оld friend
13 июля 2024 г., 22:07
Примечания:
Будем благодарны за комментарии и реакции))) Спасибо что дошли аж 18 части!)))
***
Прошло две луны с тех пор как Бейлиша заперли в подземелье Астапора, тесмотеты и притан, который управлял городом, попросту не знали что делать с пленным. Впрочем, они с трудом налаживали жизнь Залива, а на судьбу иностранца в темнице времени у них не было.
Петиру пришлось несладко. И это мягко сказано…
Его одежда, за полгода путешествия, стерлась до дыр, воду на своей кожи он не ощущал столь же давно. Из еды ему давали варёный рис и мидии, посменно с толчеными бананами и устрицами, к слову, ни то ни то он никогда в своей жизни не ел. Так что рацион можно было назвать экзотическим. С камерой ему помогла сама удача, в ней было сыро, а это бонус для пустыни, и даже было отверстие которое позволяло попасть нескольким лучам солнца внутрь.
Узнать Мизинца уже скорее стало невозможной затеей. Волосы доставали до плеч, как и борода. Когда то мраморная кожа стала медной, скорее даже грязно медной.
***
— Тебе придётся сделать умный вид и поехать с Деймосом. — Обратилась Персефона к новоиспеченному архонту. — Как вернёшься мы отправимся в Марахай, хочу перенести беременность там.
— В чем заключается моя работа там? Что я должен делать? Ты дала мне титул и должность даже не объяснив, что с ними делать. — Смеялся Джейме, он крутил в руке печатку архонта-басилевса.
— Делай так-же, как и вся наша не одна сотня булевт: оденься в золото, ходи с важным лицом, периодически задавай вопросы слугам, тесмотетам и пританам. Говори громко, нагоняй на них страх, ссылайся на меня в своих речах. — Корчила гримасу женщина.
— Почему мне нельзя было остаться рыцарем? — Закатал глаза Ланнистер и схватил свою любимую на руки.
— Джейме! Поставь меня! Что ты себе позволяешь? — Хохотала заигрывая Персефона. — Потому что наследие, которое будет рыться в императорских папирусах, задастся вопросом: «Почему император Гефест выбрал какого то охранника покоев для… Кхм-кхм… Осеменения своей супруги?». Конечно, с этими бумажками мы делаем все абсолютно законно и как положено, но… Это все все равно странно.
— Осеменения. Мне определённо нравится это слово. — Сощурил глаза Джейме и поцеловал женщину в шею.
— Ну поставь меня! Я вообще-то беременна! Сейчас закружится голова и мне опять стоять на коленях, вниз головой! — Персефона стала бить мужчину по спине.
— Хорошо. Как прикажите госпожа. — Протяжно ответил Ланнистер, закатил глаза и нехотя поставил любимую на землю. — Я исполню ваше поручение: в роли комиссара исследовать и проверить продвижение работы над возрождением Астапора, Юнкая и Миэрина.
— Проведи время с Деймосом, поговори с ним. Ему не хватает брата… И отца. — Грустно сказала госпожа. — Я тебе говорила про проблему брачных союзов? Или хотя-бы гарема… Мне трудно говорить об этом с сыновьями, не хочу неловкостей.
— Что я могу сделать? Не отправлю же к нему наложниц. — Изогнул Джейме.
— Или отправишь. — Косо посмотрела Персефона. — Просто поговори с ним о том, что обсуждают мужчины в свободной беседе. А как найдёте общий язык, сделай одолжение Империи и мне, что род будет продолжен.
Женщина думала не сколько о императорской семье, сколько о крови дракона. В её руках был целый драконий остров, семь взрослых драконов, шесть всадников, но всего один чистокровный Таргариен. Конечно, дети Деймоса не будут обладать чистой кровью, для этого нужна драконья супруга. Но в остальных сыновьях Персефоны нет крови, в них — синий ихор. А её основной задачей было сохранение валирийской традиции.
Она и её покойный муж, после того как узнали что их дети обладают ихором, поставили себе за цель — родить девочку. Быть точнее эту цель, безусловно, поставил Арес. Девочка стала б женой будущего императора, и роду богов суждено было стать нескончаемым.
Дочь умерла. Для живого Ареса её рождение стало бы главной победой. Но он забрал её с собой. А вместе с тем надежду на бесконечный божественный род. Такое положение может подорвать абсолютную власть их семьи и вернуть времена трех императоров.
— Ты и без того справляешься с этой задачей. — Ехидно улыбнулся мужчина. — Я бы даже сказал лучше всех.
— Думаешь родить человека это так просто? Я устала, Джейме! — Внезапно закричала Персефона. — Надеюсь, ты зачал мне девочку, иначе… Даже не хочу думать, как решать наши проблемы *иначе*.
— Прости. Я не знаю как буду вновь смотреть на твои страдания. — Он взял женщину за плечи и поцеловал в затылок, — только не говори, что моя дочь будет спать с её братьями, старшими на пятнадцать лет.
— Арес был старше меня на двадцать четыре года, а ты на двенадцать лет… Это цинично думать так о своем ребёнке, я знаю. Но… Так нужно. Если не сохранить чистоту крови и плоти — сила убудет из нас. Меня этому учили с детства и это же говорил Арес. Вообщем, Мойры всегда шутят надо мной и нет уверенности, что во мне не *снова мальчик*.
***
— Астрид, я уже не могу. — Съежился от холода Фобос, он сидел в лодке и считал сколько пальцев на ногах он чувствовал. — Разве этим должен заниматься конунг?
— Моя птичка, дело в том, что ты конунг Иббена, но не иббениец! Тебе нужно стать им, чтобы править этим народом. — Девушка махала пальцем перед носом своего суженого. Она называла его птичкой не только ссылаясь на герб И-ти ну и потому что кроме дракона он был привязан к своему ворону, причем настолько, что создал свой герб с изображением чёрной птицы. Это было правильным решением, в его положении почти узурпатора власти, хоть и получил он её совершенно традиционным для иббенийцев способом.
Фобос можно сказать стал отцом нового рода, с новым гербом и новой властью.
На новых драккарах развивался флаг молодого правителя: желтый фон — признак его богатства, и черный ворон — признак мудрости, долгого века жизни.
— Здесь говорят, если отморозил пальцы их следует отрубить, иначе — потеряешь всю ногу. Но, моя королева, я почти отморозил более необходимое место. Поверь, я достаточно узнал о искусстве ловли рыбы. Давай погребем назад или на папирусе останется история о драконьем всаднике — евнухе. — Жалобно взвыл Фобос.
— Хлюпик! — Цокнула девушка и начала крутить колесо, чтобы сеть вернулась в лодку.
— Я пятнадцать лет жил под жгучим солнцем! А тут круглый год по воде льдины плавают… — Фобос подскочил с места и стал помогать возлюбленной. — Пусть Афина дарует тебе терпение. Ты знаешь, я стараюсь стать иббенийцем как могу.
— Не осуждаю тебя, правда. — Тепло сказала девушка.
— Знаешь, меня с самого первого дня здесь, волновал всего один вопрос: «Почему ты ни разу не попыталась убить меня и забрать трон?» Ты — принцесса Иббена с рождения, дочка конунга, у тебя все полномочия!
— Ты собираешься обсудить это посреди холодного океана? — Засмеялась Астрид. Доля неловкого молчания. — Да, я наследница трона Иббена, была ею. Меня уважают и даже бояться. Отец заставил их всех дрожать передо мною. Он обучил меня: владеть мечом, терпеть иглы на своей коже, управлять людьми, ловить рыбу, защищаться и защищать. Мне не исполнилось и шести когда меня повели к готу чтобы оставить на моем теле символы власти. Первые мои татуировки сделали на лице, именно они демонстрируют мой статус наследницы… Вообщем, да, я вполне могла тебя убить, или твоего брата еще раньше. Но я хочу для своих людей лучшего, а ты и Фессал — это пути к развитию. У тебя есть знания, которых нет у меня. Ты можешь сделать Иббен сильнее, у тебя есть дракон, золото и знания. Я уважаю это, Фобос. И из-за этого же привязалась к тебе. Иббенийцам нужен ты, человек который сможет сменить наши деревянные хижины на каменные дома, построить великие города и привезти сюда… Как это называют? — *Науку*.
— Ты меня смущаешь, Астрид. — Слегка засмеялся Фобос. — Я люблю тебя. До тебя, для меня это чувство по отношению к женщине было незнакомым. Все казалось слишком доступным. Великий князь у себя на родине может получить что и кого угодно… Но ты совсем не похожа на итийских девушек, начиная с того что с первого же дня ты избивала меня что есть сил… — Хохотал конунг. — Я готов обрушить для тебя весь Свет… Ты станешь моей женой и вернешь титул королевы Иббена? — Неожиданно отсек Фобос.
— Я тебя тоже люблю. Ты показал мне новый мир. — Астрид взяла Фобоса ладонями за щетину на лице. — Ещё рано, не время. Но это не отказ, а предложение повременить. — Она погладила его по голове и говорила со всей не свойственной ей мягкостью.
— Как пожелаешь. — Спокойно ответил мужчина и поцеловал руки девушки.
***
— Вы могли долететь на драконе и уже быть в Астапоре, мой князь. — Джейме сравнялся с Деймосом, они были верхом на лошадях в самом пекле пустыни.
— Этим коням нужна дорога, без неё они разнесут конюшню. — Четыре коня Ареса были своенравны и непокорны, они принимали только детей своего покойного хозяина и его жену, Деймос исключением не стал. Вороной Конаб шел гордо подняв голову возя на себе князя, он был таким же верным, как и его дракон.
Странники были укутаны белыми тканями которые раздувал горячий ветер. Подобно их женщинам, они закрыли все свое тело, оставив открытыми лишь глаза.
Песок способен оставлять раны.
Ужас лишь слегка облегчал дорогу когда на мгновение закрывал солнце над головами всадников.
— Вы разделяете тяжелый путь вместе со своими подданными. Это достойно уважения. — Продолжил льстить архонт.
***
— Мой господин, жизнь в этом городе зацвела! Люди накормлены, напоены, сироты устроены в воспитательные дома. Кузницы ставятся не так быстро, как хотелось бы, дорога из Коринфа остается тяжелой для перевозки металла. — Буле показывал молодому князю все свои зубы, он был похож на собаку, что прыгала вокруг своего
хозяина. — Вам стоит отдохнуть. Мы подготовим паланкин к утру и покажем весь город. Надеюсь и молюсь богам, что наша работа вас удовлетворит. — Мужчина без конца кланялся Деймосу.
— Я, также как и вы, пылаю надеждой увидеть чистые и спокойные улицы Астапора. — Устало улыбнулся князь, похлопал буле по плечу и направился в сторону своих покоев.
Сзади драконьего всадника шел Джейме, на мгновение он остановился возле буле.
— Покои князя приготовлены прилежно? — Шепотом обратился архонт.
— Все как полагается для молодого князя. Все как вы велели. — Лыбился мужчина и поклонившись показал рукой направление к покоям.
— Пошли со мной, Джейме. Выпьем вина. — Обернулся Деймос. — Нам нужно решить все вопросы в городах как можно быстрее, я обещал брату навестить его весной. Раз тебе дали этот титул, ты должен облегчить мою работу… Есть идеи? — Деймос обернулся и ошарашенно посмотрел внутрь открывшейся перед ним двери. Там стоял с десяток танцующих, голых женщин, резко заиграла знакомая итийская музыка и все взгляды были направлены на великого князя.
Джейме не растерявшись подтолкнул парня вперёд.
— Не стесняйтесь, мой князь. Проходите. — Ухмылялся Ланнистер.
— Насколько я помню приказ был сделать людей свободными. — Возмущенно сказал Деймос. — И отдельной графой шел текст про закрытие публичных домов… Это работа твоего брата?
— Нет-нет, мой господин. Эти девушки итийки из благородных родов. Мы выполнили все указания касаемо Залива работорговли… — Джейме растерянно протянул князю кубок с вином. — В связи с печальными событиями последних лет вы не успели привыкнуть к такому порядку жизни итийского великого князя. И вам стоит наверстать упущенное… Я оставлю вас. — Архонт поклонился и словно испарился из покоев князя.
Деймос сел посреди комнаты и не мог отогнать от себя напряжение, ему хотелось сбежать, стены стали давить на него, а музыка сбивала с мыслей. Он не мог уйти, булевты не поняли б такого поступка. Как бы это не было смехотворно находиться посреди голых женщин и впоследствии обзавестись наследниками было его долгом перед империей. Долгом который он откладывал слишком долго, по итийским меркам — лет с двенадцати. Но Деймос был уверен что все еще не готов к этому.
Он был напуган.
Причиной этого наверняка стало его виденье семьи. Князьям лет в семь педагоги рассказывают об женитьбе, о священности соития с женщиной, о гареме и вообщем о всех тонкостях близости между людьми вплоть до двухтысячелистной Камасутры третьего императора И-ти в войну Ареса. Только вот в жизни ничего из рассказанного он с братьями не видел. Их отец не имел гарема, они не видели ни одну подозрительную женщину рядом с ним. Во дворце никогда не было обнаженных женщин и столкнуться с ними впервые пришлось в Вольных городах, где вельможи таскали за собой жену и, в лучшем случае, три наложницы. Хотя это не удивило детей. Наверное причиной все-таки была итийская одежда. По меркам И-ти: голая, соблазняющая женщина это та, которая абсолютно обнажёна, не имеющая на себе ни одного куска ткани. А вот обычная одежда как женщин так и мужчин позволяла видеть то, что в Вестеросе бы осудили. Кроме того высокопоставленные лица одевались легче чем рабочие. Булевты летом носили хитоны, в то время как кузнецы жарились в кожаных мундирах. Обычные женщины у себя в домах носили также хитоны, а вот жены самых главных лиц империи носили шифоновые платья, невероятно дорогая ткань.
Так вот начиная с шифона великие князья и знакомы с женскими телами достаточно долго, и крепко, ведь в их поле зрения были жены аристократов, ну и сама Персефона.
Мама оставила яркое пятно в памяти Деймоса, когда он впервые увидел что такое роды, точнее он просто уже был в том возрасте, когда смог их запомнить. Она лежала обнаженной в луже крови, погубленная известием о смерти мужа. Деймос дрожал, но был рядом, он чувствовал как из его матери уходит жизнь и пытался прорваться ближе, а его все не подпускали к ней. Потом он выдохнет от новости что она выдержала, а потом снова сожмется узнав что его сестра родилась мертвой.
Его пугала женская роль. Он продолжал быть мальчиком, который видит свою мать как образ женщины которая вынуждена выполнять долг в последствии которого истекать кровью.
Евнухи все подливали князю вино, а девушки исполняли уже третий танец. Деймос пробежался глазами по их лицам, ждал какого либо знака или чувства «это она». Но его все не было. Картина выглядела максимально нелепой. Князь вспомнил, как они всей семьей посещали театр, между сценами молодые актеры демонстрировали интермедии, порой очень несуразные юмористические сценки, и чувства вполне напоминали Деймосу те, что он испытывал терпя окончание тех театральных этюдов.
Ему не оставалось ничего кроме как показать пальцем в сторону черноволосой желтолицой девицы, и то, это случилось после вопроса евнуха.
Удовольствие наступило когда все кроме той девушки, покинули покои. Наслаждение тишиной и запахом свечей оборвавшееся голосом девушки.
— Что я могу для Вас сделать, мой господин? — Тихо и протяжно спросила наложница.
Деймос стоял к ней спиной, закатил глаза, взялся за голову, понял что назад дороги нет, иначе Тирион своими руками поможет сделать все что он должен. «Где это желание её отыметь?» — спросил у себя князь, ведь ровным счетом ничего кроме сна он не желал.
— Как тебя зовут? — Обернулся мужчина.
— Ю Мин, мой князь. — Поклонилась девушка.
— Значит ты из владений Первого императора до правления Ареса. Наверняка из какой то бывшей династии? — Деймос похлопал по софе, чтобы девушка присела.
— Я дочь династии Сун, много столетий назад потерявшей трон.
— Поэтому ты и жива. Подданных Первому императору осталось слишком мало, но именно жёлтые люди оказались настолько выносливыми, что построили наши самые крепкие дворцы. Говорят, Пять Твердынь оберегают империю больше четырёх тысяч лет от тайн Серой Пустоши… Ты знаешь что нибудь о прошлом, Ю Мин? Чего боялись твои предки, возводя великие Пять Твердынь? — Князь взял в свою руку прядь черных, как сажа, волос и загадочно всматривался в до сих пор необычное для него лицо девушки.
— За стенами Пяти Твердынь царит вечная зима в которой живут демоны и оборотни, людоеды и люди-ящеры. Их бояться даже мантикоры… Чудовища которые были собраны в Эриде все свое существование бежали как можно дальше от тех земель. Мой дедушка объяснял это легендой. Но её содержание не приветствуется в наши дни.
— Как это *не приветствуется*? — Улыбнулся Деймос и лег пока девушка сидела рядом.
— Эти слова можно расслышать как предательство Вашей династии и веры в Олимп.
— Рассказывай, я никому не скажу. И это меня не заденет. — Шепотом сказал мужчина. — Не бойся.
— Больше восьми тысяч лет назад мир накрыла Долгая Ночь, это время вековой зимы и тьмы. Иные или как их ещё называют Белые ходоки стремились покорить людей и тогда бы наступил Конец времен. В конце концов их смог одолеть лишь один мужчина --- Ин Тар или Азор Ахай, у него много имен. С помощью меча Светозарный он покорил Иных. Наступила весна. Но это не означало что весь мир избавился от них навсегда. Иные, вместе с демонами, шрайками и прочими чудовищами смогли выжить там, откуда не уходит зима. И она вернётся. Жрецы Асшая говорят, что мир вновь спасет Азор Ахай, он возродиться.
— И в чем заключалось предательство моей семьи? — Захохотал Деймос.
— В нашей религии не было Ин Тара, мир спасли верховные боги. А Долгая Ночь была начата Аидом. Все чудовища — это его создания, которыми он пытается покорить мир. И он попытается снова, но одолеет его Ваша семья… Пока люди отчаянно молятся Олимпийским богам, зима не наступит вновь. Жизнь Вашей семьи это уверенность в безопасности И-ти. — Ю Мин говорила медленно и интересно, она оказалась лучшим рассказчиком в сравнении с танцовщицей.
— Ты не похожа на наложницу для утех. Ты слишком образована для такой участи. — Деймос привстал с софы. — Можешь идти. — Он не успел договорить и кинуть девушке накидку, как она его перебила.
— Стать наложницей великого князя и продолжить его род — честь для каждой подданной империи. — Уверенно сказала девушка.
— Точно этого хочешь? Я не стану насиловать тебя. — Деймос посмотрел ей прямо в глаза, надеясь что она заберет его вину за невыполненное обязательство этой ночью.
Но девушка кивнула.
— Я не сделаю тебе больно. — Тихо сказал мужчина и потянул Ю Мин на себя в момент вспоминая страницы камасутры, которую заставляли изучать педагоги.
Все прошло как в тумане, хотя скорее так и было, горевшие свечи и благовония покрыли комнату густым дымом.
Ю Мин словно была готова к этому моменту с первых регул. Благородные рода империи специально оставляли молодых девушек чтобы отдать их под распоряжение императорской семьи. Она делала все строго по сводке правил, которых также пытался придерживаться Деймос. Молодым людям из аристократических семей сложно даже делить постель.
Правил было достаточно, их рассказывали с раннего возраста. Одними из основных были: не сношаться в позах животных и днем, заниматься сексом с партнершей, снявшей с себя всю одежду.
Нужно было прикрыть хотя бы грудь — полностью раздевались только падшие женщины и проститутки. Заниматься сексом не в темноте. Наготу любимой женщины можно было увидеть только в том случае, если луна случайно заглянет в окно.
Хотя самые высшие аристократы эти правила нарушали.
Деймос не отпустил девушку сбежать с первыми лучами солнца, как твердит порядок. Он погладил её по спине, накрыл простыней и приказал спать столько, сколько будет нужно, а сам поднялся чтобы подготовиться к объезду города.
Его чувства были странными. Он явно не ощутил внезапной любви к девушке. Но и удовольствие он все же получил. Это безусловно было омерзительно приятно, приятно до тошноты и отвращения. Не понятно каким был князь, набожным, брезгливым или ожидающим той самой любви всей своей жизни, а может он еще не пришел к тому, что девушки ему не нравятся вовсе и он подобен Ифиту… Да, Деймос долго об этом думал пока пил утренний кофе. Возможно он был слишком молод и неопытен для таких вопросов к самому себе. Он сравнил этот секс с чувством что он вроде бы поел, а ощущение сытости не получил. Хотя ел он достаточно долго и упорно.
Во всяком случае об случившемся конечно уже знал весь дворец и это заставило его зашевелиться с утра пораньше. Теперь для подданных ключевой задачей стало обустройство личного гарема князя, в нем должны быть порядки и иерархия. Для итийцев собрать гарем для их господина — святое занятие, приносящее радость. Команду дала императрица, по её словам: если князь примет у себя одну из тех девушек на ночь то следует собрать гарем, который всегда будет при нем.
Вообщем, не гласно, девушки были готовы уже очень давно, ещё по приказу Ареса. Ожидали только желания самих князей, которое оттягивало только война и пережитое горе.
***
— Начнём с главного — мастерских и кузней. — Велел Деймос булевтам и архонту сев на Конаба.
Город можно было назвать большим, улицы были прилежно убраны, люди шли по назначению и не сбивали с пути. Бывшие рабы кланялись уже не хозяину, а правителю свободных людей.
Знойная жара все никак не давала покоя, но дефицит пресной воды благо исчез. Её с трудом, но довезли огромными бочками.
— И не скажешь что недавно здесь все горело. — Обратился Джейме к князю, они ехали на одном уровне, а за ними достаточно отдаленно ехало ещё 6 булевт и слуги.
— Это было моей непростительной ошибкой. — Мрачно посмотрел в глаза Джейме князь. — В том огне были дети.
— И враги убившие вашего отца.
— Не без помощи его же сына… Правящие семьи безрассудны не так ли? Мы не видим границ своей власти, их попросту нет. Это безумие в конце-концов приведёт к погибели в огне своих грехов. — В один выдох сказал Деймос, смотря в все такое же белое, безоблачное небо.
— Вы мудры и благородны, мой князь.
— Благородные не жгут людей, Джейме. Они защищают их. — Вновь упрекнул Деймос. — Может эти люди уже и успели забыть как я кричал *дракарис* на спине огромного дракона в их сторону, но мне же мимо своих грехов не пройти. И пока я их буду помнить — останусь человеком, а если забуду — то закончу также как Фессал.
— Вы гложите самого себя. Если Вас это успокоит, то Ваш отец — Арес в войну за свержение трех императоров убил по меньшей мере миллион человек. Это была битва невероятных масштабов, мой князь. Даже дотракийцы выглядели более мирно нежели итийцы в те годы. Арес принёс жертву, но отдал людям в несколько раз больше чем забрал у них.
Пока Ланнистер говорил про бога войны Ареса, Деймос думал о своем настоящем отце, который сжёг Степи и дотракийцев с лица земли. По приказу Ареса, но жег то он…
— Мы достигли своих целей. Время строить оборону и позволить людям забыть что такое война.
— Стоит отдохнуть и вашей семье… Как вам вчерашний вечер? Буле к нему долго готовились. — Хитро сощурил глаза Джейме.
— Весьма неожиданное представление. — Безэмоционально ответил князь. — Но в следующий раз спрашивайте меня или хотя бы предупреждайте.
***
Обход города проходил успешно, Деймос был доволен увиденным. Все шло по плану и это не могло не радовать.
Его растрогали дети в приюте для сирот, он не мог себя простить, что какая то часть из них потеряла родителей из-за него. Но за этими детьми ухаживали, их кормили, учили, приглядывали за ними. Конечно их будущее не будет безоблачным. Часть из них, которые уже успели стать евнухами из-за их бывших господ отправят прислуживать в гаремах, самых выносливых и сильных отправят на вечную службу в армию. По крайней мере там им будут платить и не будут избивать.
Буле сильно волновала судьба женщин из домов где учат пути семи вздохов и шестнадцати поз удовольствия. Те девушки были хорошо обучены и здоровы, поэтому булевты хотели чтобы их распределили между их гаремами. Но Великий князь огорчался от таких вопросов своих высокостатусных слуг, это показывало их незаинтересованность в благополучии города, а желание отобрать себе в карманы лучшее что в нем было.
— В темницах, мой князь, все ещё находятся старые пленные, которые оказались там до падения господ. — Начал говорить один из булевт, идя по дороге в подземелье.
— Нужно найти хотя-бы какие-то записи с тем кто они, почему сидят там, за что. В крайнем случае отыскать стражников, что там служили. — Ответил Деймос, он шёл с поднятой головой покрытой черным тюрбаном, его руки были сомкнуты сзади, на пояснице, вероятно, от боли в спине. — Джейме, осмотри темницу. Я подойду к тебе, как посмотрю есть ли папирусы в комнате стражников.
***
Ланнистер взял факел и отправился вглубь огромного подземелья, внутри него конечно была куча охраны, но место не стало от этого более вызывающим чувство спокойствия.
Он заглядывал в решётку каждой из закрытых темниц, всякая из них была особенной своим заключенным. На удивление в них сидели вовсе не похожие на местных жители. Большинство походило на пиратов, длинные косы, татуировки, грозный вид. Они агрессивно прижимались к решеткам своих камер и выкрикивали всевозможные проклятия в сторону архонта. Кто то бился головой об стену, кто то облизывал прутья, а кто то — самоудовлетворялся.
Джейме был очень брезгливым человеком, он привык находиться в окружении роскоши и богатства, даже будучи рыцарем он чуял запах гниющей плоти всего пару раз, куда чаще его ноздри пробивал аромат благовоний и духов Персефоны. Поэтому в подземелье Ланнистер шел так быстро, что его одеяния и волосы развевались на ветру.
— Мы поступим с ними так, как Вы прикажите, господин. — Склонил голову буле в сторону выходящего из подземелья архонта.
— Обращайтесь с ними так, как и обращались. Возможно у князя будет другое мнение, но он будет говорить с Её Величеством и решение примет она. Указа ждать луны две. — Гордо говорил архон блистая золотыми волосами, длинной гривой на обеденном солнце.
— Со следующей темницей, я думаю нужно разобраться одномоментно. Пройдемте, господин.
— Есть ещё одна?
— Эта была обычной, следующая предназначалась и есть местом для особо опасных заключённых, носящим название — зиндан. — Не прекращал склонять голову буле. — Прошу, господин. Великий князь нас догонит, Вы должны осмотреть первым.
***
Ланнистер шел с особым интересом увидеть что то более отвратительное, чем он успел узреть до. Его неожиданно остановили рукой.
Опомнившись под своими ногами Джейме увидел решетку.
— Непривычное сооружение не правда-ли? — Усмехнулся буле. — Темницы в зиндане представляют из себя каменные ямы, как крышкой закрытые решеткой. Заключенных опускают туда с помощью верёвки, в лучшем случае, они спускаются на две пертики вглубь породы. Там жарко, потому что солнце светит сверху прямо на голову, там нет ни одной двери и каких либо подземных ходов
Это просто яма. Кормят их кидая еду через прутья, а поят просто лья воду сверху.
— И кто же заключён в этих ямах? — Изогнул бровь Джейме смотря в ноги.
— Всего два человека. Первый сидел здесь до войны, вроде как убил одного из господ, поднял много шума. Его не убили лишь чтобы наблюдать за его мучениями от сюда. Одичал, выпустить его уже небезопасно. Второго сюда недавно перевели с обычной темницы. Не буду скрывать что он клеветал в сторону императрицы, просил встречи с ней. Помешанный не более. Поймали его также недавно, в Степях. Ехал на повозке набитой провиантом, назвался неким Лордом из Вестероса. Честно говоря, он достал даже меня. Терпеть его бредни было стражникам невмоготу.
— Лордом из Вестероса говоришь? — Архон прочистил горло и потерял все краски с лица. — Покажите где он вкопан.
Господина отвели к нужной решётке. Он вначале опустился на колени, а после лёг на землю, чем удивил окружающую его свиту. Засунув голову в решетку так, чтобы было возможно увидеть хоть что нибудь он опешил. Солнца было достаточно чтобы увидеть темницу изнутри: в круглой яме оперевшись об стену сидел измученный мужчина, он поднял голову и только эти хитрые, но мудрые глаза возможно было узнать из тысячи.
Бейлиш не обладал хорошим зрением и солнечные лучи резали его глаза после двух лун в полной тьме. Он все никак не мог привыкнуть к новой обстановке.
— Бейлиш? — Крикнул Джейме через прутья. Уверенности в том что это он не было, но что-то знакомое в этих седых волосах и затейливом лице присутствовало.
— Петир Бейлиш если быть точным. — Мизинец уже думал что говорит с самим богом, поэтому ответил быстро и иронично.
— Достаньте его! Живо! И принесите воды. — Закричал не своим голосом Ланнистер.
Джейме до дрожи испугался того, что Бейлиш пробрался в запретную для любого человека из Семи Королевств обитель. Бейлиш который знает и без того слишком много, и является неназванным десницей Деймона Таргариена. Но вместе с тем, он испугался Персефоны, которая если узнает об этом проникновении будет рвать и метать, ещё хуже если узнает как обращались с Петиром в темнице, а ещё намного хуже — если она узнает правду о последних событиях на родине, о смерти отца в частности, что он же скрыл от неё.
«Она носит его ребёнка, это катастрофа.»
— Поместите его в самую прохладную камеру обычной темницы. Дайте нормальной еды и предложите облиться водой. Сделайте ему приемлемые условия для жизни. — Сказал Джейме булевтам и они вмиг разбежались выполнять указ. Возможно они испугались того, что без императорского указа заперли иностранца в такие условия.
***
Бейлиш совсем не понял как очутился в бочке, точнее как кто-то запихнул его туда, а после эта бочка стала подниматься вверх. Последние дни Петир ощущал как жизнь уходит из его тела, он устал и сдался.
Прямо в бочке его перенесли в другую темницу и оставили в слегка прохладной, сырой камере. Ему занесли огромную миску каши и кусок мяса, не самого лучшего, с большим количеством костей, но мяса. Также поставили небольшое корытце с водой и тряпку. Мизинец сразу побежал мочить ткань и отбирать свое худощавое тело водой. Он продолжал быть в неведении, что с ним происходит и к чему его готовят.
Окно в этот раз выходило на теневую сторону сооружения, было темно и сыро, местами можно было отыскать плесень. Для этого уголка мира плесень была в радость.
Через некоторое время в темницу зашёл Джейме Ланнистер и приказ отворить двери камеры Бейлиша. Он зашёл внутрь звеня своими золотыми доспехами.
— Петир Бейлиш? Владелец борделя в Браавосе, сбежавший туда от своей жены и Семи Королевств. — Размеренно и заносчиво говорил архонт подходя к пленному.
— Джейме Ланнистер, не так давно виделись ни так ли? — Захохотал слегка Петир, сощурив свои отражающие коварство глаза. — Вот заскочил к вам на пирамиды посмотреть — и все, повязали!
— Пирамиды говоришь… Кажется мой брат предупреждал вас, о нашем отношении к иностранцами, о политике, о порядках. — Весьма театрально говорил архонт держа руку на мече в ножницах.
— Да, я знаю многое. А об отношениях рассказывать не тебе, Джейме. Ты сам то из Семи Королевств бежал и стал одним из первых людей этой страны. Интересно как тебе с братом это удалось? Хм… — Бейлиш поддержал вызов к умственной баталии с Ланнистером. Он встал с пола. И продолжая гримасничать заговорил не столь сдержанно. — Арес любил нанимать нужных ему людей, в основном чужеземцев, давать им задания и вознаграждать. Верно? — Верно! Сколько его наёмников топталось по Вольным городам? От посетителей борделей до первых лиц! Я был очень глуп! Я… Как у вас говорят? Идиот! Имея столько подсказок я не собрал все вместе и не нашёл ответ вовремя! Опоздал на 18 лет! Ровно столько лет прошло с того момента, как в Королевской Гавани впервые появился подозрительный торговец из Эссоса. И я впервые увидел золотую итийскую монету которую он оставил у меня в борделе. Знаешь, я привык брать в руки каждую монету что заработал своим трудом, от медной до итийской золотой. И это должно было озарить меня! В льняном мешочке между 9 нашими монетами оказалась 1 совершенно незнакомая мне. А я видел все, что карбуют в Вестеросе и все, что ходят в Вольных городах. Ты думаешь меня это не удивило? Ох не…
— Ты соше… — Только хотел перебить Джейме, как голос Бейлиша стал в несколько раз громче и он начал махать пальцем перед его носом.
— Нет! Я взял эту удивительно прекрасную монету! Пошёл в свою библиотеку. А она у меня, не люблю хвастать, достойная! Поднял её вверх дном и перелистал все книги, про все известные для Вестероса страны и их эмблемы — ничего не нашёл! Почему? Потому что отмечая на карте страны, я заметил, что книги про Золотую империю И-ти — нет! Я идиот! «Почему?» — спросишь меня ты. А я отвечу: «Слушай дальше!»… Ох я помню то рвение молодой девушки увидеть мир, узнать все больше и больше нового. В моих помыслы по отношению к ней не было ничего грязного. Как только меня попросила Леди Тирелл дать девушке знания которые всеми силами пытались от неё скрывать — я был настроен на выполнение просьбы Королевы шипов, чем на помощь девице. Но как только я увидел этот бушующий огонь и огромную силу в женском теле, я стал её верным соратником. Она назвала меня другом.
— Петир, если ты скучаешь по своей любовнице, то наверняка она совсем в другой стороне мира. — Устало выдохнул Джейме.
— Тшш! — Злобно зашипел Мизинец и резко продолжил. — Я помню как именно ту единственную книгу вложил в разодранную септонскую рукопись и отдал её в руки девушки. Спустя время мы были готовы пировать по случаю объединения двух самым сильных людей что видел. Они были одним целым. Это был не Джейхейрис и Алисанна, не Эйгон и Висенья. Они были зарождением чего то ещё более величественного. И этот союз был сломлен в одну ночь! Это стало началом конца и подвергло за собой крушение всей страны. Разлука двух человек привела к гибели королевства!.. Вернемся к тому моменту с монетой. Прошло наверное с полгода как мы сожгли принцессу из соломы. Я знал тайные коридоры, покои покойницы и её тайники в них. Может по мне и не скажешь, но я достаточно ранимый чтобы расплакаться зайдя в комнату где жил твой умерший друг. Мне хватило сил чтобы разобрать тайник в полу и найти свёрток с книгами. Ах да… Не стоит удивляться что я спокойно зашёл ночью в покои принцессы Красного замка… С книги я убедился в том что монета итийская. Слезы не дали мне удивиться этому. Я быстро вернулся в Браавос, ведь переехал туда прямо с момента потери друга. А теперь ближе к делу!
— Да ну, неужели. — Уже почти заснув от выступления простонал Ланнистер.
Деймос направлялся по коридорам темницы, он обошёл пленных два раза и так и не столкнулся с архонтом. Благо ему подсказали чем он занят и где он. Князю стало очень любопытно, о неком пленном лорде из Вестероса гудела вся стража. К тому же его насторожили слова о том что того лорда достал из зиндана Джейме, приказал резко улучшить его условия обитания, да и времени с пропажи архонта прошло достаточно. Поэтому Деймос приказал страже у входа не кричать: «Дорогу. Господин Залива работорговли великий князь Деймос.», он подобрался к единственной освещенной камере и по-детски спрятался оперевшись спиной об смежную стену.
— Как принцесса оседлавшая дракона раньше всех из её рода — в семь лет. Обученная самим Деймоном Таргариеном. Его ненаглядная жена, которую он берег также как это делал его же дракон Караксес. Могла не долететь на драконе на соседний остров? Её ни задела ни одна стрела выпущенная Хайтауэром потому что она была отменной всадницей. Как она могла не вернуться очутившись на Эссосе если имела взрослого дракона и замечательно знала карту мира? Джейме Ланнистер я спрашиваю у вас! Как у удивительно быстро растущего в должности в империи И-ти, родившегося в Утесе Кастерли. Ох ваша семья всегда любила золото и власть, но никогда не имела силы и чести! Императора явно осенила идея найти себе жену по статусу. А Ланнистеры у него под носом предложили получить и жену, и дракона одновременно. С драконом первые двенадцать лет не получилось, Сиракс вы не смогли поймать. Но за такую жену получили огромное вознаграждение! Это был заговор с Отто Хайтауэром? Или удачное совпадение для кражи наследницы престола? Как вы посмели украсть отраду королевства и будущую королеву драконов? Рейнира Таргариен должна сидеть на Железном троне уже как пару лет! Визерис не созывал лордов присягнуть Эйгону! Она до сих пор является наследницей! Ох если я доживу и расскажу об этом Деймону. Он сожжет здесь все, уж поверьте! Рейнира никогда бы не предала свой род и настоящего мужа! Вы держите её здесь в неведении! Но Арес мертв! Вам больше некого бояться! Поэтому лучшим что ты можешь сделать, чтобы замолить свои грехи будет как можно скорее донести Рейнире, что Таргариены обречены на погибель если она не сядет на Железный трон! Я прекрасно знаю что Арес использовал её, принудил родить четырёх сыновей! Но они же её ключ от сюда! Наследник этого трона у неё есть, она мать короля Иббена! Джейме послушай, твои предки правили Утесом Кастерли, ты из дома Ланнистеров! Твой дом сейчас на стороне бастарда Эйгона, но если ты поможешь вернуть королеву в Вестерос, то наверняка получишь от неё дворец твоего отца и наследие. Кроме того, я защищу тебя перед Деймоном Таргариеном!
— Я абсолютно не понял ничего из того что ты сказал. Петир, я не знаю как с тобой быть. По закону тебя не могут убить, только по решению императрицы. Но ты говоришь клевету в сторону нашей власти и бога Ареса.
— Ох, Джейме Ланнистер! Ланнистер! Пытаетесь врать без лжи! Я видел Рейниру в Браавосе в последний ваш приезд туда, я видел её лицо вживую и на картине. Она обещала мне брошь десницы, когда сядет на Железный трон. Вряд ли она захочет моей смерти сейчас. Ты не сможешь скрывать того что я здесь, а она захочет меня увидеть, желательно целым и невредимым. — Петир подошёл прямо к лицу архонта, стал говорить медленнее и тише.
— У меня достаточно полномочий чтобы этого не случилось. — Ланнистер достал свой меч из ножниц и под звук металла в камеру вошёл грозный Деймос. — Если хочешь знать напоследок — ни я не мой брат не причастны к попаданию Персефоны в И-ти восемнадцать лет назад! И даже Арес не содействовал этому! Её нашли в плену у дотракийцев и спасли. А дальше она по своей воле согласилась выйти замуж за императора! — Прикрикивая говорил архонт надвигаясь на отходящего все назад к стене Бейлиша.
— Что здесь происходит, Джейме? Кто этот человек? — Вмиг остановил все движения вокруг своим голосом Деймос. Он услышал достаточно разговоров, чтобы захотеть спасти знающего о его настоящем происхождении мужчину.
— Князь, это всего лишь сошедший с ума на пальцем солнце иноземец. Он создаёт много проблем и распространяет клевету. — Напугано обернулся на господина Ланнистер.
Деймос закрыл дверь камеры.
— Слушай сюда Джейме. Во-первых надо прикрывать хотя-бы дверь, здесь все знают валирийский. Во-вторых иностранцев убивать мы не имеем право до решения императрицы. В третьих… — Деймос перешёл на совсем тихий голос, такой, чтобы слышно было лишь троим. — Этот мужчина знает почти всю приблизительную правду и это скандал международного масштаба. Ведь, как не поверни Арес в любом случае маму украл, даже если она была согласна на это.
— Поэтому, мой князь, от него стоит избавиться.
— Ты близок с моей матерью, вернее сказать очень близок. Она не просит тебе скрытого про смерть её отца и про удержание в заложниках её старого друга.
— Вы ему верите? Как вы можете? Только посмотрите на него.
— Джейме, не будь глупцом. Не пытайся лгать мне. Я знаю о чем он говорит. — Деймос внимательно посмотрел в глаза Петира. — Я разберусь с ним, а ты можешь быть свободен и не пытайся спрятать его или убить. Его выслушает Персефона. Другого выбора нет. Он ничем не отличается от Ифита в этом случае. — Сказал князь архонту достаточно грубо.
— Деймос, если он расскажет твоей матери о последних событиях в Вестеросе… Ты помнишь что было когда она узнала о смерти Ареса? Она носит ребёнка и ей страшно. — Джейме подошёл к князю в упор и спокойно, почти шепотом произнес слова обеспокоенно глядя в пурпуровые глаза.
— Что именно ей неизвестно? — Изогнул шею князь.
— Со смерти Ареса она не получала никаких вестей.
— То есть она не знает о смерти своего отца, узурпации её трона и начале гражданской войны? — Саркастично ответил валириец.
— Ты готов к похоронам ещё одного ребёнка? — Вопрошающе опустил голову Ланнистер. — Твоя мама не заслуживает ещё одной смерти и крови.
Бейлиш конечно внимательно подслушивал пылкий разговор двух мужчин.
— Его нельзя здесь держать. Посмотри на него. Ему нужен лекарь… — Мужчина вновь посмотрел на пленного. — Поставим ему условие ничего не говорить о последних происшествиях. Пускай поговорит с ней. Думаю, он может быть полезным в будущем.
— Убить было бы проще. — Изогнул бровь Джейме. — Под вашу ответственность, князь. — Мужчина похлопал Деймоса по плечу и оборачиваясь вышел из камеры.
Как только вышел златогривый, Петир кругом обошёл князя и улыбаясь заговорил:
— Если так будет нужно, я скрою тайну о Семи Королевствах на некоторый срок. Я лишь хочу служить королеве которой присягнул много лет назад.
— Что тобою движет? Откуда такая привязанность к моей матери и судьбе Вестероса? — Сощурил глаза князь и заставил мужчину прижаться к стене.
— Я родился Лордом своего дома. Женился на Леди Орлиного гнезда, хранительнице Долины. Так что я никогда не гнался за имуществом, да и заработок с моих заведений всегда был внушительным. Но знаете, юный принц, у каждого человека есть талант. Мой же талант — быть правой рукой правителей. Я был правой рукой твоей матери, а после Деймона Таргариена. Если я потеряю её или его — Вестерос потеряет спасение от Долгой ночи. Моя цель избежать её и стать десницей лучшего из правителей королевства. Проблема теперь в том, Деймос, что я получил надежду на достижение моей цели, ведь Рейнира жива. А когда я вижу, что моя цель реальна, меня не остановит даже дракон, потому что я пересмешник. Маленькая крылатая птичка — самое защищённое от дракона существо.
— Вы похожи на человека, которого могла бы принять подле себя моя мать. — Усмехнулся князь.
— А вы похожи на неё, как две капли воды. — Мизинец отошел от стены в центр камеры. — Только вот сущность в вас от отца — Деймона Таргариена. Чудо что вы остались живы.
— Откуда… — Деймос не успел возмутиться как его подавил Петир.
— Я присутствовал с вашими родителями когда они узнали что ждут ребёнка. Вы подходите по возрасту, абсолютный валириец и я помню почему наследниками И-ти стало только три сына, без вас и ребёнка от другой женщины — в вас течёт кровь. К тому же вы говорите о своей матери с таким же трепетом как и ваш отец. Деймон уже почти двадцать лет оплакивает свою жену и неродившегося ребёнка у Узкого моря. Это причина почему он до сих пор не занял трон, в нем более нет былого огня и он не видит будущего. Деймон знает что с этой раной он не сможет захватить Красный замок. Но только узнай он о том, что Рейнира жива… Он вспыхнет и вернет трон, который принадлежит его жене, ему и тебе.
— Если бы Деймон Таргариен был так силен как в рассказах о нем, его жена не попала б в плен к дотракийцам, а после в рабство к итийцам. У него был дракон и карта мира. Мира который не так уж велик. — Чувствуя обиду на настоящего отца сказал Деймос.
— Я могу понять ваши чувства, принц. Мир с вашего рождения находится в ваших руках, благодаря жертве принесенной ради вас матерью. Вы можете контролировать континент, у вас есть огромное войско, огромный дракон, который ещё остаётся для меня неразгаданной тайной, и молодой огонь в вашем сердце. — Бейлиш говорил тепло, по-отцовски тепло и мудро, — Сядьте, юный дракон, сядьте. Это надо слушать спокойно.
Деймос прислушался к мизинцу и сел рядом с ним на тюк сена.
— Деймон Таргариен гложет ваше сердце одним своим именем, это ему всегда было присуще. Вы вините его в том, что он не спас вашу маму. Но чтобы понять почему ему это не удалось, я должен поведать вам жизнь Деймона Таргариена с самого начала. Ваша мама рассказывала о его детстве, о юности, о том каким он был дядей для вашей маленькой мамы или же о том как между ними вспыхнула страсть, о том как он украл её с её свадьбы с Лейнором Веларионом, как прошла их свадьба, как они создали Черный совет и кто им присягнул в верности?
Деймос опешил. Сквозь бурю внутренних эмоций он ответил:
— Она только назвала его имя, показала шрам на своей ладони и сказала, что они любили друг друга. Я дополнил её воспоминаниями как мы были в Пентосе и он попал с нами на охоту. Я все ещё помню его, достаточно детально. Всего два дня и я их иногда вспоминаю. А после меня накрывает ещё одна волна гнева на него, ведь в те дни, она была совсем рядом с ним, он мог узнать её. Я хочу знать всё о своей семье, о Таргариенах, но матушка молчит, говорит что мне нельзя смотреть в ту сторону. Я должен думать о империи и своих братьях.
— Узнать девушку которую не видел двенадцать лет сквозь пятислойный наряд с покрытой головой и закрытым лицом? Он не мог сопоставить ту женщину которую увидел с его Рейнирой. Даже не подумал, что она могла украсть Сиракс… Твою маму невероятно сильно и надёжно держал при себе Арес. Он мог отпустить её, вернуть домой.
— Не мог. Он был уверен что я его сын. И поставил ультиматум: либо она выходит за него замуж и живёт со своим сыном, либо она рожает меня, оставляет меня ему и отправляется домой.
— Я не знал… Послушай о своем настоящем отце, мой долг показать его лицо тебе. Наперед скажу, что он вовсе не мудрый человек с чистым сердцем, но он истинный дракон, пожирающий все на своём пути ради семьи. А семья для него это главное. Своей семьёй после смерти твоей бабушки, матери твоей мамы, он стал считать только Рейниру. Визерис пал для него когда позволил мейстерам убить твою бабушку, распоров ей живот ради наследника. Твой отец стал Порочным принцом не из-за скучной и лёгкой жизни… Его матерью была самая свободная из всех принцесс — Алисса. Первая всадница Мелеис, красной королевы. Эта женщина с самого своего рождения поднимала на уши весь Драконий Камень и Красный замок. Она была непокорна и упряма, прямо как твой отец. Своих сыновей Алисса брала в драконьи полеты с возраста девяти дней, привязывая их к себе к груди. Алисса была огромным кострищем, но умерла после третий родов, а за ней ушёл и родившийся третий сын. Деймон был совсем маленьким когда она ушла в мир меда, но он помнил её разные глаза, один фиолетовый, а другой зелёный, русые волосы и потрепанный вид, будто она не вылазила с турнирного боя, на самом деле с драконьего седла и кровати мужа. Её образ стал для твоего отца святым, ему не хватало матери и чтобы найти любовь, тепло, и внимание в юношестве он стал посещать бордели, а после — запил. Но на его силу это не повлияло, скорее это раздувало его внутренний огонь. До шестнадцати лет Деймон Таргариен стал главной занозой своей тогда ещё огромной семьи, он избивал стражников, пропадал месяцами, спал со всеми подряд и выпивал полугодичный запас вина Красного замка. И это все стало сходить на нет до шестнадцати лет твоей матери, символично не правда ли? А сходило на нет это тоже благодаря Рейнире. Когда родилась она Деймон Таргариен стал появляться в кругу семьи. Все невероятно боялись что он навредит младенцу, после годовалому и трехлетнему ребенку, а к пяти годам её отправляли к дяде саму, ведь она слишком сильно влияла на него в лучшую сторону. Деймон не смотря на ту порочность на самом деле владел валирийским лучше всех в семье, также как и управлял драконом. И именно он вырастил твою мать. Никакие учителя или фрейлины, да и её родители не вложили в её воспитание столько, сколько сделал Деймон. Все вокруг учили Рейниру быть принцессой, будущей матерью и молиться Семерым, а вот твой отец обучил её валирийскому, в десять лет она уже говорила на нем не задумываясь, ездить на лошади как мужчина, в семь лет он помог ей оседлать Сиракс. Деймон водил её по библиотеке Драконьего Камня куда они летали наперегонки, там же помогал узнать все о Старой Валирии. Когда умерла мама Рейниры его згнали, он назвал родившегося Бейлона наследником на один день, ведь тот умер вслед за матерью. Но это были слова не в сторону младенца, они были сказаны Визерису, человеку который разрешил убить свою жену ради сына. Визерису тогда был необходим сын, чтобы не дать Деймону сесть на трон. После он признал свои грехи и сделал наследницей твою маму. Я был за это решение. Мы познакомились благодаря Леди Тирелл, тогда Рейнире нужна была поддержка, она лишилась не только матери, но и любимого дяди. Я увидел невероятно образованную девушку, пылающую огнём и стал проносить ей книги запрещённые Септой, чтобы сделать её сильнее и подготовленней к трону больше чем Визерис. Конечно она нашла отдушину в виде Маргери Тирелл, эта любовь была страстнее чем некоторая между мужчиной и женщиной.
— Стоп. Ещё раз, я не успеваю. — Деймос подумал, что не успел понять последнее предложение.
— Ох. Я не знаю распространена ли в И-ти любовь между двумя женщинами. Если вам будет понятнее то Маргери была фавориткой вашей матери. Это была настоящая страсть, я то разбираюсь. Деймон пару раз чуть не убил её, когда она приехала на Драконий Камень после его свадьбы с Рейнирой.
— Моя мама? Какой это год, я запутался, Деймон был в изгнании после смерти бабушки и тут вдруг свадьба.
— Эймма умерла когда вашей маме было почти двенадцать лет, тогда же в её жизни пропал Деймон и появилась Маргери. Тиреллы были настроены серьёзно поддержать новую наследницу трона. А ваши родители поженились когда Рейнире было семнадцать лет.
Деймос сложно проглотил комок в горле в виде своей двенадцатилетней матери целующейся, в лучшем случае, с Маргери Тирелл.
— Продолжайте. — Кивнул князь.
— Когда Деймона изгнали он словно вновь потерял свою мать. Рейнира все свои двенадцать лет была для него единственным близким человеком который даёт ему тогда ещё детскую ласку и любовь. К тому же он поставил цель вырастить из неё дракона себе под стать. Деймон Таргариен всегда был помешан на идее вернуть Таргариенам не славу Эйгона Завоевателя, а самой Валирии. И вот его ссылают, он теряет свою любимую племянницу, которая успокаивала и убаюкивала этого мятежного дракона. Какое то время он вернулся к борделям, а после улетел на войну на Ступенях где пробыл четыре года. Снося головы он пытался заглушить то чувство, что ему не хватает семьи. Признаться, когда он вернулся в замке стало очень весело и увлекательно. Твоего отца за победу назвали Королем Узкого моря, но выигранную корону от отдал брату, за что тот разрешил ему остаться дома. К шестнадцати его Рейнира расцвела, она заставляла оглядываться на себя любого мужчину и никому не давала надежд. Её огонь палыхал, как огонь Алиссы и Деймона, в том возрасте она сносила все на своем пути. Их чувства загорелись совершенно иными, два взрослых дракона не могли найти угла в огромном замке чтобы уединиться. Благо я показал Рейнире потайные ходы замка. Помню, что она за бушующим ураганом таила болезнь, за четыре года она хоть и стала женщиной, но бесконечно мучилась в горячке и бывало днями не вставала с кровати. Когда Деймон вернулся он захотел снести голову брату как только узнал об этом. Это заставило его действовать быстрее. Рейнира была для него самым ценным человеком в мире и единственным сородичем. Ещё сильнее подогнало его то, что Визерис внезапно назначил свадьбу дочери с Лейнором Веларионом, хотя это было по их же вине. Твоя тётя Рейнис Таргариен — мама Лейнора, также не желала этой свадьбы и помогла Деймону спланировать кражу невесты прямо с под алтаря. Они устроили резанину. Принц схватил свою принцессу и увез на драконе в Драконий Камень. Там они и поженились по валирийским, традициям. Им уже было все равно оставит ли Визерис наследие Рейнире, им нужны были только они вдвоём. Прямо в течении следующих дней супруги создали первый Совет Черных, они прекрасно понимали что их ждёт война за наследие, которое хотят Хайтауэры то есть Зелёные. Твоим родителям присягнул я, моя жена Леди Орлиного гнезда — Джейн Аррен, Дом Тирелл, Рейнис Таргариен, которая вскоре убедила мужа Корлиса Велариона. Ох какими же сильными твои родители были в те дни, они строили планы и находили цели. А их главной целью был не Железный трон, а возрождение наследия Валирии то есть их семьи. Деймон занялся здоровьем и безопасностью твоей матери. Вскоре мы узнали о её беременности и чудом стало то, что Сиракс отложила три драконьих яйца… Но в одну ночь силами Отто Хайтауэра на остров была направлена королевская гвардия с целью вернуть принцессу в Красный замок по приказу короля, а на самом деле убить её по приказу Хайтауэра. Деймон справился с рыцарями в одиночку, но чтобы обезопасить жену отправил её в Дрифтмарк, на соседний остров. В ту ночь поднялся сильный шторм, но принца и принцессу он ни капли не насторожил, они были уверенны в её навыках драконьей наездницы. До Дрифтмарка на драконе можно долететь в течении нескольких свечей, но Рейнира не появилась там и к утру. Твой отец облетел Узкое море десяток раз, как и восточный берег Вестероса и западный берег Эссоса. Прошли луны но никто её не нашёл. Первой сдалась Корона и устроила похороны на Драконьем Камне, они сожгли соломенное тело, правда похоронили плоть Маргери Тирелл, которая от любви к твоей матери бросилась с обрыва прямо на глазах у Деймона. Он не верил в смерть Рейниры первые лет восемь. Да, он женился вновь чтобы получить в союзники Корлиса, но этот брак признаться был совершенно несчастным. Всю свою супружескую жизнь Лейна наблюдала как её муж седмицами искал покойную супругу в Эссосе, его главной надеждой была вернувшееся Сиракс, которая не позволяла юным Таргариенам подойти к себе, берегла верность принцессе. У него родились две дочери, но такой любви и заботы от него как маленькая Рейнира они не получили. Он чувствовал свое предательство Рейниры в лице Лейны и его дочерей. Возможно, если бы они были сыновьями, он не был бы так жесток к ним. Какую то роль сыграла кровь Веларионов. Огонь и вода совершенно разные стихии. К десятому году Деймон не смог искать дальше. Его душа стала полна ненависти, боли и отчуждения. Пропажа Сиракс и трех яиц поставила точку в судьбе Деймона, он превратился в Мейгора Жестокого и потерял все свои силы, а вскоре и вторую жену с неродившемся ребёнком… Я попытался доказать ему, что нашёл Рейниру в Браавосе и что она все эти годы была женой Ареса, но он не поверил мне. Судьба свела их на один раз пять лет назад в Пентосе, вероятно, для него будет большим потрясением узнать об этом. Если бы он знал кто такой Арес и как он связан с Рейнирой, я думаю, вместе с дотракийцами он бы сжёг и императора И-ти. Деймон не терпит когда у него отбирают *его*: маму, трон, жену, сына… — Бейлиш говорил спокойно, иногда печально вздыхая, иногда смеясь.
— Спасибо. Для меня ценно то, что вы рассказали. — Деймос встал, он не чувствовал земли под ногами, было тяжело.
— Думаю, Рейнира не рассказывала вам этого лишь потому что сама испытывала страшную боль от воспоминаний.
— Я не виню свою мать. Все что есть в этой части мира, прямо сейчас держится и существует лишь благодаря ей. Но, меня разрывает изнутри чувство, что эта вся итийская власть как камень на её спине. Она говорит что нам с ней стоит стать итийцами и беречь эту страну, но я вижу в её глазах лишь боль и усталость. Думаю, где-то в душе она рвётся домой. Может быть я не прав.
— Отведите меня к ней и когда она будет готова я предложу ей вернуть Железный трон. В её руках достаточно средств для этого.
— Хотите чтобы я разрешил вам подтолкнуть мою мать к войне между континентами? Чтобы она вновь встряла в войну но в этот раз с драконами тех, кто правит королевствами сейчас?
— Вы точно сын своего отца. — Петир улыбнулся. — Поверьте, если она вернётся в Вестерос чтобы заполучить трон, то не вступит битву, мы этого не допустим. Будет достаточно лишь одного её появления чтобы ваш отец загорелся былым пламенем и завоевал для неё трон.
— У неё есть я и Фобос с драконами куда агрессивнее чем вестеросские. Но поверьте, как бы мы не хотели вернуть её наследие, убедить её воевать будет невозможным. Она не позволит мне и Фобосу начать войну, сколько бы сил мы не имели б… Пойдёмте Петир, я отведу вас в покои. В скором времени вы увидитесь с императрицей. Но, я безумно надеюсь, что вы не станете делать глупостей и будете молчать о последних событиях, пока я не позволю вам поведать о них. Поверьте, это сейчас крайне важно для её здоровья. — Деймос открыл дверь камеры.
— Ох, Деймос. Я должен буду ещё многое вам рассказать о вашей семье и тогда, вы поймете всю важность и священность миссии вернуть наследницу Железного трона, и поставить вашу кровь у власти. Ещё очень многое. — Петир вышел из камеры и они вдвоём направились по коридорам к выходу из темницы. — Я знал что рано или поздно выйду оттуда. — Обернувшись на темницу сказал мизинец князю. — Вера. Мой юный дракон. Только вера даёт силы идти дальше. У меня было время подумать что я захочу увидеть в И-ти. С вашей новой политикой я так и не успел здесь побывать. Вы обязаны рассказывать мне то, что не пишут в книгах о этой стране. А ещё я буду жаждать увидеть ваших братьев, не представляете что для меня будет значить познакомиться с детьми Драконьей королевы и Бога войны.
— Мне как раз был необходим секретарь. Посмотрим, разрешит ли Её Величество занять вам эту должность. — Лыбился на ожившего и словно воскресшего мужчину князь.
— Секретарь? У вас тут много интересных должностей: архонт, князь, булевты, полемарх, ещё и секретарь. Кто это? — Детскими глазами посмотрел почувствовавший свободу Петир.
— Десница но не короля, а принца. Давайте так это называть. — Улыбался молодой мужчина.
— О ну если десница то это точно моя стихия. К тому же вы тоже наследник Железного трона, причем абсолютно законный. Мужчине пробиться к трону гораздо легче.
— Я не собираюсь на что либо претендовать, Петир. Моё дело защищать свою семью, как старшему сыну, да и мужчина я в семье первый.
— Расскажите мне про императора Гефеста. Он похож на своего брата? Их брак с Рейнирой был принудительным?
— Петир, пока вы здесь, называйте мою матушку Персефоной или Её Величеством. Поймите что я рос с женщиной которую звали так, а с Рейнирой я знаком лишь по рассказам… — Грустно, но разумно сказал Деймос. — Этот брак лишь на папирусе и заключен для народа. Они никак не связаны. А Гефест правит лишь в своей кузне, его слово — пыль для Персефоны. Он добрый и всегда был для нас замечательным дядей, но главой семьи ему быть не суждено. Арес просил его оберегать нас. Хотя ты же понимаешь Петир, что человек без дракона не может оберегать все семейство имеющее по ящеру. Его приказы исполняют, однако их размер заканчивается на подаче ужина.
— Я уже боялся, что Персефона была вынуждена выйти замуж по принуждению вновь. Это хорошо что она взяла все в свои руки включая брата покойного мужа. Всегда восхищался этой женщиной. Достаточно того что она сумела выжить и сберечь тебя.
Деймос промолчал, его всегда трогала мысль о том, что все итийские мучения его матушка переживает уже восемнадцатый год только потому что выбрала спасти его жизнь.
***
— Да, Петир, никогда бы не подумал что буду стоять у твоего пустого надгробия. — Деймон Таргариен вдумчиво всматривался в булыжник с вырезанным именем старого можно назвать друга. — Ты ушёл ровно также как и моя жена, и Лейнор — исчезли в глубине Эссоса. Но ты если и умер то по своей же тупости. Или ты сходил с ума все эти годы, но не давал мне замечать этого… Я отдам твою заветную брошь десницы Рейнис, когда заставлю эту старуху взять себя в руки и помочь мне забрать наше по праву. Я уже готов распилить это кресло и поделить с ней пополам, лишь бы на нем сидели не зелёные бастарды… Обещаю что прослеживается за Джейн Аррен, не дам твоей любимой жене орлице ни дня покоя за то что не уберегла маленького пересмешника от этого жестокого мира. — Принц покопаться возле камня, постарался простить возможному покойнику старые обиды, а после и сам раскаялся перед ним. — Прости, Петир. Я должен был остановить тебя, как должен был Лейнора, как не должен был отправлять в Штормовое Предел Бейлу, как должен был держать Рейниру возле себя, даже в момент боя.
Таргариен улетел с земель Бейлишей также незаметно как попал туда, он вернулся на Драконий Камень замок которого был пуст как никогда раньше, в нем гулял только лишь сквозной ветер.
Теперь он один.
Благо Деймон был достаточно самостоятельным человеком чтобы в свои пятьдесят лет суметь зажечь свечи и расстелить себе ложе. Его голова была пуста от мыслей как никогда. В момент он решил бездействовать и ждать захвата Королевской Гавани Старком, а от того, в случае необходимости, будет избавиться куда проще чем воевать одному против Зелёной короны. Но план вернуть Рейнис в свои чёрные ряды все ещё лежал открытой книгой на его столе, проблемой был Корлис, а помощью Рейна. Караксес и Мелеис уже хорошая боевая сила против повстанцев в лице северян, но не против Вхагар.
Хотя сам Криган Старк по слухам и доносам был настроен отдать трон ему, Порочному принцу, но Деймон понимал что его воины и союзники вряд-ли поддержат этот выбор.
Поэтому Деймон заснул как младенец в колыбели ожидая от следующего дня ровным счетом — ничего. Ему нужно было спокойствие, трезвость и одиночество. С пропажей Бейлиша его мир окончательно рухнул.
Он не помнит когда в последний раз спал в этой кровати, в которой неосознанно очутился этой ночью. Уже через несколько сгоревших с концами свечей, которых было от силы штук семь, вмиг Деймон начал ерзаться в постели то-ли не находя удобного положения, то-ли пытаясь понять почему эта кровать стала вызывать у него беспокойные чувства. Свечи едва освещали силуэты предметов и дорогу к двери, а сама кровать была видна лишь наполовину, его успокоила безысходность положения, ведь встать и оторвать третью оставшуюся догорающую свечу было глупо, оставалось только заснуть.
***
— Я доверяю Петиру, Деймон. И ты должен. Без него я бы потеряла себя, сдалась бы. — Рейнира стояла у огражденного утёса на Драконьем Камне и смотрела на парящую драконью пару. Сиракс и Караксес исполняли множество петель в воздухе то опускаясь в воду то взлетая выше облаков.
— Его цели мне непонятны. — Принц сдвинув брови взглянул в лицо жены, которое резко обернулось в его сторону и закатило глаза.
— Он умный человек, он видит дальше горизонта дозволенного. Все, чего он желает — это брошь десницы. И я бы наградила его ею… В меру его разума, Петир понимает, что если на троне будет сидеть Лжетаргариен это приведет к концу всех Семи королевств. Старки беспокоятся об этом больше всех, но сейчас их волную не я, а Стена и так будет вплоть до самой горячей точки войны. — Рейнира пошла вперёд на Деймона заставляя его отходить назад, давая ей пройти. — Ты сделаешь и сбережешь всё, что я у тебя попрошу? — Принцесса прогнув шею яростно посмотрела в глаза мужа.
— Всё. — Завороженно ответил Деймон.
Рейнира взяла лицо мужа в свои ладони когда из её носа стала течь чёрная кровь, она заговорила быстро, её глаза и руки задрожали.
— Сбереги Петира, он ключ к моей силе. Сбереги нашу кровь, моего отца, Сиракс и её кладку… — Глаза Деймона наполнились ужаса и слёз, поток крови хлынул и из неё рта. Последним, что она через силу смогла сказать, было: «Меня *Ты* не сберег.»
Её тело упало на каменную брусчатку и из разбитой головы вылился остаток крови. Он сделал шаг назад оцепенев от страха, глаза смотрели лишь на белое лицо лежащее в красной луже и на впитывающее эту лужу серебряно золотые волосы.
Новая привычка Деймона — сбежать от проблем вспомнилась и в тот момент. Он спустился с утеса по ступеням бежа через пляж к драконьим пещерам, внезапно нахлынули тучи и яркий день сменился на глубокую ночь.
Впереди него стоял силуэт, женщина в ночной рубахе несла что-то на руках или скорее кого-то. При желании свернуть и бежать в другую сторону у Деймона ничего не получилось сделать, он понял, что не может контролировать свои действия. Ноги привели его к окровавленной спине женщины, копна веларионских волос ясно дала понять что это Лейна.
Мужчина обошёл её со спины и попытался посмотреть ей в лицо.
Лейна бездушно посмотрела в его и тут же опустила голово смотря на свои руки. В них лежало растерзанное тело Бейлы.
Деймону только оставалось смотреть на ещё двух близких ему залитых кровью женщин, он попытался притронутся к щеке дочери, но Лейна не позволила ему это сделать подняв свои глаза полные презрения. Она целенаправленно шла к горе, которая одномоментно ожила. Это была Вхагар. Женщина подошла к своему дракону и уперлась в тело Луньей Плясуньи, она стала перед ним на колени:
«Дракарис!» — закричал изможденный женский голос, он повторил это ещё несколько раз пока Вхагар не извергла свое пламя на всех стоящих перед ней. Деймон горел вместе с ними, со своей не сбереженной кровью. Огонь в котором горело тело жены, дочери, молодого дракона и его самого — исчез.
Глаза принца резало паляще с горы солнце. Деймон проснулся сидя, держа голову прямо в направлении далекого окна, располагающегося высоко у потолка.
Он подорвался с кровати с таким же шоком, как проснулся, ведь понял, что спал в их с Рейнирой комнате. Такое ощущение что в ней все лежало также как в последнюю ночь с принцессой. Тоже постельное и те же кубки, такое ощущение, что свечи которые он спалил этой ночью стояли нетронутыми все эти годы. На столе лежал женский гребень и подаренное им колье из валирийской стали. Он считал эти предметы более интимными нежели листки с её портретами и её детская игрушка, поэтому оставил их здесь, чтобы не вспоминать то прекрасное тело, что съели рыбы в Узком море. Возле прочего стояли мейстерские сосуды. Там были отвары помогающие её беременности. Этот ребёнок покорил бы весь мир. В его жилах текла самая горячая кровь Таргариенов. Он был зачат как дракон, в огне и страсти. Джейхейрис — так бы его назвали по традиции почитания покойного короля. Деймон усадил бы его на Вермитора, хотя сам уверял что лучше быть первым и последним всадником дракона.
Он обещал Рейнире продолжить кровь. Но сына так и не получил, а из дочерей выжила лишь одна. Со всем своим опытом обучения юных леди дома Таргариен, Деймон не смог стать настоящим отцом для Рейны и усадить её на дракона. Бейлу он потерял пытаясь использовать в своих же интересах.
Принц откинул от себя мысли и вышел из покоев.
***
Стены замка, а точнее воспоминания которые они в себе несли, давили на Деймона, он принялся спускаться в подвал за запасом вина, которое скорее всего уже вовсе нельзя назвать вином.
Открыв бочку и отлив себе графин принц поднялся чтобы сесть за рабочий стол в библиотеке. Самое лучшее место для одинокой попойки. Со стоек он наугад вытащил несколько книг и удобно разложившись за столом стал листать страницы постепенно вливая в себя гадкое пойло. Когда глаза перестали четко видеть, он решил довериться рукам, графин был не столь маленьким, чтобы закончить на помутнении в глазах.
Принц опустил ладонь на книгу, пытаясь закончить попытки перейти на чтение и почувствовал что на страницах рассыпан песок. Он постарался рассмотреть листки бумаги и смог увидеть только лишь ярко синий цвет рисунка, и смог стряхнуть со страниц песок напол.
***
Огромный шатёр в таком же огромном лагере, который горит всю ночь. Вход в него перекрыт звенящими золотыми занавесками, а внутри сильно пахнет дымом и фимиамом. Деймон входит внутрь — это императорский шатёр установленный в Пентосе, шесть лет назад. Перед ним рабочий стол императора, глазам не за что зацепиться, все вокруг отбивает свет свечей прямо в глаза. Перебор с золотом и брозкостью. Но в шатре светло как днем на улице, свечей не жалеют, копать выходит через сделанные для этого отверстия. Не замечая принца перед ним пробегают служанки, нося подносы в разные стороны. Ярко синим цветом обладали почти все салфетки и полотенца в руках слуг. Он слышит только два говорящих не шепотом голоса и идёт на их звук.
Деймон раздвигает очередные звенящие занавесы: спальная комната шатра, вероятно, самая большая и необходимая. Спиной к нему стоит полностью скрытый тканями жёлто золотой силуэт, а впереди на ложе сидит император Арес в упор глядящий на жёлтые ткани. Никто не замечает стоящего уже посреди комнаты мужчину, как вдруг с его спины накидывается человек и хватает принца за туловище, достаточно нелепо. Он подносит к горлу Деймона кинжал и бьёт по коленях чтобы тот присел.
— Смотри вперёд! — На плечо Деймона ложиться голова Мизинца, он с бешеной улыбкой, хитро смотрит на принца и прижимает к его горлу лезвие. — Смотри на них! — Шипит как кот Петир и заставляет смотреть принца на императора и силуэт. Деймон прикидывает кем бы он мог быть и вспомня разговоры с императором понял, что спать он предпочитал только с женой.
Арес с задором встал с края постели и подошёл к жене, пробегая глазами по телу он сам принялся снимать с неё покрытие. Первым их резким движением стало то, что император мгновенно остановил руки женщины которые принялись помочь ему снять с неё одеяния.
Император скинул с неё плащ, который тяжело упал на пол, после с великим наслаждением медленно проводя по телу стал стягивать остальное. Первая ткань, вторая, третья упали вниз, отдавая звоном монет. Четвёртый кусок одним махом обнажил женское тело. Но на голове все продолжал быть тюрбан и он стал разгадывать его нежно и осторожно, пока последний круг не дал упасть водопаду белых, закрученных волос, которые прикрыли нагую со спины.
Арес одобряюще осмотрел тело сверху вниз и обошел женщину, зайдя за спину. Он потянул её, чтобы та вновь встала лицом к нему, а к ложу теперь спиной.
Деймон увидел её лицо… Это была *Его* жена.
Она смотрела себе в ноги, смущаясь и покоряясь мужчине перед ней. Арес поднял её голову за подбородок и подошёл непозволительно вплотную к женщине, он зарылся лицом в её волосы и положил руку на налитую грудь.
Женские руки осторожно поползли по спине императора и остановились пока мужчина не сказал *можно* на итийском. Деймон слышал совершенно неведомые ему звуки и слова, но неизвестно как понимал их смысл без какого либо напряжения.
Персефона скинула кафтан с мужчины и почувствовала его член у своих бёдер. Она выглядела жалкой, невинной овечкой с несчастным, полным страха взглядом.
Бейлиш держал вырывающегося вперёд гневного Таргариена, в чье лицо пролила кровь. Деймон оскалился и все болтыхался в объятьях Петира, как наживка на рыбацком крючке. Он все рвался и рвался, но каким то чудом Мизинцу без всякого труда удавалось держать принца.
— Сейчас ты увидишь, как он осеменяет твою жену, которую ты искал столько лет… Кажется ты тоже прислуживал ему, прямо как она сейчас? — Шептал на ухо принцу обезумевший Петир. — Почти пятнадцать лет он имел твоего маленького дракона, столько, сколько хотел, пока ты не просыхал в Пентосе. Не говори что искал её. Однажды она прошла прямо перед тобой, а ты не узнал те глаза, что называл неповторимыми. Никто кроме неё не мог забрать Сиракс. И она все равно увидев тебя осталась с мужем. А теперь смотри, Деймон! Смотри! — Мизинец взял принца за шею и уткнул вперёд, чтобы тот смотрел перед собой, не отрывая глаз на то как Арес держит Рейниру как шлюху, на четвереньках, и входит в неё держась за круглые бедра. Её стон на грани с болью резал душу Деймона. Мужчина прогнул её так, что женские локти лежали на постели, а бедра были максимально высоко лиж бы её мужу было удобно.
Зрелище оказалось терзающе долгим, старый Арес брал Рейниру слишком жадно и яростно. Она достигла изнеможения и как только пыталась опустить таз мужские руки поднимали его наверх, а член с ещё большим рывком заходил внутрь. Именно в тот самый пиковый момент боли глаза принцессы нашли глаза Деймона. Её голова была набок вдавленной в постель, красное, мокрое и искривленное от не заканчивающихся толчков лицо было направлено в сторону принца. Он не мог вырваться от Петира, который все держал лезвие у его горла так, что он ощущал боль, но не чувствовал и капли стекшей крови.
«Дядя.» — простонала Рейнира сквозь набитый слюной рот и слезы на высоком валирийском, в тот момент когда Арес влил в неё семя, навалился всем своим телом на её спину продолжая проталкивать зачаток глубже.
Деймон схватился за руку Бейлиша теряя свои слезы он надавил на конечность с клинком у горла ожидая смерти. Но с какой бы силой он не прижимал лезвие к своему горлу плоть оставалась целой.
— Она должна отблагодарить его за божественное семя. — Петир прищурил глаза и истерично улыбнулся вновь толкая голову Деймона вперёд.
Император похлопал принцессу по бедру словно давая команду племенной кобыле. Он со всхлипом вытянул свой мокрый, увядший член и расположился лежа, а она игриво проснувшись сказала ему итийское «спасибо ” ощущая тепло и жидкость между ног.
Рейнира встала с постели и сделала вокруг неё полукруг, она взяла золотой кувшин и отлила с него кубок вина. Пока она голой прошлась по покоям Деймон успел разглядеть все царапины и всю грязь, в виде спермы на её ягодицах, что оставили на *Его* любимой, упругой игрушке.
Принцесса подала императору кубок и вмиг осушив его Арес схватился ладонью за промежность стоящей у постели женщины. Он проверил своими грубыми пальцами наличие смазки и упругость влагалища внутри его одобрительное выражение лица быстро изменилось на недовольство когда он почувствовал вытекшее семя на её бёдрах. Рейнира увидев его огорчение принялась раскаиваться за то что не удержала сперму и дала ей пропасть зря.
Женщина залезла на кровать и на мужа, она стала ерзать мокрым влагалищем по щетине императора пока его член снова не встал. Долго и старательно она садилась и вставала со стояка все пытаясь увидеть на лице мужчины удовлетворение. Деймон все наблюдал за тем как развиваются от толчков влажные валирийские волосы. Она продолжала громко стонать, но Арес все был недоволен пока не протянул руку и не стал дергать её клитор так, что она запрокидывала голову назад и не могла ухватить глаток воздуха.
Перед тем как кончить мужчина перевернул Рейниру на спину, под себя. Он приказал ей не вставать и лежать смирно.
Деймон упал на колени проливая слезы, он не мог сделать вперёд и шага.
Принцесса легла набок согнувшись в позе ребёнка, рукой она попыталась натянуть на себя простынь как можно выше, ныряя под неё с головой, ей хотелось скрыться от навязчивого мужчины и его похотливых рук. В этой позе под простыней она чувствовала себя в безопасности и эта привычка появилась из самого раннего её детства, когда маленькая Рейнира после тяжёлого дня принцессы, загруженного занятиями и надоедливой кучей прислуги, фрейлин, и учителей. Дракон хотел свою собственную, тёмную пещеру, в которой мог бы лежать столько, сколько посчитал бы необходимым, вплоть до нескольких лет.
Арес лег рядом со своей женщиной вплотную прижав её спину к своему торсу и одним махом стянул с неё простынь, что была своего рода броней. Девушка заерзала, она чувствовала себя как морской рак которого выгнали из его ракушки. Мужчина охватил нежное тело своими руками, которые разместил на самых сокровенных местах.
Деймон уже не мог проявлять наружу никаких чувств, он все равно не мог вырваться от Петира и что либо сделать. Привычки Рейниры и их причины он знал прекрасно, поэтому вырванную у неё простынь он расценил по меньшей мере как насилие над ней.
И последнее, что ему удалось увидеть это все те же детские, мокрые глаза полные обиды и боли.
***
Таргариен проснулся уткнунный лицом в книгу ему было дурно, будто он вовсе не спал последние две ночи. Перед ним стояли только Её глаза.
«Это невозможно.» — без конца повторял Деймон, вспоминая бредовую историю Петира, который из-за неё же умер.
Поняв, что оставаться в этом месте он более не может, принц направился в Дрифтмарк на переговоры с принцессой Рейнис.
***
— Деймос, у нас по указу ещё один непройденный город. Там Вас ждут с проверкой. Нельзя все бросить. — Стоял за спиной великого князя менее великий архонт.
— Это важно, Джейме. Дальше ты вполне справишься сам. На папирусе все написано от и до. — Деймос вручил архонту бумагу со стола, где он написал последовательность обхода следующего города и военных лагерей. — Написал так, что не поймёт только полный идиот. — Засмеялся князь глядя на текст с схематичными картинками. — Если они увидят, что ты справился без меня, то точно убедятся в твоей легитимности. А потом приедешь в Олимп и все будут кланяться тебе в ноги.
— Мне это не нужно. Я только беспокоюсь за Вас, и за вашу матушку. — Ланнистер топтался вокруг собирающего папирусы Деймоса.
— Я рад что ты у неё есть. — Князь похлопал архонта по спине и игриво улыбнулся. — А мне уже достаточно лет для того чтобы о мне не беспокоиться, особенно учитывая то, что со мной самый большой дракон на этом континенте.
— Следите за ним в оба. Нельзя позволить ему рассказать о смерти короля Визериса и о войне.
— Да, Джейме, я знаю. Думаешь тот день не снится мне? — Печально спросил князь. — Закончи с делами как можно быстрее, ты ей нужен рядом.
— Учти, что если с тобой что то случится, голову снесут мне. — Сказал на прощание Джейме.
***
— Принц… Всмысле, князь Деймос, вы казните меня? — Истерично прогыгыкал Бейлиш оглядываясь вокруг себя: стояла глубокая ночь, их окружал лишь песок. Они забрели далеко от города.
— Если бы я захотел вас убить, то поверьте не тратил сил на первую прогулку. — Оглянулся назад Деймос и засмеялся. — Думаю, с драконами вы хорошо знакомы. — Он посмотрел переди собой и наконец-то увидел что-то похожее на огромный камень посреди пустыни.
— Однажды я погладил Сиракс! — Гордо поднял свой подбородок лорд и резко опустил его от потрясения, увидев живого Балериона. — Это Ваш дракон, принц? Князь…
— Его зовут Ужас. Но это имя не характеризует его внутренний мир. На самом деле он добряк и любит птиц. — Захохотал Деймос глядя на покосившееся лицо лорда.
— Я бы тоже не отказался от фаршированной яблоками утки. — Нелепо выдал из своего рта Бейлиш.
— Я имел ввиду, что он не ест птиц, он любит летать с ними, слушать их пение и разрешает им садиться на него. Тут птиц нет, поэтому ему скучно.
— Что сказать… Настоящий ценитель прекрасного! — Усмехнулся Петир и его тут же схватил за руку князь и потащил к дракону.
— Не бойтесь, лорд Бейлиш. Я знаю, что мы с ним немного увлеклись поджиганием городов, но это гложет наши души. — Сказал Деймос и камень наконец-то показал свою шею с головой.
Земля затряслась когда дракон вставал на ноги, он покрутил шеей и потянул голову ко всаднику:
— Это Петир и он наш друг, надеюсь ты не против провести его вместе со мной. — Улыбался князь, его валирийский был таким же отменным, как и у его матери. Дракон принял поглаживание головы и посмотрел на дрожащего Петира. — Погладьте его, лорд Бейлиш. Иначе он не согласится везти вас.
Ужас заплющил глаза когда хрупкая, аристократическая рука лорда прикоснулась к чешуе на его морде. Петир вмиг оттаял и уже с большей уверенностью гладил красную чешую.
— Я видел дракона вашего деда, дракона самого Эйгона Завоевателя всего один раз в жизни. Ужас может сравниться с ним, когда нибудь он достигнет его размеров. Сколько же ему лет? Его шипы и рога… У Таргариенов с Падения Валирии не было драконов с такими же огромными рогами. Это невероятно. Он явно не родственник вестеросских драконов… Как он появился у вас, явно не с рождения? И как у вас получилось сделать седло для полностью устланной шипами драконьей спины?
— Это долгая история, расскажу её вам в полете! — Деймос подорвался с места, схватил Петира и усадившись в седло стал помогать шокированному лорду забраться наверх.
Когда Мизинец забрался в седло, князь закрепил его ремнями как можно крепче, они сидели рядом, благо в седле было много места.
— Держитесь крепче, лорд Бейлиш! — Засмеялся Деймос и скомандовал Ужасу: «взлетай».
Петир схватился руками за борт седла и вдавился в сиденье, его глаза были выпученными, как у долгопята.
Ужас быстро набрал высоту и наконец-то стал лететь вперёд.
— Ну как? — Обернулся на бледного лорда Деймос. — Мой первый раз был куда хуже: мне пришлось держаться за шипы на его спине, а дорога была не такой уж короткой.
— Это словно родиться вновь. — Прошептал Петир себе под нос, заговорить нормальным голосом у него не получилось.
— Вы хотели узнать как я приучил Ужаса? — Поднял бровь князь, Петир лишь смог закивать головой. — Для нас стало шоком увидеть нашу матушку верхом на драконе, а ещё большим когда мы узнали о её происхождении. Хвала богам к той луне Марахай был готов принять дракона… Мы познакомились с Сиракс и увидели три драконьих яйца. Она сказала что те яйца Сиракс снесла на то время двенадцать лет назад и была почти уверена, что драконы внутри уже мертвы. Но Сиракс оберегала эти камни, поэтому мы только видели в них нечто прекрасное. Ну и спорили какое кому принадлежит, а это было сложно, ведь нас четверо. Мама собрала огромную библиотеку полностью заполненную писаниями о Валирии и единственным посетителей того места является мой брат Антерос. Именно он спас драконов и продолжил их род, потому что своим упорным чтением и поиском историй про драконьи кладки он добился вылупления ящеров из тех яиц. Никто никогда бы не подумал что миролюбивый, уравновешенный любитель причесать свои волосы Антерос станет отцом драконов на Эссосе. Вылупились Ларимар, Морганикс и Селеникс. И что вы думаете? Наши младшие братья приручили драконов быстрее нас с Фобосом! Морганикс мы делить не стали, наша дружба всегда была выше дележки чего-либо. Но, этот дурак Фобос нашел где то папирус про Край Теней, мол там живут драконы. Марахай продолжал строиться, поэтому корабли отплывали туда чтобы добывать камень для стен. Ну мы и сбежали с острова на том корабле в бочках на поиски драконов. Как ты понимаешь драконов мы нашли, были они там одни или нет мы не знаем. Нас нашла матушка и Ифит. Страх и Ужас знали валирийский и команды. Их возраст нам неизвестен, но они достаточно молодые и их крылья целы. Мы сильно испугались, ведь они совершенно не походили на изящную Сиракс. Однако наша дружба проскочила с первого взгляда и мы успели побыть вчетвером пока нас не нашла матушка с дядей. Первый полет дался тяжело, но если бы мы не упали, то после посадки нас бы убила мама. Хотя, как видишь, мы пока дышим. Мы истерзали ноги в стеклянной траве пока искали их, а после изрезанными ногами цеплялись за шипы. Такая вот история нашей дружбы. — Деймос улыбнулся и похлопал Ужаса по спине.
— Потрясающе!!! Вы настоящий потомок Таргариенов. Ваша матушка и отец всегда были отважными, независимыми и идущим против правил, особенно когда они были подростками. Ох каким же огнём они пылали когда были рядом!.. Деймон хотел усадить своего первенца-сына на Вермитора, дракона короля Джейхериса, вашего прадедушки. Но Ужас явно моложе и быстрее. Ваш отец гордился бы своим наследником! Вы сказали что вас нашел дядя… — Протяжно сказал Бейлиш последнее.
— Будет бесполезно и бессмысленно скрывать от вас Ифита. Я боюсь ошибиться с его вестеросским именем… Он сын Корлиса Велариона и всадник Морского Тумана.
— Лейнор Веларион жив? — От удивления подскочил в седле Петир. — Всё уже приняли его за мертвеца, впрочем как и меня наверное. И его дракон тоже в империи?
— Арес взял его на службу, охранять западные границы. Но так получилось, что Её Величество сразу же выхватила его и дала знать, что если он попытается вернуться домой, его убьют. Ведь он узнал её и мог рассказать о её жизни в И-ти Вестеросу. Началась бы война. За эти годы я лишь понял, что он не особо скучает по дому. Теперь его зовут Ифит и большая часть его обязанностей связана с охраной и заботой о наших драконах. Морской Туман сильный дракон, его совершенно не видно в тумане над островом, что делает его идеальным для защиты и контроля над Марахайем.
— Лейнору было тяжело жить таким, каким он есть в доме Морского змея. Но хорошо что он нашёл свое место… Расскажите мне про Марахай, что это за остров? Почему вы решили держать драконов там?
— Этот остров был подарком императора Ареса своей жене. Он был пуст, не застроен. Император знал что мама восхищалась Валирией и скучала по драконам, а на том острове расположен хребет вулканов, может не столь активных как валилирийские, но особый вид у этого места был. Я услышал только то, что матушка рассказывала Аресу про каменный макет Старой Валирии её отца. Она долго сидела в листах папируса, пытаясь начертить что то похожее и когда план согласовали с строителями крепость стала строиться настолько быстро, что на один этаж огромного замка уходило пару дней. Также я слышал, что крепость Марахайя чем то напоминает крепость Драконьего Камня. Пещеры располагаются очень высоко, но драконам это нравится, в отличии от нас и наших ног.
Бейлиш долго слушал рассказы князя, любуюсь прекрасной, безоблачной ночью, звёздным небом и наслаждаясь лёгким ветром. Ночь пролетела незаметно для них троих.
***
— Ваше императорское величество, прибыл великий князь Деймос, он просит аудиенции вечером. — Зашел в покои госпожи евнух и доложил об прилете её сына.
Персефона подскочила с рабочего стола и подошла к темнокожему евнуху:
— Он в своих покоях? — Обеспокоенно спросила женщина спеша вырваться из комнаты.
— Да, госпожа. Его и его спутника разместили в покоях. — Склонил голову слуга.
Императрица удивилась ещё больше, надела платок и поспешила в покои сына. Она только обрадовалась письму о том, что он провел ночь с наложницей.
***
— Деймос! С тобой все хорошо?! Что произошло? — Ворвалась в покои сына Персефона и встала посреди первой комнаты.
Князь только смог заснуть, как раздался голос, который не крича мог разбудить всю пирамиду. Он проверил наличие на себе хотя бы нижней одежды и вышел к матери.
— Ваше величество. Матушка. — Поклонился сонный князь и зеваю поднял голову. — У меня небыло времени оповестить вас о своем намерении прилететь. Но я не мог продолжать обход городов, по очень веской причине. Я думаю вам доложили о том, что я прилетел не один. Со мной человек который называет себя вашими старым другом и знает то, что обманщик бы не узнал.
У Персефоны остановилось сердце, она схватилась за грудину и пошатнулась назад. «Нет-нет. Только не он.»
Деймос сразу охватил её и помог сесть в кресло.
— Вам плохо? Мне позвать лекаря? — Детскими испуганными глазами посмотрел сын.
— Всё хорошо. Такое бывает в моем положении. — Мама легко улыбнулась и погладила сына по щеке. — Кто этот человек?
— Он назвал себя лордом Петиром Бейлишем… Его держали пару лун в темнице Астапора, а после вовсе кинули в зиндан. Благо Джейме увидел его и вовремя вытащил. Я не знал как поступить, поэтому привез его к вам. Поступим с ним как прикажите.
— О Мойры! — Персефона закатила глаза услышав имя Мизинца. — Он что-то тебе говорил? О Вестеросе?
— Значит он сказал правду, вы его знаете… Я понял только то, что он как и Ифит решил найти здесь убежище, пристанище. И ещё он сказал, что узнал о том что вы живы лишь недавно и только собрал вещи, никому ничего не говорил. Вы можете быть спокойны. — Заметушился на месте Деймос.
— Хорошо. Он впорядке? Столько дней в темнице и зиндане. Петир был мне дорог, я беспокоюсь. — Спокойно спросила императрица.
— Я удивился как быстро он пришел в себя после зиндана. Не знаю насколько удачно его подстригли, но выглядит он нормально. Конечно, он явно истощен, но я приставил к нему лекаря.
— Спасибо, мой сын. А теперь ложись спать, ты устал. Прости что подняла тебя. — Персефона погладила князя по голове и заговорила по-матерински нежно.
— Я написал Джейме все что осталось сделать и как. Он справиться. Пусть побудет в шкуре важного деятеля, архонта. Если вы пожелаете я вернусь туда завтра.
— С ним все будет хорошо. Не стоит возвращаться назад, это плохая привычка. Займись безупречными, сделай так чтобы они поверили в твою силу и стали полностью верными тебе. Узнай получше их командующего. Предложи свободу тем, кто не хочет быть в рядах, оставшиеся, воспримут это как твое великодушие и доверятся тебе. А после… Тебе стоит навестить брата. Я не смогу приплыть в Иббен ещё много лун. — Персефона поднялась с постели и обернувшись у выхода из покоев пожелала сыну спокойной ночи.
***
Императрица шла по дворцу с тяжелым сердцем, она не понимала что значит для неё появление Бейлиша в И-ти. «Как он вообще смог сюда попасть, пускай и в темницу?». «Как он узнал что императрица И-ти это она, принцесса Рейнира?». Персефона не могла себе позволить слишком долго копаться в мыслях и думать о худшем, она старалась оставаться со светлой головой и при душевном спокойствии. «Зачем гадать если можно увидеть его и все узнать?»
Конечно она не смогла ждать до утра, поэтому приказала предупредить гостя о её скором приходе. Времени пока она шла через дворец было достаточно.
***
В покои Бейлиша вновь зашли, снова причудливый евнух, который без лишнего оставил дверь открытой, склонил голову, протянул руку и громко промолвил: “ Её Императорское Величество Августа Персефона!»
Петир от растерянности неуклюже встал, склонил голову и слегка покачивался на месте.
Женская фигура появилась перед ним слишком неожиданно и тихо.
— Оставьте нас. — На итийском скомандовала императрица и из покоев вышел евнух и несколько служанок. — Подними голову, Петир. — Уже на валирийском и куда тише сказала Персефона. Мужчина посмотрел прямо в её пурпурные глаза, но валирийские волосы были скрыты под платком.
— Ты почти не изменился. Думаю вина твоего истощения лежит на мне. — Императрица размотала ткань на своей голове и белый водопад волос тяжело упал на её спину и плечи.
Бейлиш все не мог пошевелиться либо что-то сказать, но неосознанно выдал:
— Принцесса Рейнира. — Стеклянными глазами смотрел на женщину Петир.
— Я уже давно ношу имя Персефона и титул императрицы… Сядь, Петир. Тебе многое пришлось пережить, но нам нужно поговорить.
Они разделили один большой диван сев по разные его стороны.
— Я никогда не мог поверить в то, что вы могли погибнуть в Узком море… Как и не мог поверить в это принц Деймон… Как вам удалось выжить и стать королевой И-ти? Ланнистеры с эти никак не связаны? — Опомнившись начал Петир.
— Ланнистеры? Определенно нет. Если вкратце я попала на Эссос в ту ночь и старалась вернуться вместе с Сиракс назад, я прекрасно знала карту и знала нужное направление. Но Сиракс пропала. Это было странно, мы заснули в пещере, а проснулась я уже одна. Я пересидела у добрых людей, собиралась доехать в город вместе с ними, но на нас напали дотракийцы. Ко мне они не применяли силы, в отличии от тех, с кем я ехала. От дотракийцев меня спасли итийцы, точнее Тирион Ланнистер десница императора Ареса. Как и все Ланнистеры, он воспользовался мной подарив Аресу. Вообщем, я служила императору, стала его фавориткой, по пути через Степи спасла его жизнь и он предложил мне выйти за него замуж. Ровно тогда же он понял что я не просто валирийка, а Таргариен, Арес узнал всю мою историю, кто я и откуда. Загвоздка была в том, что я либо выхожу за него либо могу быть свободна, мне дадут корабль домой, только я оставлю с ним ребёнка. Он был уверен что ребёнок в моем животе — его. Я не могла оставить Деймоса. Ты знаешь сколько надежд Деймона было в ещё не родившимся ребёнке, в сыне. Я стала женой императора, родила Деймоса и у меня была возможность сбежать, но судьба опередила меня и я забеременела от Ареса. Ирония в том что Деймос и Фобос стали одним целым… Думаю, остальное о жизни императорской семьи ты и без меня знаешь. — Персефона потянулась к винограду, лежавшему на столе и положила его на диван, между ними. Она положила в рот всего одну виноградину, скривилась и с трудом глотнула.
— Я помню каким озабоченным был Деймон в вашу беременность когда вы не могли ничего есть. — Петир улыбнулся вспоминая те светлые дни. — Он гордился бы Деймосом, ведь тот вырос благороднейшим человеком, оседлал дикого дракона и стал сильным воином.
— Да, я бы удивилась если б ты не понял что я беременна. Петир, не подумай что я забыла ту любовь Деймона, свое прошлое и отца. Но мне больно думать об этом, моя жизнь и судьба здесь. Мне нужно помочь своим детям окрепнуть, в их руках будет половина мира. Представь нашу жизнь сегодня, если бы я не пропала. Война дракона против дракона самая жестокая бойня. Зелёные её бы начали, орудовая только тем, что я женщина. Императрицей же я стала только при поддержке четырёх сыновей с драконами. Арес сделал меня регентом, когда болел, но быть регентом не значит быть Августой… Расскажи мне как мой отец, как Деймон?
— Всё ровно также как и было. Я уже много лет живу в Браавосе и приглядываю за Деймоном. Он уже готов отпустить руки в битве за трон, даже имея корабль золота и тайную поддержку нескольких домов. Ты была его огнём и единственным родным человеком. — Бейлиш отставил уважительное «вы», говоря последнее.
— Я спасла и вырастила его сына, таким, какого он желал. Я сделала все, чтобы в случаи войны там, драконы не перестали существовать и построила подобие Драконьего Камня. Итийцы бояться всего валирийского, но я обучила своих сыновей, князей И-ти, высокому валирийскому, они знают многое о Старой Валирии. Они мое наследие. Такое хотел увидеть Деймон и мне жаль что это не случится… — Персефона на время замолчала, а после протянула Петиру свою руку ладонью вверх демонстрируя шрам. — Но я всегда была женой Деймона, остальные мои браки это всего лишь лист папируса… Ты же понимаешь что я не смогу отпустить тебя домой?
— Моей целью было стать вашей правой рукой, десницей драконьей королевы. Я ждал вашего правления как новой эпохи. Но эта, ваша эпоха началась на другом конце мира. И вот я здесь. Вестерос живёт в тумане, в Браавосе я лишь владелец борделя… Можете дать мне другое имя, но позвольте быть рядом с драконьими наследниками, вашими князьями и узнать эту страну изнутри. — Бейлиш встал перед императрицей и уверенно поведал свои мысли.
— Последнего гостя из Вестероса я заставила пустить кровь, поклявшись мне в верности. Но ты отбыл в зиндане, самой страшной камере для пленных. Ты поклялся мне в верности очень много лет назад, раньше чем кто либо. Тебе нужен лекарь и отдых. Выучить итийский и станешь буле. А имя… Ты не валириец. Поэтому как и Ланнистеры можешь носить своё. — Персефона встала и положила руку на плечо Мизинца. — Тут сложно жить, но со временем, может быть, И-ти станет твоей Поднебесной. Правил тут много, особенно для женщин. Но ты привыкнешь. Я найду человека, который обучит тебя. А пока, спи спокойно, Бейлиш.
Примечания:
Ну как вам?
