История одной вписки

      Глеб всю свою жизнь ходил на сомнительные вписки и тусовки по репосту. Там можно было отдохнуть, набраться вдохновения для новых треков и, конечно же, напиться. Глеб наркотики не принимал и даже не пробовал. Сложно поверить, что любитель таких тусовок лично не знаком с запрещенными веществами. Но ему и алкоголизма хватает, так что дальше пока не шёл. А ещё Глеб любит хороший кофе и писать депрессивные песни. У Глеба биполярное расстройство и, порой, ему не хочется даже жить. Он всегда уходит в запои между турами и единственное, что ему нужно — помощь.       Тот день ничем особенным не отличался. Викторов снова проснулся ближе к вечеру, поел и пошёл на вписку к знакомому. Людей было много, хоть квартира размерами была небольшой, вокруг светодиодные ленты. Глеб с ходу «присосался» к бутылке рома и просто бродил по комнатам, в поисках приключений. ***       Кучерявый заходит в ванную, осторожно приоткрывая дверь. Делает глоток алкоголя для смелости и замечает что-то действительно интересное. — Блять! Сука! Ну пиздец! — кричит какая-то незнакомка, зло топая ногой по плитке. Глеб щурится, рассматривая особу. Чёрные волосы до талии, излишняя худоба, татуировки по всему телу, синие глаза, подведённые тёмным цветом. Выглядит, как королева героинового шика. На ней короткое синее платье, а в руках.Стоп. В руке зажат маленький зип-пакет с белым порошком. Викторова от отвращения чуть ли не вывернуло. Наркоманов он не очень любил, но не осуждал. Сам то не лучше. — Извини? — неловко бормочет Глеб, откашливаясь. Незнакомка останавливается и дёргается от испуга. Поворачивается к парню всем корпусом и смотрит ему прям в душу. Синие глаза манят и затягивают. — Ну и напугал ты меня, чёрт. Есть карта банковская? Выручай, а. Я кошелёк проебала, — лепечет брюнетка, широко улыбаясь. Она размахивает рукой с тем самым пакетиком, жестикулируя. Викторов, будто в трансе, достаёт карту из кармана джинсов и протягивает девушке. Она кивает благодарно и поворачивается к стиральной машинке. Сыпет порошок на гладкую поверхность и той же картой чертит ровную дорожку. Даже не ищет купюры, а просто снюхивает кокаин (???), закрывая пальцем одну ноздрю. Выпрямляется, отдаёт Глебу карту и несколько раз моргает. Викторов в шоке. Нет, он в ахуе. Сердце стучит быстрее обычного, а в голову мысли лезут странные. Девушка простая наркозависимая и это видно сразу. Почему же ему тогда, блять, она так понравилась? Это была их первая встреча. ***       Они потом в той квартире всю ночь вместе провели. Смеялись, рассказывали друг другу что-то странное и нелепое, делились проблемами. Глеб даже её имя запомнил. Юля Морозова. Коротко и ясно. Номерами не обменялись и о встрече не договорились. Но Викторов о новой знакомой думал постоянно. Из головы никак не выходил образ задорной брюнетки с порошком под носом. Вспоминал её даже когда на студии строчки новые писал и когда с Серафимом пытался в Доту играть. Чем-то зацепила Юля бедного Глеба и это была уже точка невозврата. *** — Охуеть, кого я вижу! — кричит Юля, заметив кучерявого парня. Вот они и встретились во второй раз. Очередная вписка, снова нанюханная брюнетка и почти трезвый Глеб. Парень лучезарно улыбается и идёт на встречу девушке. Рады видеть друг друга и глаза даже светятся от счастья.       В тот день Юля слишком много выпила или приняла. Она блевала, стоя на коленях перед унитазом, а Глеб заботливо держал её волосы и понимал, что жизнь наконец-то изменилась. ***       Номерами не обменялись и в тот раз. Викторов вновь не мог выкинуть новую знакомую из головы. Вспоминал эту проклятую яркую улыбку и сам улыбался, как дурак. Решил рассказать Серафиму о новой подруге и только тонну негатива получил. Мукка и сам выпить любил, но за друга переживал не по детски. Его и так пугал факт того, что Глеб на ненадёжные тусовки ходит каждую неделю, а тут ещё и наркоманка эта. Хотелось Викторову по голове дать, чтобы Юлю десятой дорогой обходил. Наркотики — верный путь в пропасть, а общаться с заядлым наркоманом это уже пропасть. Один неверный шаг и полетишь вниз, без шанса на спасение. А если Глеб в неё влюбится по глупости? Серафиму было даже страшно думать о таком.       Но Глеб не слушал. И переспал с Юлей, когда они встретились в третий раз. Викторов от её громких стонов с ума сходил и белую кожу целовал жадно, оставляя красные отметины. Мыслей о том, что что-то тут неправильно и плохо, не было. Глеб просто наслаждался Юлей и сгорал от желания даже после секса. Номерами, всё-таки, обменялись. Серафим об этом узнал на следующий день и разозлился ужасно. Но ведь не со зла, а от заботы сильной. Хотелось Глебу помочь, он ведь жалеть будет потом! Но Викторов тоже разозлился и друга послал, высказав все маты, которые только знал. Мукка в тот раз сдался и просто ушёл. ***       Они видятся в четвёртый раз. Юля невзначай предлагает Викторову закинуться вместе с ней. Мол, какой-то он грустный сидит, а наркотики помогут лучше, чем антидепрессанты или психолог. Смотрела ещё с такой надеждой, ну как тут отказаться? И Глеб не отказался. Проглотил сразу три таблетки MDMA и c непривычки глаза жмурил от резкого головокружения. Но неприятный эффект прошёл, а на смену пришло наслаждение. Викторов понял Юлю и понял, что экстази действительно может всё решить. Неоновый свет в комнате будто стал ярче, музыка громче и хотелось Юлю обнять. Обнять и не опускать больше никогда. — Глеб? — нежно зовёт брюнетка, обращая на себя внимание. Глеб резко поворачивает голову, замолкая. Он ведь рассказывал интересную историю с тура, почему она перебила? Его пьяный и затуманенный разум не понимал. — А? — Ты ведь знаешь, что я всегда рядом буду? И если кто-то скажет, что я плохо на тебя влияю, то ты их не слушай. Я хорошая. Они врут, — шепчет Юля, смотря прямо в глаза. И эти слова Викторову запоминаются прекрасно. — Знаю, — кивает уверенно и целует девушку, сминая красные губы. Он знает. Он уверен. ***       Глеб в Юле был уверен. Прям так серьёзно и честно. При знакомстве были мысли её в наркушку сплавить. Девчонка то красивая, весёлая. Жаль, что вот так своими руками жизнь себе губит. Но после их четвёртой встречи такие мысли испарились, будто и не было их совсем. Может, наркотики это не так плохо, как все говорят? Викторов и так был уверен, что умрёт не в старости, а намного раньше. Он смерти боялся ужасно и панички ловил по три раза в день. А после эффекта экстази Глеб понял, что, ну, как-то и не страшно. Эйфория такая была, что всё плохое забылось. Но он задумался даже, что, возможно, это не правильно. Казалось бы, вот оно спасение! Нужно было больше поразмышлять и съебаться с той квартиры, удалив номер Юли. Хотя, если бы это было действительно неправильно, то Юля бы ему попробовать не предлагала. Она же хорошая, да? Юля хорошая. ***       Пятая их встреча. Теперь уже увиделись не на вписке, а дома у Викторова. Юля сама к нему приехала с несколькими бутылками водки. И с мефедроном. Парень даже удивился, когда увидел на пороге брюнетку, которая так весело размахивала пакетиком прямо у него перед носом. Даже не боялась, что соседи заметят и ментов вызовут. Ей было плевать. Впрочем, как и всегда.       Она снова упросила Глеба принять вместе с ней. И он снова согласился. ***       И так день за днём. Долгие телефонные разговоры, смешные мемы в личке. Викторов забывал о том, что у него есть друзья, но музыку ещё делал. Какие-то текста странные писал. Что-то в них было про марафоны и яд по венам.       Ломка Глеба мучила и Юле приходилось приезжать всё чаще со спасительным порошком. Серафим не знал, что его друг черту алкоголизма перешёл и, похоже, сделал тот самый шаг в пустоту, в пропасть. Мукка Викторову каждый день писал, но ответы получал редко. А если и получал, то это было что-то вроде «Всё норм у меня». Не верилось даже, что Глеб изменился в не лучшую сторону так быстро. У него ведь на жизненном пути много сомнительных девушек попадалось, почему он именно на Юлю повёлся? Ответа никто не знал.       Даже сам Глеб не понимал чем его эта девушка так привлекла и почему добровольно наркотики попробовал. Морозова, без сомнений, харизматичная и весёлая. А ещё она красивая и сексуальная. В постели хороша, Викторова за алкоголизм не осуждала, а большего и не надо. Рядом, впервые за долгое время, появился человек со схожей проблемой. Человек который видел в Глебе что-то другое и не заставлял бросать пить. Человек, который легко и с удовольствием свои чувства отдавал. И пару миллиграмм амфетамина тоже.       Викторов и против не был. Жизнь ему наскучила, а суицид — не выход. Выпустил альбом, закодировался, поехал в тур, вернулся домой, расшился, ушёл в запой. И всё так повторялось из раза в раз. Учитывая то, что у Глеба ещё и с менталкой проблемы — становится совсем не весело. Да, есть толпы фанатов, деньги и популярность. Но ему эта популярность нахуй не нужна была. Сам так говорил везде, где только спрашивали.       Юля стала третьей зависимостью Викторова. И ничего хорошего это не предвещало. *** — Чел, какого хуя? — орёт Серафим, толкая друга вглубь квартиры. Глеб даже не проверил кто пришёл к нему так поздно и наивно открыл дверь сразу же. Сразу же пожалел. — Чё ты орёшь? — Глеб недоволен. Глазами искры метает, смотря на парня напротив. Где-то в спальне его ждёт Юля и очередной тупой фильм. Желания отвлекаться совсем нет. — Еблан, я тебе раз сто звонил и это только сегодня. Ты ни с кем на связь не выходишь уже месяц! У тебя работа есть, обязанности в конце то концов, — Викторов скептически оглядывает Мукку. Словам друга не верит. Как он мог на связь не выходить? Телефон работает, хотя он его уже неделю не заряжал. Потом окажется, что чужой смартфон отключила Юля. Не хотела, чтоб их отвлекали тупые дружки Викторова. — Что ты смотришь на меня? Планы есть вообще какие-то, блять? — Если хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах, — громко смеясь, бормочет Глеб. Ему весело. — Ты под чем-то? — догадывается Серафим. Хватает парня за футболку, резко притягивая к себе. Рассматривает лицо и пазл в голове сразу складывается. Зрачки расширены, синяки под глазами тёмные, а кожа бледная до ужаса. — Малыш? — слышится женский голос и торопливые шаги. Мукка отталкивает от себя Викторова и поворачивается к незнакомке. Вот из-за кого все проблемы. Вот кто виноват во всех бедах и новых проблемах вокалиста группы «Три дня дождя». — Подожди в спальне, — недовольно кидает Глеб, даже не оборачиваясь. Юля не должна видеть, что тут происходит. Юли слишком много, но она слишком нужна. — Я хочу быть тут! — зло отвечает девушка, приближаясь к своему молодому человеку. Ей хватает одного слова, чтобы разозлиться. — И не указывай мне вообще! — срывается на крик и неожиданно даёт пощечину Викторову. Он жмурит глаза, потирает щеку ладонью. Молчит. — Прости, прости! Я не хотела, слышишь? Я хорошая, — теперь её голос дрожит и становится до жути противным. Юля падает на колени и тянется к ремню джинсов Глеба. Привыкла так перед ним извиняться в любых ситуациях. Не привыкла говорить. — Если решил променять всё на зависимую шлюху и наркоту, то удачи, — напоследок бросает Серафим и выходит из квартиры. В голове мыслей много, ничего не понятно. Как так получилось? ***       Викторов с ума, вроде бы, не сошёл. Он вполне осознанно свою жизнь губил. Или не губил? Глеб иногда догадывался, что куда-то не туда свернул. А потом успокаивал себя тем, что против судьбы не попрёшь. Наверное, сам Бог выбрал такую жизнь для Викторова. Скорее всего, ещё 20 февраля 1996 года в Кызыле высшие силы дали именно такое будущее маленькому, только родившемуся, мальчику из творческой семьи. Уже тогда, когда Глеб громко кричал, лёжа на груди матери, появление Юли в его жизни было обязательным условием. Был только один вопрос. Вопрос времени. ***       Они с Юлей вместе уже пол года. Морозова переехала к своему парню (?) почти сразу. Ей с района Викторова было удобнее ездить к своему дилеру за очередной дозой. Сплошные плюсы! А, ну и время с любимым можно больше проводить.       Глеб тогда уже знал, что между ними. Только одно слово могло описать всю ту бурю эмоций. И это только одно слово — любовь. — А когда я умру, ты заплачешь? — неожиданно спрашивает Юля, прижимаясь ближе к кудрявому. Она сидит у него на бёдрах, иногда соблазнительно целуя татуированною шею. Его крепкие руки на её аномально тонкой талии. — А ты заплачешь, если я умру? — в ответ спрашивает Глеб. Раньше только от одного слова «смерть» ему плохо становилось и ноги подкашивались, а сейчас всё равно. Ему на всё плевать уже. Будто в груди чёрная дыра разрастается и сжирает все эмоции. Морозова хохочет, запрокидывая голову назад. — Малыш, ты меня одного только не оставляй. Ни на секунду даже. — Почему? — Юля дует губы, как ребёнок. Смотрит влюблённо и с вопросом. — Я, кажется, забываю как без тебя дышать. — Без меня или без солей? — снова хохочет. Юля даже не думала, что сказала случайно. А Глеб загнался. Ему плохо без Юли или без доз, которые она с собой носит вечно? — Я тебя люблю, — шепчет брюнетка. ***       Время шло. Викторов путался с каждым днём ещё больше. Он начинал ненавидеть вечные марафоны Юли. У него, пока что, бывали периоды трезвости, но это не случай Морозовой. Она постоянно была то нанюханная, то накуренная. И это стало родным и привычным. Это больше не пугало, это заводило, но со временем снова стало напрягать. Может Юля вообще Глеба только под наркотой любит? А если с иглы слезет, то сразу разлюбит? Но она то точно с иглы не слезет, так что переживать не стоило. *** — Телефон мне, блять, покажи! — орёт на всю квартиру Юля. Снова в большой, уютной квартире слышны крики. Морозова, будто, начинала сходить с ума. Постоянная ревность. Постоянные перемены настроения. — Юля, угомонись! Нахуй тебе мой телефон? — Глеб орёт в ответ. Они без матов уже общаться не могли. — Дай мне свой телефон! Кого ты тут ебал, пока меня не было? Я же вижу, что подушка криво лежит! — тычет пальцем в сторону тёмного дивана. Викторов в замешательстве. Он же эту подушку с тупой надписью на английском просто случайно рукой зацепил. Чего она разоралась? Бешеная, может? — Тебя двадцать минут не было! Кого бы я позвать и выебать успел? — Вот я и хочу узнать кого! Дай мне свой ебучий телефон! — Юля кричит громче обычного и подбегает к Глебу. Резко тянет руки к карманам штанов парня, желая силой забрать смартфон. Викторов зло рычит, бьёт Морозову по тем же рукам. Она, в который раз, даёт ему пощечину, он несильно шлёпает её по щеке в ответ и всё превращается в какое-то сумасшествие. Они бьют друг друга, но на обычную драку это не похоже. Похоже на единственный выход. Похоже, что им больше ничего не осталось. ***       Отношения Юли и Глебы были воплощением эмоциональных качелей. Воплощением того, что делать нельзя. Вот именно такими отношениями нужно запугивать слишком смелых подростков, да и вообще всех. Всё же так хорошо начиналось. Или там изначально подвох был, а Викторов не заметил? Подвохом же не считается, что Морозова в первые минуты знакомства кокаином нанюхалась? Не считается. ***       Глеб в отчаянии. Он обнимает Юлю, прижимая хрупкое тело к себе. Он чуть ли не плачет, а она и не замечает. Глеб думает что такое любовь и почему она приносит так много боли раз за разом. Похоже, что любовь это что-то кровавое, хоть и не мясо. — Юль, мы друг другу не подходим, — дрожащим голосом шепчет Викторов. — Я обязательно тебя брошу. — Когда? — весело интересуется Морозова. Она всё за шутку принимает. Никакой серьёзности не чувствует. — Чуть чуть наберусь с силами и брошу. Но у меня очень плохо с выдержкой, — Глеб зарывается носом в её тёмные волосы. У него правда плохо с выдержкой. Заметил это ещё тогда, когда в подростковом возрасте не мог нормально жить без алкоголя. Что уж говорить о том, что происходит сейчас. — Я тебя люблю, — устало бормочет девушка, прикрывая глаза. — А если ты меня не любишь, то я сожгу твою кровать, пока ты будешь спать, — снова хохочет. И даже не понятно, шутит она или нет? ***       Глеб мучается с Морозовой, но любит. Любит, хоть и понимает, что всё потеряно. Может это не любовь? Может ему просто нравится получать постоянный адреналин? Никто не знает. Слишком много вопросов и ни одного ответа. «Я люблю и ненавижу музыку о тебе Она льётся сквозь мои грустные глаза Я люблю и ненавижу твои громкие слова Они сочатся через твои лживые уста Ещё одна ночь, ещё один повод для бутылки вина Я перечитал, все что написал О тебе, когда допил очередную до дна И сколько таких песен ещё написать Чтобы твои глаза закрылись для меня навсегда?»