Журавлиные крылья

***

В рыбацкой деревушке ходят легенды о цуру — журавлях оборотнях. В отличие от тануки или хитрых кицунэ, к ним относились с большим почтением и уважением. Местные рыбаки старались задобрить столь чистое создание свежей рыбой. Так что пару рыбок после улова всегда оставляли у выхода из дома в какой-нибудь керамической посудине. Но случалось такое, что рыбу воровали коты и лисы. Однажды, молодой юноша в монашеском одеянии проходил мимо деревни. Он был голоден и, увидев тарелку со свежей рыбой у одного шаткого домика, решил отведать.       — Эй! Это подношение господину журавлю, она сырая! — заголосил рыбак, выскочивший из дома, когда завидел юношу, поедавшего сырое мясо. — Лучше зайди ко мне на ужин. На нём еда уже будет готовой и вкусной, в отличие от сырой рыбы. Юноша встал с земли, грациозно отряхивая подолы белых одеяний. Кивнул на поступившее предложение и довольный зашёл в домишко. Перешагнув через ветхий, деревянный порог, живот сильно скрутило, и голова заболела, словно по ней били молотком. Помещение стало постепенно уменьшаться и искажаться. Юноша оглядел себя, вращаясь... Длинная журавлиная шея и клюв. Ноги-палки с перепонками и крылья. Журавль безмолвно расправил их, разминая и любуясь уже обыденным белоснежным оперением. Он сделал ещё один шаг к мужчине, который почти не удивился его перевоплощению. Лишь гостеприимно улыбнулся и низко поклонился, явившемуся к нему божеству. На столе горела пара свечей. Пламя сильно колыхалось, и исходящие от него струйки горячего пара коптили воздух. На столе чего только не было: свежие ягоды, рис, жареная рыба, пюре из батата. Мужчина закрыл входную дверь, послышался щелчок замка. Журавль резко обернулся на него, не предчувствуя ничего хорошего. Но в опровержение его сомнений, рыбак заговорил первым:       — Над входом почти в каждый дом весит амулет, способный явить суть входящих. Если человек, то ничего не произойдёт, но если оборотень... то явится истинный облик. Но могу обрадовать вас, данный эффект скоро пройдёт и вы сможете принять облик человека. Журавль ничего не говорил, он лишь понимающе кивнул клювом. Неприятные метаморфозы вскоре вновь случились, и теперь перед рыбаком вновь стоял юноша в белом.       — Прошу, присаживайтесь, — рыбак тут же принялся ухаживать за почтенным гостем. Накладывал в тарелку всего по-немногу. — Прошу прощения за свой вопрос, но вы можете разговаривать?       — Умею. Не считаю нужным без надобности сотрясать воздух, — впервые за всё время высказался юноша, пробуя сладкое бататовое пюре. Оно было и вправду восхитительным. Как же давно он не ел человеческой пищи, находясь просто так за столом, да ещё и в гостях. Обычно его рационом были ягоды, водоросли и рыба. Не так густо.       — Оно и правильно, порой люди могут долго и бессмысленно болтать, — рыбак ел свою порцию риса и поглядывал на чудо-юношу. Сам парень разглядывал рыбака. Тот не был старым, вовсе нет. Он был довольно молодым и жил один, что казалось странным. На вид лет двадцать семь, уложенные чёрные волосы, загорелое лицо, густые чёрные брови и янтарные глаза. В этом было что-то дикое и непонятное. Вскоре перед носом юноши уже стояла пиала, до краёв наполненная чаем, а в блюдце лежали мандзю, самое то к крепко завареному чаю. Юноша взял одну из сладостей, отправляя в рот. Филигранно, чтобы ни одна крошка не упала на стол. Не в каждом доме будут угощать подобным. Оборотень дошёл до начинки. Та была очень нежной, таяла на языке, правда ощущался какой-то странный привкус, которому юноша решил не придавать значение.       — Мне пора уходить, спасибо вам за угощения. Меня давно так не принимали и не кормили, — юноша хотел было встать из-за стола, но почувствовал резкое недомогание. Тело стало ватным, ноги и руки не хотели слушаться. Судорожно схватившись за край стола, одна чашка задребезжала и разбилась о пол. Осколки разлетелась в стороны.       — Чем ты накормил меня? — журавль старался хоть как-то доползти до двери. Вспомнив про замок на ней, понял, что улизнуть не получится. Начал кричать что есть силы, но горло словно сдавили тисками и из него вылетел лишь скрепящий шёпот, молящий о помощи. На глазах навернулись слезы от безвыходности, он впервые не знал что делать.       — Всего-лишь подмешал кое-какие ингридиенты, так что ещё долго не сможешь управлять телом и перевоплотиться обратно тоже, — рыбак вышел из-за стола и присел на корточки. Нашарил в льяной сумке тугую, шершавую верёвку и грозно навис над парнем. — Вас, оборотней, возвели почти в ранг богов, но вы всё те же животные, только требуете к себе много почести. Что вы умеете делать? Ничего. Лишь гордо шастаете по деревне и рассказываете небылицы, пудрите мозги местным. Один из ваших съел всю рыбу, что я смог поймать за пару дней. Ненавижу таких как вы.       — Что ты несёшь, человек? Что я тебе сделал, что ты так со сной обращаешься? — юноша из последних сил отползал от сумасшедшего рыбака, старался брыкаться, но ничего не вышло... Его перетащили на потрёпанный футон. Сильные руки перевязали конечности тугим жгутом. Тот больно впился в нежную кожу, да так, что местами выступила кровь. Концы пут примотали к большим вколоченым гвоздям на полу.       — Твои птицеголовые собратья. Но с помощью тебя, я хорошо с ними поквитаюсь и надолго их отпугну от этих мест, — рыбак быстро снял засаленую одежду и кинул на пол.       —... Что... что ты собираешься делать? — журавль боязливо весь сжался, смотря на полностью голого рыбака, который потянулся к его одежде.       — О, тебе понравится, — рыбак сорвал все слои белого одеяния с юноши, оставив полностью обнажённым. Он чувствовал себя бутоном, с которого силой сорвали лепестки, так и не дав раскрыться... На щеках выступил румянец, слезы были готовы вот вот стечь по щекам, но гордость не позволяла плакать перед таким чудовищем. Рыбак по недоброму осмотрел промежность юноши. Он смазал крайнюю плоть маслом, которое взял со стола и без каких-либо предупреждений вошёл в анальное отверстие юноши на половину без растяжки. Итачи не мог кричать и болезненный визг застрял в голове. Большой орган скользнул глубоко внутрь, сильный спазм мышц от боли и неожиданности сжал член, и мужчина взревел от злости. Замахнулся и что есть мочи ударил юношу по лицу. Послышался хруст. Из носа потек ручеёк крови.       — Расслабься тварь! — мужчина пропихивал свой член резко, не заботясь о теле юноши. Кровь потекла из отверстия по каёмке и размазывалась при любых движениях. Вскоре мужчина начал остервенело вдалбливаться в безвольное тело. Глубже и глубже, до противных шлепков взмокшей мошонки о задницу:       — О тебе скучно? Ничего, сейчас будет весело, — рыбак словно подготовился к своему ужасному действу и подставил танто к горлу юноши, но он не хотел убивать его. Холодное лезвие гуляло по телу вниз и в итоге остановилось у левой руки. Сердце юноши, отбивавшее бешенный ритм, рухнуло в пятки от напряжения. Мужчина вонзил клинок в мышцу и принялся отпиливать правую руку оборотня, превращая всё в кошмарную пытку, но его это совсем не отвлекало от жестокого траханья невинного парня, скорее даже заводило, что было видно по сумасшедше горящим глазам. Слезы скатились по щекам, скатываясь в волосяной пушок у висков. Тело предательски не двигалось, громко позвать на помощь и орать тоже было бессмысленно. Журавль мысленно простился со своими сородичами, поняв, что это конец. Закрыл глаза, не желая больше ничего видеть. Хотелось просто умереть в темноте от нестерпимой боли и позора. Сознание медленно покидало тело... Рыбак, будучи на пределе, то замедлял, то ускорял темп проникновений, сопровождая это звуком пилящего клинка. Кость громко переломилась, как засохшая ветка. Рука ничтожно болталась на одном островке кожи и мышц, который через секунду перерубили. Рука лежала над головой, стянутая верёвкой и истекающая кровью, марая и без того грязную постель. В нос ударил тошнотворный запах железа, от которого хотелось блевануть, да и не только от запаха... Но и от вида своей конечности, которая была отделена от тела... Сперма вытекла глубоко внутрь, наполняя до краёв. Мужчина ещё какое-то время переводил дыхание после пережитого оргазма. Отдышавшись, он отвзял юношу от верёвок, та натерла глубокие кровавые шрамы на хрупком запястье. Стянул его с футона и грубо поволок к порогу за волосы. Открыл замок, оглянулся по сторонам. Убедившись, что рядом никого нет, поволок тело юноши к мелкому озеру и скинул туда, надеясь замести следы... Журавль не помнил сколько времени отсыхал в этом озере, пока кто-то не подобрал его и не понёс в неизвестном направлении. Сознание и тело были сломаны, чтобы что-то воспринимать. И всё-таки люди животные... но разве животные способны на такое...?