Память

Бэй Доу снова погружается к обломкам Нефритового дворца. За последние несколько месяцев Южному кресту удалось поднять на поверхность огромное количество сокровищ Воли Небес Цисин, и сейчас большая часть затопленных коридоров и комнат была уже пуста. Оставалось лишь то, что уже невозможно было спасти или было слишком хорошо запрятано. Капитанка знала дворец, как свои пять пальцев со всеми тайными ходами, комнатами и способами их открыть. Она наблюдала его строительство с самой первой комнаты и до тех размеров, каких он был, когда обрушился на Осиала. Ведь они с Нин Гуан знали друг друга с детства. Это тогда, после одной из древних легенд, услышанных в городе, она вдруг решила, что хочет себе летающий дворец, тень которого затмит весь мир. И до сих пор придерживается этой цели. Подумать только, ей удалось воссоздать Нефритовый дворец всего за пару месяцев! Всë то, что она строила годами тяжёлого труда. Бэй Доу не переставала восхищаться ей. Капитанка плыла по затопленным коридорам, чтобы проверить ещё один потайной ход. К счастью, он был всего лишь запаролен, ей даже не потребовался топаз Притхива, чтобы открыть горячо любимые Нин Гуан замки на гео энергии. Механизм неспешно открыл пиратке вид на комнату, затопленную лишь наполовину. Это заметно обрадовало Бэй Доу, ведь ей не требовалось сейчас всплывать на поверхность, прежде чем исследовать еë. Вдохнув воздух после длительного погружения, девушка осмотрелась. Вид у комнаты был, мягко говоря, не очень. Картины и ткани уже никуда не годились, стены поедала плесень, а отдел с книгами оказался наполовину затоплен. Капитанка забрала всë, что было хоть как-то возможно спасти. – Так, и ещё вот это, – Бэй Доу поочерёдно доставала из подпространства всë, что ей удалось найти. При виде шкатулки с двумя замками, Нин Гуан заметно оживилась, скрыв мягкую улыбку веером. – Капитан Бэй Доу, благодарю вас за работу. Встретимся вечером в назначенном месте. А после работы капитанка ждала еë в еë же комнате, по-хозяйски развалившись на кровати со шкатулкой в руках. Но пароль ей не удалось подобрать, как бы она ни пыталась. Нин Гуан какое-то время наблюдала за ней, прежде, чем дать подсказку: – Ваш день рождения, капитан, – пиратка вздрогнула и резко села, услышав голос девушки. Она ожидала, что Воля Небес будет возмущаться. Да и вообще, что там внутри могло быть такое, что запаролено таким бессмысленным шифром? Нин Гуан бережно забрала шкатулку из рук девушки и открыла элементарный замок. – И это ты держишь в таком секрете? – в недоумении спросила Бэй Доу, увидев внутри письма, которые она отправляла девушке последние годы. Где-то чернила поплыли, но неизвестно от влажности после затопления комнаты, или это пиратка ещё на корабле второпях понаоставляла клякс. – Архонты, ты всë ещё хранишь этот хлам? – шкатулка была заполнена памятными вещицами, связанными с капитанкой. Бэй Доу даже стало неловко, но умилила такая сентиментальная привычка любимой. – Почему бы не сохранить память о том, как мы пришли к сегодняшнему дню?

***

Впервые они встретились, когда им было всего по шесть. Маленькая Нин Гуан сосредоточенно смотрела вглубь, стоя по пояс в мелкой неширокой речушке. Для их семьи это место служило главным источником рыбы. Чем больше получалось добыть, тем больше шансов было хоть немного наесться. Нин Гуан с детства усвоила, что чтобы поесть, нужно сначала поработать, добыть эту еду своими руками. Блеск чешуи, рывок, и завтрак девочки испуганно уплывает, плеснув хвостом. У малышки уже нет сил, вчера ей удалось поесть только раз, а за последнюю неделю в еë семье несколько дней на столе не оказывалось вообще никакой еды. Но Нин Гуан знала, что на следующей неделе еë старший брат вернëтся с работы, и тогда будет возможность поесть немного лучше, чем обычно. Она надеялась, что он сможет привезти ей тех вкуснейших лепëшек с мясом, которые продают в городе. Хотя бы половинку такой... Голова кружилась, а яркое солнце слепило бликами на воде. Но малышка сосредоточенно высматривала в воде рыбу. Есть хотелось безумно. Неподалёку что-то блеснуло. Нин Гуан бросилась вперëд, чтобы быстрее схватить еду, как вдруг она осознала, что земли под еë ногами больше нет. Она зашла слишком далеко, туда, где речушка резко становилась глубже. Силы окончательно покинули девочку, она не успела даже вскрикнуть, когда полностью погрузилась в воду. Малышка даже не могла пошевелиться. Страшно, воздух заканчивался, мир вокруг темнел. Нин Гуан внезапно обнаружила себя на берегу реки. Откашлявшись, она вдруг услышала: – О! Живая! – радостно воскликнул детский голос. Нин Гуан потребовалось более-менее прийти в себя, чтобы осмотреться. Перед ней сияла широкой, наполовину беззубой улыбкой девочка её лет. Растрёпанные короткие тёмные волосы, простая, даже довольно бедная одежда, худая. Все её знакомые дети выглядели примерно так. – Эй! Ты язык в воде потеряла? – незнакомка помахала перед лицом девочки рукой. Видимо, та слишком долго на неё пялилась, – Ты как? – Жива, – Нин Гуан слабо пожала плечами. На большее её не хватало. – Уже что-то. Я Бэй Доу. А тебя как звать? – девочка протянула ладошку, помогая подняться с песка, – Архонты, да ты совсем пушинка. Тебе вообще есть, что поесть? – Нин Гуан вяло отрицательно помотала головой. – Вот дела! – возмутилась Бэй Доу. – Сиди здесь, я сейчас! – девочка бросилась в воду и вскоре оказалась на противоположном берегу. Похоже, оттуда она и пришла. Нин Гуан не припоминала, чтобы в остатках той деревни были дети. Родители рассказывали, что там давно почти всё развалилось и доживают свои дни одни старики да те, кому некуда идти. Семьи, которые в немилости в городе. – Вот, держи, – девочка довольно быстро вернулась и протянула Нин Гуан пару рисовых пирожков. Малышка уже знала, что нужно есть осторожно и медленно, как бы ни хотелось наброситься на еду и проглотить, не жуя. Бэй Доу наблюдала за ней со слишком печальной для ребëнка улыбкой. Нин Гуан лишь мельком обратила на это внимание, но взгляд еë новой подруги выдавал, что ей приходилось проходить через что-то подобное. Возможно даже хуже. – Ты мне лучше скажи, как ты умудрилась чуть не утонуть в этой луже? – Бэй Доу всплеснула руками, глядя на то, как новая знакомая трясëтся от холода на лëгком ветру. Нин Гуан смущëнно отвернулась. Правду говорить было неловко. – Плавать что-ли не умеешь? – девочка вскочила, удивившись своей догадке и реакции подруги на неë. – Да, не умею, – неожиданно уверено выдала Нин Гуан, с вызовом глядя в глаза напротив, мол, ну и что? Хотя и так всë было понятно. Тогда она бы не оказалась в такой неловкой ситуации. – О! – Бэй Доу встрепенулась от посетившей еë мысли, – А давай я тебя научу? Как только с пирожками было покончено, девочки вместе поймали несколько рыбëшек, чтобы никто из них не остался голодным сегодня. Небольшой урок по плаванию тоже прошëл вполне успешно. Нин Гуан лишь удивлялась тому, как Бэй Доу с лëгкостью держится на воде, ловко плавает, хватая даже шустрый улов, и без страха ныряет в самом глубоком месте. Как будто бы она рождена для этого. На следующий день они встретились в том же месте, но в этот раз, несмотря на такую же жаркую погоду, Бэй Доу как-то странно куталась в криво зашитую кофту и закрывала лицо короткими волосами, насколько это было возможным. – Что случилось? – разбитая губа, синяки на ногах и странные полосы – этого девочке не удалось скрыть от внимательных глаз Нин Гуан. Ну не будет же она рассказывать, что вчерашние пирожки она стащила у соседки через окно, потому что в еë доме еды тоже пока не было. И что приютившие еë люди немедленно узнали об этом, но уже после того, как муж соседки поймал еë на пути домой и избил так, что чуть не сломал ей обе руки. И дома ей тоже нехило досталось. От жены старосты, с которой у них с Бэй Доу была взаимная ненависть. К девочке вообще мало кто относился с теплом в этой деревне. Но такие люди были: староста, который пытался быть для неë хорошим отцом после того, как его собственные дети его покинули, пара соседских старушек, что жалели еë и иногда даже угощали вкусностями. Но большая часть людей терпеть еë не могла и побаивалась из-за "проклятья". Однако вредить девочке это "проклятье" почему-то никак не мешало. Но даже это всë было хоть немного лучше, чем выживать на улице, побираясь, воруя и голодая. Хотела бы она взглянуть в глаза своим родителям... Жаль, что она их совсем не помнит. Для Нин Гуан она придумала историю о том, что на обратном пути из реки вдруг вылезло огромное чудовище, которое и нанесло ей все эти раны. Подруга лишь строго посмотрела на неë и заключила, что это чудовище, скорее всего, было человеком. И что не стоит еë держать за совсем ребëнка. Тогда Бэй Доу и рассказала, как она попала в деревню несколько месяцев назад и вкратце описала свою ситуацию. О старосте и его жене, соседях и проклятье. Нин Гуан ещё долго думала о подруге. Тем днëм она никак не могла заснуть, ворочаясь и представляя, через какие ужасы ей пришлось пройти. Но при этом она так ярко улыбается, слово у неë совсем нет забот. Это так... Странно. Обычно люди ломаются от трудностей. Еë родители почти никогда не улыбались, словно кто-то украл все их положительные эмоции. Каждый день они возвращались поздней ночью и уходили в Ли Юэ на рассвете, чтобы успеть на работу. Но этого всë ещё было недостаточно даже для нормальной еды. Братья и сëстры девочки были разбросаны по всему региону в попытках заработать и как-нибудь устроить свою жизнь. Нин Гуан была сильно младше, поэтому дом держался на шестилетней девочке, что целыми днями оставалась совсем одна. Однако стоило ей упомянуть Бэй Доу в разговоре с родителями, как те стали ещё мрачнее, чем обычно, и даже слушать не хотели о их дружбе, в том числе и о спасении их собственной дочери. Видимо, слухи о "проклятии" девочки разлетелись и по соседним деревням. Но Нин Гуан было всë равно. К тому же родители всë равно не видели, что она делает днëм. Поэтому девочки проводили вместе целые дни и вскоре уже знали всë друг о друге. Их непосредственный обмен историями жизней, что сложнее, чем у многих взрослых, для них был чем-то абсолютно обычным.

***

– У тебя даже тут мора, – смеясь, пиратка вытащила из шкатулки монетку, – Удивительно, что всего одна. Я думала, что ты там ещё одну заначку держишь, – таких капитанка подняла со дна не меньше трëх десятков. Находились они в самых разнообразных местах, иногда даже слишком неожиданных. – Это не просто монета. Это первая, которую я заработала сама, – Бэй Доу наморщилась. Как это было связано с ней и что делало в том же месте, что и часть еë символичных подарков и мелочей из их общего прошлого? – Ну, разве что с небольшой твоей помощью, – после небольшого намëка пиратку осенило: – А-а! Вспомнила! Та рыба, да?