Глава 3: Нефритовая Луна
11 февраля 2023 г., 07:16
Тук, тук, тук, тук...
В данный конкретный момент Чайльд пытался сосредоточиться на листе бумаги, лежащем перед ним. Вероятно, уже в третий… нет , в четвертый раз он перечитывал этот документ, но информация просто не укладывалась в голове. Почему? Потому что голова уже начала раскалываться.
Тук, тук, тук, тук...
Чайльд перестал барабанить пальцами по столу из соснового дерева, он поднял руки и позволил голове расслабиться под прохладой ладоней, сделав при этом глубокий вдох. Изначально он надеялся, что по его простому велению пульсирующая боль в черепе прекратится. Однако этого не произошло.
Боль накатывала медленными волнами. Примерно через час после начала работы Чайльд почувствовал пульсацию мигрени над левым глазом. В течение последующих часов боль переместилась и охватила всю лобную долю. Чайльд уже разобрал чуть больше половины кипы документов, но теперь тело будто протестовало против продолжения трудовой деятельности. Как жестоко.
«Архонты, нужно найти себе занятие поинтереснее, иначе я просто сойду с ума».
Он пошевелил руками, которые больше не были холодными, чтобы убрать бумаги со стола и прижаться головой к прохладной поверхности столешницы. Чайльд вздохнул, частично от временного облегчения, а частично от чистой скуки.
«Кажется, говаривали, что недалеко от города есть лагерь хиличурлов... может быть…»
Чайльд подвинулся, чтобы опереться подбородком на предплечья. Постукивание возобновилось, но на этот раз уже сам Предвестник нервно стучал ногой.
«Да к Архонтам все это! Если уйду сейчас, то точно не вернусь... но я действительно обещал Кате, что разберусь с корреспонденцией. Хм… что еще может помочь развеяться?»
Разум быстро снабдил его картинкой ярких золотистых глаз, обрамленных красным.
Чайльд взглянул на часы. Немного рановато для обеда, но он чувствовал, что свежий воздух, вкусная еда и беседа пойдут на пользу. Он решил оставить свою куртку, внезапно почувствовав необычайную теплоту.
Проходя через центральный зал банка, он заметил, что коллеги-фатуи, включая Екатерину, уставились на его фигуру так, будто у него выросли лишние конечности. Чайльд недоуменно поднял бровь, и большинство сотрудников вернулись к своим занятиям. Разве увидеть Предвестника без привычной куртки было настолько странным? В Ли Юэ вообще-то довольно тепло в течение года.
Чайльд небрежно махнул ладонью Екатерине:
— Я ненадолго выйду, здесь становится душновато, но планирую оставаться в пределах города. Поэтому, если случится что-нибудь, что потребует моего внимания...
— Я обязательно дам вам знать, Господин Предвестник, — она послала ему понимающую улыбку. — Надеюсь, вам и мистеру Чжун Ли пойдет на пользу хороший обед.
Чайльд улыбнулся в ответ и направился к выходу. Он правда обедал с Чжун Ли так часто, что его подчиненные уже знали, чего ожидать от него, сбегающего из банка в середине дня? Видимо, так оно и было.
В тот момент, когда томный воздух океана воздух коснулся лица, Чайльд почувствовал себя посвежевшим. До этого головная боль ужасно отвлекала, но после нескольких глубоких вдохов Предвестник почувствовал себя намного лучше. Чайльд резко остановился, когда встретился взглядом со знакомой фигурой, идущей по красному мосту, соединяющему вход в банк с соседними зданиями.
Янтарные кончики волос мужчины, казалось, мерцали на солнце, хотя вполне возможно, что они просто горели собственным внутренним сиянием. Спокойные золотистые глаза были прищурены в удивленной улыбке.
— Чжун Ли-сяньшэн, — Чайльд сделал несколько шагов тому навстречу, — по делу здесь?
Чжун Ли покачал головой:
— Нет, решил передохнуть. Что привело тебя сюда?
— Честно говоря, я сам решил немного прерваться. В банке стало душно, у меня начала болеть голова.
Озабоченное выражение отразилось на лице Чжун Ли. По правде говоря, лицо Архонта на самом деле было довольно невыразительным: обычно застывшим в какой-то спокойной неподвижности, но не недоверчиво озлобленным. Однако Чайльд научился читать даже самые незначительные эмоции на этом лице: от малейшего приподнятия уголков рта в улыбке до искорок любопытства, которые иногда вспыхивали в глазах при интересном разговоре. Чайльд обнаружил, что именно глаза были самыми выразительными в теле Чжун Ли.
— Не переживай, сяньшен, это поправимо хорошей едой и твоей приятной компанией. Я уже чувствую себя лучше!
Чайльд не лгал. Головная боль уже поутихла в тот момент, когда он вышел на улицу, теперь же она практически прошла.
— Как насчет сходить со мной на ужин, сяньшэн?
Чайльд оглянулся на Чжун Ли, когда тот направился к лестнице.
— С удовольствием составлю тебе компанию. Я сам намеревался пригласить тебя… похоже, наши мысли сошлись. Что насчет ресторана «Ванмин»?
— Звучит заманчиво.
Они наслаждались дружеским молчанием, пока шли по главной дороге к скале Чиху. Прохожие небрежно здоровались и расступались, чтобы дать им пройти. В течение времени, непосредственно последовавшего за инцидентом с Осиалом, вид Чайльда теперь обычно встречали пристальными взглядами и даже случайными оскорблениями. Люди все еще смотрели на него со смесью недоверия и презрения, но с тех пор, как он возобновил свое общение с Чжун Ли, жители, казалось, немного подобрели. Они с Архонтом часто гуляли по городу, и Чайльд иногда задавался вопросом: какие сплетни люди разносят о них.
Перед рестораном «Ванмин» стояла короткая очередь, что было совсем не необычно для этого времени суток. Когда они забронировали столик, Чайльд почувствовал на себе взгляд и, обернувшись, отметил, что Чжун Ли более или менее открыто рассматривает его рубашку ало-малинового цвета. Предвестник мог отчасти понять странные взгляды своих подчиненных, никто из них не видел его без обычного делового костюма или фрака Фатуи. Но он несколько раз выходил с Чжун Ли выпить и поужинать в гораздо более повседневной одежде. Для того это не было в новинку.
— В чем дело, сяньшен? Ты так смотришь на меня, что-то не так с рубашкой?
Чжун Ли поднял взгляд, чтобы взглянуть Аяксу в лицо.
— Нет, вовсе нет, наоборот, рубашка тебе идет. Хотя, должен признать, редко можно увидеть тебя без куртки в рабочее время.
— Оу, — Чайльд затеребил манжету своего рукава, — я почувствовал, что немного согрелся, поэтому решил оставить куртку в банке.
Чжун Ли промолчал чуть дольше, чем требовал разговор. В тот момент, когда Чайльд поднял взгляд, собираясь перевести тему, Чжун Ли двинулся в его сторону. Тарталья замер, почувствовав, как рука в перчатке поднялась и слегка коснулась его лба. Несколько секунд он так и стоял, казалось, приросшим к земле, прежде чем мозг словно перезагрузился и к нему вернулась речь.
— Эм, сяньшэн? Что ты...
— Хм? Оу, ты просто сказал, что снял куртку из-за духоты, и минуту назад упомянул что-то о головной боли. Я просто хотел проверить, нет ли у тебя лихорадки.
Чайльд слегка рассмеялся, когда Чжун Ли убрал ладонь:
— Чжун Ли-сяньшэн, в перчатках ты ничего не почувствуешь.
Глаза Чжун Ли слегка расширились:
— Оу… да. Полагаю, ты прав..
Прежде чем у Чжун Ли появилась возможность снять перчатку и попробовать во второй раз измерить собеседнику температуру, Чайльд проскользнул мимо него и направился к стойке, чтобы сделать заказ:
— Это просто из-за погоды, не беспокойся! Я же из Снежной, температура ниже нуля — вот моя зона комфорта.
Прошло совсем немного времени, прежде чем они сели, и перед ними замелькали расставлено разноцветные блюда. На столе соблазнительно пристроились прекрасная золотистая рыба-белка, салат из свежей мяты и хрустальные креветки на гарнир. Чжун Ли заказал для себя простую тарелку супа из побегов бамбука. Чайльд набросился на еду так быстро, как только мог с учетом использования палочек. Чжун Ли одобрительно замурлыкал, сделав глоток супа.
— Вижу, ты несколько улучшил свои навыки, — последовала пауза. — Это те палочки для еды, что я тебе подарил?
Чайльд тяжело проглотил еду, прежде чем ответить:
— Да! Не хотел оставлять их в одиночестве пылиться на полке. Решил воспользоваться.
Он сделал паузу и посмотрел на палочки, пробежав глазами по прекрасно изображенным Дракону и Фениксу:
— Ими же можно есть?..
Удивительно нежная улыбка появилась на лице Чжун Ли, глаза почти засветились:
— Да, Чайльд, они твои, пользуйся как угодно.
— О, тогда хорошо, — Чайльд ковырнул рыбу в тарелке, — Итак... как идут твои дела? Я не был уверен, что у тебя выдастся свободная минутка, но, видишь, ты освободился даже раньше меня.. Ху Тао больше не донимает тебя своими креативными маркетинговыми планами?
Улыбка сменилась слегка нахмуренными бровями:
— Директор Ху отправилась на холм Уван, поэтому я использую это время для организации архивов бюро. Рутинная работа, ничего стоящего внимания.
— Понятно, полагаю, нам обоим время от времени приходится разбираться с бумажной волокитой. Холм Уван, да? Признаюсь, я мало что знаю об этом районе. Что там такого интересного? Новая разновидность «призрака»?
— Можно и так сказать. В это время года духи, как правило, собираются вместе. Холм Уван особенно подвержен подобным происшествиям. Видишь ли, Уван окутан множеством историй. Существует бесчисленное количество записей о людях, попадающих в ловушки от рук мстительных бродячих духов. Все началось несколько столетий назад, когда...
Чайльд наблюдал за Чжун Ли, пока тот объяснял таинственную историю холма Уван. Историю первоначального поселения и бесчисленных смертей от рук морского чудовища с китовыми хвостами. Тарталья не в первый раз отметил, что Чжун Ли был на удивление оживлен, когда говорил об историях разных мест, а руки его бесконечно двигались, обрамляя слова.
— Поскольку юноши и девушки бесчисленно умирали, старейшины собрали всех, кто остался в деревне, и покинули ее. Вскоре это место превратилось в пустыню. Однако в недавнем прошлом Уван неоднократно заселялся повторно, но в настоящее время очень немногие люди отваживаются посещать этот район. Сам я довольно давно там не был, хотя слышал от Путешественника и директора Ху, что атмосфера в воздухе полностью меняется в тот момент, когда человек ступает на землю холма. Любопытное явление. Более того...
Голос Чжун Ли был успокаивающим, ровным и вездесущим. Чайльд отметил, что все слова, сказанные Архонтом планомерно укладывались в голове.
— Тем не менее, я думаю, что само название «Уван» имеет интересную подоплеку. Пожалуй… Чайльд?
— Да?
— Ты довольно давно не прикасался к еде… уверен, что хорошо себя чувствуешь?
Чайльд понял, что просто пялился на своего собеседника, даже не откусив ни кусочка и не обратив внимания на то, что было сказано. Он быстро щелкнул запястьем и откусил кусочек хрустальной креветки.
— Просто одна вещь все крутится в голове. Но не волнуйся, я внимательно слушаю. Ты говорил о названии «Уван»? Что за интересная подоплека?
Чжун Ли, очевидно удовлетворенный ответом, продолжил свои размышления:
— Да, верно. Название «Уван» можно буквально перевести как «благоразумие» или даже «отсутствие безрассудства». Полное значение названия можно толковать и как «холм, где наказываются даже благоразумные». Интересно, не так ли?
К этому моменту Чайльд почти полностью доел заказанную рыбу и начал ковырять салат с мятой:
— Интригующе. Названия мест в Ли Юэ имеют удивительно глубокий смысл.
— Да, названия и имена весьма важны. Будь то описание места или человека, слова, которые мы используем для определения, имеют огромный смысл.
— За всеми именами стоят истории?
Чжун Ли сделался задумчивым:
— Я бы сказал, что да. Есть ли какое-нибудь конкретное название, о котором ты хотел бы узнать больше? Если смогу, то расскажу все, что знаю.
Чайльд задумчиво потер подбородок. Он мог бы много чего спросить и припомнить множество названий, и Чжун Ли с радостью оказал бы ему услугу и распылился бы в долгих историях. Но Чайльду на ум пришло лишь одно название.
— Название этой страны. «Ли Юэ». Какая история стоит за ее ним?
Казалось разумным предположить, что Чжун Ли был тем, кто придумал название, будучи Архонтом страны, пусть и бывшим. Чайльду было любопытно, откуда оно взялось. Чего он не ожидал, так это кратковременной грусти на лице Чжун Ли. Она озарила его лик всего на мгновение, но этого было достаточно, чтобы Предвестник опомнился.
— Если не хочешь отвечать... — начал Чайльд, но Чжун Ли отмахнулся от беспокойства.
— Нет-нет. Признаю, не этого вопроса я ожидал, но это не проблема. Иероглифы в названии «Ли Юэ» могут буквально переводиться как «Глазурная Луна», — он сделал паузу, словно собираясь с мыслями, — однако есть и другие трактовки. «Нефритовая луна», к примеру.
Чайльд кивнул:
— Понимаю. Есть ли какая-то особая причина для такого названия?»
— Боюсь, в данном случае это просто название. За этим стоит не так уж много истории.
Ложь. Чайльд был уверен в этом. Чжун Ли что-то утаивал, и что бы это ни было, это заставляло того чувствовать себя глубоко неловко. Как бы сильно Чайльд ни любил хорошие истории из уст друга, у него не было желания требовать рассказа в ущерб комфорту Чжун Ли.
— Жаль, — улыбнулся он, — «Ли Юэ», в любом случае, красивое название.
Трапеза подошла к концу, и Чайльд, как всегда, расплатился и, проводив Чжун Ли обратно в похоронное бюро «Ваншэн», расстался с ним у входа. Чайльд, ощутил себя намного лучше после вкусной еды и интересной беседы, почувствовал, что пришло время возвращаться в Банк Северного Королевства. Когда головная боль окончательно прошла, он почувствовал себя отдохнувшим и готовым завершить бумажную работу.
Однако боль вернулась. И она была еще хуже. Чайльд жалобно застонал, уткнувшись лицом в стол, и вонзил пальцы в череп в попытке унять боль. Может быть, ему стоило попросить Екатерину принести что-нибудь выпить…
Раздались три быстрых стука в дверь кабинета. Чайльд подал пришедшему знак войти. Он поднял взгляд, чтобы посмотреть, кто это, и тут же пожалел о содеянном, поскольку яркое освещение коридора вызвало рябь боли в глазах и отголосок боли в голове. Это... вероятно, не предвещало ничего хорошего. Возможно, ему стоило сходить в аптеку.
Чайльду едва удалось подавить болезненный стон. Ему не принесло бы никакой пользы, если бы подчиненные увидели его в таком плачевном состоянии.
— Что случилось? — Чайльд внутренне съежился от того, каким резким был его тон.
— Господин Предвестник… вы в порядке?
Чайльд поднял голову, открыв только один глаз, чтобы смягчить свет, словно атакующий его нутро:
— Катя?
Екатерина была одной из самых приятных личностей в банке. Она хорошо справлялась со своей работой, была надежной, эффективной в работе и, по стандартам Фатуи, заслуживала доверия. Чайльд немного расслабился и откинулся на спинку стула.
— Не в порядке. У меня ужасно болит голова. Не могла бы ты закрыть дверь? Свет слишком яркий.
Он закрыл глаза и услышал, как дверь с тихим щелчком притворилась.
— Мне жаль это слышать. На самом деле, ваша напасть произошла в довольно… удачное время? У меня есть кое-что, что могло бы помочь.
Чайльд слушал, как она прошла через комнату и осторожно положила что-то на его стол. Он открыл глаза и увидел среднего размера деревянную шкатулку для переноски песка, на которой были выгравированы простые изображения горных пейзажей и цветов шелковицы.
— Что это?
Екатерина потянулась вперед и открыла коробку, вынимая содержимое и собирая прибор: керамическая курильница для благовоний, размером чуть больше ладони. Чайльд поднял ее, с интересом рассматривая: корпус отливал черным со светлым синим рисунком. Крышка была сделана из какого-то металла и выглядела гораздо более замысловатой, с разветвляющимися тонкими листьями и цветами, оставляющими пространство для свободного выхода дыма.
— Это курильница для благовоний. Ее доставили всего несколько минут назад. К коробке была приложена карточка, в которой говорилось, что благовония, помимо прочего, хороши для снятия напряжения, стресса и головных болей. Вот, посмотрите сами.
Чайльд еще раз взглянул на карточку. Она была маленькой, простой и без подписи. Обычно он с большей осторожностью относился к получению подобных предметов. Бизнес Фатуи был в лучшем случае теневым, важно было всегда быть начеку. Но размашистый каллиграфический почерк был знаком, к тому же, Чайльд упоминал о головной боли в разговоре с Чжун Ли всего час назад. Он улыбнулся.
— Спасибо, Катя. Попытка не пытка. Я пока что еще немного поработаю, ты можешь идти.
— Хорошо, Господин Предвестник.
Екатерина вышла из комнаты так же тихо, как и вошла, убедившись, что оставила дверь открытой лишь на самое короткое мгновение. Чайльд вытащил маленький пакетик с сушеными цветами и травами. Они издавали легкий запах с оттенками лаванды и томным ароматом чего-то земляного. Курильница была довольно легка в использовании, поэтому Чайльд принялся следовать простым инструкциям. Прошло несколько минут, и легкая струйка белого дыма взвилась в потолок комнаты.
Чайльд позволил себе передышку, ожидая, пока благовония окажут эффект. Когда запах стал сильнее, Предвестник наконец-то смог отличить другие ароматы. Глазурная лилия. Тот же теплый аромат, который окружал его, когда он проснулся ото сна этим утром. Он вспомнил, что глазурная лилия «превратила воспоминания о земле в ее аромат», по крайней мере, так сказал ему Чжун Ли. Разве могут воспоминания наполниться запахами?
Чайльд удивленно открыл глаза, осознав, что в голове на удивление прояснилось. Все еще чувствовалась тупая боль, но ничего похожего на прежний непрекращающийся набат. Это означало, что он мог вернуться к работе без риска упасть в обморок.
Время пролетело быстро, и не успел Чайльд опомниться, как стопка бумаг переместилась с одной стороны стола на другую, все бумаги были подписаны и готовы к отправке в архив. Голова больше не причиняла огорчений, и Тарталья чувствовал себя довольно расслабленно. Он откинулся на спинку стула и глубоко вздохнул.
«Получилось быстрее, чем я ожидал».
Время на часах показывало 3:24. Он посмотрел на маленькую курильницу для благовоний, клуб дыма теперь превратился в тонкую струйку. Он нежно улыбнулся.
«Стоит поблагодарить Чжун Ли-сяньшэна, когда увидимся в следующий раз. Возможно, стоит тоже что-то подарить ему».
Чайльд встал, отодвинув стул и потянувшись назад с намерением схватить куртку, когда комната начала сильно раскачиваться. Его первой мыслью было «землетрясение», но он быстро понял, что движется не комната, а он сам. Чайльду едва удалось удержаться, опершись на стол, его голова была в опасной близости от столкновения с краем, ноги подкосились, но выставленные вперед руки не смогли остановить падение.
Он рухнул на землю, мышцы раздались слабостью и совершенно не слушались. Чайльд был в состоянии полной уязвимости, не способный что-либо сделать, чтобы защититься. Он выругался. Ошибка любителя. Как он мог допустить такую оплошность? В глазах потемнело, когда он соскользнул в беспамятство. Если через несколько часов он окажется жив, кому-то придется многое объяснять.
По правде говоря, Чайльд был сильно удивлен, обнаружив себя живым. Он не был уверен, сколько прошло времени, но, учитывая, что он все еще дышал, можно было предположить, что это не имело значения. Голова все еще кружилась, но он чувствовал, как силы медленно возвращались, притупленные чувства становились острее с каждым мгновением. Он еще раз осмотрел себя, но тело, казалось, было в обычном состоянии, никакой боли или признаков того, что он был каким-либо образом покалечен.
Пока Чайльд ждал, он стал остро ощущать звук волн, разбивающихся о береговую линию. Как странно. Даже если бы он был за пределами Банка Северного Королевства, звуки океана не должны были быть такими громкими. Земля под ногами была мягкой, как трава. Поправка, это определенно была трава. Землистый аромат ударил в нос, и пальцы слабо ухватились за тонкие стебли.
Наконец-то он смог открыть глаза. Над Аяксом трепетали ветви и листья песчаного дерева, солнечный свет, мерцающий от движения кроны на ветру, заставлял моргать от слепящих лучей. С огромным усилием Предвестник смог принять сидячее положение, а затем, с тяжестью опершись о дерево, встал на ноги.
Он осмотрел местность, отмечая скалистую береговую линию и ритмично разбивающиеся о нее волны. Позади виднелась череда холмов и спусков, ведущих к окружающим горным пикам. Но кроме него в поле зрения не было ни одного человека. Никаких зданий, даже руин. Ничего.
Чайльд снова посмотрел на океан. Чем дольше он смотрел, тем больше возникало ощущение чего-то знакомого. Он уже видел эту картину... и все же во всем этом было что-то совершенно новое. Тарталья увидел вдалеке ряд гористых островов, и что-то щелкнуло в голове.
— Это… Гавань Ли Юэ?
Единственным ответом был легкий неспешный ветерок.
Он еще раз огляделся, разглядывая знакомые очертания залива. Гавань выглядела… как бы лучше выразиться? Более первозданной. Будто столетия эрозии были обращены вспять.
Но, если это была гавань Ли Юэ, то где же сам город? Люди? Каким-то образом Чайльд знал, что это точно земли Ли Юэ. Однако чего-то не хватало. Чего-то большего, отличного от самого города.
Понадобилось несколько минут, чтобы Чайльд осознал, что же не так.
Каменный лес Гуюнь.
Обнаженные скалы, образовавшиеся из копий Гео Архонта, которые тот метал во время войны Архонтов. Копья, которые он использовал, чтобы запечатать бесчисленных Богов, включая Повелителя Вихря Осиала. Пиков не было. Лес Гуюнь не существовал...
Чайльд смог выдавить из себя лишь одну фразу.
— Святые Архонты, что за...
