Благословление духов

— Всё будет хорошо, Сюань, вот увидишь. — Цзян Яньли с тревогой смотрела на жениха, который нервно вглядывался в темноту дороги, откуда должна была приехать машина Лань Сичэня. Общий сбор объявила Яньли, когда он рассказал ей всё как есть и посетовал, что вместо обретения брата он скорее всего оттолкнул его. Мэн Яо не отвечал на его сообщения и звонки и вообще ушёл в работу, по словам Лань Сичэня, с головой. Он и ему-то отвечал через раз, когда тот уже просто грозил, что добьётся его увольнения. — Я поступил против его воли, понимаешь? — в который раз сказал Цзинь Цзысюань, поправляя рукава рубашки. — Так хотел помочь, думал, что это породнит нас. — Я знаю, тобой руководили только благородные намерения. — Но в итоге я всё испортил, — закончил за неё Цзысюань. — Отец со мной не разговаривает, мама пыталась выяснить, что случилось, и я просто сбежал к тебе. Очень мужественно. Не понимаю, за что ты меня вообще полюбила? — Вот за это, — улыбнулась Яньли и приобняла его за плечи. — Прекращай накручивать себя и достань ещё бутылку вина. — Вэй Усянь ужё всё выжрал? — тут же возмутился он, отвлекаясь от тревоги. Яньли на это только рассмеялась, прикрыв лицо рукой, и хитро ему улыбнулась. Вэй Усянь ещё не приехал, как и господин Не, а вот остальные тихо переговаривались в гостиной её квартиры, введённые в курс дела буквально десять минут назад. — Ты такая красивая… — восхищённо глядя на Яньли, Цзысюань не выдержал и обнял девушку за талию, притянув к себе. Она не оттолкнула его, как следовало бы, а сама привстала на носки и слегка потянулась вперед, позволяя поцеловать себя. От прикосновения к губам невесты Цзинь Цзысюань испытал странное облегчение. Он чувствовал, будто все тревоги ушли на второй план и сейчас в этом мире лишь они с Яньли и никого больше. Идиллию, как всегда, разрушил Вэй Усянь, невесть каким образом проникший в дом без ведома хозяйки и заоравший на всю кухню: — Ты что это делаешь с моей шицзе?! Цзинь Цзысюань отскочил от Яньли как ошпаренный и резко развернулся, готовый защищать честь невесты, но та отодвинула его и строго сказала: — А-Сянь, Цзысюань делает то, на что имеет полное право, а ты веди себя прилично и не кричи. — Но вы ещё даже официально не помолвлены, — немного тише, но так же задиристо возмутился Вэй Усянь. — Ты со своим Лань Ванцзи тоже, — с негодованием ответил Цзысюань. — А целуетесь совершенно непотребно. — Ах ты, — подскочил к нему Вэй Усянь и постарался врезать так, чтобы не задеть сестру. — Как ты смеешь! — А-Сянь, — без тени улыбки или понимания воззвала к нему Яньли и строго посмотрела в глаза. — Я взрослая, и мы сами решим, когда нам объявить о помолвке. Я ценю твою заботу, но сейчас перестань бить моего жениха. — Повезло тебе, — бросил он через плечо, не смея возражать Яньли, когда она говорила таким тоном. — Я вообще-то за фужерами пришёл. В дверном проёме появился Лань Ванцзи, привлечённый голосами и слишком долгим отсутствием своего парня. К тому же в гостиной находился Цзян Ваньинь, а его всегда хотелось побить, особенно после последней его выходки. Ему пришлось буквально закрыть Вэй Усяня собой и оттолкнуть его злобного братца в сторону. — Ай, Лань Чжань, я уже иду. — Иди-иди, да побыстрее… — Цзысюань едва удержался от того, чтобы показать Вэй Усяню язык, будто ему было пять и у них произошёл конфликт в песочнице. Лань Ванцзи, чуя неладное, взял из рук своего парня фужеры и увёл его, а Цзян Яньли горестно вздохнула. — Прости, Сянь-Сянь и А-Чэн защищают меня, но совсем не от того, от чего нужно. Они просто не знают, какой ты чудесный, я уверена — со временем они это поймут. — Это ты прости меня, я не должен задирать твоих братьев, но иногда тяжело сдержаться. Взяв жениха за руку, Яньли улыбнулась ему. — Понимаю, но всё же постарайся, я знаю, что у тебя много терпения и выдержки. Идём, А-Сюань, кажется, твой брат наконец приехал. — А? Я пропустил его? — тут же досадливо цокнул языком Цзысюань и закрутился, словно что-то потерял. — Возьми себя в руки, не побьёт же он тебя. — Лучше бы побил, а не игнорировал. Это в сто раз хуже. — Цзысюань в который раз поправил на себе рубашку и пошёл за невестой в гостиную. Он был благодарен ей и за кров, и за поддержку. И у них уже как-то стало традицией собираться компанией на её территории. Братья и так частенько захаживали к ней в гости, а как обзавелись парами, так решили не забывать её, чтобы всякие там павлины не зазнавались. Не Хуайсан и Цзунхуэй вписались в их компанию как родные, а с некоторых пор ещё и стали приводить Вэнь Нина, которого Вэй Усянь тискал до пара из ушей Лань Ванцзи. Яньли в такие вечера чувствовала себя немного императрицей, ибо была единственной девушкой, за которой все стремились ухаживать. Вот и сейчас каждый счёл своим долгом уступить ей место на диване или в кресле, но она покачала головой в знак благодарности и пошла встречать опаздывающих гостей. Лань Сичэнь держал букет из гортензий нежно-розового цвета и был напряжён, что сразу бросалось в глаза. Мэн Яо же отводил взгляд и мялся, словно нашкодивший котёнок. — Добрый вечер, спасибо, — Яньли забрала цветы и улыбнулась. — Разувайтесь и проходите. И не переживайте, все уже всё знают, много рассказывать не придётся. Вздрогнув, Мэн Яо отступил на шаг, будто хотел немедленно сбежать, но Лань Сичэнь бережно обнял его за плечи. — А-Яо, здесь все свои, ничего не бойся. — Вот именно, здесь все свои настолько, что всё за меня решили, всем всё без меня рассказали, а я теперь ещё и поблагодарить должен. Юноша сказал это очень тихо, так чтобы слышал только Лань Сичэнь, и тот горестно вздохнул. Он уже понял, что их с Цзысюанем затея вышла им же боком, но поделать ничего не мог, с какого-то момента события стали развиваться помимо него и его желаний. — Сколько ещё раз мне извиниться перед тобой? — Не нужно извиняться, Сичэнь, — юноша тяжело вздохнул. — Мы уже говорили о том, что мне нужно. Просто обсуждай со мной важные вещи, а не решай за меня. — Я обещал, ты помнишь? — Помню и верю, как бы тяжело сейчас ни было. Мне кажется, если я войду в гостиную, сгорю от чужих взглядов. — Вы чего тут? — высунулся к ним Вэй Усянь, никогда не стыдящийся ни чужих взглядов, ни осуждения, да вообще практически ничего, кроме разочарования в глазах сестры и приёмного отца. — Павлин там сейчас в обморок упадёт. Яо, ты бы пожалел парня. Мы с А-Чэном его даже зауважали. Цзян Яньли на это только вздохнула и подошла к Мэн Яо поближе. — Он правда хотел как лучше. И не думай, никто про тебя ни слова плохого не скажет. Тут раздался звонок, и всё ещё не запертая дверь распахнулась, являя им самого запоздалого гостя, Не Минцзюэ. — А, так я вовремя. Простите, задержали в участке, — громогласно, как всегда, известил он всех и в прихожей стало ещё теснее. На его голос и Цзян Ваньинь из гостиной вышел, Яньли посчитала свой долг гостеприимной хозяйки выполненным и утащила Вэй Усяня за собой. Остальные уже пили вино и только Цзысюань стоял по стойке смирно и ждал появление брата. Мэн Яо вошёл аккуратно, словно боясь удара, но, к его удивлению, никто особо не пялился, только один человек был слишком напряжён и выглядел виноватым. Оттого каким понурым был Цзысюань, настроение испортилось ещё сильнее, но вся злость куда-то улетучилась. Стараясь не обращать внимания на шумную толпу вокруг, Мэн Яо прошёл прямиком к брату и встал в паре шагов от него, думая, с чего лучше начать. — Цзысюань? — Тот сразу же отреагировал, глядя на Мэн Яо так, что почему-то стало ещё и стыдно. — Не стоило ссориться ради меня с отцом, но твой поступок меня восхищает. Честно говоря, никто и никогда не делал для меня больше. Даже Сичэнь и Минцзюэ. Одно дело просто помочь и совсем другое — совершить такую отчаянную глупость. Мэн Яо неловко рассмеялся своей шутке, а следом за ним и Цзысюань, которого начало немного отпускать из-за того, что брат с ним заговорил. — Я просто хотел помочь, прости, что не посоветовался и взял всё в свои руки. — Прощу, если пообещаешь больше так не делать. Моя совесть просто не выдержит такого ещё раз. — Больше не буду, обещаю, — он улыбнулся и сделал шаг навстречу, Мэн Яо сделал второй, и они крепко обнялись. — Почему мы пьём вино, а не шампанское? — уточнил Вэй Усянь у сестры. — Нужно было сделать, как в гонках показывают. Все обнимаются и обливаются брызгами шампанского. — А потом выбрасывают ковры, мебель и драят стены, — в тон ему закончил Цзян Ваньинь. Он был немного на взводе, потому что Не Минцзюэ опаздывал, но успокоился, стоило им ненадолго задержаться в прихожей наедине. Поэтому шутка вышла даже смешная и без лишнего сарказма. Цзян Яньли прикрылась рукавом, чтобы скрыть смех, а Вэй Усянь, никого не смущаясь, заржал в голос. — А-Чэн, не знаю, что нужно сделать, чтобы твой юмор стал менее мрачным, но я сейчас помру от смеха, кажется, я привык. — Ещё бы ты не привык, не всё же твои шутки за триста слушать. — Всё, мальчики, хватит. Садитесь, я сейчас принесу угощения, можете не ходить за мной хвостом, сама справлюсь. — Я помогу, — Цзинь Цзысюань, отошедший от Мэн Яо, тут же снова обратил всё свое внимание на невесту. — Э не-е-ет, так дело не пойдёт, я тебя одну с павлином на кухню не отпущу, видел я, чем вы там занимались! — Это чем?! — Цзян Ваньинь тут же сжал кулаки, готовый побить любого обидчика сестры. Дорогу им обоим, неожиданно для всех, преградил Мэн Яо. Он очень мило улыбнулся, но почему-то Вэй Усяню эта улыбка показалась немного жутковатой. — Не думаю, что у жениха и невесты могут быть какие-то преграды в проявлении чувств друг к другу, особенно если дело происходит на кухне при гостях. И я хочу попросить вас называть моего брата по имени. Павлин — это обидно. Тем более он совсем не такой человек. — И чего тут обидного, красивая птица, я в зоопарке видел, — пожал плечами Вэй Усянь, потёр нос указательным пальцем и пошёл к своему парню, который держал его бокал с вином, не принимая активного участия в разговоре. Лань Сичэнь, в свою очередь, обвёл всю компанию взглядом и улыбнулся, понимая, насколько сильно привязался ко всем. Поездка в Малайзию, на которой настоял Лань Ванцзи и которая должна была напомнить им о родстве и братских узах, принесла поистине невероятные и щедрые плоды. Оберегая и опекая брата, он часто задумывался о его одиночестве и корил себя, что не смог своим примером показать ему, как вести себя в социуме. Его благодарность Вэй Усяню была настолько велика, что он решил лично сообщить дяде об изменении в их с братом статусах. Это будет тяжёлым испытанием для старика, но подвергать разговору Ванцзи слишком опасно. Снова запрётся изнутри на все замки и засовы. Что это может повлечь за собой, Лань Сичэню не хотелось узнать. Вэй Усянь непредсказуем, с него станется разнести весь Пекин по кирпичику. — Ты чего застыл? — заглянул ему в глаза Мэн Яо, свободно обнимая. — Задумался о том, как же я счастлив, что после трудного и долгого дня могу расслабиться в дружной и понимающей компании. Мне этого, оказывается, всегда не хватало. — Мне тоже, — улыбнулся в ответ Мэн Яо. — И спасибо тебе. — За что? — искренне удивился Лань Сичэнь. — За то, что послушал своё сердце. Оно снова приняло верное решение. — Но больше я так не делаю? — уточнил Сичэнь. — Да, все проблемы разрешены, больше и не нужно. Не Минцзюэ, наблюдая за всем этим с дивана, наклонился к уху Цзян Ваньиня и прошептал, заодно как бы невзначай касаясь кожи губами: — Чую, под маской милого котёнка там скрывается целый тигр. Лучше с таким не связываться. — С чего ты взял? — Опыт. Просто обрати внимание, как быстро он бросился защищать то, что посчитал своим, и как непримиримо. Внимательно присмотревшись к Мэн Яо, Цзян Ваньинь так и не понял, действительно ли тот так уж суров и просто пожал плечами. Они все в любом случае друзья и хотелось бы верить, что эта компания сохраниться надолго, а лучше навсегда. Когда Цзян Яньли и Цзинь Цзысюань принесли с кухни угощения, все дружно расселись вокруг стола, в тесноте, но при этом чувствуя себя по-настоящему дома. — Надеюсь, вам понравится, я сегодня опробовала новые рецепты. — Шицзе готовит лучше всех, — тут же вскинул руку вверх Вэй Усянь, словно это был урок, а он знал ответ. Цзян Ваньинь бросил в него салфетку, скомканную заранее в шарик, но тот оказался слишком лёгким и его отнесло в сторону, где он попал в тарелку Лань Ванцзи. На его укоризненно-вопрошающий взгляд Цзян Ваньинь пожал плечами: — Просто брось в него и забудь. Раздались смешки, а Вэй Усянь достал салфетку из тарелки своего парня, улыбнулся ему, а сам под столом сделал шарик покрупнее, скатав уже три салфетки. Цзян Яньли махнула на них рукой, остальные сделали то же самое и начали накладывать себе всё подряд, передавая блюда из рук в руки. В чём Вэй Усянь точно был прав, так это в том, что готовила его шицзе действительно очень вкусно. Улучив момент, пока Цзян Ваньинь отвлёкся, Вэй Усянь бросил в него потяжелевший шарик и попал точно в лоб. Багровение лица Цзян Ваньиня все наблюдали молча с разной степени шокированности. И только Лань Ванцзи взял под столом Вэй Усяня за руку и улыбнулся уголком губ. — Ты труп, — пообещал Ваньинь брату. — Не поднимай тему моей работы за столом, — парировал Вэй Усянь, отмахнувшись свободной рукой, а затем перевёл взгляд на Лань Ванцзи и улыбнулся ему от уха до уха. Лань Сичэнь, наблюдая за таким братом, пришёл к выводу, что Вэй Усянь всё-таки плохо на него влияет. Раньше Ванцзи возмутился бы такой мести и отчитал шкодника, а теперь смотрит влюблённо и улыбается. Но что-либо менять он не собирался, слишком уж было весело. Глядя на весь этот детский сад, Не Минцзюэ размышлял, стоит ли ему отомстить за своего парня или оставить всё как есть. В итоге, пользуясь тем, что все вроде как успокоились и отвлеклись на еду, он достал из сумки стикер и ручку, написал «пни меня» и поднялся, чтобы сходить на кухню за водой из холодильника. На обратном пути он как бы случайно задел плечо Вэй Усяня, ловко прилепил стикер и с невозмутимым видом прошёл на свое место. — Госпожа Цзян, еда отменная, благодарю вас за угощение. Если все не против, я закажу пирожных из кондитерской, а хороший чай в этом гостеприимном доме есть всегда. Смущенно улыбнувшись, Цзян Яньли кивнула: — Десерт я приготовить не успела, поэтому буду благодарна за помощь. Мы с А-Сюанем пока заварим чай. Мэн Яо тут же поднялся с места: — Сидите, мы сходим вдвоем. Возвращаясь, он заметил бумажку с надписью «пни меня» на спине Вэй Усяня и едва успел сдержать смешок. Подняв глаза на Лань Сичэня, он привлёк его внимание и тот тоже заметил стикер. Пинать парня они не стали, но месть оценили. Лань Сичэнь поставил поднос с чашками, сел обратно и покачал головой, глядя Не Минцзюэ в глаза. Тот лишь пожал плечами и довольно улыбнулся в ответ. Никто ничего не заметил и ужин с разговорами продолжались дальше, а неугомонный Вэй Усянь и не подозревал о коварном стикере на спине. — Мы хотим сходить на квест, — подал голос Не Хуайсан спустя какое-то время. — Мне одна клиентка посоветовала. Ну, точнее, не мне, а Вэнь Нину. Парень тут же смутился, чем вызвал умиление Цзян Яньли. Ей очень нравился этот робкий юноша, который оказался компьютерным гением и сразу же нашёл общий язык с Цзысюанем. — Ей б-было скучно ж-ждать и о-она… — словно извиняясь, начал Вэнь Нин. — Не оправдывайся, ты просто красавчик, она намекала, что не прочь пойти куда-нибудь с тобой, — толкнул его в бок Хуайсан. — Короче, я посмотрел потом сам, интересное место и группу можно большую собрать. Цзунхуэй тоже одобрил. — Мы станем там рекондсменами по раскрытию дела, — внёс свои соображения в рекламу квеста Цзунхуэй. — Так там квест о преступлении? — уточнил Не Минцзюэ. — Там большой выбор, на любой вкус. — Можем сходить, — согласилась Яньли и передала чай сидящему ближе к ней Лань Сичэню. Взяв пиалу с небольшим поклоном, как диктовали древние традиции, Лань Сичэнь задумчиво проговорил: — Если там есть вариант играть двумя командами, я бы предложил такой вариант. — Друг против друга? — Вэй Усянь тут же оживился. — Преступники и полицейские? Или проходить на скорость и смотреть, кто окажется быстрее? Не Хуайсан покачал головой. — Не думаю, что там есть такой формат, к тому же гораздо лучше быть друг за друга, а не против, мы же друзья. Мэн Яо улыбнулся, решив поддержать своего парня. — Вот именно — мы друзья и нам в любом случае не будет обидно, если кто-то окажется чуть более ловким. Но я никогда не был на квестах и в целом не представляю, как там всё устроено. — Значит, интересно будет всем, — заключил Не Хуайсан, хлопнув в ладоши. За выяснением деталей он полез в телефон искать информацию, заодно и в календарь, чтобы состыковать их большую компанию. Все оживлённо обсуждали предстоящее развлечение и Мэн Яо смог окончательно расслабиться. Кажется, никто действительно ни в чём его не обвинял, а общение с теперь уже братом было в сто раз приятнее от осознания, что он его не отверг. И даже если Цзинь Гуаншань не признает его как сына, это никогда не испортит их братскую дружбу.