Некрополь

      После пустой, как жестянки на обочине, недели в холодной узкой квартире всё резко продырявилось и стало стремительно терять в весе. Жизнь — дырявый мешок. Видимо, потребность в социуме у меня несколько выше, чем я думал до того, как нашел себя на ледяной скамейке, продрогшим, с ужаснейшим на вкус пивом.       Выше настолько, что на автовокзале хотелось забиться в подсобку и выгрызть Рексу лицо, чтоб хоть каким-то куском он со мной поехал. Но я коротко кивнул, поправил спортивную сумку с весом на плече, и пошел через здание к платформам — это так называется кусок асфальта с табличками.       Потом под серый бездонный потолок между полу-лысыми деревьями, запах плесени и влаги повсюду, дотащиться до дома минут сорок, упасть на кровать и не шевелиться. Никогда, желательно.       Но надо, конспекты, раскидать клад по точкам, паки по заказчикам, упрашивать Фикуса сгонять в притон, но в итоге согласиться за пачку сигарет. Верчу взятку в руке, а она блестит целофановыми гранями, слишком уж, сука, чистая. Особенно для разъёбанного туалета старого корпуса, зеленоватая блёклая плитка и фанерные кабинки — туалет был в свое время и мужским и бабским. Неудобно пиздец, крышки от унитаза нет, сидеть приходится балансируя на тонкой грани керамики своей тощей задницей, а для надёжности упираться в дверцу ногами. Раскуриваю, а сигарета как будто тоже дырявая, и лёгкие, и щёки. Она едва доходит до середины, как слышится жалобный лязг дверных петель и громкий хлопок самой двери.       Судорожно тушу сигарету и кидаю её в сливной бак без крышки, потому что сейчас показать свое существование значит схлопотать по ебалу сразу же и без объяснения причин. Я был прав.       Корвус натурально рычал. Тихо, и так, что у самого скребёт в горле. — Сука, у нас пацан чуть не сдох, ему чуть ли не неотложку вызывали, и ты хочешь сказать что все окей? — А хули я сделаю, Ром, ебнулся? Я че им, мамка, смотреть какую хуйню и в каких количествах они долбят? — Так не заказывай им ебучую химию, или хотя-бы не в таком количестве. — Я не— !.. — Сука, это не моя хата, где могут найти жмура и целую, блять, аптеку. Думай, нахуй, думай. Плитка звенела эхом ещё секунд семь после выкрика. Дышать страшновато, пиздец тихо, а по еблу получать так себе развлечение. А ещё вопрос, есть ли второй такой еблан, который долбит химию, и находится теоретически в могиле. Как в книжках, холодок вдоль позвоночника и на кончиках пальцев, будто резко начал падать, а потом обнаружил себя в кровати.