Благословление духов

Вэнь Нин немного вздрогнул, когда в салон вошла молодая девушка, но ей навстречу вышел сам Хуайсан и увёл в процедурный кабинет. Поняв, что от него ничего не требуется, Вэнь Нин придвинул тарелочку со снеками и погрузился в код, с лёгкостью переписывая его на свой лад. Заодно и оформление поменял, даже вышел на улицу, чтобы сфотографировать вывеску и оформить всё в этих же цветах. Он так погрузился в процесс, что даже не заметил, как ушла клиентка, и только голос работодателя вывел его из рабочего состояния. — Вау! — Не Хуайсан стоял позади с открытым ртом. — Это ты за час так всё изменил? — Д-да. Долго? — Долго? Я этот сайт на коленке почти месяц рисовал. Денег на айтишников уже не осталось, всё угрохал на оборудование и облицовку. Зато получилось круто, аж Дагэ оценил. Он у меня, знаешь, какой? — З-знаю, — кивнул Вэнь Нин, который имел сомнительную честь познакомиться со старшим Не ещё раньше, чем с Вэй Усянем, когда приносил сестре обед в морг. — А, ну да, твоя же сестра в морге работает, — он поёжился, но тут же улыбнулся. — Всё, оставайся у меня, даже испытательного срока не будет. — С-спасибо, г-господин Не. — Просто Хуайсан, ну их, эти церемонии. У меня теперь два часа до следующего клиента, могу рассказать что-нибудь о салоне. — Д-да. Я хочу сделать форму д-для з-записи. Н-нужно р-разобраться. — Это я всегда за! Спрашивай что хочешь, я помогу. Если ты сделаешь мою жизнь проще, то я буду твоим вечным должником! Вэнь Нин несмело улыбнулся и, показав на экран, начал рассказывать Не Хуайсану, как можно упростить работу и автоматизировать её. Тот громко восхищался, периодически хлопал в ладоши, а когда Вэнь Нин на примере показал, как всё будет происходить, и подключил для него уведомления, повис у парня на шее. — Ты бесценный! В этот момент на двери звякнул колокольчик и в дверях показался Цзунхуэй с пакетами из ресторана. Вздрогнув, Вэнь Нин как ошпаренный рванул от Хуайсана и едва не упал, юноша же только рассмеялся. — Ты вовремя! Сейчас я познакомлю тебя с моим новым администратором. Ты не представляешь, какие он вещи делает с сайтом и компьютером. Я месяц ничего не мог наладить, а он за час такое сотворил! Цзунхуэй подозрительно покосился на Вэнь Нина, но, зная парня, решил, что никакой угрозы тот не представляет. Вон как испуганно смотрит, да к тому же безобиднее котёнка. — Мы так-то немного знакомы. Вэнь Нин? — Д-да. — Я Цзунхуэй. — Я-я знаю, — кивнул тот и постарался спрятаться за стойкой. — Давай к нам, я много еды купил, — он поставил всё на столик, а сам заглянул в комп, чтобы оценить сайт. — Слушай, действительно здорово смотрится. Я бы ещё сразу расценки поднял, а то это место никогда доход приносить не будет. — Ай, Цзунхуэй, я же только открылся, нужно клиентов наработать, а потом уже с ценами разбираться. Я пока примерно накинул, чтобы не совсем по себестоимости было. Да и рекламу теперь можно будет запустить, а ещё листовки. Ой, Вэнь Нин ты умеешь такое делать? — У-умею. — Ты чудесный, — заключил Хуайсан и едва снова не полез обниматься. Только присутствие Цзунхуэя остановило его от глупостей. Не хотелось испытывать своего парня на прочность и вызывать в нём ревность. — Г-господин Н-не... — Да? Ты бери, бери, угощайся. — Хуайсан придвинул к Вэнь Нину коробочку с лапшой, а себе взял паровую булочку. — П-про цены… Лучше сразу п-поднять их. — Вот именно, Хуайсан, послушай хоть Вэнь Нина, он дело говорит. Люди охотнее пойдут, если ты сразу поставишь достойную цену за свой труд. — Хорошо, вы меня убедили, делайте как считаете нужным, я в этом совсем не разбираюсь. — Мэн Яо пару дней назад заходил на обед в кафе напротив участка, я рассказал про твой салон, и он дал несколько советов. О ценообразовании в том числе. Если хочешь, я попрошу его помочь. — Цзунхуэй, ты лучший! Как я сам не догадался! Дагэ говорит, что Мэн Яо уже столько всего сделал в фирме, сколько никто до него не сумел. Согласно кивнув, Цзунхуэй и сам взялся за коробку с лапшой, выдавил туда соус, большую порцию которого он всегда брал, и приступил к трапезе. Он не особо лез к Хуайсану с советами, помогал исключительно с отделочными работами и расстановкой мебели. Но и он чётко знал, что цена за услуги должна быть нормальной. Иначе ни доверия, ни заработка. А Мэн Яо действительно хорошим парнем оказался, Не Минцзюэ за просто так никого хвалить не станет. Так что можно сказать, за парня своего он был спокоен. А то отиралась тут поначалу какая-то девица. Хуайсан её администратором взял, только она больше ему глазки строила и по телефону болтала. Через пару дней Цзунхуэй её лично уволил, о чём даже не пожалел. Всё-таки хоть Хуайсан и был с ним, а на женщин вообще не смотрел, но те это не всегда понимали, а парень был слишком хорошо воспитан. Вот у некоторых и возникала иллюзия, что смогут его окрутить. А Вэнь Нин, судя по всему, парень толковый, вежливый, к тому же брат Вэнь Цин, а её Цзунхуэй знал очень давно. Она хоть и с характером, но всегда помогала и пользовалась заслуженным уважением во всех относящихся к моргу, где Вэнь Цин работала, участках. — Я ненадолго заскочил, обед у нас, сам знаешь, не час, как положено, а «быстро поел и за работу», так что поеду уже. Твой брат просил напомнить про ужин послезавтра. — Ой, а я почти забыл, спасибо, спасибо, нужно успеть купить подарки Дагэ и Цзян Ваньиню. Сегодня как последний клиент уйдёт, поеду в торговый центр и выберу что-нибудь особенное. — Главное, не перестарайся как Вэй Усянь, а то капитан рассказывал, что они едва не подрались из-за его подарков. Не Хуайсан понимающе кивнул, он не был самоубийцей или отчаянным шутником, как друг. И дарить провокационные подарки не собирался. Ему были дороги как ноги, которые Цзян Ваньинь регулярно обещал переломать своему брату, так и голова, которую мог запросто свернуть ему Дагэ. С этими двумя вообще не стоило шутить, особенно насчёт секса, но Вэй Усяню море было по колено. А после того как Лань Ванцзи преградил Цзян Ваньиню путь и не дал ударить своего парня, так тот совсем распоясался. До драки дело не дошло только благодаря всеобщей выдержке, но Не Хуайсан едва не сгрыз себе все ногти от волнения. И ладно, если бы после этого все разругались и Цзян Ваньинь перестал общаться с Лань Ванцзи и братом, нет ведь, общались и дальше. Это удивляло его и раньше, когда два брата часто ругались по мелочам. Это, однако, было дело семейное. Но сейчас, когда были вовлечены и другие люди, это немного ставило в тупик. Поцеловав Хуайсана в макушку, Цзунхуэй вскоре убежал, оставив его наедине с Вэнь Нином и целой кучей еды на столе. Воодушевленный советом, Не Хуайсан тут же написал Мэн Яо и попросил помочь с салоном. Юноша ответил почти сразу и предложил встретиться сегодня вечером, после восьми. Вздохнув, Не Хуайсан устыдился. Мэн Яо и так очень много работал, а он отнимал у него те крохи личного времени, что оставались. Но помощь на самом деле была нужна, поэтому он ответил согласием, правда в конце сообщения оставил кучу грустных смайликов.

***

— А-Яо, когда можно заехать за тобой? Лань Сичэнь, держащий в руках лист с результатами ДНК-теста, пытался придать своему голосу как можно больше бодрости. — Не Хуайсан попросил помочь ему с салоном, может быть, поедешь туда? Вдруг там есть интересные тебе процедуры? Должен же он мне как-то отплатить, — Мэн Яо тихо рассмеялся. — Боюсь, дорогой мой, что мне ничего не подойдёт. Я как-то никогда не рассматривал вероятность того, что пойду в подобное место. Тем более к хорошему другу. А если это то, на что ты намекаешь, то мне будет гораздо приятнее сделать это вместе с тобой. Мэн Яо, даже если бы захотел, не смог бы сдержать заливающую его щёки краску. А в данный момент он и не хотел. Отвлечься от завала документов именно на вкрадчивые нотки в голосе Лань Сичэня было приятно и необходимо как воздух. Они действительно мало виделись, как и прогнозировал Не Минцзюэ. Но при всём при этом Мэн Яо нравилась его работа. Он буквально на физическом уровне получал удовольствие оттого, что многое понимает, а чего не понимает, то изучает. Ему нравилось водить экскурсии на своей прошлой работе, но он не считал, что это предел его потенциала, который именно сейчас раскрывался в полном объёме. Будь его воля, он бы действительно жил в офисе, но любовь и чувство уважения не давали ему стать трудоголиком. — Тогда мы начнём с этого места, когда попадём домой, — прошептал он. — Хорошо, — не стал говорить о самом важном Лань Сичэнь. — Тогда до встречи. — До встречи. Они разъединились, и Лань Сичэнь подумал, что стоит выбрать для новости более подходящее место и время.

***

Цзинь Цзысюань долго смотрел на бумагу, в которой видел лишь подтверждение своей уверенности в словах А-Яо. Он с самого начала чувствовал, что ему не лгут, и теперь собирался вести очень серьезный разговор с отцом, который, конечно же, будет увиливать до последнего. Подгадать время, чтобы застать его дома одного, не было возможности, поэтому Цзысюань поехал к отцу в офис и, как полагается, записался на приём. Секретарь, очередная новенькая красотка с ногами от ушей, не узнала его и строго велела подождать, но стоило ей свериться с записями и сличить фамилию, рассыпалась в извинениях, предложила кофе и начала вести себя так, что зубы свело от приторности. Отец вышел из кабинета сам, удивлённо глядя на Цзысюаня. — Сын, зачем так официально, ты можешь прийти ко мне в любой момент, это и твоя фирма тоже, ты мой единственный наследник. Сдержанно кивнув отцу, Цзысюань прошел в кабинет и молча положил на стол перед ним бумагу. — Не единственный. И моему брату требуется помощь. — И ты туда же? Во что ты полез, щенок? Цзинь Цзысюань подозревал, что отец его по головке не погладит, но такой реакции не ожидал и опешил. — Прости, как ты меня назвал? — Как слышал, слабоумный идиот! Мать это видела? — И он брезгливо кивнул на документ. — Ещё нет, — как можно хладнокровнее ответил Цзысюань. — И оставь при себе оскорбления, в конце концов, не я виноват во всём этом. Ты изменял маме и Мэн Яо результат этой измены. Насколько мне известно, средства контрацепции изобрели задолго до моего рождения, так что словами о слабоумии я бы на твоём месте не разбрасывался. Цзинь Гуаншань даже опешил от такого напора всегда немного аморфного сына, который если и бунтовал в юности, то весьма умеренно и почтительно. — Откуда только наглости набрался? У этого сына шлюхи? — Ещё одно слово, отец, и я обнародую результаты этого теста во всех газетах под собственным именем. Отец и сын буквально испепеляли друг друга взглядами, но Цзинь Гуаншань не собирался сдаваться так просто. — Давай, вперед. Лишишься наследства и пойдёшь работать на чужого дядю за фынь, как этот паршивый сучонок, что надоумил тебя пойти против отца. Сцепив зубы, чтобы не нагрубить и соблюсти хотя бы видимость приличий, Цзинь Цзысюань медленно потянул документ на себя, но его отец оказался быстрее и, схватив бумагу, порвал на мелкие части, выбросив в мусорное ведро. — Думаешь, это что-то изменит? Ты ведь понимаешь, что есть несколько экземпляров теста ДНК и они хранятся в электронной базе. Хочешь лишить меня наследства — попробуй. Мне будет достаточно своего ума и маминой поддержки. При упоминании жены Цзинь Гуаншаня перекосило. Он не был дураком и прекрасно понимал, на чью она встанет сторону. — Чем тебя взял этот шлюхин сын? Как втерся в доверие? Ты понимаешь, что идёшь против родного отца ради этого ничтожества? — Ради своего брата, — Цзинь Цзысюань поморщился, впервые в жизни глядя на отца с неприязнью. — У нас с тобой два варианта, отец. Либо ты поможешь А-Яо с гражданством и больше от тебя ничего не требуется, либо я буду вынужден расстроить маму, а если нужно, заодно и встряхнуть весь деловой мир. — Не посмеешь, — прошипел Цзинь Гуаншань, увидев в сыне ту же решительность, что и у жены. — Посмотришь, — пожал плечами Цзысюань, напоминая мать ещё сильнее, чем мог бы себе представить, и направился на выход. — Стоять! — раздался окрик отца, и он послушно остановился. — Ты ведь понимаешь, что это может разрушить нашу семью? Неужели ты настолько жесток, чтобы причинить матери страдания? — Как у тебя всё легко, отец, — он обернулся к нему с улыбкой. — Это ты всю жизнь причиняешь маме страдания. Мама Мэн Яо не единственная женщина, с которой ты изменял своей жене. Уверен, что даже секретарш ты меняешь только ради измен. Так что не нужно перекладывать вину на меня. Я просто хочу, чтобы ты поступил честно по отношению к парню, который настрадался за всю жизнь по твоей вине. И если ты ещё раз назовёшь его маму недостойным словом, я забуду, что ты мой отец. Признай его сыном, это можно сделать без шума и большой огласки. Нехорошо прищурившись, Цзинь Гуаншань подошел к сыну, и тот едва сдержался, чтобы не отшатнуться. — Ты ещё несмышлёный мальчишка и не осознаёшь — как только я признаю этого ублюдка, он станет законным наследником. Готов делить с ним наше состояние? — Мне наплевать, если нужно, я заработаю нам с Яньли на жизнь. Но если тебе так будет легче — А-Яо напишет отказ от наследства. Он вообще не хотел, чтобы я ему помогал, и не желает иметь с тобой ничего общего. — Это он тебе наплёл, а на деле только и ждёт, как бы добраться до чужого состояния. — Не суди всех по себе. Прости, мне нужно идти, хочу сохранить остатки уважения к тебе. Цзинь Гуаншань потерял дар речи от такой наглости, а когда за Цзысюанем закрылась дверь, в приступе ярости перевернул стол, рассыпав бумаги и принадлежности для письма по всему кабинету.

***

— Он сделал что?.. — Мэн Яо смотрел на документ в руках Лань Сичэня и не верил своим глазам. Тест на родство между ним и Цзинь Цзысюанем сообщал о вероятности совпадения на двадцать три процента. Но даже не это шокировало Мэн Яо, а то, что подобное вообще случилось. — Ты дал ему мой биоматериал? — Прости, он был очень убедителен в своём желании сделать это. — Я… Сичэнь, ты не должен был идти у него на поводу. Он хороший человек, но только представь, какой разразится скандал! Я не хочу, чтобы моя жизнь стала достоянием общественности. — Этого и не будет. Господин Цзинь не желает этого ещё больше, чем ты, поверь мне. Он боится огласки, поэтому мы с Цзысюанем пошли на это. — Вы с Цзысюанем… — полушёпотом повторил Мэн Яо. Лань Сичэнь устроил ему шоковую терапию после рабочей недели, великолепного ужина на двоих и лёгкого массажа. И он не знал — то ли радоваться, то ли огорчаться, что его возлюбленный оказался настолько расчётлив. — Прости. Я знаю, что ты не желаешь иметь с ним ничего общего, я говорю сейчас про отца. Но тебе отказали в гражданстве, потому что все твои родственники по линии матери мертвы. Рабочая виза рано или поздно закончится, а взять тебя в мужья я не могу. Это было продиктовано только заботой о тебе. — Я понимаю, Сичэнь, понимаю. Прости, что стал всё-таки обузой… — Нет, не стал, — тут же прервал его Лань Сичэнь. — Это просто всё упрощает. Нам не придётся искать более сложные пути, вот и всё. — В том случае, если господин Цзинь решит признать меня, а не устранить, как досадную помеху. — А-Яо, не думаю, что он посмеет причинить тебе вред. — Мне кажется, что он и не на такое способен. — Тогда я дам всем понять, что тебя есть кому защитить. — И как я буду выглядеть, Сичэнь? Мне не нравится ваша затея с попытками прогнуть этого человека, к несчастью, оказавшегося моим отцом. — Прости, что не рассказал тебе сразу, я чувствую за это вину, но твоего брата было не остановить. — Как и тебя, Сичэнь, — Мэн Яо грустно улыбнулся. — Пообещай мне больше не причинять добро помимо моей воли. Ситуация сложилась препаршивая. И мне нужно поговорить с братом, мало ли что ещё он надумает сделать. В ответ он получил самые нежные и трепетные заверения.