Золотые украшения для Наследного Принца

Хуа Чэн приносит Се Ляня в свои покои на руках. На Сяньлэ множество украшений: длинные золотые серьги, жемчужины в волосах, браслеты с драгоценными камнями - они сияют, словно звезды в глазах молодого парня. Одежды Се Ляня не слишком удобные, но ему не привыкать. Он - Наследный Принц, а значит вести себя будет, как ему подобает. Хуа Чэн осторожно укладывает парня на постель. Глаза Се Ляня слипаются, но пальцы на чужой бледной руке он разжимать не хочет. Он крепко держится, взглядом требуя, чтобы мужчина остался. Хуа Чэн все понимает, ненавязчиво располагаясь на краю кровати. Он гладит чужие волосы, одновременно вытаскивая из них все заколки, чтобы Принцу было удобнее спать. Се Лянь не возражает - лишь наблюдает, как длинные пальцы методично снимают с него все украшения. Когда дело доходит до браслетов, и Хуа Чэн касается запястья, Се Лянь рдеет. Он смущенно зарывается лицом в подушку, чувствуя, как холодные пальцы касаются беззащитных, но жизненно важных точек ци. Се Лянь не понимает, почему внутри ему до дрожи хочется довериться этому демону. Непревзойдённый. Пожалуй, то, чего Се Лянь и ожидал от себя будущего? Юный Принц довольно часто задавался вопросом, как же будет выглядеть человек, который станет сопровождать его в жизни, и появится ли он вообще. Кто бы мог подумать, что тот, с кем он действительно захочет разделить судьбу, окажется так далеко - целых восемьсот лет ожиданий. Он до странного горд тем, насколько, оказывается, щедрый подарок для него подготовили звезды. Се Лянь засыпает с сумбуром мыслей в голове, но чужие легкие прикосновения помогают быстрее с этим справиться. Хуа Чэну хочется дотронуться губами до лба Принца, но он считает, что пока ещё слишком рано. *** - Извини, я все еще не знаю, как должен к тебе обращаться. - робко говорит Се Лянь следующим утром, когда заходит в мастерскую Князя Демонов. Повсюду висят картины - сцены того, что Се Лянь уже сделал или сделает в будущем. Сяньлэ чувствует себя смущенно от такого немногословного, но достаточно ощутимого внимания. - Сань Лан, Ваше Высочество. Ты всегда зовёшь меня только так. - отзывается Сань Лан, чей взгляд по-родному касается Принца. Второй снова робеет, но сразу старается взять себя в руки. В мастерской пахнет тушью. Хотя весь Дом Блаженств кричит о роскоши и уточнённых вкусах своего хозяина, эта комнатка по-особенному притянула Се Ляня. Он рассматривает картины, разбросанные по полу и столам краски и кисти, наблюдает за плывущими по воздуху пылинками. И чувствует во всем этом суть самого Хуа Чэна. Будто то, что творится в этом небольшом помещении на самом деле отражение его собеседника. - А как зовёшь меня ты? - любопытствует Се Лянь. «Сань Лан» кажется ему довольно интимным, но иначе звать своего друга (мужа?) совсем не хочется. Тогда, почему бы не позволить и ему называть себя по-другому? - Гэгэ. - мягко говорит собеседник, и что-то внутри Се Ляня болезненно отзывается, идет навстречу, словно такое ласково-игривое прозвище является его собственным именем. Се Лянь покраснел. Ничего не объяснив, он вылетел из мастерской. Ему внезапно захотелось побродить по новой местности и изучить, как сильно отличается этот, нынешний, мир. Он шагает по Призрачному Городу в привычно дорогих шелках. Ему удобно, кажется, что увесистые аксессуары уже давно стали продолжением его тела. Но какая-то часть него внутри кричит, что это странно. Как и взгляды жителей. Поначалу, он ловит в них уважение, затем, удивление, а уже после, взор, кажущийся Се Ляню… одобряющим? Изящно и плавно, как и подобает наследнику трона, он прошагал к одному из призраков. Тот продавал посуду, всю потрескавшуюся и потертую. Подойдя, Сяньлэ улыбнулся приветствующему его торговцу, хотя внутренне удивился - такое здесь покупают? Он рассматривал товар за товаром, когда похожий на пса чертёнок вдруг обратился к нему: - Ваше Высочество сегодня необычайно красив. Се Лянь кивнул, поднимая уголки губ: - Благодарю. - Наследному Принцу идут богатые наряды. Чэнчжу особенно счастлив, когда радует Вас. Принц не знал что ответить - ему казалось, что белое хлопковое одеяние, которое было на нем в первое пробуждение, оказалось на нем совершенно случайно. Не может же быть такого, что он чувствовал себя расслабленно в столь скромных одеждах? Вечером Се Лянь скрылся в библиотеке - ему захотелось восполнить пробелы в памяти. Стоило признать, книжная коллекция Сань Лана огромна: от простых произведений, до запрещённых техник, казалось, на этих полках можно было найти все, что угодно. Се Лянь набрал себе книг и свитков. Конечно, то, что произошло за восемьсот лет за одну ночь наверстать он не успеет, но нужно было хотя бы начать. Один за другим, Се Лянь изучал все материалы, касательно произошедшего в мире. Государства делились и строились заново, небесные чиновники возносились и падали. Люди оставались людьми. Когда Се Лянь, наконец, нашел знания о Наследном Принце, он вдруг почувствовал испуг. Что он увидит в этих писаниях? Готов ли он с ними ознакомиться? Быть может, оставить все как есть? В разгар размышлений он почувствовал на себе привычное копошение. Странная лента - духовный артефакт, как объяснил Сань Лан, вдруг переместилась на стол, одним своим краем играясь с ладонью Принца. Се Лянь выдохнул. - И тебя я тоже не знаю. Что же такого со мной произошло, что ты появилась? Лента продолжала извиваться, то сжимая, то разжимая изящные, израненные пальцы. Се Лянь понимал, что предмет старается помочь ему, но все равно грустно выдохнул: - Я даже не знаю, как тебя зовут. Бархатистый голос прозвучал неожиданно: - Ее зовут Жое. Она - самый верный друг Гэгэ. Никто не поддерживал Ваше Высочество так же часто, как эта прелестная госпожа. - игриво пояснил вошедший Сань Лан, а Жое, вдруг, потянулась к нему. Хуа Чэн приподнял уголки губ. Внутри Се Ляня, тем временем, проснулся ураган. Сань Лан - самый красивый из всех, кого Се Лянь встретил за свои семнадцать лет. Он уверен, что его восьмисотлетняя личность отзывается о Князе Демонов точно так же. От одного его взгляда на Се Ляня в юноше просыпается кто-то. Кто-то, кто желаниями разительно отличается от него самого, но является его полноценной частью. У Сань Лана смоляные волосы, глубокий, темный взгляд, а кожа белая, словно фарфор. Его красные одежды красиво подчёркивают особенности его внешности, а манеры и харизма убивают оставшиеся в Се Ляне капли целомудрия. Пока Хуа Чэн изучает разбросанные на столе свитки, Его Высочество рассматривает лицо сидящего напротив демона. Взгляд падает на изгиб бледных губ. Се Ляню подумалось, как хорошо бы на них смотрелся темно-красный цвет. Следом за этим, в голову проникла мысль, которую он ожидал от себя меньше всего. Он ведь касался этих губ своими? Дума возникла так внезапно, что Се Ляню вдруг поплохело. Он старался держаться, но жадный взгляд Князя выбил из него все, и смущение накрыло Се Ляня с головой. И хотя свет в библиотеке был приглушённым, это не спасло краснеющего Се Ляня - Сань Лан, конечно же, все понял по его разбросанным движениям. - Гэгэ думает о чем-то непристойном. - даже не спрашивает, утверждает он шутливо. Се Лянь рдеет еще сильнее и старается придумать себе оправдание, чтобы выйти: - Мне надо покормить… - Шляпу? - не нарочно перебивает Сань Лан. В глазах у него весёлые искорки, и Се Ляню кажется, что ему не впервой испытывать столь сильное смущение рядом с этим парнем. Он обиженно хмурится - да как этот человек смеет насмехаться над ним? Сань Лан, конечно же, замечает изменение в настроении своего мужа. - Гэгэ, - обращается к нему Сань Лан. Се Лянь не отвечает, немного надувшись. Он видит, как парень, улыбаясь, тянет к нему руки, но вдруг останавливается. Лицо Князя меняется на более серьёзное, когда он отворачивается, - Извини, Гэгэ. Я не должен был. Сердце Се Ляня разрывается. Он не глупый - за несколько дней, он заметил, как сильно Сань Лан старается для его счастья. Демон попросил Принца остаться в Призрачном Городе, пока они не найдут и не разберутся с той нечистью, что напала на Се Ляня. Стоило этой теме открыться, как глаза Сань Лана наполнялись гневом - он ненавидел любого, кто мог навредить Се Ляню. Он видел боль Принца, он словно чувствовал ее сам. И поэтому, Се Лянь делает это не раздумывая. Он обнимает Хуа Чэна. Осторожно, смущенно, он обвивает руки вокруг талии Сань Лана и прячет лицо в его одеждах. Грудная клетка парня поднимается, словно он старается сделать вдох, а руки нерешительно движутся, чтобы обнять в ответ. - Сань Лан, наверное, сильно скучает по нему? - шепчет юноша. Сань Лан не отвечает. Он крепко сжимает парня, словно боится потерять. Принцу вдруг захотелось расплакаться - казалось, он сам начал ощущать тоску Князя Демонов. Они стоят так несколько минут, прежде чем он слышит тихое предложение Сань Лана: - Ваше Высочество, - Се Лянь вздрагивает из-за болезненности в его голосе, - пойдём спать? Принц несмело кивает. Как и вчера, Сань Лан снова понёс его к кровати на руках. Се Лянь чувствует осторожность в каждом его действии. На этот раз, он вслух просит Хуа Чэна остаться с ним. Бархатистый голос парня медленно рассказывает ему обо всем, что происходило в мире, но историю самого Се Ляня понимающе избегает - он должен узнать об этом чуть позже. Сам. В эту и любую другую ночь Сань Лан будет рядом с ним, чтобы успокоить.