Его половинка

...Пять лет спустя...

Уэнсдей немного нервно поправляла растрепавшиеся чёрные локоны, глядя в зеркало. За это время она почти не изменилась - лишь взгляд стал чуть более мягким, а длинная копна волос кончалась теперь где-то после плеч. Она стала криминалистом, как всегда мечтала. Лондон по-прежнему славился своей тайной мафией, так что загадок и нераскрытых дел, по её мнению, ей должно было хватить до конца жизни. Сегодня, пятого апреля, она собиралась на встречу с Ксавьером. Девушка сильно нервничала, хотя никогда не призналась бы в этом - они не виделись около трёх лет, когда Винсент Торп отозвал сына в Париж, чтобы тот помог отцу с семейным бизнесом. Недавно Уэнсдей узнала, что молодой человек, выполнив обязательства перед семьёй, открыл свою галерею. Ходили слухи, что его картины пользовались большим успехом. Выдохнув, девушка поправила распущенные волосы, последний раз придирчиво оглядывая себя в зеркале - красное пальто, чёрное платье по колено и тёмные туфли на невысоких каблуках. Поправив чёрную сумку, Уэнсдей решительно направилась к выходу. Не хотелось опаздывать и терять даже несколько минут от встречи с ним. Апрельское солнце ярко освещало английские улочки, обдавая весенним теплом прохожих. Уже почти по-летнему тёплый воздух играл с волосами, завязками на верхней одежде и даже унёс в небо синий шарик, выпущенный детской рукой. Уэнсдей шла по мостовой, приближаясь к месту встречи, чувствуя, как радостно-волнительно бьётся сердце. Ему сейчас уже двадцать два... Интересно, сильно ли изменился?... Вот наконец и парк. Садясь на лавочку, девушка набрала сообщение: Я на месте. Ответ пришёл через несколько секунд: Вижу. Уже иду) Повернув голову, она едва сдержала себя, чтобы не побежать на встречу. Молодой человек был, как всегда, одет аккуратно и со вкусом - синие джинсы, распахнутое серое полупальто, выглядывающая из-под него белая рубашка. И всё те же длинноватые распущенные волосы каштанового оттенка. Почти не изменился. Не выдержав, она всё-таки сделала несколько шагов навстречу. И вот Уэнсдей уже в кольце его рук, стоит, прижавшись к нему. - Ну привет, Уэнсдей Аддамс. - говорит он, слегка отстраняясь. Голос стал чуть ниже и обрёл какие-то новые интонации. Прогуливаясь по парку, они рассказывали друг другу как жили всё это время в ожидании встречи. Он приглашал её на свою выставку в Париже, а она смотрела на него во все глаза, стараясь запомнить его таким - повзрослевшим, уверенным в себе, весёлым и по-прежнему таким же надёжным. Внезапно они свернули к какой-то беседке, увитой плющом и мелкими сиреневыми цветами. Ксавьер остановился, и чуть помедлив, спросил, глядя ей в глаза: - Уэнсдей... Ты станешь моей женой? Девушка слегка растерялась, но тут же ответила, смущённо улыбаясь: - Да, Ксавьер. Конечно, да. Он вынул из внутреннего кармана изящное тонкое колечко с маленьким прозрачным камнем и протянул его Уэнсдей. - Вот так. - улыбаясь, проговорил художник. - Теперь я по-настоящему счастлив. Взявшись за руки, молодые люди пошли по тропинке в комфортном молчании. Теперь она с ним насегда. Его половинка.