Kings of Hell MC #2 My Dark Knight K.A. Merikan Мой Темный рыцарь ( МК Короди Ада 2)

Найт не был большим семьянином. На самом деле, он почти не контактировал с большей частью своей семьи и был гораздо ближе со своими братьями-байкерами и тусовщиками, но с приближением Рождества, которое кричало на него со всех дворов, которые он проходил по пути обратно в Брекон, он начинал впадать в ступор. Немного ностальгия. Для него праздник не имел особого значения, но глинтвейн, запах вечнозеленых растений и даже немой ритуал обмена подарками ему нравились. Он, вероятно, снова получит какую-нибудь паршивую футболку от своей мамы, но это было нормально, потому что это также был один из немногих дней в году, когда она, вероятно, не была пьяна с того момента, как он вошел в свой дом. Больше всего он был счастлив быть почти дома. Не у родителей, а в клубе, где он жил с пятнадцати лет. В дороге была свобода, даже если заниматься клубными делами, но в это время года, когда по обеим сторонам дороги навалило снега, а член леденил от холода, он был рад закончить свою недельную поездка на юг. Пребывание у мистера Магри было гламурным делом, и, хотя Найт никогда не чувствовал потребности жить в чрезмерной роскоши, он действительно наслаждался ею, которую всегда получал, посещая Нью-Йорк по клубным делам. В декабре город был прекрасен, повсюду красочные украшения и огромные рождественские елки, и он воспользовался возможностью, чтобы расслабиться и изучить новую биографию Фейна. Тиффани соблазнила покупателей драгоценными рубинами, и Найт не мог не улыбнуться, стоя перед витриной и думая о коробке с обручальным кольцом, которое Лоран заказал для Чудовища. Зная, что Рождество может быть возможностью для Лорана задать вопрос, Найт вызвался поехать в Нью-Йорк вместо Чудовища просто потому, что он намного лучше справлялся с людьми и наверняка ладил бы с Магри. Он немного пожалел об этом решении, потому что к северу от Торонто, куда он отправился первым, чтобы забрать драгоценности для Магри, было холодно. Но, с другой стороны, он был рад показать Чудовищу, что на него можно положиться и что он способен справиться с их самым важным деловым партнером. Самого Магри он не очень ценил, так как присутствие этого человека было слишком ярким на его вкус, но у Найта не было проблем с использованием эксклюзивной сауны Магри, распитием смехотворно дорогого ликера или наслаждением видом на Центральный парк, открывающимся из окна. его 25-этажная квартира. Пребывание у мистера Магри было почти как отпуск. За исключением тех случаев, когда этого не было и нужно было проделать кровавую работу, но на этот раз Найт провел там свое время в полном спокойствии. Тем не менее, было хорошо быть дома. Эллиоту нравились все фотографии, которые Найт присылал ему за неделю, и временами Найт даже сожалел, что они не смогли увидеть город вместе. Огромный лесной массив, окружавший здание клуба, давал ему ощущение простора. Снег здесь свежий, нетронутый, а деревья украшены белыми гирляндами, отягощающими ветви. Но в полумраке предвечернего дня он уже мог видеть впереди огни. Эллиот утверждал, что сдержал свое обещание и не посещал комнату ужасов Фейна внизу. Судя по количеству текстовых сообщений, которые Эллиот отправлял Найту, он был готов поверить, что Эллиот говорит правду, иначе он был бы внизу, фотографировал каждый угол, каждую кость и паутину вместо того, чтобы рассказывать Найту, как он не может ждать. чтобы Найт вернулся, чтобы они могли пойти и исследовать больше. У них было несколько дней до отъезда Найта, и они нашли еще более неприятную хрень, вроде ржавых ножей, приспособлений для пыток и коробочки с зубами. Казалось, что книга, которую покойная держала на коленях, была дневником, но написанным на языке, которого никто из них не знал. Так как они не стали бы просто отправлять его кому-то, перевод должен был бы ждать, пока они не закончат аккуратное сканирование каждой страницы ночью, когда никто другой даже не подходил к офисам. Найт хотел бы просто сосредоточиться на открытии, но мир Королей Ада не остановился только потому, что оказалось, что в подвале есть потайные комнаты, так что они могли провести там очень мало времени не вызывая подозрений. На данный момент Найт решил никому ничего не говорить, так как был уверен, что другие парни будут просто небрежно штурмовать драгоценные улики, не подозревая, какой ущерб они могут нанести. Он расскажет Зверю в свое время. Пока в этом не было необходимости, потому что никто, кроме него и Эллиота, никогда не заходил в подвал. Не похоже, чтобы находки были как-то связаны с клубным бизнесом. Когда он подошел к зданию клуба со стороны великолепного фасада, давно лишенного первоначального убранства, движение привлекло его внимание и направило его к одному из окон его собственной квартиры. Он замедлил шаг, сначала обескураженный тем, что кто-то ворвался к нему домой, только чтобы узнать длинные конечности и темные волосы Эллиота. Он улыбнулся и помахал в ответ как раз в тот момент, когда Эллиот поднял нижнюю створку и выглянул наружу. — Привет! Я сейчас спущусь, — крикнул он. В то же время Зверь медленно вышел из главной двери и прислонился к кирпичной стене. Одетый в зимнюю куртку, шапку и даже перчатки, он выглядел так, будто собирался покинуть территорию. Найт закусил губу, несколько охладев к несвоевременному появлению друга. Он перезвонил: — Нет, есть что обсудить с ребятами. Просто оставайтесь на месте. Эллиот кивнул и закрыл окно так громко, что Чудовище подняло голову, и выражение его лица стало немного суровее. — Что так долго, рыцарь? Вам надоела рождественская атмосфера, которую Нао навязывает нам? Это скоро закончится. Найт потянулся и слез с мотоцикла, желая для разнообразия встать на твердую землю. — Неа. В такую погоду нельзя разогнаться. А ты? Ты планируешь запретить Рождество в следующем году? — поддразнил он. Зверь потер лоб и подошел ближе, но махнул Найту, чтобы тот шел с ним, подальше от окон, где их можно было услышать. Беспокойство заставило Найта помрачнеть, и он молча последовал за своим презом, оставив на время мотоцикл. Они шли вдоль старых стен, скрипя снегом под сапогами в полной тишине, пока Чудовище наконец не заговорило. — Какой смысл праздновать Рождество в чертовом доме? Звучит как довольно глупая идея для меня. Но Лоран любит все это блестящее дерьмо, поэтому я сомневаюсь, что смогу его запретить. Найт нахмурился, на мгновение замедлившись, прежде чем догнать Зверя в нескольких длинных шагах. — Он не настоящий дьявол, ты же знаешь. Чудовище подняло брови, или, по крайней мере, кожу там, где были бы его брови, если бы они не сгорели в огне много лет назад. — Знаем ли мы это на самом деле? Мы ходим по кругу в исследованиях. — Он сам так сказал. Зверь глубоко вздохнул, выпустив в воздух облако пара, когда он выдохнул. — Это правда. Кто он тогда? А если он не дьявол, есть ли еще такие существа, как он? Я ненавижу не знать, с чем имею дело. Найт скрестил руки на груди и облизал губы, мгновенно пожалев об этом, когда влага остыла на его коже. — Думаю, Лоран в конце концов найдет ответы. Он говорит на каких, трех языках? Зверь остановился и еще раз оглядел заснеженную местность. — Он очень настойчив, когда чего-то хочет, — пробормотал он и начал снимать перчатку. Найт усмехнулся и плотнее затянул шарф на шее. — Ну, ему удалось растопить твою решимость никогда больше не использовать свой член, так что, думаю, ты прав. Зверь переминался с ноги на ногу. — Он дал мне это. — Зверь поднял руку, чтобы показать Найту новое пополнение в коллекции тяжелых печатей. В тот момент, когда Найт увидел это, он понял, что именно Зверь пытался сказать ему таким запутанным образом, но ему также пришлось прикусить язык, поскольку официально он ничего не знал о намерении Лорана надеть кольцо на Чудовище. Печать представляла собой толстую темную платину с рубином, вставленным в то, что выглядело как серия трещин или прожилок, пронизывающих металл. Найт изо всех сил старался притвориться, что не имеет ни малейшего представления обо всем этом, но его все равно бесконечно забавляло то, что милый, низкорослый, длинноволосый Лоран, который иногда говорил как поэт с французским акцентом, был тем, кто сделал предложение большому, смелрму Зверю. — Ух ты. Рубин? Интересно, откуда у него деньги на эту штуку. Джордан тоже хотела. Подарок к Рождеству?» Зверь откашлялся. — Это обручальное кольцо. Он утверждает, что накопил, но я знаю, сколько у него денег. Он не мог взять кредит в банке. И… я имею в виду… я хотел, чтобы ты знал. — Намек на улыбку на губах Чудовища стал таким же четким, как снег вокруг них. Наконец-то. Наконец Найт смог перестать притворяться и следить за своим ртом. Какое чертово облегчение. — Поздравляю, брат! Когда свадьба? — спросил он, притягивая Зверя в руки. Его обман не совсем удался, Зверь напрягся и откинулся назад, чтобы посмотреть на него. — Что… ты, задница… ты все это время знал об этом, не так ли? Рыцарь поднял руки. — Почему ты так думаешь? Я рад за тебя, вот и все. Гнев смешался с весельем на суровом лице Чудовища, и он мягко толкнул Найта в грудь. — Я знаю тебя много лет. Мой парень сделал мне предложение, а ты не бросил ни одну идиотскую шутку? Вы двое сговорились против меня. Рыцарь фыркнул. — Отлично. Да, я знал. И я не буду шутить, потому что вам давно пора. Иначе будешь старым холостяком, а этого никто не хочет. — Ах, да? Ты собираешься сделать Эллиоту предложение в следующем году? — спросил Зверь с дерзкой ухмылкой. Мозг Найта переключился, и на мгновение он полностью потерял сюжет. — Что? — Никому не нужен старый холостяк? — Зверь застонал и раздраженно махнул рукой на Рыцаря. — Это шутка. Хотя я могу представить жутко-странную свадьбу для вас двоих. Он бы носил этот тупой парик. Найт повысил голос, даже не подумав об этом. — Не меняй тему. Что, черт возьми, ты имеешь в виду? Мы просто... партнеры по исследованиям, вот и все. Зверь дважды взглянул на Найта. — Что вы двое исследуете? Сколько позиций могут трахаться парни, пока кто-нибудь не лишится глаза? Найт стиснул зубы и, должно быть, примерз к земле на лютом морозе, потому что не мог двигаться. — В чем твоя проблема? Скорое замужество не означает, что ты можешь осуждать меня! Зверь развел руками. — С каких это пор ты такой обидчивый? Подожди… у тебя никогда раньше не было парня. Найт прижал руку к холодной кирпичной стене фасада, больше раздражаясь от второго. — У меня нет парня. Какого хрена, Зверь? Откуда все это? — Что значит, у тебя нет парня? Ты живешь с ним, ты трахаешься с ним и больше никого не трахаешь. И для протокола, я никогда раньше не видел, как ты целуешься с парнем. Я что-то упускаю? Он даже делает тебе гребаные бутерброды. Найт сжал руки в кулаки, борясь с ощущением, что его грудь сжимается вокруг легких. — И что? Я вне закона, и я делаю все, что захочу, с кем захочу. И он не живет со мной. Зверь закатил глаза. — О верно. У него только что появилась собственная комната, но он не спал там уже три недели. Слушай, меня все устраивает, я ему не сторож. Что мне? Но если вы двое не в отношениях, убедитесь, что он знает об этом, потому что он, кажется, не знает. — Что? Он что-то сказал? — рявкнул Найт, подойдя ближе к Зверю и почти вломившись в его личное пространство. Он мог справиться с огнестрельным оружием. Он мог справиться с полицией. Но это выводило его из себя. Он не заводил парней. На самом деле, он больше не заводил отношений. После Джордана он действительно перестал усложнять себе жизнь без всякой причины, если мог в любом случае получить хоть какой-то хвост. — Не мне, но Джейк дразнил его на днях, и Эллиот резко разозлился, сказав ему отстать от тебя, потому что тебя забрали. Он получил за это оплеуху, но сказал это. Найт сделал несколько глубоких вдохов и уставился на следы на снегу. — Блядь. Чертов ад. И... что, Джейк ударил его? Он мой гость здесь, — пробормотал он, переполненный смешанными чувствами. Зверь покачал головой. — Парень просил об этом. Всегда наступает всем на пятки. Он в порядке. — Он всего лишь пацан. Двадцатипятилетний парень, но все еще намного слабее Джейка. Зверь снова надел перчатку и уставился на Найта, как будто мог видеть что-то, чего Рыцарь не мог видеть. — Нет. Он взрослый мужик. Старше Джейка. И Джейк, возможно, все еще проспект, но он не может допустить, чтобы такие парни, как Эллиот, не уважали с ним. Найт засунул руки в карманы, еще больше нервничая от второго. Зверь был прав. Конечно, был. Эллиот был здесь всего лишь гостем, и он не должен был позволять себе оскорблять своих хозяев. Даже женщины не были исключены из необходимости уважать байкеров, но все же было так неправильно слышать, что кто-то прикасается к худому, недокормленному Эллиоту, что он хотел дать Джейку самую тяжелую работу. Просто так. — Я поговорю с ним. — Найт повернул голову на звук тяжелого дыхания и быстрых шагов как раз вовремя, чтобы увидеть приближающегося Лорана с широкой улыбкой и красными щеками, похожего на принца Зимы с длинными волосами, торчащими волнами из-под меховой шапки. — Вот ты где! Я пытался дозвониться до тебя. Мы собираемся? — сказал Лоран Чудовищу. Найт повернулся на каблуках и улыбнулся, несмотря на неприятный осадок в горле. — Поздравляю. Я слышал новости. Улыбка Лорана стала еще шире. — Ты сказал ему? — Он бросился к Зверю и крепко обнял его. — Я так счастлив, что Зверь принял мое предложение. Кай Мерсье. Разве это не звучит прекрасно? — Кай М… — Голос Найта оборвался, когда он попытался встретиться взглядом со Зверем, но не смог, когда Зверь отвел взгляд, как будто горизонт предлагал все удовольствия мира. — О, это так мило. Будут ли дети тоже маленькими Мерсье? Лоран нахмурился. — Ну да. Конечно. И мы еще не обсуждали это, так что совершенно неуместно с вашей стороны строить догадки. Зверь смотрел между ними широко открытыми глазами. — Какие еще дети? Лоран потянул его за руку. — Пойдем. — Дети, которые у вас двоих будут. Мои племянники и племянницы, брат, — сказал Найт, удовлетворенный тем, что испортил момент и для Чудовища. Так что он был мстительным, озлобленным ублюдком. Но кто такой Зверь, чтобы строить догадки о его и Эллиота… договоренностях? Зверь застонал, уходя с Лораном, и их разговор был слишком тихим, чтобы Найт мог его услышать, что означало только то, что теперь он остался наедине со своими мыслями. Видение Джейка, угрожающего Эллиоту, смешалось с его собственным гневом, когда он услышал, что Эллиот заявил, что они пара. И все же он не мог дождаться, чтобы увидеть его. В то же время он хочет просто сесть на свой мотоцикл и никогда больше не возвращаться. Он стоял на месте, наблюдая, как Чудовище и Лоран добираются до гаража и исчезают внутри. Его разум метался и оставил его в странном месте, где он действительно не знал, что думать. Ледяной ветер отдувал длинные волосы Найта ему в лицо, и он воспринял это как сигнал к действию. Он подбежал к ближайшей двери и отпер ее, проскользнув как раз вовремя, чтобы снова не столкнуться с осуждающим взглядом Чудовища. Коридор встретил его настолько горячим воздухом, что он обжег прохладную кожу и обжег щеки, но пока он стягивал перчатки и тер затекшими руками грудь, слова Чудовища все еще не покидали голову Рыцаря. Думали ли все его друзья, что Эллиот был бойфрендом Найта, или это были только предположения Чудовища? Ему не нравилось, когда его заставляли иметь дело с таким дерьмом! Найт ненадолго притормозил, вспомнив, что оставил весь свой багаж — и мотоцикл — снаружи, но, поскольку снег не падал и ветра было не так много, он решил сначала разобраться с дерьмом, а потом заняться своими обычными делами. Он прошел к передней части дома, затем мимо статуи горгульи, затем вверх по лестнице, вплоть до своей квартиры. И тут он остановился, не зная, что делать дальше. Это была его квартира. Прямо здесь, за его дверью, было его личное пространство, и все же он дал Эллиоту код доступа, чтобы ему было удобнее. И теперь он не решался войти. К себе. Домой. Черт. . Он открыл дверь и ворвался внутрь. Широкая улыбка Эллиота приветствовала его, как только их взгляды встретились. Он бросился с дивана, чтобы обнять Найта. В комнате было так тепло, что Найт уже вспотел, а на Эллиоте были только джинсы, которые, казалось, становились слишком тесными на его стройных ногах, и футболка. Его волосы были влажными, и как только он обнял Найта за талию, стало очевидно, что он только что принял душ и пах так восхитительно, что Найт должен был напомнить себе о своей цели. — Ты голоден? — спросил Эллиот и поцеловал Найта в челюсть. Найт глубоко вздохнул, с трудом удерживая руки так близко к бокам Эллиота, что мог легко схватить и оттолкнуть его. Но он не мог просто так. — Я… а… Я слышал, ты поссорился с Джейком. Эллиот застонал и прижался лицом к шарфу Найта. — Он тупица. Не имеет значения. Найт огляделся и заметил сумку Эллиота, выглядывающую из-за ширмы, разделявшей гостиную и спальню. Его сердце колотилось, и ему было одновременно жарко и холодно. Его руки зависли близко к бедрам Эллиота, но когда мягкие влажные волосы защекотали ему шею, он снова заколебался. Он точно знал, что почувствует, если обнимет Эллиота. Его тело было длинным и гибким, как у сиамской кошки. Оно так хорошо лежало в объятиях Найта, что он боялся, что если он положит руки на эти узкие аппетитные бедра, любой разговор будет окончен. Ему нужно было остановить это. — Это не то, что я слышал. Темные глаза мгновенно встретились с глазами Найта. Если бы Эллиот действительно был котом, он бы навострил уши. — Что он сказал? Что бы это ни было, он, вероятно, лжет. Найт сжал кулаки. — Он имеет такое же право сосать мой член, как и ты. Брови Эллиота, опустившиеся на глаза, сказали Найту все, что ему нужно было знать. — Прошу прощения? — Он отступил назад, и его руки соскользнули с талии Найта. Найт ахнул и оттолкнулся от Эллиота, взбежал по ступенькам и ворвался в ванную. Его желудок сжался при виде двух зубных щеток в чашке у раковины. Он отошел, раздраженно потирая лицо. Когда это вообще случилось? Да, Эллиот останавливался у него в последнее время, но только потому, что это было удобно. Или так он думал. — Твоя зубная щетка… — Эллиот прислонился к дверному косяку, нахмурился и засунул руки в карманы. — Что насчет нее? Найт оглянулся через плечо и сглотнул, не зная, как сломать тему. Ему нравился Эллиот, несмотря на его навязчивый характер — а отчасти, может быть, и из-за него — и он не хотел быть излишне жестоким, но это недоразумение не могло продолжаться. — Как ты думаешь, что это? — спросил он в конце. Эллиот пожал плечами, явно напрягшись. — Ванная комната? Это вопрос с подвохом? Ты трахаешься с Джейком? Это было невероятно. — Я не понимаю, какое это твое дело. Мы не гребаная пара. Найт видел, как руки Эллиота сжались в карманах. — Какого хрена мы тогда делаем? Ты пригласил меня жить с тобой. Ты даже позволил мне остаться, когда тебя не было. Рыцарь… Ты же знаешь, мы просто подходим друг другу. Найт зарылся пальцами в его волосы. — Я пригласил тебя сюда, потому что не хотел, чтобы ты отморозил себе задницу в этом трейлере. Мы приятели, а не бойфренды. У меня нет парней, а ты говорил всем за моей спиной, что мы пара. Кто, черт возьми, дал тебе право принимать эти решения за меня? — Я не говорил «парни»! — Эллиот раскинул руки, отчего Найт почувствовал себя еще более запертым в собственной ванной. — Но разве это не имеет смысла? Мы любим проводить время вместе. Почему бы нам, черт возьми, не быть парнями? Мы хорошо ладим. Если бы Найт был немного слабее, он бы уже задыхался от паники. Но он был человеком, распоряжающимся своей жизнью, и никому не собирался отдавать бразды правления. — Нет. Это зашло слишком далеко. Если ты не можешь понять концепцию друзей с преимуществами, тебелучше вернуться в свою комнату. Возьми свои вещи и зубную щетку, и мы поговорим, как только ты все обдумаешь. Может быть. Эллиот не моргнул, глядя на Найта блестящими глазами. Его кожа была такой бледной, что казалось, он может сползти на пол в любую секунду. — Ты не можешь быть серьезным. Не зная, что делать с руками, Найт схватился за ремень и заставил себя пристально смотреть на Эллиота. — Я очень серьезный. Я никогда не просил тебя переезжать сюда. Ты просто подкрадывался понемногу, как кошка. Это не может продолжаться. Эллиот медленно подошел к Найту, словно боялся спугнуть раненого льва. — Разве ты не хочешь, чтобы в твоей жизни был кто-то, кто готов отдать тебе каждую частичку себя? — прошептал он и положил пальцы на руку Найта. Его прикосновение было влажным, мягким, теплым, и по руке Найта побежал электрический разряд. Рыцарю оставалось только отстраниться. — Нет. Нет, не знаю. Я в порядке, и мне не нужно, чтобы кто-то постоянно следил за тем, что я делаю, и ворчал, когда я хочу трахнуть кого-то еще. Насилие возникло так внезапно, что Найт не успел среагировать достаточно быстро, и когда он двинулся, чтобы защитить себя, Эллиот уже отпрянул к двери. — Ты трахаешь Джейка, не так ли? Он не может делать минет лучше меня! Он оголяется? Я мог бы все время ходить голым!— Он повышал голос с каждым словом, и его бледное лицо покраснело от ярости. Найт только медленно осознавал, что Эллиот ударил его по лицу. Что, черт возьми, это было? — О чем ты? Я не собираюсь обнажаться с парнем, который продолжает приставать ко мне, чтобы сделать это. И это вообще ни при чем. Я не позволю никому заманить меня в ловушку. Я был очень терпеливым и очень добрым, и вот как ты отплачиваешь мне? — спросил он, постукивая по обожженной щеке. — Может быть, терпения и доброты недостаточно! — Эллиот ворвался в спальню и собрал несколько вещей, которые у него были. Он был шаром ярости, который, казалось, катился вперед и быстро превращался в лавину ярости. — Значит, я хочу еще! Подай в суд на меня. Я вижу, что здесь происходит. Заманить тебя в ловушку? Моя жизнь вращается вокруг тебя. Тебе не нужна моя преданность, и ты не заботишься обо мне. Я не соглашаюсь на это дерьмо. Я не собираюсь быть твоим удобным трахом! — Он сунул свои вещи — две книги, дезодорант, колоду карт — в сумку, застегнул молнию и босиком спустился по двум ступенькам от спальни. Найт вздохнул, раздраженно наблюдая за Эллиотом. — Я думал, что мы на одной волне в этом вопросе. Если бы ты сказал мне, что хочешь большего, я бы сразу сказал, что этого не произойдет, так что перестань вести себя как маленькая сучка. Эллиот оглянулся на Найта, его ноздри раздулись. — Может быть, иногда мы не знаем, чего хотим, пока не получим это? Что ты мог знать об этом мистере Совершенное-тело-идеальное-лицо? Такой чертовски поверхностный, вот кто ты!— Он выплевывал каждое предложение, словно метал кинжалы в Найта через всю комнату. — Бывал ли ты когда-нибудь влюблен? Зачем ты меня так впутал? Мне все равно. Я ухожу. Можешь оставить эту чертову зубную щетку, потому что я не хочу даже проходить мимо тебя! Найт прислонился к стене, стиснув зубы, наблюдая, как Эллиот мечется, как бешеный еж. Только это была всего лишь истерия, рожденная из сна, Эллиот в какой-то момент начал верить. Как бы больно ни было Найту сообщать подобные новости, он ничего не должен Эллиоту. На самом деле, он уже сделал все возможное, чтобы предложить Эллиоту убежище. Он дважды спас жизнь Эллиоту, одел его, накормил и устроил ему потрясающий секс. И это была его награда. Шипящий приступ и презрение. Как типично. Еще одно доказательство того, что любые попытки завязать отношения не стоили хлопот. — А как насчет твоей одежды? Эллиот нахмурился. — Какой одежды? Этой? Ты хочешь вернуть свои вещи? — Он стянул с себя футболку так быстро, что Найт услышал, как она порвалась. Дерьмо. Это быстро вышло из-под контроля. — Нет. Просто упакуй свое дерьмо. Куда ты все это положил? Плечи Эллиота поникли, и он поднял свою сумку с пола. — У меня… у меня все здесь, — пробормотал он и надел сапоги на босые ноги. Он просто тянул с отъездом, Почему он не распаковал вещи, если провел здесь целую неделю? Найт на мгновение отвел глазаот темного взгляда, в котором горело столько эмоций, что он не мог выдержать их веса. Его взгляд поймал черный блокнот на прикроватной тумбочке, и он указал на него. — А твои записи? Эллиот колебался. — Которые? Это твой чертов рождественский подарок, так что можешь оставить их себе. Не похоже, что я могу забрать егообратно. Счастливого гребаного Рождества. — Он развернулся и пошел к двери даже без футболки. Найт перевел взгляд с блокнота на Эллиота, следуя за ним еще до того, как успел разглядеть, что было написано в этой чертовой штуковине. — Не будь таким. Я не хочу, чтобы ты уходил. Просто оставайся в своей комнате. Меня не будет на Рождество, так что мы оба можем подумать об этом. Эллиот не оглянулся на него, а показал ему палец, уходя. — Мне некуда идти, потому что мы оба знаем, что мой трейлер — морозильник. Рыцарь был готов. — Отлично. Если ты не можешь быть чертовски уважительным, тогда иди. Я не твой хранитель. Эллиот захлопнул за собой дверь так сильно, что плакат в рамке задрожал на стене. Тишина, оставшаяся позади, была настолько напряженной, что Найт мог слышать шаги Эллиота по коридору. Он огляделся, беспомощный перед чувством вины, хотя и знал, что не сделал ничего плохого. Он не ударил Эллиота в ответ, потому что знал, что если бы он ударил его, Эллиот, вероятно, упал бы. В комнате все еще пахло шампунем Эллиота, но в остальном от него не было и следа. Ну, кроме того… Найт выдохнул тяжелый воздух из легких и поднялся по ступенькам, чтобы взять с ночного столика черный блокнот. После только что произошедшей хуйни он ожидал какой-нибудь эмо-альбом об их «отношениях», но то, что он нашел вместо этого, ошеломило его. Эллиот откопал информацию о Рафаэле Мерсье. Само по себе это не имело бы особого смысла, потому что Найт показал Эллиоту подробности о самом человеке, но в записях указывалось, что Эллиот узнал, что предок Найта на самом деле был итальянцем, и только когда он приехал во Францию. Он изменил свою фамилию с Массимино. Что открыло целую новую ветвь исследований генеалогического древа Найта после того, как он навсегда застрял в своих исследованиях семейной истории до 1700-х годов. Страница за страницей Эллиот скреплял сканы всей информации, которую он нашел по этой теме, включая распечатки экранов из его любимого сообщества поклонников серийных убийц. Найт провел пальцами по страницам самого продуманного подарка, который он когда-либо получал от кого-либо. Бумага даже каким-то образом впитала запах Эллиота и теперь шептала Найту, чтобы тот вернул Эллиота. Попробовал загладить свою вину. Может быть, поговорилобо всем, как взрослые мужчины. Может быть, Эллиот передумал после того, как поначалу взорвался от ярости? Он зарылся лицом в прохладные листы бумаги, от которых пахло чернилами и потом Эллиота, и покачал головой. Нет. Он не должен просто шевелиться по чьей-то прихоти. Если он останется твердым, у Эллиота будет столь необходимое время, чтобы подумать и преодолеть свое очевидное увлечение Найтом. Затем они могли вернуться к работе в подвале, пусть даже просто как друзья. В конце концов все должно быть в порядке. Так и должно быть.