Журавлиные крылья

***

Итачи начал медленно приходить в сознание, ощутив тепло замерзшей кожей и свет, когда постарался приоткрыть глаза.       — Я рад что ты очнулся, думал ты умрёшь от большой кровопотери. Ты не из местных. Как тебя зовут...? — шибутной парниша подложил ещё одну подушку под голову очнувшегося оборотня, бережно приподняв голову.       — И.. та... чи... — с усилием ответил журавль. Боль в теле не была такой адской. Взгляд упал на отрубленную конечность. Та была перевязана, и кровь уже остановилась. Он не знал сколько пролежал без сознания и что происходило, пока был погружён в сон. Плотные бинты опоясывали несчастный окорочок. Глаза защипало от подступающей соли, картинка постепенно начала расплываться... Пытаясь отвлечься от удручающего будущего, решил пообщаться со спасителем, во всяком случае он на это надеялся. — А тебя...?       — Меня зовут Шисуи, — парень протянул оборотню чашку с горько пахнущей жижей. — Пей, это отвар местных трав, он поможет крови быстрее свернуться, чтобы уменьшить риск повторного кровоизлияния. Честно говоря, еле остановил его... И ещё твой нос... Сейчас. Итачи по глупости дотронулся до него. Лицо обдало сильной болью, хотя аккуратно потрогав, понял, как он распух от перелома. Новый знакомый воспринимался с опаской, непонятно было что у него на уме. Может он хочет тоже самое что и тот маньяк? Надругаться и отпилить ещё одну конечность, если не все разом, оставив тело как мешок рисовой муки. Шисуи приложил холодную керамическую флягу к носу. Делал он это очень аккуратно, не давил. Метнул взгляд к Итачи, который внимательно изучал его.       — Так... Что с тобой произошло...? — Шисуи в ответ изучал Итачи, наверное это было взаимно. Старался не пялиться на отсутствующую руку и побитое лицо.       — Меня заманил домой один человек под благим намерением, чтобы отужинать, — приглушенно шептал Итачи, повернув голову к собеседнику. — Но, как выяснилось, он хотел надругаться надо мной и поиздеваться... И всё из-за моего происхождения...       — А кем ты являешься, если не секрет? Я никому не расскажу, честно! — Шисуи переменил флягу на бутылку, когда вода согрелась. Итачи протяжно выдохнул, ощутив лбом и пазухами новую, приятную волну холода.       — Цуру, — Итачи надеялся, что этот парень не подведёт, поймёт и поможет если надо. Каково было его удивление, когда у Шисуи загорелись глаза от восторга. Тот похоже впервые видел оборотня так близко.       — Я не знал, что оборотни могут быть такими красивыми, — Шисуи застелил одеяло до живота Итачи и поставил деревянную подставку для еды.       — Я самый обычный по меркам сородичей. У нас все красивые, — тем не менее на душе было приятно от комплимента, но выдавать всю доброжелательность не хотелось... Может он тоже окажется сумасшедшим...       — Я не видел других цуру, так что говорю по тебе.       — Это глупо, смотреть на меня и думать так же об остальных, — Итачи следил, как на деревянном подносе появлялись блюда, которые приносил Шисуи.       — Думаю, тебе стоит поесть, я не знаю сколько ты находился в... том состоянии. В общем набирайся сил, не буду мешать. Шисуи оставил Итачи одного в комнате с подносом вкусной еды. Итачи недоверчиво покосился на еду. Пахнет вкусно, и на вид тоже ничего так, но внутри всё ещё тлело сомнение. Не хотелось уж точно ещё раз попасть в подобную передрягу. Тогда его статус самого умного в стае, будет уничтожен. Хотя о какой стае может быть и речь... Итачи рассматривал свою руку, точнее то, что от неё осталось. Бесполезный кусок плоти в бинтах, оканчивающийся перед локтем... Теперь он никогда не сможет взлететь в небо и вернутся домой... Шисуи вскоре вернулся из другой комнаты и понял, что Итачи толком не поел. Его взгляд был голодным, а еда осталась нетронутой:       — Почему ты не поел? Итачи промолчал, не решаясь ответить. Шисуи лишь видел робкие движения губами. Шисуи подошёл к Итачи и опробовал собственную стряпню, чтобы доказать Итачи, что она нормальная.       — Если ты думаешь, что я буду портить свои блюда ради того, чтобы поиздеваться над тобой, то ты ошибаешься. Так что ешь и не сомневайся. Итачи уже без сомнений начал пробовать, что приготовил Шисуи. На самом деле это было очень вкусно, а после пары дней голодовки, так и вовсе божественно. Вкусный мисо суп, рамен с рыбой и данго. Итачи с удовольствием уплетал всё и в конце поблагодарил парня за еду. Он буквально спас его жизнь. Когда желудок был полон, а душа довольна, Итачи откинулся на подушки. Шисуи продолжал с интересом дивится и не верить тому, что у него дома самый настоящий цуру — волшебное создание, являющееся к творческим и чистым натурам. Со временем Итачи освоился в доме. Природа распорядилась по-своему насчёт оборотней. Раны на теле стягивались очень быстро, если сравнивать с человеческими. Он ходил по небольшому домику Шисуи, обследовал комнаты. Вещей было немного, в основном всё только по нужде. Исключение составила одна напольная ваза с сухоцветами, пара бумажных листов прикреплённых на стене. Правда, авторство было не указано, что несколько опечалило. Стихотворения были и вправду красивыми...       — Я вижу тебе уже лучше? — похоже Шисуи вернулся с утреннего рынка, так как в руках была ветхая корзина, доверху набитая продуктами. Он прошёл на кухню, выкладывая муку, яйца и всё остальное.       — Да, гораздо, — Итачи уже почти выучил расписание дня Шисуи. И знал, что тот ходит на рынок два раза в неделю, чтобы закупиться продуктами. Затем шёл через небольшой палкастый лес к реке, чтобы наловить рыбы. Он брал с собой затертую до дыр соломенную шляпу с широкими полями и корзину на спину. Ловил рыбу до полудня и потом возвращался домой, чтобы почистить улов. Часть замариновать, часть засушить и приготовить две-три рыбехи, хотя всё зависело от размера. Когда тело более-менее востановилось, Итачи приходил на кухню в сером халате и помогал чистить рыбу, стоя пообок от Шисуи и наблюдая за тем, как правильно потрошить. Признаться честно, Итачи не знал, что с чисткой рыбы столько возни, и в первый раз он проткнул желчный пузырь, а в волосах запуталась чешуя. Шисуи сказал, что такую рыбу есть уже нельзя, будет горькой. А вот волосы он принялся собственноручно вычищать от чешуи. Смольные волосы ещё пару дней отдавали рыбным душком, что заставляло Шисуи смеятся. Итачи лишь гордо смотрел на него, не беря во внимание свой конфуз. Несмотря на рутину и некую отшельническую обыденность в глуши, ему с Шисуи было интересно. Тот всегда находил способ развлечь Итачи и научить чему-то новому.       — Итачи, что происходит?! — Шисуи забежал на кухню, почувствовав сильный запах гари. На сковородке он увидел сгоревшее нечто... Он не знал, что это было в изначальной форме. Итачи остолбенело пялился на Шисуи, не зная что сказать, не говоря уже о том, чтобы сдвинуть сковороду и угольки на ней. Очнулся лишь тогда, когда Шисуи случайно отпихнул его бедром и взял полотенце, чтобы вынести "нечто" на улицу и остудить. В планы не входила покупка новой кухонной утвари. Шисуи вернулся рассерженным, держа в руке чёрную сковороду, которая была испорчена. Итачи виновато смотрел в пол, не решаясь смотреть в лицо: — Я хотел приготовить ужин, так как постоянно вижу, как ты устаёшь к концу дня. Не хочу быть обузой... Гнев с лица Шисуи словно сдуло ветром. Он подошёл к Итачи и успокаивающе похлопал по плечу, стараясь выдавить из себя улыбку после чуть не произошедшего пожара:       — Ты не обуза... — Шисуи поднял бледное личико на себя за подбородок. — Мне с тобой интересно и точно нескучно проводить время. К тому же... Ты наверняка скоро вернёшься к своим... Шисуи как-то погрустнел после этого, и его радость как-то разошлась по швам.       — Шисуи... — Итачи тяжело вздохнул, взяв своей единственной рукой его. — Я не смогу вернуться к своим. У меня нет крыла... Какая же птица полетит с одним? Да и человеку добраться до моего дома невозможно... Мне стыдно пользоваться твоим гостеприимством.       — Можешь жить у меня сколько хочешь, хоть до самой смерти. Живу я один, родители умерли... Оставили мне этот дом и землю. Только вот руки не дотягиваются до вспахивания и посадки культур. Итачи широко распахнул глаза от такого предложения. За всё то время, сколько он жил у этого юноши, он не сомневался в его доброте искренности, но сейчас это превосходило все ожидания:       — Ты серьёзно...? — нерешительно переспросил Итачи.       — Конечно. Найду тебе какое-нибудь занятие, которое сможешь делать одной рукой, — Шисуи бережно заправил выбившуюся чёлку Итачи за ухо. — Но если будет тяжело или сложно, то скажи. Волна жара и дрожи прокатилась по телу, сердце громко застучало. Итачи казалось, что даже его дыхание дрожало в воздухе. Впервые он ощущал такое состояние. При этом хотелось обнять этого обоятельного парнишу рыбака и поцеловать в щеку, как благодарность за всё то, что он ему даёт. Итачи прикрыл глаза и робко накрыл губы Шисуи своими. Лишь махнул поверхностью кожи и отстранился, но не до конца.       — Конечно скажу, спасибо за всё, что ты сделал для меня, — лёгкий жар пробежался по щекам, и Шисуи почему-то улыбнулся. Шисуи недоумевал от поцелуя и похоже пытался разморозиться. Он притянул Итачи к себе, уложив ладонь на талию и ответно поцеловал, в трепете закрыв глаза, просто отдаваясь моменту. Подался на шаг вперед, вынуждая Итачи сделать один назад и поддаться сладкому напору. В этом было что-то волнительное, что заставляло потеть ладони, а опьяняющий жар приливать к паху.       — Ты точно останешься со мной? — Шисуи первым прервал контакт. Губы горели от покусываний и блестели от слюны. Глаза вожделенно смотрели на Итачи.       — Точно.