Мой долг

Когда всех выживших сгребли в охапку и на вертолётах привезли в дворец Саддама у Джейсона ещё была надежда. «Мы среди своих, мы в безопасности» — думал он. Но затем, после нескольких многочасовых допросов, после еле слышных разговоров между этими парнями в химзащите, после восьми часов в отдельных палатах, отделяемых друг от друга целлофановыми стенами, стало понятно. Здесь все они и умрут. Они не выйдут отсюда живыми. «Главное — контролировать поток информации», — услышал Джейсон от мужика в жёлтом костюме. А лучший способ «контролировать» — уничтожить живых свидетелей. Значит, этим парням совсем не нужно чтобы они выжили. Им нужно выкачать из них всё что они узнали, а затем избавиться. Их жизни были важны только до тех пор, пока они могли ещё быть полезны. Их убьют. Так закончится их история.       Джейсон не собирался с этим мириться. Ему было неважно, как умрёт он сам. Свою смерть он ожидал с тех пор, как вступил в ряды морпехов и даже раньше, в героиновом бреду под шум новостей сообщающих о крушении башен. Тогда он решил, что умрёт, но умрёт за что-то стоящее. «Смерть прежде бесчестия» — так он решил для себя будучи чистым дай Бог пять часов, когда стоял в призывной комиссии, и это он при первой возможности вбил краской в свою кожу. Джейсон готов был умереть. Но он не готов был мириться со смертью тех, с кем он прошёл буквально через преисподнюю. Рейчел, что ещё отходила от пробравшегося в её тело паразита. Эрик, который и завёл их в эту срань, а теперь отчитывался обо всём этим телепузикам. Ники, заложивший заряды, которые, скорее всего, спасли их жизни. И Салим, с которым он что Вергилий с Данте вдвоём пробирались через все круги этого места, что было Адом, но уж точно не христианским. Он не мог жить, дышать осознавая, что не сделал ничего, чтобы спасти их. В последний раз. После всего, когда спасать нужно не от иракцев, не от вампиров, а от собственной страны, в руки которой Джейсон с облегчением отдался в сентябре 2001-го.       Поэтому Джейсон едва уйдя с допроса начал думать. Эти штабные крысы не додумались даже снять с них одежду и дать им вымыться, тогда у них возможно был бы шанс задержать его здесь. Но нет. Он всё ещё был облеплен песком и пылью пустынь, затхлым запахом тварей, и он был в своей одежде, где в левом сапоге его ждала тонкая самодельная заточка — последняя мера, не лучшее оружие против кого угодно, но Джейсон хранил её как последний шанс для себя. В засаде или в плену с её помощью он мог бы перерезать себе вены, но сейчас она пригодится ему для другого.       Тонкий целлофан совсем не задерживал звук и плохо задерживал свет, поэтому, когда его повели на следующий допрос Джейсон хорошенько присматривался и прислушивался ко всему. Поняв, где располагается его «камера» и где находятся остальные члены его группы, Джейсон продумал собственный план. Свершиться он должен был уже этой ночью.

***

Снова допрос. Снова вопрос «Как ты провернул это с помощью гнутой зубочистки?». Снова предложение показать воочию, от которого почему-то все отказывались. «Как хотите. Только отпустите уже домой, к сыну». Молчание в ответ. Салиму очень не нравилось это молчание, оно было как будто скорбным, тревожным.       Допрос подошёл к концу, его сопроводили в его «комнату», которая едва-ли запиралась. От внешнего коридора его отделял лишь белый брезент. Хоть какая-то пародия на личное пространство. Бухнувшись на нары и упав лицом в жёсткую подушку, Салим уснул тревожным сном. Во сне его душили и проснулся он от нехватки кислорода. Тёмный силуэт выделялся на фоне света, шедшего из коридора. Рука, накрывшая его рот, мешала спокойно дышать. Салим заёрзал, пытаясь вывернуться.       — Тихо ты, это я. — Знакомый голос. Сейчас, когда он открыл глаза и силуэт казался знакомым. Это был Джейсон, он сидел на краю его кровати, озираясь в сторону коридора. — Я помогу тебе выбраться отсюда. Только не шуми. — На это Салим только кивнул.       Пока Джейсон прислушивался к каждому шороху и проблеску света из-за импровизированной стены, Салим спешно и насколько возможно тихо собирался.       — Что дальше, — шепнул Салим.       — Скрути из одеяла что-нибудь, чтобы они нескоро кинулись тебя искать. Я сейчас.       Джейсон присел к стенке с противоположной стороны коридора и начал ковырять что-то от дальнего угла. Соорудив из одеяла «чучело» самого себя, Салим присел рядом с Джейсоном. Тот прорезал по швам небольшой лаз в самом углу, не присматриваясь не заметишь, что что-то здесь не так. Приоткрыв проход, Джейсон встал и жестом указал Салиму, что ему придётся идти первому. Джейсон остался стоять на стрёме, проверяя надёжность прикрытия из одеяла. Выкарабкавшись из лаза, Салим оказался между целлофаном и крепкой бетонной стеной, выкрашенной изразцами. Пройдя немного дальше, Салим осмотрелся и принялся ждать. Спустя минуту к нему присоединился Джейсон. Он осмотрелся внимательнее, прикидывая, где они выбрались. Судя по всему, Джейсон здесь был не впервые.       — Бальный зал, — едва слышно прошептал Джейсон. — Из него выход только по основному коридору или наверх. Это плохо, в коридоре, скорее всего, охраны до жопы, а у меня с собой только это. — Джейсон вскинул руку со странным, скорее всего, самодельным ножиком.       — Значит, через верх?       — Пожалуй, жалко, что бассейн пустой, можно было нырнуть в него с балкона.       — Шумно.       — Тоже верно. Идём. — Джейсон схватил Салима за запястье и потянул за собой.       Вдвоём они вышли к винтовой лестнице и поднялись наверх. Здесь было пусто. Длинная галерея открывала вид на внутренний двор с бассейном по другой стороне было несколько дверей.       — Дальше есть ещё одна лестница, для прислуги.       — Где мы вообще?       — А, ну да, навряд ли каждого иракского солдата сюда приводили. Дворец Саддама, добро пожаловать.       Теперь Салиму было понятно откуда в этом «штабе» такое богатое пусть сейчас и разрушенное убранство. Вот значит, как жил их верховный лидер, пока его солдаты стаптывали свои сапоги в пустынях и предгорьях. Зависнув на мгновение, чтобы оценить размах, Салим сплюнул на пол и двинулся вслед за Джейсоном.       — Видимо, когда сюда пригнали нас, отсюда вытурили все остальные подразделения. К лучшему, меньше шансов на кого-то наткнуться.       — Куда теперь? — оказавшись перед лестницей вниз, спросил Салим.       — Вниз, там будет дверь на внешний двор, но там мы должны быть максимально осторожными, выходим на полусогнутых, Саддам засадил двор высокими кустами, и ебать, не ожидал что скажу это, но спасибо ему за это. В кустах затеряемся. Продвигаемся на север. Там забор, но и минимум возможностей что нас засекут. Как преодолеть забор я не придумал.       — Значит, будем импровизировать.       — А что остаётся?