Мелки на любой вкус и цвет

Петро происходил из славного рода великих архитекторов, однако не мог сказать, что создал нечто воистину великое, достойное истории. Отец и дед спроектировали автономные подводные города, прадед совершил революцию в строительстве стратосферных небоскрёбов, а Петро оставалось лишь шлифовать совершенное. Однако вызов был брошен: он пообещал всему миру революционное творение за год… и тут же ушёл в запой, получив десятизначный аванс. К концу срока заливать стыд становилось всё сложнее, и Петро прибегнул к последнему делу: некромантии. Нашёлся нелегальный хакер, который смог собрать по осколкам исторических данных образ первого великого архитектора, предка Петро, и запихать его профиль в куклу. Упав на колени, непутёвый потомок расплакался. — О великий Петрович, поделись мудростью! Покажи, чем наш род может вновь прославиться! — Да как два пальца… — прокряхтела кукла и почесала плоский железный зад. Через две недели всё было готово. Петрович без стыда и совести втюхал ему хибару, собранную из камней и палок, склеенную подозрительной коричневой жижей. Соломенная крыша ещё до сдачи объекта на треть сгорела — Петрович неудачно бычок кинул, хотя сигареты запретили пару сотен лет назад. — Но вы же — великий первооткрыватель, король архитектуры! — рыдал Петро. — Первая в истории хижина — это то же, что придумать колесо! — Кукла горделиво выкатила пузо. — Попробуй сравниться, сопляк! В тот год Петро стал самым обсуждаемым человеком, гением и безумцем в одном лице. Историки и эко-активисты ликовали, движение выживальщиков получило второе дыхание, в моду вошла допотопная классика: суровая доля, сквозняки и удобства на улице.

***

Доктор Горицкий считал себя человеком просвещённым и не верил в сказки. Он обожал разрушать деревенские мифы наукой, а уж слухи о бессмертном демоне тем более пропустить не мог. Люди рассказывали, что у демона всегда разные обличия, вёл он себя агрессивно, сыпал проклятиями, а потом исчезал. Сопровождающих не нашлось, поэтому доктору пришлось идти к дальнему концу деревни на вороний грай. Мужчина в колодках выглядел безобидно, даже слишком: на вид он был зажиточным торговцем или уездным чиновником, судя по пышному телосложению и бледности. Он потел, пыхтел и бурчал на припекающее солнце, пытаясь найти положение поудобнее. Доктор Горицкий надеялся услышать историю о недопонимании, но точно не такую: бедняга назвался Петровичем и заявил, что не демон, а путешественник во времени, и не помер от оспы и холеры, потому что имел некие прививки. Когда половина деревни заболела, а иноземец — нет, то его мигом арестовали и подальше упрятали. — И что это за прививки такие? — обрадовался доктор Горицкий. — Если вы докажете их действие, то спасёте не просто тысячи жизней, но и подтвердите свои слова! Петрович замялся и нехотя признался: — Да блин, мне их в детстве делали, а потом я… кхм… стал антипрививочником. — Заметив замешательство собеседника, он пояснил: — Я в них не верил. Ну, аутизм, понимаете ли… Радиация… — Наконец он замолчал под ошалелым взглядом доктора и вздохнул. — Ладно, не забивай себе голову, поц. Мой руки, что ли. А я конца наказания подожду. Обилие непонятных слов и правда приводило в недоумение, но доктор в проклятия не верил — такой человек и мухи не обидит. Однако Горицкому ничего не удалось узнать, а через сутки Петрович испарился прямо из колодок. Затем явился другой пустоголовый «демон» с той же историей, и Горицкий окончательно опустил руки.

***

Старый алхимик эгоистично помер, не раскрыв миру секрет эликсира долгой жизни. Барон так хотел заполучить формулу, что обратился к богу Смерти, которому ведомы все мысли мёртвых. Однако обменять их можно было только через жертвоприношение — уплатив новыми знаниями невинного человека. В правилах чётко оговаривалось: что посеешь, то пожнёшь. Убийство — страшный грех, и напоминание о нём будет преследовать вечно. Поэтому Барон выбрал самого мерзкого кандидата в жертвы, чтобы ни о чём не жалеть — местного алкаша Петровича. Обмен прошёл по плану, и формула осела в голове, точно собственная идея. Однако вскоре незримый для остальных призрак Петровича тоже присоединился к Барону и доставал бесценными советами, шутками, критикой, отрыжкой и неприглядным видом. Долгая жизнь прошла незабываемо.