«В другом мире, в имперском экзо-скелете».

Сканирование показывало, что Джини окружена толпой ящеров. Одного она смогла убить. Другой был серьёзно ранен и не мог сражаться. Но ещё восемь были на ногах, а у девушки, похоже, уже не осталось сил для продолжения боя. Её теснили. Пока я подлетал, Джини дважды сбивали с ног, и ей лишь чудом удавалось избежать смерти. Пару раз она смогла увернуться. Трижды она отразила атаки. Но один раз её зацепили по ноге, и она упала на одно колено. Ногу ей не отрубили. Но подвижность она утратила. Бой подходил к логическому завершению. Одному человеку, тем более девушке, не справиться с таким большим числом зверовоинов. Судьба её изначально была предрешена. Удивительно, что она вообще продержалась так долго. Думаю, прилети я чуть позже, то застал бы момент, когда её уже доедают. У меня не было и секунды, чтобы высадить Анни, и я устремился на врагов, прямо с вопящей полу лисой на руках. Наверное, в этот момент, я был похож на бомбардировщик, времён второй мировой войны, который пикирует на цель с невероятным и оглушительным воем. Несколько ящеров удивлённо оглянулись. Остальные лишь вздрогнули, втянув головы в плечи. Их жертва уже была так близко, что они не могли себе позволить отвлекаться на посторонний шум. Но в их действиях возникла секундная заминка. Воспользовавшись этим замешательством, Джини перекатилась по земле и подрубила сухожилия на лапах ближайшего зверовоина, сама едва увернувшись от его меча. Ящер упал, нелепо взмахнув передними лапами, а девушка успела укрыться за ним, избежав удара клинка его товарища справа. Получилось, что нападавший рубанул мечом своего же. В то же мгновение Джини получила удар хвостом, да так сильно, что у неё едва голова не отлетела. Но девушке повезло и, кажется, позвоночник ей не сломали. Превозмогая боль, она вонзила клинок в противника слева и опять укрылась за всё ещё пытавшегося встать с земли ящера с подрезанными сухожилиями. Этот несчастный вновь получил пару ударов от своих товарищей. Я прямо видел, как тёмная кровь взлетела двумя сильными всплесками, окатив и Джини с головы до ног. В следующее мгновение я влетел в гущу боя, разрубив своим огромным мечом двоих зверовоинов, а ещё одному, снеся руку и разрезав бок. Силы инерции пронесли меня дальше, и я едва не ударился о скалу. Пришлось исполнять в воздухе какой-то нелепый кульбит, чтобы врезаться в камень подошвами ботинок, а не корпусом. Столкновение со стеной мне бы не повредило, но у меня в руке хрупкая девочка с ушками, не переставшая вопить ни на секунду. Оттолкнувшись от камней, я снова устремился вперёд, прикрывая голову «хвостатой» своим плечом, и зарубил ещё одного противника. Его кровью Анни забрызгало лицо. Остальные ящеры бросились бежать в разные стороны. Сгоряча я хотел было погнаться хоть за одним из них, но быстро взял себя в руки и отказался от этой затеи. Я вернулся к Джини и поставил Анни на землю. Вот только девочка с ушками оказалась не способна стоять самостоятельно. Сейчас она была словно тряпичная кукла. Стоило её отпустить, она свалилась на попу, как мешок с картошкой и так и осталась в этом положении, икая и всхлипывая. Её даже периодически встряхивало. «Блин! Её психика слишком уязвима. Всё же она дочка крестьянки, и жизнь её к таким переделкам явно не готовила. Ладно, Анни, прости меня. Потом тобой займусь», - подумал я, испытывая искреннее чувство вины перед этой перепуганной девушкой. Но сейчас, времени успокаивать, её не было. Я поспешил к Джини. В это мгновение один из поверженных ящеров, которого я считал мёртвым, вдруг попытался вскочить на ноги. Кажется, я случайно наступил ему на хвост. От неожиданности я вздрогнул всем своим телом, и размозжил ему череп кулаком. «Блин! У самого нервы не к чёрту! Надо было его допросить!» - немного запоздало подумал я и выругался. - Ты как? – я присел возле Джини. Девушка была почти чёрной от своей и чужой крови. - Дело дрянь, - сказал она, подняв на меня мутный взгляд, и я заметил, как у неё мелко дрожит нижняя губа. – Ногу почти отрубили. Надо чем-то перетянуть, пока вся кровь не вытекла. - Подожди, - я достал аптечку и, закатав ей штаны начал обрабатывать рану. - Другие повреждения есть? – спросил я девушку, по большей части, чтобы она что-то говорила и не теряла сознание. - Да, - Джини вяло покачала головой. – Внутри всё плохо. Тошнит. Дышать больно. Хоть бы не подохнуть тут, - она закашлялась и сплюнула в траву сгусток крови. - Кажется, моя карьера наёмника на этом закончилась. - Не выдумывай, - Я усмехнулся. – Сейчас подлатаем, будешь как новая. Послужишь мне ещё. - Господин, вы спасли меня. Я этого не забуду, - Джини с трудом улыбнулась. - Ага. Должна будешь, - я кивнул. Сзади, шатаясь, подошла Анни. «Могла бы сбежать, пока мы заняты и не смотрим», - подумал я, покосившись на девушку с ушками. - «Но она либо, правда, глупая, либо, до последнего надеется с моей помощью освободить детей из церкви». В этот момент Анни увидела кровь и полу-разрубленную ногу наёмницы, и у неё случились рвотные спазмы. «Господи! Ты же наполовину лиса!» - я искренне удивился. – «У тебя самой клыки во рту. Почему же ты так на кровь и мясо реагируешь?!» - Это кто? – немного изумлённо спросила Джини. - Моя помощница, - я зафиксировал рану специальным пластырем и начал накладывать повязку. - Помощница?! Она же «хвостатая»! - наёмница покачала головой, - Это она сейчас визжала? - Ну и что, что «хвостатая»? – я усмехнулся. – Она тоже человек. Хоть и отличается немного. - Хотите сказать и это тоже люди? – Джини кивнула на поверженных ящеров. «Блин! Подловила», - я усмехнулся. - Давай оставим эту дискуссию на более удобное время, - я вколол Джини имперский препарат, прежде опробованный на принцессе и показавший замечательные результаты. – Сядем вечером в мягкие кресла, у огня, выпьем хорошего вина и будем говорить на разные философские темы. Я повернулся к девушке с ушками. - Анни, умеешь управлять лошадьми? - Да, господин, - она кивнула. «Какая-то она слишком бледная. Надеюсь, с ней всё будет хорошо?» - Садись на место кучера. Поедем к твоей деревне. Будем освобождать всех из церкви. Анни тоже вся была заляпана кровью ящеров, впрочем, как и я. Наверное, со стороны мы походили на шайку мясников, головорезов. Будет сложно убедить заложников, что мы пришли не по их души. Наконец, мы двинулись в путь. Я решил не садиться на коня и привязал его к карете. Заряда в костюме, конечно, осталось уже маловато. Но я не особо волновался. В городе по-любому есть маги. Так что завтра подзаряжу. Минут десять мы ехали в молчании. Имперский препарат действовал быстро и я заметил, что к наёмнице возвращается нормальный цвет лица. - Джини, откуда взялись эти твари и как они тебя заметили? Ты жгла костёр? - Конечно, нет, сир, - наёмница покачала головой. Она отказалась ехать в карете, чтобы не запачкать кровью диван, и сейчас сидела вместе с Анни на скамеечке, предназначенной для кучера. Правда она отсела от «хвостатой» на максимально возможное расстояние, к самому краю скамьи. Анни тоже, кстати, немного от неё отодвинулась. Но сделала она это, скорее всего, из уважения к чувствам наемницы, которой неприятна близость зверочеловека. - Я сидела тихо, как мышь, - продолжала Джини. – И они прошли бы мимо. Но тут кони заволновались и Хорс заржал. - Блин! – я покачал головой. – Надо было сразу убегать оттуда. Вряд ли ящеры хорошо лазят по горам. - Нормально они лазят, - девушка покачала головой. – И я вначале была уверена, что справлюсь. - С десятью зверовоинами?! – я посмотрел на неё, как на ненормальную. - Их сначала трое было, - Джини мрачно усмехнулась. – Остальные потом прибежали. - Ты могла бы справиться с тремя ящерами? - Да, - девушка кивнула головой. – Они конечно очень сильные, но глупые и неповоротливые. Вы же сами видели, господин. Я почти зарубила двоих. По крайней мере, моё положение не было настолько безнадёжно. Но когда остальные прибежали, вот тогда я, правда, отчаялась. Эти твари со мной сражались и уже договаривались, кто какую часть меня есть будет. А я лишь злилась, но ничего уже сделать не могла. Это очень неприятно. Как вспомню, так вздрогну. Я заметил, что Анни слушает рассказ наёмницы и у неё расширены зрачки на весь глаз. У людей так не бывает. «Боится», - подумал я. – «Её же тоже чуть не съели». Я усмехнулся. «Только вот у тебя не лисьи ушки должны были быть, а кроличьи. Ты же редкостная трусиха!» - Простите, сир, за дерзость, - Джини чуть виновато усмехнулась. – Но я должна вам сказать, что вы просто отвратительно владеете мечом. Вы вообще обучались искусству фехтования? - Что, настолько всё плохо? – честно говоря, я смутился. Девушка кивнула. - Я, конечно, понимаю, что вы очень сильны, умеете летать и ваш доспех обычным клинком не пробить, - продолжила она. – Но на то, как вы машете своим легендарным мечом, больно смотреть. Вы словно ребёнок, избивающий палкой крапиву. - Ясно, - я усмехнулся. – А ты можешь меня научить фехтованию? - Я?! – Джини растерялась. - Конечно, - я кивнул. – Ты же говорила, что у тебя к этому талант. Тебя обучал бывалый наёмник. Научи теперь меня, так же, как он научил тебя. - Ну, попробовать можно, - девушка покачала головой. – Но я никогда таким не занималась. - Ты же Джина, а не Джини? - Да какая разница? – наёмница усмехнулась. – Я уже привыкла быть Джини. - Если хочешь, можешь перестать притворяться парнем, - сказал я. – Теперь, пока ты мне служишь, тебе не нужно заботиться о том, что тебя, как девушку, никто не наймёт. - Нет, - Джини покачала головой. – Если можно, я хотела бы и дальше притворяться парнем, чтобы избежать всяких ненужных разговоров. Достаточно того, что вы и ваши девочки знаете мой секрет. И вот эта ещё…, - наёмница покосилась на Анни. – Но если об этом узнают другие люди, им сложно будет мне доверять. - Ясно, - я кивнул. - О каком секрете идёт речь? – спросила полу лиса с озадаченным выражением лица. Мы с Джини не удержались от смеха. Вокруг была тихая и спокойная ночь. Словно и не было никакой войны. Где-то в чаще леса выводил свои трели соловей. С неба на землю лила свой молчаливый, серебряный свет самая крупная из лун. Небесный дворец светился розовым светом, прямо за нашими спинами. Я с наслаждением вдохнул прохладного воздуха. «Дэнис думал, что армия ящеров по ночам отсиживается в своём лагере, и можно беспрепятственно уехать в другую провинцию», - я мысленно усмехнулся. – «Только это оказалось ловушкой. Вероятно, они так надеялись выманить из города караван или отсиживающихся там торговцев. А на самом деле у них засады на каждой дороге. На одну из этих засад и нарвалась Джини. Хорошо еще, что я подоспел вовремя». - Деревня близко, - сказала Анни. – Пахнет жильём. Я кивнул и задействовал сканирование. Действительно, на границе сканируемой зоны показалось первое здание. Деревенский дом. Внутри никого нет. Мы продолжили движение. Постепенно вся деревня вошла в круг охвата виртуальной картинки. Чётко отсвечиваются маркеры. Отлично видно и ящеров, и «хвостатых». Все здания простые и стены их не толстые. Сканирование отлично видит, что у них внутри. Я дал знак остановиться. Деревня большая, но частоколом не ограждена. Просто каждый дом, сад и огород имеют собственные ограды, сложенные из подручных материалов. В основном это стены из булыжников, высотою в полметра или чуть больше, чем один метр. Но есть и заборы из дерева, и даже прутьев. Вся деревня, своеобразный лабиринт из этих оград. Насколько я могу судить, тут всего две извилистые улицы. Дома расположены на приличных расстояниях друг от друга и утопают в зелени садов. Практически все здания, включая сараи и конюшни из дикого камня. Впрочем, это не удивительно. Джини говорила, что почва тут каменистая. Вероятно, крестьяне собирают эти булыжники со своих полей и строят из них всё, что ни попадя. В центре деревни обширный пруд, затянутый ряской. На берегу большая и аккуратная церковь, в окружении пышного сада и высокой ограды, всё из того же дикого камня. - Анни, скажи, а церковь, вообще что ли не охраняется? Девушка пожала плечами. - Я не знаю. Нас запирали на замок. Ворота там толстые. Просто так не сломаешь. И в окно вылезти не получится. Возможно, и правда, нет смысла её охранять. А откуда вы знаете, что она не охраняется? - Я использую специальный навык, позволяющий мне видеть людей и животных на большом расстоянии, - сказал я. - Сейчас я вижу, где находятся ящеры, и вижу людей в церкви. Возле самой церкви ящеров нет. Ближайшая группа, шесть особей, в тридцати метрах. Но по деревне ходят два ящера, отдельно друг от друга. Похоже, это патрульные. - А дети ещё в церкви? – с надеждой спросила Анни. - Трудно сказать, - я пожал плечами. – Люди спят на полу и их контуры сливаются. Но, кажется, среди них есть, как минимум, двое детей. - Господи, только бы они всё ещё были живы! – девушка с ушкам сложила руки в замок возле своего лица. Прямо как мои девочки или Эльза, когда просят о чём-либо. Я невольно улыбнулся. - Как будем действовать? – спросил я. - А в чём смысл задания? – спросила наёмница. - Нужно вывести всех пленников из церкви и доставить их в город целыми и невредимыми. - Если ящеров не много, не лучше ли их перебить? – спросила Джина. – Иначе, когда мы будем выводить пленников, если что-то пойдёт не так, и среди ящеров поднимется тревога, мы не сможем защитить от них всех пленников. - Возможно, - я пожал плечами. – Только я опасаюсь, что если поднимется шум, сюда прибудет подкрепление. А ещё хуже будет, если объявится сама ведьма. Сейчас её в деревне нет, и это обнадёживает. Столкновение с ней нежелательно. Скорее всего, она чрезвычайно опасна. Её возможности мне не известны. Может я с ней и справлюсь, но что станет с вами, и с пленниками в церкви, одному богу известно. - Значит, выбора нет, - Джини усмехнулась. – Нужно действовать скрытно. Но для этого нужно решить три задачи. - Да? – я заинтересовался. – Расскажи, что ты имеешь в виду? - Да, сир, - девушка кивнула. – Во-первых, нужно что-то решить с патрульными. Иначе они обязательно заметят, как мы выводим пленников и поднимут тревогу. Вторая задача. Нужно придумать, как открыть ворота церкви так, чтобы не было даже малейшего шума. И третья задача…, - Джини усмехнулась. – Пленники, увидев нас, могут испугаться. Они спят и среди них есть дети. Один неосторожный возглас и вся эта затея провалится. - Я могу попробовать тихо их разбудить, - осторожно предложила Анни. – Если вы мне откроете дверь, я могу прокрасться внутрь и буду будить их по одному, не поднимая шума. Они знают мой запах. Меня они не должны испугаться. - Запах?! – наёмница захихикала. – От тебя так воняет, что рядом сидеть не возможно. - Чем воняет? – удивился я. В этот момент «хвостатая» начала стремительно краснеть и стыдливо втянула голову в плечи, спрятав взгляд. - Простите, господин, - еле промямлила она. - Кажется, с вашей помощницей случился небольшой конфуз, когда вы с ней на руках, ящериц рубили, - ответила за неё Джини. «Понятно», - я усмехнулся. – «Вот почему она отсела от неё так далеко. А у меня фильтры шлема, видимо, блокируют отдельные запахи. Поэтому я ничего не чувствую». - В карете есть платья девушек, которые меня сопровождали, - сказал я Анни. – Они не особо чистые и немного повреждены, но в данном случае выбирать не из чего. Немедленно переоденься. Этот халат выкинь. Держи нож. Прорежешь им дырку под хвост. - Хорошо, господин. - Ладно, - я повернулся к Джини. – Замок на дверях я срежу огненным ножом. С этим проблем не возникнет. Нужно только решить что-то с патрульными. - С этим я помочь вряд ли смогу, - наёмница покачала головой. – Сейчас я не боец. Да и убить ящера так, чтобы он и пикнуть не успел, почти невыполнимая задача. Девушка на секунду задумалась. - Впрочем, есть одна идея, - она посмотрела на меня и улыбнулась. – Вы, сир, летаете совершенно бесшумно. Конечно, пока у вас в руках нет этого визжащего, пушистого недоразумения. А я отлично бросаю лассо. Ящеры вряд ли смотрят ночью в небо. Если вы подлетите со мной на руках к патрульному, я наброшу ему верёвку на шею, и вы резко поднимете его в воздух. Петля передавит горло, и он не сможет позвать на помощь. Силы у вас много. Наверное, если резко дёрнете, сможете и голову оторвать. - Хорошо, - я кивнул. – Всё равно других идей нет. Вернулась Анни. Она натянула на себя платье Лисси. Но оно ей явно было очень мало и сильно стягивало фигуру. Наверное, она не сможет в нём быстро бегать. Кроме того я заметил, что она старается не поворачиваться ко мне задом. «Может, дырку под хвост прорезала слишком большую?» - я мысленно усмехнулся. - Анни, я сейчас перенесу тебя и Джини к церкви. Постарайся не вопить. - Господин, можно я пешком дойду? Тут же недалеко. - Нет, - я покачал головой. – На земле ты будешь сильно заметна. Пожалуйста, потерпи. - Возьми в рот что-нибудь и держи зубами, - посоветовала Джини. – Вон хвост свой прикуси и не выпускай. И глаза закрой. - Всё будет хорошо, - сказал я успокаивающим тоном. – Я тебя прежде не уронил и сейчас не уроню. Просто потерпи пятнадцать секунд. Я подхватил девушек и перенёс их к воротам церкви. Три секунды ушло на то, чтобы срезать замок и чуть приоткрыть дверь, чтобы Анни смогла пролезть внутрь. - Буди пленников, но смотри, чтобы они вели себя тихо и из церкви не выходили. Мы сами вас позовём, - сказал я ей на прощанье. - Я поняла, господин, - девушка с ушками кивнула и скрылась в темноте. Я снова притворил дверь. - Ладно, - я вздохнул. Сердце колотилось, как бешенное. Кажется, у меня от волнения подрагивают кончики пальцев. Нужно успокоиться. Пока в деревне всё тихо. Но эта тишина казалась угрожающей. Конечно, мне в костюме нечего опасаться. Ящеры ничего не смогут мне сделать. Боялся я только за девушек. - Сейчас я посажу тебя к себе на плечи. Держи верёвку, - сказал я Джине. - Да, господин, - наёмница кивнула. Я взял её за талию и посадил сверху на экзо-скелет. Мы взлетели и плавно, по дуге стали заходить за спину первого патрульного. Девушка чуть наклонилась вперёд, наваливаясь на мой шлем животом и сжимая его внутренними поверхностями бёдер. В поле зрения виднелись её коленки, а сверху покачивались локти и приготовленная петля. Было видно, как девушка напряжена. Ящер неторопливо шёл по тропинке, немного переваливаясь с боку на бок и раскачивая хвостом. Нашего приближения он не чувствовал. Я стремительно приближался к нему сзади. «Если петля не накинется, разобью ему голову кулаком», - подумал я. В этот момент Джина резко взмахнула руками, даже немного качнув меня в воздухе. Её левая коленка чуть прикрыла обзор. Услышав свист лассо, ящер вздрогнул, и начал было поворачивать голову, но в этот момент петля наделась ему на шею. Ни медля ни секунды, я перехватил верёвку и дёрнул её на себя что было силы, одновременно отворачивая от жертвы в сторону и кренясь на левый борт. Голову я зверюге, конечно, не оторвал. Но, похоже, сломал шею. Ящер дёрнулся и безвольно повис в петле. Мы даже немного приподняли его, но я тут же бережно опустил труп обратно на землю и, сев рядом, ссадил девушку. В то же мгновение, она развязала петлю. - Отлично, - я немного перевёл дух, стараясь совладать с волнением. – С этим справились. Полетели, удавим второго. Джина кивнула, ничего не говоря, повернулась спиной, и подняла руки, разведя их в стороны, чтобы мне удобно было её схватить. Я снова усадил её на шею и взлетел в ночное небо. Второй патрульный шёл нам навстречу. Пришлось облететь его по широкой дуге. Я увеличил скорость, и девушка инстинктивно схватилась за шлем руками, перекрыв мне ладошками обзор. - Держи руки чуть выше или чуть ниже, - сказал я усмехнувшись. – Я не вижу куда лечу. - Простите, сир, - Джина переместила руки на лобовую пластину шлема. - Мы стремительно приближались к противнику. В отличие от первого, этот ящер шёл и периодически крутил головой, глядя то влево, то вправо, на тёмные окна деревенских домишек. «Проблема», - я невольно поморщился. – «Хотя в его движениях явно просматривается закономерность. Можно вычислить, сколько секунд он смотрит вправо, сколько влево, а сколько себе под ноги». В этот момент где-то закричала ночная птица, и зверовоин поднял голову, глядя куда-то вдаль и чуть влево. Ни мешкая ни секунды, я устремился к нему, а Джина метнула лассо. Верёвка наделась ящеру на шею, стукнув его по чешуе. Он вздрогнул, вытаращил глаза и открыл зубастую пасть. Но издать какой-либо звук не успел. Я уже резко взмыл вверх, едва не уронив наёмницу, и резко дёрнув за верёвку, сломал шею и этому противнику. Мы приземлились рядом с трупом. - Господи, мы справились! - я нервно хохотнул, ссаживая девушку. – Поверить не могу, что всё получилось так легко. Наёмница лишь пожала плечами, слегка улыбнувшись, развязала петлю и вернула мне фал. - Что дальше? – спросила она. Признаться, я даже позавидовал её спокойствию. - Выводим пленников, грузим их в карету и увозим в город, - сказал я. - Все в карету не влезут, - Джини, с сомнением, покачала головой. - Влезут, - я отмахнулся. – Женщин и детей посадим внутрь, хоть на колени друг к другу. Мужчин на крышу. Если не поместятся, пусть на подножках едут. Их сейчас внутри примерно, двадцать семь человек. С Анни, двадцать восемь будет. Как-нибудь увезём. В карете всё равно быстрее получится до города добраться. Немного потерпят. Я подхватил девушку и понёс к церкви. Как и ожидалось, внутри все уже были готовы к побегу и с нетерпением ждали нашего появления. Мы аккуратно открыли двери, и толпа «хвостатых» поспешила из родной деревни, к спрятанному в лесу экипажу. Эти крестьяне, полулюди, отлично видели в темноте и могли двигаться почти бесшумно. Всё же их родство с животными имело и свои явные, положительные стороны. Возглавляла «хвостатых» Анни. Я с Джиной на руках замыкал группу. Все четверо детей, ради спасения которых, умеющая рисовать девушка-лисица, едва не оказалась насажена на кол, были живы и здоровы, и сейчас удирали с толпой остальных беженцев. «Ладно. Теперь главное, без лишних проблем, быстрее добраться до города и все будут в безопасности» Я задействовал сканирование, чтобы напоследок ещё раз окинуть взглядом деревню. «Да вашу Машу!» - я невольно вздрогнул. Справа к деревне быстро приближались два ящера. Судя по направлению, откуда они бежали, это те, что улизнули от меня, когда я спасал Джини, возле руин часовни. Если бы я заметил, этих бегунов раньше, можно было перехватить их в лесу. Но сейчас уже поздно. Один из них почти достиг дома, где сканирование видело пятерых других зверовоинов. - Что случилось, господин? – Джини встревожилась, видимо почувствовав моё волнение. - Сейчас в деревне поднимется тревога, - сказал я, качнув головой. - Нас заметили? - Ещё нет. Но это вопрос времени. Я тебя сейчас посажу в карету. Увози людей. Я ящеров задержу. Не жди меня и не останавливайся. Твоя задача лишь доставить пленников в город. Я потом тебя догоню. - Поняла, - Джини не стала спорить, а лишь кивнула. Я снова задействовал сканирование. Когда я видел бегущих ящеров, я заметил ещё одну аномалию. На краю деревни, почти на краю доступной зоны, я мельком видел одиноко стоящую фигуру. Метр шестьдесят пять ростом, с длинными волосами. Наверное, ещё одна крестьянка. Непонятно, почему она там одна и неподвижна, и почему была не в церкви, с остальными пленниками. Сейчас сканирование её не находило. Но, надеюсь, если она не дура, то догадается укрыться в лесу и как-нибудь сама доберётся до города. Нам возвращаться за ней уже было слишком поздно. Я переключил внимание на ящеров. Они как раз всей толпой выскочили из дома. Только побежали они не к нам, а устремились туда же, откуда прибыли первые два ящера. Впрочем, нас они не видели. Это я их видел, благодаря сканированию. Но они даже не догадались разбудить ещё кого-нибудь в деревне. «Ну, туп-пые!!» - я усмехнулся и покачал головой. - Джини, всё нормально, - сказал я наёмнице. – Никакой тревоги не будет. Спокойно едем в «Дюринсаль». Было начало четвёртого, когда мы достигли ворот. Мы проехали мимо лагеря врага, и часовые даже смотрели на нашу карету, но ничего не предприняли. Казалось, им глубоко на нас наплевать, пока мы к их лагерю не приближаемся. В итоге, мы постучали в ворота города. Охрана нас узнала и пропустила внутрь. Карета покатилась по тёмным, спящим улицам, мимо редких фонарей и тёмных окон, в направлении мрачной громады замка. Честно говоря, я так устал, что у меня глаза начали слипаться. Безумно хотелось спать. «Ладно», – подумал я про себя, зевая. – «Я же лорд. Завтра буду спать до обеда». Мы въехали во двор, и к нам подбежала охрана. Пленники начали выгружаться из кареты. Я распорядился, чтобы всех крестьян накормили и до утра разместили где-нибудь под крышей, на сене. Кроме того я потребовал, чтобы каждому дали чем укрыться. Охранник кивнул и грубо вытащил из толпы Анни. - Эту куда? В темницу? – спросил он. «Надо же», - я удивился. – «А солдаты её запомнили. Но лисица действительно редкая порода. И, наверное, не каждый день у них тут вражеских шпионов ловят. Так что не удивительно». - Я с ней ещё не закончил, - я покачал головой. – Заберу с собой наверх. Охранник кивнул и отпустил девушку. А она, тотчас, поспешно отошла за меня, буквально спрятавшись мне за спину. Я лишь вздохнул, подхватил Джини и повёл девушек в свои покои. - Это правда, ваш замок, сир? – восхищённо спросила наемница, озирая массивные стены. - Да, - признаться, я испытал мимолётное чувство гордости. – Ты разве не видела его раньше? - Вблизи никогда, - девушка покачала головой. – Подходить к нему не имело смысла. Меня никогда бы не пустили внутрь. Вот уж не думала, что мне доведётся войти сюда. - Чувствуй себя как дома, - я усмехнулся. – Ты член моей команды. Одна из ближайшего окружения лорда. Так что, не стесняйся. - Премного благодарна, сир, - Джини склонила голову. Мы поднялись в холл господских покоев. Лана всё ещё была здесь и, похоже, дремала на диванчике возле камина. При нашем появлении она встала и поклонилась. - С возвращением, господин. - Девочки спят? – спросил я, опуская наёмницу на пол. - Да, - служанка кивнула. – Они очень расстроились тому, что вы удалились, ничего им не сказав. Они ждали вас в вашей спальне, но в итоге уснули и сейчас спят в вашей кровати. Разбудить их? - Нет, конечно, - я поспешно мотнул головой. – Пусть спят. Я переночую в спальне Миналье. Я кивнул на Анни и Джини. - Этим девушкам нужно вымыться и переодеться. Лана, подготовь им, пожалуйста, ванну, а потом положи где-нибудь спать. В дальнюю спальню или на диванчики. Разберитесь тут сами. - Ванна готова, господин, - служанка кивнула. – Я ждала вашего возвращения, и всё время добавляла горячей воды. Вы можете принять её прямо сейчас, а ваши спутницы чуть позже. - Нет, - я вздохнул. – Спасибо за заботу, но сейчас слишком хочется спать. Просто умираю. Я помоюсь утром. Спокойной ночи вам всем. Я вошёл в спальню Миналье, избавился от доспеха и умылся водой из кувшина. За дверью, в ванной, были слышны приглушённые голоса и всплески воды. Я разделся и залез в постель, под мягкое одеяло. «Господи, какое блаженство!» - подумал я, устраиваясь на подушке. – «Наконец-то этот долгий день закончился». Я закрыл глаза и, через мгновение, провалился в ласковые объятия сна, словно упал в тёмную бездну, заполненную мягкой тишиной, как ватой. Не знаю, сколько прошло времени. Может час. Может целая вечность. Но в окружающем меня мраке вдруг начало что-то меняться. Откуда-то из темноты повеяло живым теплом. Тепло обнимало меня, даря чувство неземного наслаждения. Какой приятный аромат. Кажется я в саду полном нежных и благоухающих цветов. Лепестки медленно кружатся в лунном свете. Надо мной склоняется листва. Я лежу в глубине уютных зарослей каких-то неведомых цветущих растений, словно у кого-то незримого на тёплых ладонях. Лениво колышутся волокна тумана, обволакивая меня облаками из сахарной ваты. Кругом всё дышит миром и покоем. Я тону в этом сне, растворяясь в нём, как кусочек рафинада в чашке какао. Время течёт мимо меня, медленное и вязкое, словно желе. Нет нужды беспокоиться о нём. Минуты, часы, годы. Всё не важно. Нет ничего, о чём стоило бы жалеть и волноваться. По моему лицу скользит тихое дыхание девушки, что спит рядом. Её рука у меня на плече, а её голова лежит на моей руке. Её носик упирается мне в щёку. Какие у неё мягкие и тёплые ушки. Их так приятно касаться. Эту гладкую, шелковистую шёрстку хочется гладить целую вечность… Я открыл глаза. В комнате мягкий полумрак. Масляный светильник всё также теплится в углу, бросая на стены дрожащие отсветы. Прямо напротив моего лица, лицо Анни. Её ресницы опущены. Дыхание мерное и безмятежное. Губы чуть разомкнуты и на них влажный блеск. Как же приятно она пахнет. Наверное, это какие-то ароматические масла. Или же она просто так пахнет после ванны, благодаря каким-то экзотическим моющим средствам. Сложно сказать что-то определённое. Но этот аромат опьяняет и кружит голову. Я невольно прикрыл глаза и вдохнул чудесного запаха полную грудь. «Может феромоны?!» - вдруг подумал я и усмехнулся. – «Это же на половину лисица. Что она вообще делает в моей кровати? Если кто-нибудь её здесь увидит, проблем не оберёшься». Насколько я могу судить, никакой одежды на ней нет. Её тело плотно прижато ко мне, и я чувствую и живот, и бёдра, и мягкую грудь. Кожа упругая и гладкая, как шёлк. Девушка очень тёплая. Почти горячая. От прикосновения к ней кружится голова, а нервы дрожат, как натянутые струны. «Так! Спокойно! Держи себя в руках», - я опять набрал полную грудь воздуха, и медленно выдохнул его через нос, стараясь совладать с искушением, и пытаясь унять собственное сердцебиение. «Конечно, единственное, что мне сейчас хочется, это сжать её в объятиях, перевернуть на спину и прижаться губами к её мягким и тёплым губам. Тем более, что раз она здесь и без одежды, то, очевидно, не будет против такого развития событий. Но, во-первых, дверь в комнату не заперта. Она сюда смогла войти, значит, смогут и все остальные. Не хотелось бы, чтобы кто-то застал нас в самый ответственный момент». Я мысленно усмехнулся. «Как же сильно я хотел спать, что даже не почувствовал, как она забралась ко мне под одеяло, обняла меня и положила свою голову мне на руку. Даже подумать не мог, что она способна на такое. Прежде она казалась мне трусишкой. Впрочем, в её положении, у неё, наверное, другого выбора просто нет. Её казнь официально не отменена, а только отсрочена. Кол всё ещё ждёт её на площади и только от меня зависит, окажется она на нём или нет. Сейчас её жизнь напрямую зависит от моего к ней расположения. Она это понимает и делает всё возможное, чтобы остаться в живых. Больше ей тут всё равно не на кого рассчитывать. А собственная гордость ей, вряд ли, хоть чуточку важнее жизни. Она же дочь крестьянки. Гордость для неё - это качество, присущее принцам и принцессам из книжки со сказками». Я вздохнул. «И для меня это вторая и очень веская причина не пользоваться сейчас её слабостью. Ведь ею движут не чувства ко мне, а просто страх. Я уважать себя не смогу, если сейчас что-то с ней сделаю. Я же не конченый урод, чтобы пользоваться чьим-то безвыходным положением для удовлетворения своих прихотей. Я не для этого пытался её спасти». Не удержавшись, я легонько погладил пальцем по гладкому меху на ушке Анни. Девушка чуть шевельнула ухом и издала тихий, урчащий звук, напоминающий мурлыканье у кошки. Кажется, на мгновение на её губах появилась улыбка. Но она не проснулась. Ритм дыхания никак не изменился. «А кроме того - это наполовину лисица», - думал я, разглядывая её ресницы. – «Если я поддамся искушению и дам волю своим желаниям, у меня очень скоро будут детишки с хвостиками и мохнатыми ушками на голове, прямо как у неё. Это конечно очень мило, но этот мир невероятно жесток ко всем полулюдям, и даже милота их не спасёт. Эти дети никогда не будут здесь счастливы. А я не смогу оберегать их от зла всю жизнь. Да и проживут они совсем не долго. Впрочем, как и сама Анни. Мне ещё пятидесяти не будет, когда она уже уйдёт, оставив меня одного». Почему-то я почувствовал какую-то боль в душе и по-другому взглянул на девушку рядом. Тихо сопит у меня под боком. Прошлая ночь её тоже сильно измотала. Сейчас спит, как убитая. Даже слюнка стекает на подушку. Невысокая, довольно худая, красивая и милая девочка с ушками и лисьим хвостом. Абсолютно одинокая, беспомощная и беззащитная. Судьба оказалась к ней несправедливо жестока. Но разве она хоть чем-то заслужила такой судьбы? «Не человек», - я невольно вздохнул. – «Это как приговор на всю жизнь. Его никак не изменить». В комнате по-прежнему полумрак, но в окне уже обозначился слабый отсвет рассвета. Нужно было будить эту полу лису и выгонять её прочь, пока никто не заметил, что мы провели ночь вместе. Но я упускал минуту за минутой, вдыхая её аромат и глядя на неё, безмятежно спящую у меня под боком. Её шея давила мне на руку, но я не решался пошевелиться. В моей ладони лежало её тёплое и мягкое ухо. «Почему она такая горячая? У неё температура тела выше, чем у людей? Я слышал, что у собак средняя температура тела 38 градусов. Сколько должна быть у лисы, понятия не имею». Я усмехнулся. «Хочу потрогать её хвост. Интересно, как он вырастает у неё из спины. Тело у неё человека, а хвост это, вероятно, продолжение копчика. Но где на нём начинается шерсть?» Осторожно и плавно двигая рукой, чтобы не разбудить девушку, я отпустил пушистое ухо и ладонью коснулся её спины. Но до хвоста я не достал. Под пальцы попалась лишь впадинка, вдоль её позвоночника, на пояснице. «Господи, какое потрясающее ощущение от прикосновения к её коже». Я почувствовал, как сердце вновь застучало в висках. «Так. Надо срочно от неё отстраниться, пока кое-что не продавило в ней лишнюю дырку, непредусмотренную природой». В этот момент Анни чуть заелозила в моих руках и, приоткрыв глаза, посмотрела на меня сонным взглядом. Я всего секунду смог наблюдать, как меняет размеры её зрачок, изменяясь от узкой, вертикальной щели до почти полного круга. - Господин, вы проснулись? – улыбнулась она, чуть обнажив ровные зубки. - Ты почему у меня в постели? – я нахмурился. - А? – взгляд девушки выразил недоумение, и она секунду смотрела на меня, словно пыталась осмыслить происходящее. - Я не понимаю. Вы сердитесь, господин? - Не помню, чтобы я разрешал тебе сюда забираться. - Простите меня, - в глазах Анни появился страх. – Вы сказали страже, что со мной не закончили. Я думала, вы хотите, чтобы я опять была в вашей спальне в одной простыне, чтобы вы могли продолжить то, что не закончили. - Серьёзно? – мне стало смешно. – И ты не боишься продолжения. - Немного боюсь, - девушка пожала плечами. – Но сейчас уже не так. Кажется, она немного покраснела. - Было очень страшно, пока я вас не увидела, - продолжала Анни. - Я думала вы гигант. Когда я сидела в спальне на полу, в простыне, я с ужасом думала о том, что со мной будет, если вы, правда, захотите овладеть мной. Вы, в доспехах, были просто невероятного размера. Я боялась, что умру в вашей постели. Но когда я зашла сюда, после ванны, я увидела что вы обычный человек. Я так обрадовалась. Словно камень с души упал. До этого момента я вообще не понимала, что вы такое. Ведь не бывает таких людей. Если честно, я вас жутко боялась. А вы такой… Девушка замялась, видимо не найдя с ходу определения, которое могло бы меня описать. - Вы были так прекрасны, как герой из книжки со сказками. Моё сердечко забилось. Но уже не от страха. Я словно растаяла. Казалось, меня озаряет свет. Хотелось плакать и улыбаться одновременно. Я дышать не могла. Но вы крепко спали. Чтобы не разбудить вас, я тихонечко легла рядом, подумав, что если вы хотите что-то сделать со мной, то сделаете это, когда проснётесь. Я не думала, что вас это разозлит. Простите меня. Я не хотела доставлять вам неприятностей. На глаза Анни навернулись слёзы. - Так! Успокойся, - напугался я. «Не хватало только, чтобы она сейчас разрыдалась в моей постели». - Вы накажете меня? - Нет, - я качнул головой. – На самом деле, мне приятно было тебя увидеть сразу после пробуждения. Так что я ни капельки не злюсь. Только никогда больше так не делай. Хоть немного считайся с моим мнением тоже. - Я считаюсь, - Анни тряхнула головой. – Вы мой господин. Я сделаю всё, что пожелаете. - Да, да, - я отмахнулся и выбрался из кровати. - Вы сказали страже, что забираете меня, - продолжала девушка, сев в кровати. – Я посчитала, что теперь принадлежу вам. - Ты же не вещь, чтобы кому-то принадлежать, - я покачал головой и, взяв кувшин, наспех умылся. - Ну да, - Анни смутилась. – Мне, конечно, не хотелось бы, чтобы вы считали меня вещью. Но пожалуйста, не выгоняйте меня. Без вас я снова окажусь в руках злых людей… Девушка секунду помолчала, глядя как я растираю полотенцем лицо. - Можно узнать? Что вы решили с моей казнью, господин? – спросила она тихо, с какой-то даже дрожью в голосе. - Не бойся, - я улыбнулся. – Никакого наказания для тебя не будет. Я обещаю, что тебя не тронут. - Люди, вынесшие мне приговор, наверное, очень влиятельные в этом городе, - Анни с сомнением покачала головой. – Они не будут рады тому, что вы решили не считаться с их мнением. - Не думай об этом, - я отмахнулся и начал одеваться. – Это не твои, а мои проблемы. - Господин… Анни начала выбираться из кровати. Наверное, тоже решила встать на колени в знак благодарности. - Стоять! – поспешно скомандовал я. Девушка вздрогнула и посмотрела на меня недоумённо. - Оставайся в кровати до тех пор, пока тебе не принесут одежду. - Да, господин, - Анни поспешно укрылась одеялом. Я удовлетворённо кивнул. - Из комнаты не выходи. До завтрака отдыхай. Позже ещё поговорим. - Я поняла. - Хорошо. Я вышел из комнаты в холл. Огонь в камине давно погас. Там лишь светились угли, освещая помещение тусклым, красным светом. На каминной полке дрожал огонёк в одиноком масляном светильнике. Возле камина всё ещё дремала Лана, а на соседнем диванчике спала Джини. При моём появлении обе открыли глаза. Было видно, что глаза служанки наполнились искренним изумлением. Без доспехов она меня ещё не видела и сейчас совершенно не понимала, кто я такой и откуда здесь взялся. Но моё лицо ей было известно. Ведь шлем я снимал. Лана, наконец, узнала меня. И теперь изумление в её глазах сменилось таким же искренним недоумением. Впрочем, вопросов о том, что случилось с моим ростом, она задать не осмелилась. - Господин, вы проснулись, - служанка встала и поклонилась. – Доброе утро. Ванна ещё не готова. Я не ожидала, что вы встанете так скоро. - Доброе утро, господин, - Джина села на диванчике и тоже склонила голову. Она-то меня без доспехов уже видела. Так что удивляться не стала. Мы даже губами прикасались друг к другу, когда я ей искусственное дыхание делал. До сих пор помню вкус её губ. - Я, пожалуй, ещё посплю, - сказал я служанке и зевнул, прикрывая рот ладонью. – Ванну подготовь к семи утра. - Слушаюсь, - Лана кивнула. Я взглянул на Джини. - Ты почему здесь спишь, а не в дальней спальне? - Простите, господин, - кажется, наёмница смутилась. – В этом замке слишком мягкие кровати. Моё тело к такому не привыкло. Никак не удавалось уснуть. - Понятно, - я усмехнулся и повернулся к служанке. – Лана, подскажи. Где здесь туалет? - В конце того коридора, справа от винтовой лестницы. Вас проводить? - Нет, спасибо, - я качнул головой. – Сам дойду. Лучше принеси одежду девушке полу лисе. Думаю, её платье, и бельё уже высохло. - Будет сделано, - служанка кивнула. - Можно мне пойти с вами? – спросила вдруг Джини. «Чего?!» - я так удивился, что невольно вздрогнул. – «Со мной в туалет пойдёшь, что ли? Я понимаю, конечно, что ты парнем притворяешься. Но не стоит так вживаться в роль. Я же знаю уже, что ты девушка. А хотя ладно. Поступай, как хочешь». Я махнул рукой. - Пошли. Джини вскочила с диванчика, и мы вошли в коридор. - Я должна вам кое-что сказать, господин, - приглушённо сказала наемница, как только холл остался позади, и Лана не могла слышать наш разговор. - Да? – я насторожился. - С этим замком что-то не так, - говоря это, Джини смущённо опустила взгляд. – Я не смогла спать в той спальне не потому, что кровать мягкая. Просто спать там очень страшно. - Что?! – я удивлённо вскинул брови. – Почему? - Там в тишине слышны какие-то звуки. То шёпот, то плач. Какие-то стоны. Иногда, кажется, что кто-то ходит в темноте. Я думала, что сойду с ума. - Вот так раз, - я покачал головой. – Я думал, ты ничего не боишься. - Простите, сир, - Джини смутилась ещё больше. – Я не боюсь того, что смогу победить своим мечом. Но с призраками мне не справиться. Я их до смерти боюсь. - Понятно, - я вздохнул. – Ладно. С этим я что-нибудь придумаю. Ты мне лучше скажи, как Анни в моей спальне оказалась? - А разве не вы сами распорядились привести её к вам после ванны? – наёмница посмотрела на меня изумлённым взглядом. - Разумеется, нет, - я усмехнулся. – С чего ты вообще это взяла? - Она солгала?! – Джини нахмурилась и схватилась за рукоять меча. - Нет, - я покачал головой. – Она просто всё не правильно поняла. А ты, в следующий раз, обязательно убедись, говорил ли я в действительности то, что мне приписывают другие люди. - Простите, господин, - наёмница виновато склонила голову. – Я не ожидала, что она осмелится нас провести. Она казалась мне чрезвычайно трусливой. «Ну, она же лиса, а не зайчонок», - подумал я про себя и усмехнулся. – «А жить захочешь, наверное, и не на такое осмелишься. Ведь её ситуация отчаянная». - Как твоя нога? – спросил я Джини. - Немного болит, - девушка качнула головой. – Но я даже не ожидала, что смогу ходить уже через несколько часов после такого ранения. Мне не выразить словами всей своей признательности, сир. - Ерунда, - я отмахнулся. – Это ты прости меня, что я тебя там оставил и подверг опасности. На самом деле ты мне очень дорога и я не знаю, что бы делал, если бы мы тебя потеряли. - Я дорога вам? – Джини взглянула на меня странным взглядом. - Конечно, - я уверенно кивнул. «Ты ещё должна научить меня искусству фехтования», - подумал я про себя и усмехнулся. Мы дошли до туалета. - Иди первой, - сказал я. – Я тебя подожду.