Пес и Птица

Так вот как выглядит предательство. Обещал Черному, что не влюблюсь в кого то другого, но что то сердце мое решило иначе и теперь там еще и Пес оказался. Как иногда сложно жить, однако.... Но Помпей стал еще меньше раздражать. Еще и не побоялся со мной заснуть в одной постели. Только вот даже так я не смог его уговорить отказаться от вызова. Если не получается подойти к одной стороне, придется идти к другой. Прихожу на Изнанку искать Слепого. Тот будто ждал меня на крыльце дома, где мы обычно сидели выпивали. -Здравствуй... -Здравствуй, седая Птица. Я все думал, когда ты уже придешь наконец-то. -Ты меня ждал? -Я знал, что ты придешь. Главный Пес тебя не слушается. - Усмехается бесцветно. - Самую главную команду не хочет исполнять. Плохо дрессировал. Руку ко лбу прикладываю. Господи, за что мне это? -Пришел просить, чтобы я его не убивал. -Помилуй... Мою жизнь забери, только оставь его в живых. Тот головой качает. Со ступеньки поднимается и подходит. Руку на плечо кладет. -Это слишком неравная плата. Его жизнь ничего не стоит, а вот твоя... Но я подумаю над твоей просьбой. -Рань его и позволь мне увести на Изнанку. Я спрячу. Он больше не будет играть с политикой. Рука на плече сжимается в мертвой хватке. Чувствую, как когти в меня впиваются. -Слишком много чести. -Прошу... -Ничего не обещаю. Иди. Проведи с ним оставшееся время, если у вас там и правда все серьезно. Все же все еще думаю, что зря выбрал Помпея, а не Черного. Черный не верит в Дома, но у него есть мозги, хотя бы. Тихо вздыхаю. Наши отношения просто с самого начала были обречены на печальный финал... -Слепой... -Не везет тебе. -Я сам виноват в своих неудачах... Не стоит меня жалеть. -И все же. Я позволю тебе его закопать. От последнего резво распрямляюсь. Смотрю на Слепого. Тот рукой по щеке моей ведет, будто кровь не идущую вытирает. -Понимаю, что для тебя это важно. Отворачиваюсь и ухожу. Чувствую всю дорогу назад взгляд в спину. **** Лежу щекой на груди у Помпея. Тот мои волосы перебирает. -Если бы меня занесла судьба в Наружность, то хотел бы пойти учится на учителя. -Прикольно. Будешь типа училкой в модных очечах? -Да. Люблю заниматься с детьми. И это будет данью памяти Лосю... Пес смотрит на меня. После в щеку целует. -Из тебя выйдет прекрасный учитель. Я видел как ты с Крысней возился и с моими малолетними. Как только терпения хватает? Усмехаюсь. -Ну тебя же я терплю как-то. Пес смеяться начинает. Носом мне в висок утыкается. -Люблю тебя, Пташка. За ухом его чешу, глаза прикрыв. Тот урчит довольно. Сейчас вообще не хочется думать о том, что это могут быть последние наши часы вместе. -А ты бы кем был? -Даже не знаю. Я о таком не задумывался еще. -И даже каких-то предположений нет? -Да ну. В какую-нибудь шарашку, чтобы было. -Какая перспектива... -Ну а че? Не все ж продумывают планы на сто лет вперед. -Просто нужно продумывать несколько вариантов развития событий. Вздыхает, чуть крепче обнимая. -Прошаренная ты Птица. -Но даже так, ты меня вообще слушать не хочешь, когда это нужно. Фырчит недовольно и садится. Взгляд поднимаю. -Какой я Вожак, если буду идти на поводу своих подчиненных? -Это называется понимание. Как ты, не умея понимать других, собрался стать тем, кто всеми управляет? Смотрит исподлобья. В ответ смотрю, не моргая. -У тебя же есть здравый смысл. Просто ты забываешь его включать. -Я уже все сказал. Я только вздыхаю. Дурак... Ну самый настоящий. У меня уже нет цензурных слов, чтобы описать это упрямство. Стоят друг друга со Слепым. Только вот последний хотя бы выслушает и подумает, а этого на последнее не хватает. Поднимаюсь. Лапой сначала здоровой, потом увечной на пол встаю. Ухожу, но уже стоя на пороге оборачиваюсь. -Знаешь, почему я полюбил Черного? Помпей на ноги подскакивает. Кулаки сжимает. -И почему же?! -Он ко мне не как красивому дополнению относится. Ты еще щенок. Многому учится нужно. Но ты сам выбрал упереться рогами в ворота. Чему бывать — того не миновать. И ухожу. Мне в след начинает что то кричать, но вообще не слушаю. **** На шею ему бросаюсь, когда собирается вести Псов в Спортзал. -Не иди! Во имя всего святого! Пошли со мной на Изнанку. Я тебя спрячу, никто найти не сможет... -Пошли. Скоро станет твоя Псина Хозяином этой богадельни. Головой качаю. Обнимаю за плечи. -Не станешь... Я видел твою смерть. Слепой тебя убьет! Опомнись, пока еще не поздно! Не хочу хоронить еще и тебя... -Вот потому слепыша схоронишь. -Я ни одного из вас не хочу хоронить... Но Помпей вновь не слушает. На руки берет и тащит. -Помпей! -Да-Да. Поцелуй меня на удачу. -Какой же ты идиот, прости Господи... Оказываемся на месте битвы. Смотрю на Псов, которые уже под градусом были. Они серьезно?... Хотя чего я еще ожидал? Из трезвых у них сейчас только Вожак и Валет. Усаживает меня и рядом садится. Прикуриваю от его сигареты. Руки предательски тряслись, будто три предсказания подряд увидел. Осматриваюсь. Уже почти все собрались. Невольно замираю, когда замечаю пришедшего с Изнанки Слепого. В дверях стоял. Дверной косяк подпирал. -Откажись. - Уже просто умоляю его. - Я с ним поговорю. Он все поймет. Забудем это, как плохую шутку. Тот с места поднимается и меня следом тянет. -Я уже все сказал. Тихо вздыхаю. Святые угодники, не Пес, а чертов баран! -Ты никак не связан с Изнанкой. Даже не Прыгун. Не Слепой, так Дом тебя удушит. Пойми уже наконец! Рот мне поцелуем закрывает. По плечу его бью ладонью раскрытой. -Просто смотри. Твой хороший мальчик вернется только с победой. Едва слезы сдерживаю, когда его взглядом провожаю. В круг встаю, потому что нужно соблюдать правила. Сфинкс подводит к месту боя Слепого. Смотрю на него. Тот смотрит на меня невидящим взглядом. Все происходит слишком быстро. Помпей, наверное, и не успел понять, что это было. Вскрик не сдерживаю. Руки отпускаю и кидаю к нему. За плечи трясу. Но на меня уже смотрели две карие стекляшки. Слезы начинают капать из глаз. Лицом в грудь утыкаюсь. -Помпей... Господи прости... Почему ты меня не послушал всего лишь раз?... Чувствую, как Слепой меня по голове рукой гладит. На лице его все равно ни капли сожаления не было. -Я умолял тебя... Всего раз попросил что-то в этой жизни. Почему?... -У него был выбор послушать тебя, но он сам выбрал свой путь. Прощайся с ним. Я подожду. Беззвучно рыдаю, обратно утыкаясь. Чувствую, как холоднее становится, но ничего не могу понять. Сейчас голова вообще не хотела работать. Стервятник обнимает за плечи и уводит от покойника. -Хорошо, что не мучался... -Легкая смерть — милость Дома. - Морщится. - Помянем. -Упокой Господь его душу. Уходим. У дверей Третьей слышу, как будто кто то в ладоши хлопает, но списываю это на то, что показалось. В ванную чуть не падаю, но Вожак удерживает. -Куда собрался уже? -Его больше нет... -Соболезную. Тихо вздыхаю. Холодной водой умываюсь, но легче не становится. -Я пойду его схороню... -Ты сейчас не в состоянии. Лучше отлежись. -Нет. Слепой не будет ждать с его телом до утра. -Историк... -Я в порядке. Не в первый раз уже. Выползаю в коридор. Все еще нахожусь, как в тумане. Меня Сфинкс у лестницы перехватывает. -Историк. -Оставь, старая кошка... Мне не до твоих размышлений. -Соболезную... Взгляд поднимаю. Смотрю ему в глаза. Не блефует. -Спасибо... -Облокотись об меня. Я тебя доведу. Киваю. Добираюсь с ним до Спортзала. Отпускаю плечо Сфинкса. Дальше один иду. Слепой сидел ждал все это время. -Быстро ты. Я думал задержишься надольше. -Давай уже с этим просто закончим. Кивает. Я опускаюсь на колени перед мертвым Помпеем. На Ту сторону с ним ухожу. Как же я надеялся, что мне больше никогда не понадобится лопата для подобных вещей, когда Волка закапывали. -Оставлю тебя. Вам нужно побыть вдвоем. Мне еще Сфинкса успокаивать. -Да... Взглядом его провожаю и продолжаю копать. Слезы опять начали из глаз капать. Прерывисто вздыхаю. -Господи прости... Когда заканчиваю копать могилу, склоняюсь над телом. Глаза ему закрываю. -Помяни, Господи Боже наш, в вере и надежди живота вечнаго новопреставленного раба Твоего, Помпея, и яко благ и человеколюбец, отпущаяй грехи и потребляяй неправды, ослаби, остави и прости вся вольная его согрешения и невольная, возставляя его во святое второе пришествие Твое в причастие вечных Твоих благ, ихже ради в Тя Единаго верова, истиннаго Бога и Человеколюбца. Яко Ты еси воскресение и живот, и покой рабу Твоему, Помпея, Христе Боже наш. И Тебе славу возсылаем, со безначальным Твоим Отцем и с Пресвятым Духом, ныне и присно и во веки веков, аминь. В лицо напудренное всматриваюсь. Губ холодных своими касаюсь. **** Не помню как добрался до Третьей после того после того, как схоронил Пса. В себя пришел уже полураздетый в ванной с водой. Колено поднывало от позы, в которой был. Лапу увечную выпрямляю. Глаза потираю и смотрю. Никого рядом не было. Похоже, сам заполз сюда. Руками воду набираю и умываюсь. Кровь на лице засохшую вытираю. -Святые угодники... Будто проклят кем-то. Инстинктивно оборачиваюсь, чувствуя позади чье то присутствие. -Опусти нож. Меня уже один раз убили. Второй не выйдет. -Волк... Последний, кого бы я сейчас хотел видеть. Лучше бы Череп пришел, ей Богу. Рубаху запахиваю, хмурясь. -Что тебе нужно? -Не кусайся, Птица. Я пришел принести свои соболезнования! Хмыкаю. Знаю я его соболезнования. Пришел поиздеваться, как обычно. Хоть бы чего нового придумал. -От тебя они мне точно не нужны. Тот ближе подходит. Рукой тянется и кудри подхватывает. Те от такого как при ветре двинулись. -Бегает по Дому сейчас и нихуя не понимает твой Пес. Упустил с поводка. -Он меня не послушал... -У нас очень похожие ситуации. Хе-Хе! -Тебе тоже жажда власти застилала глаза. Мне вас обоих жаль. Хмыкает. На бортик ванной усаживается. -К сожалению, я понял это только после смерти. А Слепой, даже после всего, над тобой не сжалился. -Ты бы тоже не пожалел. -Если бы я стал Хозяином, то гулял бы ты только со мной, милый. -Собственник... Сфинкса забрал Слепой. Решил то, что осталось, забрать себе? -Не то, что осталось. Ты всегда был моим. У нас бы вышла прекрасная пара. -Только ты так считаешь. Я бы полез в петлю. Призрак глаза закатывает. Рукой за волосы пытается схватить, но сейчас час ранний почти был, похоже, раз рука совсем стала насквозь проходить. -Чем я тебе не нравлюсь, сволочь неблагодарная? -Тем, что чертово зверье! Я хочу быть с хорошим человеком, а не тем, от кого в любой момент может прилететь по лицу. Мне нужны стабильность и покой. -Стоило просто попросить... Я мог быть нежнее! -Твои поцелуи — это волчья пасть, которая сжимает шею. Он ухмыльнулся. К уху моему склонился. -Ты мог бы меня приручить, как этого тупого Пса, но решил, что с Белобрысым будет проще. -Такие не приручаются. Я устал... Хочу спокойно пожить наконец-то. Но, видимо, никогда не смогу. Это расплата за мои грехи. Я отворачиваюсь. -Можешь врать другим. Я знаю какая в тебе Сила хранится. Реши стать Хозяином, был бы просто легендарный поединок! Мрачнею. Еще подобного мне не хватало. -Волк, уходи... Пока не прогнал насильно. Тот хмыкает. -Я вернусь, когда ты будешь в состоянии здраво мыслить, Птица. Наконец то исчезает, оставляя одного. Из ванной выбираюсь. Полотенцем вытираюсь и убредаю на свое место. Падаю на кровать прямо в таком виде под вопросительный взгляд Тени. -Уже вернулся? Как-то неважно выглядишь. -Мне нехорошо... -Ты заболел?! -Не знаю. Я сейчас вообще ничего не понимаю... Не спрашивай меня ни о чем, умоляю... -Ох... Прости. Отдохни лучше. -Спасибо. Глаза закрываю и в сон проваливаюсь, только сейчас чувствуя насколько устал. **** -Соболезную. Взгляд поднимаю на Черного. Он своим появлением вырвал из раздумий о том, что скоро девять дней и нужно сходить будет на могилу. -Ты припозднился. Головой качает и без лишних слов обнимает. Я затяжку делаю и дым через нос выдыхаю. -Но все равно спасибо. -Я заходил, когда ты лежал в Могильнике. Помнишь? -Смутно... Видел первые годы жизни, пока прибывал в бреду. -Настолько первые? - Невесело усмехается. -Первый год в Доме. Он был самым лучшим, даже не смотря на то, что ты меня пугал. -Если честно, ты меня тогда тоже пугал. Взгляд поднимаю. Смотрю в глаза голубые. Неужели? Спортсмен боялся Гадалку, а Гадалка Спортсмена все то время? -Удивительно. -Сейчас вспоминаю и чувствую себя полнейшим идиотом. Улыбаюсь невольно. В ответ обнимаю. Чувствую, как сердце в груди у него бьется ровно. -Ты все еще идиот, но чуть меньший. Хотя в размерах очень прибавил с того времени. Что это за скачек в пятнадцать лет вообще? -Сам то тоже подрос. -Сто семьдесят восемь для мужчины средний рост. Белобрысый на это смеется. Щекой прислоняется к макушке моей. Я глаза закрываю, чуть расслабляясь. Как то полегче даже стало. Все же принял он то, что я выбрал другого, а теперь еще и поддержать пришел. -Лично считал или читал? -Читал. -Умная Птица. Есть чего-нибудь, чего ты не знаешь? -Есть, конечно. -Тогда у тебя есть повод занять свои мозги чем-то интересным. -Да. Молча стоим. Докуриваю. -Ко мне Волк приходил в ту ночь. Тоже соболезнования приносил. Но было больше похоже на «со мной бы было лучше.» Черный фыркнул. Рукой по волосам моим провел. -У него то и лучше? Видимо он слишком серьезно воспринял выражение «бьет — значит любит.» -Не знаю. Не хочу об этом думать. Сейчас нужно о другом... -О чем? -Мне было видение, что он придет и задушит меня. Только на какой день я не знаю. Может и сегодня. Может на сороковой или полгода. Смотрит на меня внимательнее. Переживает. Сразу видно. -Схоронишь меня? -Не говори так... -Я бы хотел, чтобы меня закопал ты. Тихо вздыхает. Голову мою к груди своей прижимает. -Не помрешь ты. Лично прослежу. Глаза щипать начинает. Слез не сдерживаю. Святые угодники, ну не друг, а золото. Обнимаю его крепко, насколько сил хватает. Глаза закрываю. -Без вас всех я бы уже давно сошел с ума... -Мне иногда кажется, что ты уже давно туда зашел. - Пытается пошутить. Тихо смеюсь. Слезы мне вытирает. Убредаем неспешно в Четвертую. **** Просыпаюсь от того, что кто то щеки касается, но рука не теплая была, а прямо ледяная. -Пришел все-таки. -Ты прятался от меня все это время. Невесело усмехаюсь. -Если бы. Я лежал с температурой в Могильнике. Только вчера вышел оттуда. На бледном лице Помпея читаю беспокойство. -Как умудрился заболеть? -Не знаю. В воде пересидел, наверное. Поднимаю и сажусь. Черный, рядом спящий, от такого напрягается. -Почему ты с ним? -Он обещал, что защитит от тебя. Не знаю как тот, кто не верит в Призраков, собрался останавливать одного из них. -Я тоже не знаю. Тем, что сильно бесит? Тихо вздыхаю. Вот они еще не дрались тут... -Не заводись. -Пока не собирался. Он ближе подбирается. -Я видел, как ты плакал над моим телом. -Да. Оплакивать покойников — это обычное занятие моей стаи. Хмыкает, оказываясь чуть ли не в плотную рядом. -Тебе хоть немного по-настоящему жаль? Смотрю на него вопросительно. -Ты думаешь, что я все это время играл? -Потому, что ты был со мной, но думал об этом гребаном Черном! Сердце от такого кольнуло. Обычно после смерти покойнику открывается то, чего живым знать не дано, но некоторым даже это глаза не открывает. -Хотел бы твоей смерти отговаривал бы от поединка? Ходил просить за тебя перед Слепым? Позволил бы похоронить без заупокойной? Места себе не нахожу... Пес ухмыльнулся. Рукой потянулся, но я не дал себя тронуть. -Чего ты? -Я тебе доверился. Душу вытряс, а ты только об одном думаешь... -Ну, блядь, ты сейчас с ним спишь! Что мне еще об этом думать? -Идиот... Нужно было послушать Лорда и не отвечать тебе тогда вообще никак. Хмурится. Сам не меньше мрачнею. -Убирайся, пока не прогнал. Но вместо того, чтобы уйти, опрокидывает меня на спину и душит. Шиплю. Воздух быстро начал заканчиваться, так что после такого опрометчивого решения, насколько хватает сил, хриплю: -Македонский... В глазах темнеть начинает, когда вдруг чувствую, как легче становится. В следующее мгновение вместо злого Призрака над собой вижу уже красного Дракона. -Историк, ты как? -Пойдет... -Это был Помпей? -Ага. Пришел по мою душу, ревнивый кабель... Тяжело вздыхаю. Дракон меня обнимает. Щекой к груди жмется. По волосам его провожу мягкой одной рукой. Другой обнимаю. -Милое солнце. Спасибо, что помог. -Не за что. Глаза закрываю, тихо выдыхая. Теперь оба спокойно спать будем.