(Не)обманщик

      Комната медленно, но верно начала окрашиваться в цвета закатного солнца. Светло-серые стены и картины, висящие на них, приобретали более тёплый красно-оранжевый оттенок. Тишину вокруг нарушало лишь тиканье часов где-то в коридоре и мерное сопение спящего Люцифера. Михаилу приходилось несколько раз его будить, чтобы прервать его плохой и чересчур активный сон или же просто, чтобы напомнить о лекарствах.       В доме они уже давно остались только вдвоем. Адам и Джек ушли сразу же, как узнали заключение врача, а рабочий день Харрис закончился около часа назад. Старушка, понимая положение Миши, принесла ему парочку сэндвичей и чай, чтобы тот не голодал. На прикроватной тумбочке также стояла вода и упаковки таблеток, с услужливо подписанными ситуациями применения. А на кухне, на случай, если Люци проснётся, и парни решат поесть нормально, стояло несколько кастрюлек с ужином, который нужно было лишь разогреть.       В последний раз, когда Михаил отлучался в туалет, к нему пришла идея немного приподнять подушку, чтобы сесть повыше, ведь валяться в кровати весь день уже надоело. Поэтому сейчас он полусидел и медленно перебирал блондинистые волосы своего любимого, играя в какую-то мобильную версию игры «Найди слово». Парень и сам смог всё же немного подремать рядом с Люцем, но не так долго, как хотелось бы, поэтому сейчас Миша развлекал себя как мог. За время своей бодрости он ещё парочку раз сфотографировал Люцифера. Всё-таки тот лежал у него под боком без футболки и обнимал его. Такой момент нельзя было не запечатлеть.       В момент, когда Михаил начал было злиться, что уже несколько минут не может найти слово «капибара», Люцифер начал шевелиться и что-то бормотать. Миша посмотрел на него, ожидая результатов всей этой возни. Пусть он и готов был хоть вечность просидеть рядом с любимым, но его мучали вопросы, как о переломе, так и о том, по какой такой причине парень в таком ужасном состоянии валялся в заброшке.       Люцифер немного поворочался и потихоньку начал открывать глаза. Поначалу его взгляд был затуманен, но после того, как он оглянулся вокруг, то это состояние быстро сменилось волнением. Через несколько секунд парень обратил внимание на то, с кем в кровати спал. Подняв голову, блондин встретился с тёплым взглядом Михаила, направленным на него. Миша продолжил немного поглаживать его по спине, тем самым успокаивая любимого. Люцифер попытался сесть, в этот раз опираясь лишь на левую руку.       — Который час? — хриплым голосом спросил блондин.       — Пять минут восьмого. Ты, спящая красавица, продрыхла почти 7 часов. — с лёгкой усмешкой сказал Михаил и протянул парню кружку с водой. — Держи, наверняка пить хочешь. — Люцифер благодарно кивнул и забрал воду из рук друга (?).       — Кто сейчас дома? — выпив примерно четверть воды из кружки, спросил больной.       — Только мы. — спокойно отвечал Миша. — У меня для тебя будет несколько новостей, а ещё миллион вопросов, — после этих слов он указал на загипсованную руку Люца, — с чего начать?       — Я голодный. — жалобно протянул блондин и откинул голову назад. — Давай поедим, а там спрашивай и говори о чем хочешь?       — Хорошо, но учти, что так просто ты не отвертишься. — Миша говорил с ним на полном серьёзе, сохраняя каменное выражение лица, но когда слез с постели и отвернулся, то всё же позволил проскользнуть мимолётной улыбке умиления. — Пошли?       — Да, только я умыться хочу. Подожди меня рядом, хорошо? — спросил Люцифер, направляясь в сторону ванной комнаты. Он остановился, собираясь обернуться, но, услышав что-то, похожее на согласие, продолжил свой путь. Вероятно, ему придётся объяснять всё Мише, так что уж лучше пусть он постоит где-то рядом и не даст развиться панике, чем будет где-то внизу в неведении о состоянии Люца.       Михаил терпеливо ждал, пока парень умоется и приведёт себя в порядок. Под порядком у него подразумевалось сырыми руками растрепать и без того не уложенные волосы и почистить зубы, надеясь убрать неприятное ощущение и вкус изо рта. Во время своего умывания Люцифер тщательно продумывал всё, что сейчас сможет рассказать Мише. Ещё вчера он бы высказал ему всё, что думает об отце и подробно описал бы то, как над ним издевались. Но не сейчас. Да, он не любит своего папашу, но кроме него у Люцифера не было никого, кто мог бы взять опеку над ним. Нужно продержаться ещё хотя бы месяц, чтобы наконец-то зажить спокойно. И только сейчас парень замер на несколько секунд, вспоминая о вчерашнем решении. У него больше нет отца.       — Нужно измерить тебе температуру… — сказал Михаил, заглядевшись на то, как блондин, стоя к нему спиной, нагнулся к раковине. — В том смысле, что я трогал твой лоб и, кажется, она в любом случае идёт на спад. — немного запинаясь продолжил парень, когда Люцифер повернулся к нему, чтобы найти полотенце и вытереть лицо.       — Хорошо, я понял. Это ведь не простуда, да? Ничего кроме температуры не было. — размышлял вслух Лю, покидая ванную комнату и выключая за собой свет. — Пошли?       — Да, ты прав. Доктор сказал, что это была реакция организма на перелом. — отвечал Михаил, когда парни начали спускаться по лестнице на кухню. — К слову об этом, какого хрена? Я, конечно, всё понимаю, но вот гипса у тебя 100% не было, когда я уходил! Прошло меньше двадцати четырёх часов с момента нашей последней встречи! Как ты умудрился?! — Миша широко распахнул глаза и вскинул руки, показывая размеры своего негодования, на что Люцифер лишь хихикнул и потёр загипсованную руку.       — Это долгая история…       — А у нас много времени, уж потрудись! — парни вошли на кухню, и Лю решил удобно устроиться на столе, а Миша направился проверить еду.       — Питание на первом месте. — блондин взял из вазы с фруктами яблоко и откусил большой кусок, болтая ногами и наблюдая за другом (?). — Ну, так что у нас на ужин, жёнушка? — спросил Лю и, смеясь, еле успел увернуться от кухонной тряпки, которую в него швырнул Михаил.       — Не называй меня так. И хватит кусочничать! — недовольно сказал Миша. Люцифер послушно отложил яблоко подальше и подошёл к плите, чтобы посмотреть содержимое кастрюлек.       Следующие 15 минут оба парня провели молча. Михаил пилил взглядом Люца, который явно старался растянуть время ужина и оттянуть объяснения, а тот в свою очередь, наслаждаясь тишиной, продумывал свою ложь на счёт перелома и сна в заброшке.       Ситуацию усложняло и то, что Лю, после температуры и вчерашней нервотрёпки, не мог точно вспомнить, какие моменты были на самом деле, а что было сном в бреду. Складывая обрывки воспоминаний, он не мог понять, как вообще сбежал и добрался до той гостиницы. Из некоторых моментов становилось понятно, что он прыгнул из своего окна, перед этим врезав своему отцу. «Я не смог бы его ударить…» — Люцифер был готов списать это на сон, но глянул на гипс и обомлел. Пара капелек крови были заметны на самом краю, именно этой частью он ударил Чака в нос. «Чёрт возьми… Неужели я реально смог?..» — парень просто замер, тупо пялясь на эти красные точечки: «Ещё скажите, что и та чушь, когда я поцеловал Мишу, была реальностью! Он бы уже не сидел здесь, если бы я правда это сделал.»       — Люцифер. — Михаил нарушил молчание, судя по всему, блондин надолго засмотрелся на свою руку и этим выдал себя. — Хватит придуриваться, нам действительно нужно поговорить.       — Ладно. — Ширли отодвинул тарелку с недоеденным супом. — Что ты хочешь от меня услышать?       — Я думал, что это очевидно. — Люци, в ответ на это, лишь закатил глаза. Михаил сцепил руки в замок и положил их на стол, не отступая от своей серьёзности, несмотря на поведение любимого. — Как ты сломал руку?       — С лестницы упал. — как бы не было грустно, но ему вновь приходится лгать Мише. Он знает о не самых лучших взаимоотношениях в семье Ширли, а значит может усугубить ситуацию, если узнает правду.       — Точнее говори. — Михаил нахмурился, явно недовольный ответом.       — Шёл по коридору на втором этаже, не смотрел под ноги, оступился и полетел вниз. — с тем же непоколебимым спокойствием говорил Люцифер. — Мне помогли, отвезли в больницу. Вот тебе гипс, если не веришь. — решил подшутить над уж слишком серьёзным другом блондин. Михаил ничуть не успокоился от такого ответа, наоборот, удивился тому, что при известной на данный момент информации, Лю солгал ему.       — Неужели? И кто был дома, кроме отца?       — Никого. Харрис ушла вчера пораньше, поэтому мне помогал лишь дорогой папочка. — «Почему он выглядит таким недовольным этим ответом?» — сейчас Люцифер уж слишком много думал для человека, который несколько часов валялся с температурой и бредил. — Ну? Мне рассказать ещё какая песня на радио играла, когда меня везли в больницу? — с улыбкой продолжал отвечать Лю.       — Не стоит. — «Он говорит с тем же спокойствием, что и всегда. Но он лжёт, я уверен в этом на 100%. Почему ты обманываешь меня, Люси?» — Михаил узнал от врача и Харрис много разной информации, поэтому показания его любимого не сходились с профессиональным мнением. Доктор посмотрел заключение, а заодно и снимок рентгена. До этого момента, Миша и сам считал, что Люцик просто неудачно упал, но док сказал, что так упасть было бы нереально, травма была получена, вероятно, во время драки. — Ты точно в порядке? — взгляд Михаила смягчился. Его безусловно волнует всё это, но голову не покидает понимание того, что просто так Люци бы врать не стал, логичная причина должна быть.       — С тобой рядом я чувствую себя лучше. — эти слова были чистейшей правдой, но он сказал бы это в разы счастливее, если бы сейчас они не находились в этом доме. «Лишь бы он домой щас не приехал.» — если отец вернётся, то Михаил не будет в безопасности и всё точно узнает. Этого нельзя допустить. — Спасибо тебе, Мишка. — Люцифер улыбнулся, с нежностью смотря в глаза, сидящего напротив.       — Не стоит оно благодарностей, я ведь тоже в последний раз себя как истеричка повёл. — ответил Миша с улыбкой и отвёл взгляд, не в силах продолжать смотреть прямо в эти голубые глазки. — Но всё же, Люц, почему ты спал там? На той заброшке.       — Я решил прогуляться после больницы… — трудно было придумать настолько логичное оправдание этому, чтобы Михаил поверил. — Меня начало шатать, а в теле появилась слабость. Решил немного пересидеть там, но так получилось, что уснул. Вероятно, температура начала валить меня именно тогда.       — Эх ты… Больше никогда тебя одного не пущу никуда! — уже немного посмеиваясь, ответил Михаил. На самом деле, на этот счёт он не придумал ничего, что оправдывало было эту ночь в гостинице. Миша прекрасно понимал, что не может вот так просто поверить в это, ведь предыдущий ответ был ложью, но так хотелось успокоить себя, что оставалось лишь принять это, но позже он обязательно докопается до правды. — Мне тоже есть, что сказать. Это не самая позитивная новость, но ты должен знать правду.       — Я готов услышать от тебя что угодно, Мишка. Жги!       — Твой отец. Это насчёт него. — Люцифер удивлённо посмотрел на Мишу, садясь на стуле прямо. Парень стиснул зубы с такой силой, что казалось, будто ещё немного и они расколются на мелкие кусочки и осыплются в его рту. Важно было не начинать кусать себя изнутри, прежние ранки до сих пор не зажили. — Он попал в аварию. Сейчас лежит в больнице в тяжёлом состоянии. — от этой информации не стало легче. Пусть Чак и не был «Человеком номер один», но от переживаний это парня не избавило.       — Как? Что случилось?! — волнение, что сейчас бурлило внутри него, смешивалось с тревогой. Неужели этот пьяный мудак сел за руль и поехал искать Люци после побега? — Не молчи, Коэн!       — Произошла авария с лесовозом, — глаза Люцифера расширились: «Неужели задавило брёвнами? Он будет жить?» — Его машина стояла рядом с местом аварии, я уточнил у Дина, в каком он сейчас состоянии, мне написали, что его стабилизировали, кажется что-то про искусственную кому говорили. Нужно будет прийти в больницу, заполнить какие-то бумаги, потому что ты ближайший родственник.       — Я не смогу… — голос его дрогнул. Внутри Люцифера смешались два противоречивых чувства. С одной стороны, это вина, ведь отец сел за руль из-за него, а с другой стороны, это был страх. Страх увидеть этого человека вновь. Он не может чувствовать себя спокойно даже «дома», когда рядом Михаил! Что уж говорить о больнице и этим гадом. — Нет! Я не смогу, точно не смогу быть там один!       — Я пойду с тобой, Люцик, я никогда тебя не оставлю, если тебе тяжело, помнишь? Я ведь обещал. — Михаил встал со своего места и подошёл к блондину. — Посмотри на меня. — он присел на корточки рядом с парнем, беря его сцепленные ладони в свои руки. — Я буду рядом, всё будет хорошо.       Люцифер молчал, стыдясь смотреть на Мишу. Он не вынесет этого всего. В голове промелькнула навязчивая мысль: «Уж лучше бы я сдох тогда!». Нет! Нельзя думать о таком, нельзя умирать. Миша будет грустить, если с ним что-то случится. Люцифер и так уже достаточно расстроил и подвёл его. Блондин начал нервно постукивать ногой по полу, стараясь увести мысли в другое русло и не дать слезам покатиться по его щекам. Люцифер прикусил губу изнутри и немного повернул голову, встречаясь глазами с заботливым взглядом Михаила. Миша смотрел на него так по-доброму, с такой искренней теплотой, будто бы не замечал всех пороков, грехов и слабостей Люца. Будто бы ему не было важно то, что думает о себе сам Люцифер или окружающие.       Михаил поднялся на ноги и потянул за собой любимого, утягивая его в свои объятия. Люци поддался действиям и уткнулся носом в плечо друга (?), ухватившись руками за его рубашку. Они стояли так около минуты. Миша чувствовал, как немного намокает его рубашка и временами подрагивают плечи любимого. Он начал совсем тихо говорить на самые разные темы, стараясь отвлечь от неприятной темы, мерно поглаживая Люцифера по спине.       — Я вчера в парке встретил двух маленьких ребят. Девочку звали Люси, она так была похожа на тебя, я никак не мог перестать думать о тебе, ты уже реально поселился у меня в голове. — продолжал бормотать Михаил, притягивая Люцифера за талию. До ушей Михаила донёсся лёгкий смешок. Видимо, старания не прошли даром.       — Ты не ночевал у себя? — неожиданно перебил его блондин.       — Что? Как ты догадался? — недоумённо спросил Коэн, немного отодвигаясь от любимого, чтобы взглянуть в его глаза. Парень смотрел на него абсолютно спокойно, будто то, что он сказал было общеизвестным фактом.       — Во-первых, у тебя не было такой рубашки, а одежда Каса тебе мала. Во-вторых, от тебя пахнет шампунем с ромашкой. — парень смотрел на него своими до невозможности голубыми глазами-океанами, которые и впрямь были немного влажными, но сейчас казалось, будто он видит его насквозь, заглядывая в самые потаённые уголки души. Михаил засмотрелся на него на добрые десять секунд, боясь даже вздохнуть, но после немного мотнул головой и задумался о словах любимого.       — Как связан шампунь с ромашкой и вывод о том, что я не ночевал дома? — Миша всеми силами пытался уловить суть его мыслей, чтобы связать эти факты, которые, казалось бы, никак не пересекаются.       — Твой шампунь мятный, а аромат ромашки ты не особо любишь, это значит, что у тебя, скорее всего, не было выбора чем мыть голову. — Лю отвечал с лёгкой ухмылкой на губах. Его явно веселило то, что Миша не мог понять, а до него самого дошло с удивительной лёгкостью. — Если бы ты мыл голову у меня дома, то я бы увидел гостевое полотенце на сушилке в ванной, но его там не было, а ещё у нас нет шампуня с таким ароматом. Рубашка точно не принадлежит тебе или Касу, от неё пахнет перемешкой запаха одеколона и какого-то лавандового кондиционера, а у твоей мамы аллергия на всё, что связано с лавандой.       — Ты либо настолько хорошо всё запоминаешь, либо на самом деле следишь за мной втайне! — Михаил чуть было не уронил свою челюсть на пол от таких, казалось бы, простых, но в то же время гениальных умозаключений. — Я ночевал у Дина с Сэмом, рубашка и шампунь принадлежат им.       — Ну вот, я же говорил.       — Ты реально гений! — Михаил потрепал Люца по волосам, улыбаясь ему в ответ. — К слову, у тебя ничего не болит? Я тебя как-то может сильно прижал?       — Всё в порядке, мамочка, ты не причинил бы мне боли, я тебя знаю. — сказал блондин, выпутываясь из объятий. Он подошёл к вазе с фруктами и забрал оттуда уже надкушенное яблоко, быстро убегая в направлении своей комнаты.       — Ты чего это? — Миша быстро перевёл взгляд на тарелку с недоеденным супом. — Ах ты скотина! Ты почти не съел ничего! — моральное состояние это безусловно важно, но вот голодать было плохой идеей. Он не отступится так просто. Михаил подошёл к плите, достал из соседнего ящика тарелку и стал накладывать туда рагу. — Харрис удивительная, как она только успела столько всего наготовить?..       Еда всё ещё была тёплой, так что парень решил не разогревать её лишний раз и направился вслед за любимым. Поднимаясь по лестнице, до него начали доходить звуки со второго этажа. Уже когда Михаил стоял в дверном проходе, наблюдая за тем, как Люцифер говорит по телефону, ища что-то в нижнем ящике стола.       — Да, я всё понимаю. Нет. — говорил парень, зажав мобильник между плечом и ухом. — Я приеду туда завтра, имейте совесть, сейчас восемь вечера! — его тон становился всё более раздражённым. Люци вытащил какую-то папку из ящика и с грохотом положил её на стол, поднимаясь на ноги и беря телефон другой рукой. — Раз он сейчас не может это значит, что ты должен слушать мои приказы! Так что не смей учить меня работать и брать ответственность за свои действия, если не хочешь лишиться и этой работы! Не звони мне! — блондин отключился от звонка и швырнул мобильник в сторону, упираясь локтями в стол.       Михаил решил лишний раз не тревожить и без того нервного парня, поставив тарелку с едой на комод, он аккуратно направился к нему. Блондин стоял спиной к вошедшему и, судя по всему, даже не заметил его приближения, поэтому дёрнулся и обернулся, когда рука Михаила опустилась на его плечо.       — А, это ты… Прости, ты всё слышал, да? — спросил Люцифер, потирая гипс.       — Достаточно. Это по поводу отца? — спокойно ответил Миша, чтобы больше не нервировать или не пугать парня.       — Его помощник. Этот бездарь хотел, чтобы я сейчас же явился к нему или направился в больницу, ведь «Скоро туда набегут газетчики и люди из СМИ, а я не хочу им объяснять почему Эдлунд там один, а его сын непонятно где!». — парень передразнивал звонившего, говоря его слова пищащим голосом. — Эта мразь уже совсем страх потеряла, считает, что если папаша не в состоянии, то я не смогу поставить его на место…       — Тихо-тихо! Я понял, знаю, как вы вправляете людям мозги. — Миша перебил любимого, не желая дальше продолжать говорить на эту тему. Ему прекрасно известно, что проблемы с агрессией у Люца семейные, так что не хотелось лишний раз раззадоривать его. — Завтра я схожу с тобой по всем важным местам и мы всё уладим. Хорошо?       — Ладно. — недовольно сказал Люцифер и отложил папку с бумагами на край стола. — Ой. Извини, я назвал его Эдлунд, ты же не помнишь его псевдонима, наверное?       — Вспомнил не так давно, не беспокойся. — ответил Миша с улыбкой, но, заметив, что лицо Люцифера изображает максимальное непонимание, поспешил объяснить. — Когда узнавал про аварию, то это имя показалось знакомым. Порыскал в интернете и нашёл.       — А, блин. — парень ударил себя ладонью по лицу, понимая свою ошибку. — Просто раньше этого не писали, а с тех пор, как он взялся ещё и за книжные магазины, то настоящее имя стало мелькать чаще. — пояснил парень, на что Миша лишь хмыкнул. Люцифер обратил внимание на тарелку, которую принёс друг и направился к ней. — А я даже и не думал, что информация пойдёт так быстро. — продолжал он, подходя к комоду. — Рагу? — спросил он ещё более недоумённо, смотря на Михаила.       — Да. Ты не доел суп, а голодным я тебя не оставлю! — парень старался сказать это как можно серьёзней, но было трудно сдерживать смех, когда Люцифер корчил рожицы на все его слова. — Прекрати и ешь!       Следующие 10 минут Михаил кормил парня чуть ли не самостоятельно, ведь тот, по своей старой привычке разговаривал, расхаживая по комнате, и отказывался посидеть спокойно. А Люси просто слушал и иногда комментировал рассказ Миши о том, как прошёл остаток его вчерашнего дня. Новость про Анну и Дина его не особо удивила, но он явно начал слушать внимательнее, когда началась история про его спасение.       — Ещё, когда я нёс тебя на руках, ты очнулся и извиняться начал… — продолжал свою историю Миша, когда парни уже улеглись на кровать и пилили взглядами потолок.       — О! А вот это я помню! — перебил его Люци, а после повернулся на бок, начиная разглядывать лицо Миши.       — Молодец, грамоту тебе! — смеясь ответил Михаил, после чего продолжил повествование. — Так вот, потом мы в дом влетаем, я тебя на второй этаж тащу сразу, Адам там всё по полочкам разъясняет Харрис, Джек, ещё минут 10 отдышаться не мог! Мы ж его загоняли… — парень сделал паузу и, немного посмеиваясь, вздохнул.       — А кто вообще первый заметил, что я с гипсом? — поинтересовался Люц.       — Я. Когда тебя раздевал, то трудно было не заметить.       — Стоп-стоп! Ты меня раздевал? — удивлённо спросил блондин, приподнимаясь на локте, чтобы посмотреть в глаза Михаилу.       — Конечно. Я бы не доверил тебя этим двоим! Джек был нервный из-за всей ситуации, а Адаму нужно было о другом думать. — спокойно отвечал Миша, глядя прямо на удивлённого Люцифера.       — Вау… На самом деле я думал, что ты просто дотащишь меня, а потом уйдешь, ты ведь злился на меня из-за последней встречи. — неуверенно начал блондин. Люцифер так и не понял, обижался Миша или нет, ведь кроме тех извинений в бреду они это никак и не обсуждали. — Спасибо тебе, Мишка. — закончил парень с улыбкой и плюхнулся обратно на кровать.       — Да не за что, я ведь и сам думал, что обидел тебя. — виновато продолжил Михаил, поворачиваясь к Люциферу так, что расстояние между ними сократилось ещё больше. Если до этого момента они лежали на спинах, задевая друг друга локтями, то сейчас их лица были на расстоянии вытянутой ладони, а то и меньше. — Прости, я не должен так себя вести с тобой. Ты ведь самый дорогой мне человек. — продолжил Михаил почти шёпотом.       — Мне тоже не стоило выгонять тебя… — так же тихо отвечал Ширли. Они лежали молча, тупо смотря друг другу в глаза и немного улыбаясь. В голове у него промелькнуло воспоминание о поцелуе. «В теории, если это было правдой… То ведь он всё ещё здесь. Он не сбежал, не ударил и не послал меня, » — Люцифер не знал, решиться ли ему на это, но уже в реальности: «А если он уйдет? Да и похуй, будь что будет!»       Через мгновение парень перевёл взгляд на губы Михаила и, облизнувшись, вновь посмотрел на него, решаясь на этот поступок. Из-под немного опущенных век, на него смотрел Миша. Разглядывал так, будто бы видел впервые, запоминал каждую черту, каждую родинку и шрамик, стараясь сохранить это всё в памяти, буквально поглощая взглядом. А Люцифер и не был против. Он тонул в этом омуте голубых глаз напротив, даже не пытаясь спастись, полностью отдавая себя на растерзание страсти. Губы Михаила были немного пересохшими, но от того не менее желанными. Из приоткрытого рта вышел горячий воздух, опаляя собой губы напротив. Парни и сами не заметили, как начали тянуться друг другу навстречу, и через секунду последовал лёгкий поцелуй. Он длился не дольше пары секунд, но это мгновение можно было назвать самым настоящим раем, одно лишь касание этих желанных губ дарило такую бурю эмоций.       — Я люблю тебя. — прошептал Люцифер, немного отодвинувшись, чтобы взглянуть на Мишу.       — И я тебя… — всё так же тихо отвечал Михаил, вновь приближаясь и накрывая желанные губы, — любимый. — проговорил он, прямо в момент соприкосновения, притягивая Люцифера ближе к себе и углубляя поцелуй.