. И голос отвечавшего был уже далеко не такой весёлый, как до этого. — Ддда… Я в пппорядке… Только… — сдавленный всхлип, — Только, кажется… меня сейчас вырвет!!! «Вот блин. Как будто это прям редкость и новость! Да ты такой не первый и не последний, детка». Осознав, что только что мысленно произнес, Торкио сам чуть не поперхнулся. Детка? ДЕТКА?! Какая он тебе, к черту, детка! Он подкачанный татуированный парень с гопнической стрижкой, так и говорящей: «я — альфа самец, я — крутой пацан!». И неважно, что его голос и поведение абсолютно противоречат этому брутальному образу. Самец — значит, самец! А внезапно возникшее желание вскочить и успокоить, а еще лучше — укрыть в объятиях этого улыбчивого красивого парня с такими удивительными глазами цвета темного мёда — абсолютно нерационально и крайне глупо! — Бумажные пакеты у вас под сиденьем, справа. — С-с-спасибо… Пожалуйста. Хватит с тебя и этого. Меньше соленых орехов хомячить надо было, перед взлетом. И тут Торкио осознал, что оказывается, произнес последнюю фразу вслух. Вот засада. Обижать парня не хотелось. Ну, жевал он эти орехи, как бурундук, и жевал… Что, жалко, что ли? Но парень, кажется, не обиделся. — Я потому и… хомячил… Они помогают… от укачивания! «Но, видимо, не всегда!» — додумал Итан, не оборачиваясь, и услышав характерные звуки. Бедолага. — Вода у вас слева. Сумка-холодильник. Там же сбоку-влажные салфетки. — С-с-спасибо… — снова пробормотал парень. Какое-то время летели молча. Кажется, пассажир пришел в норму. По крайней мере, подозрительных звуков больше не издавал. Чувствуя смутную вину за невольную грубость, Торкио снова заговорил первым: — Нам осталось лететь меньше часа. Скоро уже приземлимся в Палермо. Всё по графику. Вы же успеваете на свой… концерт? Сзади вздохнули. — Да. Успеваю… — прозвучало это уныло. Похоже, парню было вообще наплевать, успеет он или нет. И на выступление, судя по всему, тоже. Итан почувствовал раздражение. И чего ради нужно было звонить, срывать его с места, заставлять мчать в аэропорт? Если самому певцу явно всё равно. — Не слышу в вашем голосе энтузиазма, — не смог сдержать сарказма Торкио. — Вы так не любите вашу… гмммм… работу? А вот эта реплика все-таки задела пассажира. Ответ прозвучал обиженно и задиристо: — Свою РАБОТУ я, как раз-таки, люблю. Я не люблю, когда меня ВЫНУЖДАЮТ ее делать. — Вынуждают?! — Пилот даже развернулся от неожиданности, и уставился на пассажира. Ремни, которыми Торкио был крест-накрест пристегнут к креслу, натянулись, и напомнили, где он находится. За штурвалом, а не в баре. Эмоциям тут не место. — Вынуждают. Именно. Мой менеджер без моего согласия подписал договор на выступление на частной вечеринке. А я, не зная об этом, уже пообещал этим вечером дать благотворительный концерт в пользу людей, страдающих от болезни Альцгеймера. В итоге… Пришлось отменять благотворительный концерт, чувствуя себя последним… дерьмом. Потому что богач, у которого я должен выступать, иначе затребует выплатить неустойку, размером превышающую гонорар в десять раз. — Интересно… — пробормотал пилот. — Не то слово, — буркнул пассажир. И в это время самолет внезапно сильно подбросило вверх. Певец охнул и вцепился в подлокотники кресла. Да и пилот тоже напрягся. Они снова влетали в темную гряду свинцово-серых туч. И вдруг вдали появилась вспышка света. Молния сверкнула почти рядом с правым крылом. Вот чёрт!!! Только этого не хватало. Они стремительно летели прямо в сверкающую, наэлектролизованную темноту. Итан попытался сменить курс, взяв левее, но было уже слишком поздно. Следующая вспышка сверкнула прямо перед носом джета. Раздался резкий треск, и часть лампочек на приборной доске погасла. — Твою мать… — пробормотал пилот. — Что случилось? Эй, что такое? Что происходит? — пассажир в панике начал повышать голос, и это безумно раздражало и отвлекало. — Мы падаем, да?! О, Господи… Ну точно, мы падаем!!! Мадонна, мы сейчас разобьемся!!! Стараясь сосредоточиться и не обращать внимания на причитания пассажира, Торкио все еще пытался вывести самолет из грозовой тучи. Но видимо, молния, ударившая в нос и корпус джета, повредила что-то серьёзное. Скорость падала. Приборы работали некорректно, а часть не отзывалась вообще. Слава Богу, геолокационные датчики были в порядке. Но информация с них не радовала. До аэропорта Палермо далеко. Других аэропортов тоже нет. Они летели над Тирренским морем, и лишь слева приборы показывали очертания непонятно какого берега. Скорее всего, это просто сельская местность, и аэропорта там явно не наблюдается. Однако до Палермо им точно не дотянуть. Вариантов немного. Либо садится на воду… Либо на незнакомый берег. Где, возможно, горы, лес или жилые постройки. Вот жесть!!! Решение нужно было принимать мгновенно. И Итан решился. — Проверь, что ты пристегнут! — заорал он парню сзади. — Убери все острые предметы, отбрось подальше. Нагнись вперед, опусти голову на колени, и закрой ее сверху руками, понял? Понял? Сейчас будем садиться! Ошарашенный певец что-то пытался крикнуть в ответ, но было уже не до него. Самолет со свистом шел на снижение. Итан мертвой хваткой вцепился в штурвал, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь снаружи, сквозь пелену туч и дождя. Ниже… Еще ниже… Впереди показались очертания берега. Пресвятая Мадонна!!! Леса или гор не было. Неровная холмистая местность, заросшая низкорослым кустарником. Мысленно помолившись всем богам, Торкио направил самолет, выпустил шасси, и через несколько секунд джет со страшным скрежетом подбросило, и он жестко соприкоснулся с землей. Не останавливаясь, помчался дальше, вихляя на кочках и неровностях. Секунда… Другая… И постепенно скорость начала снижаться. Пару раз подпрыгнув на камнях, джет замедлился и остановился. В салоне самолета воцарилась напряженная тишина. С трудом выдохнув, Итан дрожащими руками, только со второй попытки расстегнул ремни. На подгибающихся ногах выбрался из кресла пилота. И пошатываясь, подошел к пассажирскому сиденью. Ожидая увидеть всё, что угодно. Но только не то, что увидел. Пассажир сидел, всё ещё нагнувшись вперед. Короткая светлая футболка задралась, открывая загорелую, мускулистую, соблазнительно и дерзко разрисованную татуировками, спину. Куртка, сумка, бутылка с водой валялись на полу рядом. Чёрт! — О, Господи… Ты как?! Ты живой???! Эй, ты что, в обмороке?! Нет… Нет… — Итан в панике, которая накрыла его, по ощущениям, впервые в жизни, потряс парня за плечо. Боже! Торкио никогда не чувствовал такого ужаса. Почему-то ему было важнее, чем собственная жизнь, знать, что с этим красивым, обаятельным парнем всё хорошо. — Я? Да я в полном порядке! Парень легко разогнулся. И взгляду Итана открылось слегка ошеломленное, но… смеющееся лицо пассажира. А в руке тот сжимал айфон. — Вот это да!!! Вот это ваауууу, друг!!! Это ж охренеть, какой контент!!! Я вёл трансляцию нашего приземления в инсте для своих подписчиков, и знаешь, сколько уже просмотров? Почти полмиллиона!!! И это за 5 минут!!! Итан смотрел на пассажира, так его напугавшего, и понимал, что сейчас его накрывало сверхмощное, сильное, и очень чёткое желание. Желание придушить этого идиота и недоделанного блогера своими руками. И одновременно с этим, пилота скручивало ещё и другое, не менее сильное, желание. Желание наклониться ниже. Запустить руки в коротко стриженную шевелюру. Притянуть за затылок, ближе к себе. Очень, очень близко. И накрыть эти смеющиеся, красивые губы безжалостным, грубым, горячим и очень откровенным поцелуем. Запустить руку в глубокий вырез футболки-поло. А затем… — А где мы приземлились? — беспечный голос потенциальной жертвы убийства или разврата вывел Торкио из оцепенения. И отвлек от кровожадных и непристойных мыслей. Действительно. Чудом они остались живы и даже невредимы. Но… Но где же они?