Международные отношения профессора Поттера

      Глава 8       Гарри вошел в свои покои и сразу вызвал эльфа. Он хотел попросить приготовить ему чай, но быстро передумал. Вместо этого профессор достал бутылку огневиски из своего мини-бара и, открыв ее, налил себе немного в стакан. Алкоголь, попавший в организм, быстро всосался в кровь и вместе с ней, на бешеной скорости побежал по венам расслабляя молодое тело, принося ему временное успокоение. За первым стаканом последовал второй, а за ним и третий. Пить в одиночестве и без повода не самое хорошее занятие для профессора, да и для любого другого человека. Главное не взять это в привычку. «А действительно ли сегодня нет повода?» — думал Поттер. Он только что согласился надеть на себя невероятно опасный темный артефакт и носить его чуть дольше суток на себе, не зная в точности как тот работает, и на что способен. Выбор у него, конечно, был, но, как и всегда абстрактный. Совесть и комплекс всеобщего спасителя ему не позволили бы отказаться — на это и был расчет. Эту сторону его сущности и характера знал каждый и сыграть на этом было обычным делом. Но даже если и так, то пускай, он в любом случае таким способом сможет защитить остальных. А какими способами Герой пришел к этому решению уже не так важно. От этого колечка могли бы пострадать и даже погибнуть люди, попади оно не в те руки. Если бы те охотники за артефактами явились в школу, чтобы забрать перстень, и он был бы не у него, то вероятнее всего началась бы бойня. А в таких мероприятиях никогда не обходится без жертв — Гарри как никто другой знал об этом все.       «Мерлин, а если бы им под руку попался Малфой!» — такие мысли взбодрили брюнета своими ужасающе правдоподобными картинками, возникшими в голове. Естественно Поттер переживал обо всех учениках и коллегах, но Малфой… Этот парень все чаще и чаще заставлял выбирать в первую очередь его в любых ситуациях и занимал в голове Героя почти все свободное пространство. Даже сейчас одно лишь мысленное упоминание о злосчастном блондине выбивало из колеи и заставляло все внутри ныть от желания. Быть может виной всему алкоголь, а может именно он стал сейчас катализатором для осознания всех низменных желаний, которые испытывал брюнет к своему студенту и бывшему однокурснику. Тут дело не только в желании овладеть этим телом и сделать лишь своим. Совершать с ним любые действия и воплощать в жизнь любые фантазии. Помимо близости Гарри хотелось простой любви. Хотелось любить и быть любимым этим выскочкой. Просыпаться в своей кровати и каждое утро обнаруживать рядом изящное тело любимого человека, запутавшееся в одеяле мирно посапывающее рядом. Завтракать и проводить вместе все свободное время. Быть счастливым и нужным. Быть самым важным человеком на свете для него. Для Гарри все еще было очень странно размышлять об этом и принимать для себя такой вариант развития событий. Нет, странно было не то, что он хотел связать свою жизнь с парнем, а то, что этим парнем оказался Драко. Это просто немыслимо и трудноосуществимо, особенно учитывая отношение блондина к нему после их поцелуя, но ничего кроме как принять свои чувства и смириться не остается. Его всегда притягивал этот парень и вызывал невероятно сильные эмоции. Да, в прошлом они превращались во что-то негативное от отрицания и непринятия, но сейчас… Сейчас все ясно как день и пусть этот говнюк не хочет иметь с Гарри ничего общего, но он так легко не сдастся. Во всяком случае, он не станет закрывать свою душу и чувства на замок и прятать где-то глубоко внутри. Если ему и не суждено завоевать эту неприступную крепость, то жалеть до конца дней о том, что не предпринял всех попыток это исправить, он не будет.       Мысли о подобном будущем и о блондинистой макушке Малфоя возбуждали Поттера с непостижимой скоростью, а опьяненное сознание лишь подливало масло в огонь. Крупный, налившийся желанием член, натянул ткань брюк в области паха и стал изнывать от недостатка внимания. Каждое движение хозяина заставляло его тереться о хлопок в плотном плену боксеров, выпитый огневиски развязывал руки брюнета и выпускал на волю все тайные фантазии. Не имея больше сил сопротивляться, молодой профессор скинул с себя всю одежду и, будучи совершенно голым, направился в ванную. Он включил воду и встал под душ. Горячие струи воды обжигали кожу, но мысли в голове были гораздо горячее. Парень оперся правой рукой на стену, сам подался немного вперед, позволяя водным потокам намочить его волосы и стекать по спине и груди, а левая рука медленно опустилась на возбужденную плоть. Размеренными движениями ладони юноша стал изводить себя и заставлять жаждущее удовольствия тело получить его. Громкие стоны и сбивчивое тяжелое дыхание наполнили собой пространство и гулко отражались о каменные стены. Движения руки ускорялись и, становясь все интенсивнее, все больше сводили с ума. В голове крутились мысли о том, что это могла бы быть ладонь Малфоя. Гарри представил, что блондин сейчас стоит позади него весь мокрый, с растрепанными платиновыми прядями и, плотно прижавшись к нему, издевается над его членом, желая доставить максимум приятных ощущений. Еще несколько минут активной работы руки, громкий вскрик и чувство блаженства завладело смуглым телом. Мощные струи спермы брызнули на стену и белыми потоками поползли по ней, но вода тут же унесла их слив, не оставляя следов от этого преступления. Поттера с ног до головы охватила и сладко сжала сердце тянущая истома. Конечности наливались усталостью и не позволяли твердо стоять на ногах. Колени подкашивались, а веки закрылись, не спрашивая позволения и по поднятому к потолку подбородку сбегала горячая вода. Желваки ходили ходуном на красивом лице, и парень жадно сглатывал подступившую слюну, будто влаги в организме совсем не осталось.       Несколько мгновений спустя разум снова взял верх над животным, сидящим внутри, и вернул сознанию ясность. Парень смысл с себя все лишнее, вышел из-под душа и насухо вытерся большим махровым полотенцем. Кинув мокрую ткань на пол, чтобы эльфы утром сменили все на свежее и чистое, Гарри вышел из ванной комнаты и направился к кровати. От ночи осталось не так много, а день завтра предстоял сложным — расписание было достаточно плотным с самого первого урока. К тому же кольцо могло проявить свои способности в любой момент и лучше набраться перед этим сил. Спать юноша предпочитал нагишом, поэтому пижама осталась на своем месте у кровати на случай, если кто-то снова решит дернуть его куда-то посреди ночи. Накрахмаленный сатин постельного белья встретил бархатную кожу профессора приятной свежестью. Оставив одну из упругих ягодиц лишённой одеяла, чтобы было не так жарко, профессор просунул одну из рук под подушку и быстро уснул.       ***              Профессор защиты открыл глаза от ярких солнечных лучей, бьющих в лицо. Видимо полог вчера закрыть он не догадался. Настроение было заметно поникшим и обоснования этому не было. Парень был раздражен и не хотел ничего делать. Даже желание посетить туалет и совершить все утренние ритуалы не заставили его подняться с кровати. Ментальное заклинание выдало время и оказалось, что день близится к полудню. А это значит, что первые три пары ответственный преподаватель уже пропустил. В любой другой день Гарри уже сорвался бы на занятия и постарался как-то все исправить. Он корил бы себя за такой глупый поступок и изводился бы от чувства вины еще долгое время. Но сегодня был не такой день. Даже несмотря на то, что как минимум три курса и шесть факультетов были лишены сегодня возможности посетить лекции по ЗОТИ и освоить очередной обязательный для изучения материал, который включала школьная программа, парня не волновало абсолютно. Когда явился школьный эльф, чтобы спросить о самочувствии профессора и попросить того немедленно собраться и отправиться на обед, а затем провести оставшиеся на сегодня занятия, Гарри даже ухом не повел. Он не удостоил домовика ни взглядом, ни ответом, ни малейшим движением. Ему хотелось только беззаботно лежать в постели весь день и ничего не делать.       Чудом заставив себя подняться и лишь приняв душ, молодой преподаватель немного пришел в себя. Совесть и чувство вины начали ныть где-то внутри. Гарри понимал, что это очень странное для него поведение и нормальным это быть не может. Что-то повлияло на него и скорее всего это чертово проклятое кольцо. Поттер пообещал самому себе быть более собранным и лучше стараться подавить силу темного артефакта. А затем наскоро оделся и отправился на обед.       Лень, праздность, уныние…              ***              В большом зале было еще не много народу. Дети и преподаватели неспешно стекались сюда после очередного урока. Но если студенты делали это не спеша, оставляя сначала сумки с учебниками в своих комнатах, или останавливаясь в коридорах, чтобы поговорить с друзьями с других факультетов. То профессора отправлялись трапезничать сразу, чтобы успеть спокойно поесть и заняться своими делами перед началом очередной пары. Поэтому, когда Гарри вошел, то увидел небольшие группы студентов за столами и почти весь преподавательский состав за столом для взрослых. Он опустился на привычное ему место и поприветствовал коллег. Рядом неизменно сидел Кристиан Лепаж и Аделард. Первый заметно обрадовался приходу юноши и приободрился. Кристиан пытался быть галантным и предлагал наполнить тарелку брюнета разной едой, но в ответ получал лишь отрицательные кивки головой на его безэмоциональном лице. Гарри нравился Лепаж и с ним было интересно общаться. Да и извечный флирт развлекал и веселил его. Ничего серьезного как к Драко он, конечно, не испытывал, но совсем не обращать внимание на мужчину он не мог. Почему сегодня он вел себя с ним с таким безразличием — очередная загадка. Хотя, без пагубного действия колечка тут явно не обошлось, и брюнет был в этом уверен. Попытавшись взять в себя в руки, он вежливо попросил Кристиана положить ему бефстроганов и затем мельком улыбнулся тому в благодарность за помощь и внимание.       Аппетита особого не было и Гарри пришел на обед скорее не желая портить традицию. Вот только стоило парню приступить к еде, а затем заметить и то, как его коллеги активно наполняют свои тарелки с общего стола, то его моментально обуяло неистовое желание не дать им съесть все это. Он должен был справиться со всей едой сам и не важно, что есть он не хотел и каким образом он сможет это сделать тоже — главное сейчас было поглотить все возможное. Парень стал наваливать кучу разной еды в свою тарелку и даже глазом не повел, когда все сидящие за преподавательским столом стали коситься на него, и беспокоиться о его здоровье. Почувствовав вкус предложенных блюд, он не смог остановиться и быстро опустошив свою тарелку, поспешил наполнить ее вновь. Это повторялось снова и снова. Профессора стали всерьез переживать за парня и старались тактично прервать его, ведь от такого количества съеденного можно было легко загреметь в больничное крыло, но брюнет их не замечал. Желудок набивался с завидной скоростью, заставляя рельефный торс превратиться в округлое пузо. Когда Гарри собирался отправиться за общими блюдами, стоящими на другом конце стола, потому как на своей половине уже ничего не осталось, его за руку вдруг схватил Лепаж.       — Гарри, прости, но я не могу позволить тебе продолжить есть, — сказал Кристиан, привлекая к себе внимание. — Ты в порядке? Такое поведение очень нехарактерное для тебя, да и для любого человека в своем уме. Может быть тебе нужна помощь?       — Мерлин, я все это съел? — спрашивал Поттер с выпученными глазами, осматривая стол вокруг себя. Он не мог поверить в это и был будто в трансе, когда опрокидывал в себя тарелку за тарелкой, и те исчезали в нем словно в бездне. Он уже дважды за утро оказывался под влиянием кольца и даже не замечал этого. Силы Поттера легко хватит для сопротивления артефакту, но дело было в том, что украшение оказалось хитрее. Оно просто-напросто умудрялось отвлечь внимание Поттера и увести его в сторону, чтобы завладеть его разумом полностью и заставить поддаться его действию. С этим нужно будет научиться как-то справляться. Вот только внимательность и сосредоточенность всегда были его слабыми сторонами. День предстоял еще тяжелее, чем казалось ночью. Сейчас он очнулся от действия проклятия лишь благодаря Лепажу и тот уже ждал ответов на свои вопросы. Но можно ли рассказать ему правду? Если кто-то узнает об артефакте в стенах школы раньше времени, то могут разболтать об этом и последствия будут очень радужными. С другой стороны — это его коллега и профессор чар, он как никто другой поймет серьезность ситуации и будет держать язык за зубами.       Гарри подробно рассказал Кристиану о том, что произошло вчера и о том, что происходит с самого утра. Мужчина был сильно удивлен происходящим и восхищен поступком брюнета, который дал добровольное согласие на участие в этом. Он дал Поттеру наставления и пообещал держать язык за зубами. Затем Гарри покинул большой зал, чтобы зайти в больничное крыло и принять там зелье способное вернуть его в нормальное состояние. Иначе он просто взорвется и разлетится на куски от количества съеденного. А после этого его ждал урок у старших курсов.       Чревоугодие…              ***              Больничное крыло встретило привычным запахом зелий и трав. Как ни странно, но почти все палаты были пусты и персонал лечебной части замка был относительно свободен. Профессор сослался на шутку от коллег, когда целители спросили его о том, почему его живот выглядит так будто он на последней неделе беременности. Долго мучить его не стали, дали нужное зелье и попросили прилечь на кровать ненадолго, чтобы колдомедики успели оценить эффект работы снадобья. Гарри выпил состав и прилег на кровать, стараясь расслабиться. Зелье уже начало действовать, когда в окно палаты стала долбить клювом птица. Поттер отворил окно, впуская настойчивую школьную сову. Она влетела и почти сразу опустилась на спинку кресла стоящего у кровати, сбросив на него два письма. Одно было от Гермионы, а второе прислали его поверенные. Корреспонденцию должна была принести его собственная сова, но та видимо не обнаружила хозяина на завтраке во время которого обычно доставляют почту и отнесла ее школьным эльфам для сортировки. Гарри опустился в кресло и решил сначала прочесть письмо от подруги.       Девушка в своем письме рассказывала о том, как она поживает и как ей нравится новая работа в Министерстве. Оказывается, должность в Отделе Тайн была для нее очень интересной и захватывающей. Она уже успела добиться определенных успехов в некоторых рабочих вопросах и заслужить уважения коллег и начальства. Также Миона отчиталась о состоянии дел в поместье. Блэк мэнор поживал замечательно и находился под пристальным вниманием подруги. Эльфы стали ей новыми друзьями и души в ней не чаяли. По вечерам они учили ее готовить, чтобы та больше не смогла отравить кого-нибудь своей стряпней. А Герми взамен обучала домовиков грамоте и своим правам. В общем, жили они в любви и согласии. Подруга также смогла найти в библиотеке Поттера полезные книги и собиралась попробовать применить некоторые добытые там сведения, чтобы снять заклинание с родителей, но стопроцентной уверенности в своих действиях, конечно, не было. Однако она считала, что лучше попытаться и расстроиться в случае неудачи, чем ничего не сделать и жалеть об этом потом всю жизнь. Гарри был солидарен с девушкой в этом мнении. Относительно ситуации с Малфоем, девушка высказалась весьма определенно.       «Гарри, сколько можно бегать от себя и своих чувств? Я уже не один раз говорила тебе о том, что мы все видели ваши взаимоотношения в школе. И они были не совсем вражескими. Вы словно пытались постоянно привлечь внимание друг к другу и вести из себя противника. Детский сад, да и только. Если ты переживаешь о моем к этому отношении, то не стоит. Я буду любить тебя и никогда не изменю мнение о тебе, даже если ты полюбишь дементора. Ты мой лучший друг, моя семья и мне все равно кто сделает тебя счастливым. Дерзай, завоюй сердце этого наглого засранца и обрети уже наконец свое счастье. Ты заслужил его уже очень давно. У тебя все получится, и я уверена, что Драко сам влюблен тебя, даже если и сам пока этого не осознает. Лучше сделать и знать, что пытался, чем не сделать и жалеть до конца своих дней, помнишь?» — это было лишь короткой выдержкой из мотивационной части письма подруги. Она была на его стороне и это самое главное. Слова Мионы помогли и немного облегчили груз, висящий на плечах Поттера. Он понял, что сдаваться не его вариант и со счастливой улыбкой на лице открыл второе письмо.       Один из его поверенных писал о состоянии дел, отчитывался о проделанной работе и хотел спросить совета. Мужчина должен был принять решение относительно одного из производств. Прибыль, приносимая этой организацией, резко упала и теперь нужно было как-то все исправить. Варианта было два: смириться со всем и ждать пока ситуация улучшится сама и вернется к прежним показателям. Или же заметно снизить качество товаров, сохранив прежнюю цену. Это быстро исправит положение, вот только в таком случае они начнут обманывать людей. Продавать дешёвку задорого желая нажиться на том, в чем люди нуждаются очень эгоистично и неправильно.       Поттеру нужно было сделать этот выбор и сообщить о своем решении в ответном письме. Парень стал взвешивать все «за» и «против», но жажда легкой наживы затмила разум. Зачем ему тратить силы и собственные ресурсы, для того чтобы вернуться к прежним показателям? Гораздо легче и выгоднее просто-напросто пойти обманным путем. Так делают все уважающие себя люди, владеющие крупным бизнесом. Кто его осудит за это и, кто вообще узнает? Не стоит выбиваться из строя и лучше взять пример у других. С этими мыслями Гарри взял пергамент, лежащий на тумбе, схватил перо и, обмакнув его в чернила принялся писать ответ. Он сообщил своему поверенному, что тому необходимо сделать все что угодно, лишь бы максимально повысить получаемую прибыль. Неважно на какие жертвы и шаги придется для этого пойти — доход важнее. Дав помощнику полную свободу в действиях, брюнет свернул пергамент и направился в совятню, чтобы отправить ответ. Сомнений в своих действиях и решениях юноша не видел и был настроен решительно. Тем более что колдомедики уже осмотрели его и разреши идти. А идти нужно было, иначе он пропустит еще одну пару.       Алчность…              ***              Не успел Гарри выйти из больничного крыла, как прямо перед ним возник эльф и преградил дорогу.       — Простите, профессор, я должен передать вам послание от директора, — сказал домовик. — Мадам Максим просит вас незамедлительно посетить ее кабинет по одному важному делу.       — Это не требует отлагательств, и я не могу зайти к ней позже? — спрашивал Гарри у эльфа.       — Боюсь, что нет, профессор. Директор сказала, что это срочно и не займет много времени. Уверен, что вы даже успеете на следующее занятие. До него осталось еще больше получаса. — Гарри вскинул бровями, но спорить не стал. Вместо этого он молча развернулся и направился в кабинет мадам Максим.       Женщина определенно ждала его. Когда Гарри вошел внутрь, директор мерила шагами кабинет, а на лице ее читалось волнение и растерянность. Услышав посторонние звуки поблизости, она мгновенно подобралась и замерла на месте.       — Гарри, здравствуй! — начала она. — Прости что отвлекаю тебя от дел, но для этого есть причины.       — Добрый день, Олимпия! — поприветствовал директора Гарри. — Чем я могу быть полезен?       — Есть сразу несколько вопросов, которые я хотела бы с тобой срочно обсудить, — настрой женщины казался решительным и даже ощущалось легкое недовольство, исходящее от нее. — Ты пропустил сегодня три пары и огромное количество студентов лишилось положенной порции знаний. Вместо этого они бесцельно слонялись по коридорам и развлекались в твоем классе, пока профессора не было на месте. Так безответственно поступать нельзя, — заключила Олимпия.       — Развлекались, говорите? — переспросил Поттер директрису. Ее слова и напор задели его и вывели из равновесия. Ему не нравилось, когда кто-то вел себя с ним таким образом, и он не собирался позволять это даже своему руководителю. — Не вижу в этом ничего плохого, развлекаться тоже нужно уметь. Тем более что это мой класс, как вы сами сказали. Да, их профессор не смог прийти, но безответственным себя от этого не считает.       — Гарри, если бы ты предупредил меня об изменениях в твоих планах, то я смогла найти на этот день замену для тебя, — продолжала мадам Максим. — Но пускать все на самотёк просто недопустимо. Дети не должны были пропускать урок. Я узнавала и мне сказали, что в больничном крыле ни ночью, ни утром ты не был. Значит, все это время ты был у себя и просто не явился на уроки, не имея уважительной на то причины.       — Вы так считаете, директор? — сквозь зубы спросил Поттер. Он уже закипал от гнева и с трудом держал себя в руках. Ему казалось, что он достаточно сделал для всего магического мира, чтобы больше никто не учил его, как жить и не загонял в рамки. Пусть каждый имеет к нему должное уважение и благодарит за подаренную возможность жить в мирном обществе. Даже после всех его геройств и подвигов, каждый второй считает, что знает лучше, как нужно поступать и какие решения нужно принимать.       — А еще мне стало известно о ситуации в большом зале, — не унималась директриса. — Мне рассказали о том, как ты, не слыша окружающих, пытался съесть все приготовленное школьными эльфами на сегодняшний обед. Это ведь ненормально, Гарри и ты должен был рассказать мне обо всем. Я бы попыталась как-то помочь тебе.       — Помочь мне? Да не нужна мне ничья помощь! — взревел брюнет. — И я никому ничего не должен больше, я уже достаточно сделал для всех. Почему все считают, что знают, что мне делать лучше меня самого? И почему мне не сказали, что есть здесь я могу строго отведенное количество пищи? Кто-то смотрит мне в рот и считает, сколько я съем и следит за тем, сколько я сплю? — не унимался Поттер. — На такое я не соглашался и терпеть этого не стану. Я разберусь со всем сам. А вы не подумали, что все это происходит из-за того, что на моем пальце сейчас находится кольцо, которое меня просила вчера ночью надеть на себя ваш Министр? Конечно, вы не подумали! — заключил парень, не дожидаясь ответа от своего директора. — Никто никогда не думает, что я живой человек, а не вечный спаситель и защитник. Я Гарри Поттер — волшебник, уничтоживший Волдеморта и совершивший огромное количество других поступков, благодаря которым вы все еще живы.       — Гарри! Профессор, Поттер, — исправилась тут же женщина. — Я хотела сказать совсем другое и никогда не стала бы сомневаться в твоих поступках. Весь мир обязан тебе всем, что имеет, но я всего лишь хотела помочь. Вероятно, во всем виновато злосчастное украшение и именно этим обусловлено твое состояние, но это не дает тебе повод…       — Это дает мне повод для всего, — перебил Гарри. — Я больше не хочу продолжать этот разговор и не желаю тут находиться и выслушивать нелицеприятные вещи от вас. Поэтому предпочту вернуться к своей работе и провести следующий по расписанию урок, чтобы в моей компетентности не засомневались еще больше — парня разрывало на куски от эмоций, мечущихся внутри. Он не мог смириться с таким отношением к себе и считал свое поведение обоснованным. Поэтому он молча развернулся и быстрым шагом покинул кабинет директора, направившись в свой собственный. А мадам Максим осталась стоять на месте, она была глубоко поражена таким поведением своего профессора и словами, которые слетели с его губ в течение их разговора. Одинокая слезинка скатилась с ее глаз, оставляя влажный след на морщинистой щеке. Женщина упала в свое кресло и попыталась справиться с нахлынувшей на нее обидой. Так ее искреннее желание помочь и оказать поддержку еще никогда не истолковывали. Она была разбита и подавлена.       Гордыня, тщеславие, высокомерие…              ***              Гарри вылетел из кабинета директора с такой скоростью, будто боялся сгореть в адском огне. Останавливаться и обдумывать случившееся только что, никакого желания не было, поэтому возбужденная нервная система профессора дала затуманенному злобой мозгу команду и ноги понесли его прочь от этого места. Парень летел по коридорам и взбегал по лестницам не обращая внимание ни на окружающую обстановку, ни на студентов, в которых он то и дело врезался. Затуманенное сознание и мутная пелена, вызванная гневом на глазах, не позволяли ему успокоиться и выйти из этого состояния. Коридор, поворот, еще один коридор, лестничный пролет — так повторялось еще несколько раз и вот, тяжело дышащий от переполняющих его эмоций преподаватель, появляется в холле перед учебными классами. До начала занятий было еще около двадцати минут, и студенты пока не торопились на урок. Многие из них только отправились в свои комнаты, чтобы захватить оставленные там недавно сумки с книгами и пергаментами, а некоторые несчастные все еще сидели в большом зале уверенные в том, что все успеют и трапезничали. В просторном холле перед учебными аудиториями было тихо и пусто, не считая трех самых ответственных учеников школы, что уже ожидали начала занятия, находясь у большого окна напротив двери в класс, что впускало тонны солнечного света внутрь. И кто же это мог быть, как не серебряное трио, что было вечно неразлучным.       Малфой, как глава этого кружка по интересам и наследный слизеринский принц, сидел на низком подоконнике, оперевшись на свои руки, и беседовал с вездесущими друзьями. Лицо его было обеспокоено, и блондин явно о чем-то переживал. Забини сидел рядом с ним, и парни соприкасались плечами — настолько близко они были друг к другу. Мулат смотрел на друга, не отрываясь и молча похлопывал того по ноге ладонью явно пытаясь оказать ему поддержку и уделить внимание. Паркинсон — как истинная леди сидела на корточках перед Драко и смотрела на того сверху вниз. Поттера даже показалось, что смотрела она влюблёнными глазами. Девушка положила обе свои руки на колени друга и в чем-то тихонько убеждала его, на что тот в ответ часто кивал и изредка улыбался уголками губ.       Ярость, которая еще не успела улечься внутри Поттера вспыхнула с новой силой, будто ее что-то подпитывало и грозилась вырваться наружу, испепеляя все вокруг. Все это время пока он издалека наблюдал за злосчастной троицей юноша стоял в самом начале холла. Не желая больше быть невольным свидетелем этой отвратительной сцены, он решительно двинулся в сторону друзей. Глаза, налитые кровью и ненавистью, сузились, ноздри часто выпускали использованный легкими кислород, заставляя крылышки носа трепетать под таким напором. Тело окаменело от напряжения и сделало походку преподавателя тяжелой и устрашающей, хотя скорость ее и не снизилась. В какой-то степени он был сейчас похож на покойного Снейпа и этот факт, черт возьми, безумно радовал парня. Гарри приближался к бывшим слизням шаг за шагом, но они не замечали этого.       Троица продолжала мило ворковать и Поттеру показалось, что не будь у тех сейчас уроков, они бы уже готовились к жесткому тройничку. Слишком уж любящими были у Блейза и Пэнси взгляды, а их прикосновения к Малфою чрезмерно нежны и трепетны. От картинок в голове с тем, как эти двое медленно раздевают Драко и укладывают его на кровать, страстно покрывая поцелуями каждый дюйм его тонкой белоснежной кожи, Гарри чуть не издал утробный рык, но сдержался и сжал кисти в кулаки с такой силой, что ногти оставили на ладонях кровавые отпечатки. — «Почему они могут быть так близко к нему, имея возможность прикоснуться, погладить, успокоить. Эти двое могут с ним разговаривать обо всем на свете, могут обнять, взять за руку… Да много чего еще им разрешено и позволено, но не мне. Почему же мне всего этого делать нельзя и этот заносчивый, высокомерный и такой желанный засранец вечно избегает меня и проводит все свое время с этими…?» — крутилось в голове Поттера.       — Что здесь происходит? — медленно проговаривал Гарри каждое слово, оказавшись рядом со своими студентами. — Извольте объясниться молодые люди.       — Что-то не так профессор? — не заставил себя ждать Забини. — Вас что-то смущает, или может быть мы нарушаем какие-то школьные правила сами того не зная?       — Меня многое смущает, мистер Забини. — отрезал брюнет. — Для начала вам стоит научиться вести беседу с преподавателем и не лезть на рожон. А затем советую прекратить совместные с однокурсниками лобызания в коридорах школы посередь бела дня.       — Что? О чем вы говорите, профессор? — вмешалась Паркинсон. Девушка пыталась быть учтивой и контролировала себя, но это едва у нее получалось, и она была готова сорваться в любой момент. Драко же сидел не шевелясь, он слегка приоткрыл рот и не мог понять, что здесь вообще происходит. — Мы просто ожидали здесь начала занятия по вашему предмету. Пообедать сегодня получилось пораньше, и мы решили прийти сюда, только и всего.       — Только и всего… — повторил Гарри за девушкой. — В таком случае, что заставило вас двоих зажать мистера Малфоя у окна и повиснуть на нем. Все эти объятия, поглаживания и воркования выглядят со стороны весьма компрометирующе. Вам так не кажется? — спросил Поттер друзей блондина. Все трое были очень удивлены словами брюнета и пребывали в шоке от такого странного его поведения.       — Нет, нам так не кажется, — огрызнулся Блейз. — Мы не делали ничего предосудительного и запрещенного школьными правилами.       — В таком случае, чем же тогда вы тут только что занимались? — не унимался с расспросами преподаватель ЗОТИ.       — Мы просто общались и пытались помочь своему другу советом — ничего более, — Паркинсон все еще удавалось сдерживаться и выглядеть внешне спокойной. Она не хотела проблем, поэтому предпочла стерпеть необоснованные нападки бывшего гриффиндорца.       — Как интересно… — почувствовал возможность зацепиться за слова девушки Гарри. — И что же случилось у мистера Малфоя что он обратился к вам за советом?       — А это уже не ваше дело профессор, — вскипел Забини. Парень больше не мог пытаться совладать с эмоциями и сдался. — Наши личные проблемы мы решим самостоятельно и рассказывать о них вам мы не обязаны. А теперь, если позволите, мы отправимся на урок, который вот-вот начнется.       — Не позволю, мистер Забини, — зловещей и счастливой улыбкой вдруг просияло лицо брюнета. Одна приятная идея только что посетила его голову, и парень был настроен немедленно развлечься, упиваясь собственной властью над студентами. — Сегодня вы не будете допущены на занятие по моему предмету. Ваше поведение и манера общения с преподавателем просто неуместны. Поэтому я вынужден отстранить вас от посещения урока по защите от темных искусств как минимум сегодня, а как максимум до конца недели, — довольно сообщал Поттер, сложив свои руки за спиной.       — Но вы не имеете права, — вмешалась Пэнси, — к тому же для этого нет причин. Блейз всего лишь отвечал на ваши вопросы и не выказал вам неуважения, профессор!       — Боюсь, что я как раз имею право на это, мисс Паркинсон. И только мне решать был ли мистер Забини неучтив, или нет. К тому же вы тоже будете отстранены от этого урока за пререкание с преподавателем и за ненадлежащий внешний вид, — указал Поттер на край шелковой блузки девушки, что сейчас торчал наружу. — Ученикам этой школы не пристало ходить по этим коридорам в таком виде. Рекомендую вас сейчас же привести себя в порядок и вместе с мистером Забини отправиться в свои комнаты, чтобы обдумать свое поведение.       — Но…       — Не стоит спорить со мной и усугублять свое положение, Пэнси. Я не стану повторять дважды. Вы вдвоем немедленно должны вернуться в свои комнаты и оставаться там до окончания занятия. В противном случае я буду вынужден применить к вам штрафные санкции. Вы ведь не хотели бы этого, верно?       — Верно, профессор, — вдавила из себя девушка. — Если вам так угодно, то мы не станем задерживаться. — Блейз хотел было уже открыть рот и начать скандалить, но Пэнси схватила того за руку и, покачав головой, потянула парня в сторону башни, в которой размещались комнаты девочек. Настрой Поттера был весьма очевиден, и она понимала, что ничего сейчас не сможет сделать. Своими спорами они могли только организовать себе проблемы. Они разберутся с этим позже. Обязательно разберутся…       — Я тоже должен вернуться к себе, профессор, — выплюнул Малфой. Он едва отошел от шока, вызванного странным поведением брюнета, и старался сейчас переварить все увиденное и услышанное. Парень встал с подоконника и подошел ближе к преподавателю. — В моем поведении вы тоже успели заметить несоответствия вашим высоким стандартам?       — Нет, мистер Малфой, вы остаетесь. — отвечал ему профессор. — Я, безусловно, имею к вам множество вопросов, но так легко сбежать с моего предмета и от меня лично вам не удастся. Уверен, что вы будете бесконечно рады пройти в класс и подготовиться к уроку, на котором должны будете получить невероятно ценные крупицы знаний по такому важному предмету, как защита от темных искусств. — Гарри упивался властью и был невероятно доволен тем, что так удачно спровадил этих двух псевдодружков отсюда. Никто не смеет даже близко подходить к этому блондину и тем более прикасаться к нему — даже его якобы лучшие друзья.       — В таком случае я поспешу, — язвил Малфой, — не хочу опоздать. Этот предмет у нас ведет строгий и не самый здравомыслящий профессор. Боюсь, что меня могут высечь розгами до крови за малейший проступок, поэтому прошу меня извинить. — Парень отвесил брюнету низкий поклон почти до самого пола и с притворной довольной улыбочкой отправился в класс, оставляя Гарри одного в коридоре, который уже наполнялся спешившими на занятия студентами.       — Сучёныш! — довольно хмыкнул Поттер. — Ты еще не знаешь, на что напросился. — Гарри простоял так еще секунду и тоже направился в кабинет. Малфой точно будет принадлежать ему, и никто другой не посмеет даже близко пойти к нему. И сегодня он точно придумает что-нибудь для того, чтобы завладеть им.       Ревность и зависть…              ***              — Тема сегодняшнего урока: «Артефакты, их свойства и классификация», — громко сообщил вошедший в кабинет профессор ЗОТИ, чтобы каждый ученик хорошо услышал его. Он пронёсся до своего стола и оставил после себя лишь ветерок от полов развивающейся мантии и легкий след вкусно пахнущего одеколона. — Я хочу, чтобы вы открыли свои учебники на нужной странице и прочитали всю необходимую информацию, пока я занимаюсь бумажной работой. Затем будет опрос, и мы сможем понять кто из вас наделен любознательностью от природы и обладает более обширными знаниями по этой теме. — На этих словах он посмотрел на Малфоя и тот встретил его с ничего не выражающим взглядом серых, словно холодные осенние туманы глаз. Он был готов смотреть в них всю свою жизнь, изучая их узоры и пересчитывая светлые реснички вокруг, которые трепетали от легкого сквозняка и обнимали друг друга каждый раз, когда парень моргал. В этих глазах можно было утонуть и забыться. Неважно умеешь ли ты плавать, или дышать под водой — их глубина заберет тебя, не раздумывая, всего и без остатка. Эти глаза могли исцелять своей красотой неизлечимо больных, останавливать войны и возвращать к жизни умерших, чтобы те могли снова насладиться их неповторимостью. Если бы Малфой не опустил голову в свой учебник, Гарри бы не смог собраться с мыслями и продолжить урок. Он и дальше бы сидел околдованный расплавленным серебром наивысшей пробы, разлитым по радужке, и мечтал бы остаться в этом сладком плену до конца своих дней. Но зрительный контакт был разорван блондином, и расстроенный этим фактом Поттер вернулся к стопкам пергаментов, требующих проверки.       Закончив бумажную работу и отложив стопки пергаментов в сторону, профессор заметил, что многие ученики уже закончили изучение учебника и решил вмешаться в учебный процесс.       — Итак, времени для чтения было достаточно — начал Гарри. — Кто сможет ответить на простой вопрос и рассказать нам о том, что такое артефакты? — Не успел преподаватель закончить свой вопрос, как в воздух уже поднялась рука Малфоя.       — Да, мистер Малфой, мы все внимательно слушаем вас, — сообщал брюнет.       — Разрешите выйти, профессор, — ехидно улыбнулся парень и продолжил. — Видите ли, на обеде сегодня был просто невероятно вкусный тыквенный сок, и я не смог отказать себе в удовольствии насладиться им. Остановиться было неимоверно трудно, и я выпил его слишком уж много и теперь боюсь, что могу не справиться с последствиями. — Драко опустил руку на парту и ожидал разрешения выйти. Гарри стиснул зубы и через силу кивнул блондину, позволяя ненадолго удалиться. Мало того, что тот не доставал учебник и все время пока остальные учились, смотрел в окно, так теперь он решил пошутить вместо ответа на вопрос и выставить своего преподавателя на посмешище перед всем классом. — И все же кто ответит на мой вопрос? — Руки поднялись вверх и Гарри позволил ответить Люсьенн Дюран — русой девушке с факультета Суан, у которого сегодня была совмещена пара с Веритэ.       — Артефакт — это любой предмет, который с помощью волшебника стал магическим и был наделен им нужными свойствами, эффектами и характеристиками. Обычно артефактом пользуется тот, кто его создал, или тот, кто владеет им в данный момент. Однако хозяева у таких предметов часто меняются, а значит, и служить они начинают другому человеку, а сила их соответственно не привязана к магу, создавшему их. Артефакт можно создать самостоятельно, но некоторые древние предметы, которые создали в прошлом могущественные маги очень опасны и неподвластны другим волшебникам. Сырьем для создания артефакта может абсолютно любая вещь.       — Что ж, неплохо, мадмуазель Дюран. Спасибо! А кто расскажет о классификации этих предметов? — продолжил урок Гарри. На этот раз ответить он разрешил Кристофу Менар с факультета Веритэ.       — Артефакты обычно… — начать парню не дали. Входная дверь распахнулась и с громким стуком ударилась о стену. Малфой вернулся в класс и, конечно, очень вовремя. Он будто поджидал момента, чтобы снова помешать вести Гарри урок. Эта игра выводила из себя все сильней и сильней. Еще немного и Поттер сорвется, но надо было постараться держать себя в руках в полном детей классе. Брюнет проследил за Драко, пока тот возвращался на место с невинным выражением лица, а затем жестом пригласил Кристофа продолжить.       — Артефакты обычно делятся на классы согласно их свойствам — начал парень. — Они бывают: светлыми, темными, стихийными и общего действия. Также существуют и артефакты-посредники. Сами по себе они не наделены какой-либо силой, но могут преобразовывать силу хозяина. Наши волшебные палочки являются тому примером. Если она окажется у магла, то он не сможет сотворить заклинание, ведь палочка лишь концентрирует силу волшебника и направляет ее, а не творить волшебство сама.       — Благодарю, месье Дюран. Повышаю ваш личный рейтинг успеваемости на три очка — хвалил Поттер студента. — Теперь хотелось бы услышать общую информацию по этой теме. Кто готов? — обвел Гарри глазами класс. — Месье Малфой, раз вы избивались от беспокоящих вас проблем и помешали товарищу отвечать, то предлагаю взять слово именно вам. Ваши знания всегда являлись образцом для подражания, — приглашал Поттер к ответу блондина.       — Пожалуй, сегодня не мой день, профессор. Я не готов и не смогу ничего рассказать вам по этой теме. А вот мои друзья отлично в этом разбираются и смогли блестяще ответить, но кто-то отстранил их сегодня от вашего урока и не разрешил посетить его. Ужасно, правда? Даже ума приложить не могу, кому это могло понадобиться и за что могли так строго наказать ребят, поведение которых всегда являлось идеальным. Просто несправедливость какая-то. Вероятно, они просто заставили кого-то испытывать чувство зависти и…       — Достаточно, — прервал его Поттер, — мы прекрасно уловили вашу мысль еще после первого предложения. Хватит устраивать здесь представление, месье Малфой, лучше откройте учебник и займитесь изучением сегодняшней темы. — Драко играл в очень опасную игру, и Гарри уже почти сорвался. Блондин отлично знал эту тему, но решил устроить цирк вместо ответа на вопрос и непрозрачно припомнить Поттеру сцену в коридоре перед уроком. Такие выходки могут дорого ему стоить, да и брюнет сегодня не в том состоянии, чтобы играть в чьи-то игры. Атмосфера стремительно накалялась. — Кто поможет своему однокурснику? Месье Жиру, пожалуйста, — пригласил профессор ученика для ответа. Парень встал со своего места и приготовился отвечать.       — Артефакты обладают аурой и у каждого она индивидуальная и неповторимая. Если ты когда-нибудь держал в руках тот, или иной артефакт, или создал его сам, то по его ауре сможешь безошибочно найти его в комнате с другими предметами даже с закрытыми глазами. Хотя касается это только простых артефактов. Если он был темным, или на него наложили сильные скрывающие и защитные чары, то опознать его никто не сможет, конечно. Артефакты также бывают сильными, средними по силе и слабыми. К слабым относят детские магические игрушки, или вещи зачарованные для незначительных функций. Например, иногда родители зачаровывают какой-либо предмет, чтобы знать, когда их малыш проснется. К средним по силе можно отнести артефакты, помогающие в учебе, улучшающие полет метлы и имеющие подобное действие. А вот к сильным относятся обычно фамильные ценности, украшения и реликвии, заколдованные почти всегда с помощью кровной родовой магии.По действиям артефакты можно разделить на две категории: узконаправленные и имеющие широкий спектр действия. Узконаправленные наделенные только одной способностью, или действую только в определенной среде: только при свете солнца, например, или только в полнолуние. Другие же имеют множество свойств и требований к условиям среды, или не нуждаются в них вовсе. Артефакты в какой-то степени живые предметы и имеют свое сознание, поэтому и способны определять все эти детали для безошибочной работы.       — Месье Жиру, вы приятно удивили меня и порадовали развернутым ответом. Десять баллов к личному рейтингу, — заключил преподаватель. Поттер хотел зачитать ученикам короткую выдержку из заметок великого румынского артефактолога, но услышал едва заметное хихиканье, доносящееся из недр класса. Он внимательно изучил окружающих и нашел хозяина этих звуков.       — Что так рассмешило вас, месье Малфой, поделитесь с классом. — процедил сквозь зубы профессор ЗОТИ. Это тотальное неуважение к своей персоне и к предмету стало последней каплей. — Сегодня вам чересчур много удавалось перетянуть на себя все внимание. Что такого смешного произошло, или было сказано и так развеселило вас. Мы все ждем ответа, — не сдерживал себя брюнет, — вставайте и объяснитесь!       — Ничего серьезного, профессор, — спокойным голосом, будто ничего не происходит, заключил Драко, — материал показался мне скучным и скомканным, поэтому я решил насладиться видами из окон кабинета, пока вы опрашивали моих однокурсников. В какой-то момент я заметил снаружи рыжую облезлую сову, пролетающую мимо, и проследил за ее полетом. Она была невнимательна, и на всей своей скорости врезалась в дерево. Эта птица кое-кого мне напомнила своей неуклюжестью, ужасным внешним видом и способностями влипать в неприятности, поэтому я не смогу сдержаться. Прошу простить меня за смех, который оторвал вас от интереснейшей темы.       Внутри Гарри что-то щелкнуло. Пелена гнева застилала глаза и не позволяла взглянуть на ситуацию под другим углом, чтобы оценить ее с точки зрения профессора и относительно взрослого человека. Выносить отвратительное поведение и терпеть мерзкие выходки Малфоя он больше не мог и не хотел. Его слова и действия вынуждали реагировать. А апогеем всего стал отзыв и мнение блондина о работе профессора. Как смел он так неуважительно отзываться о его предмете и оспаривать его компетентность? Гарри никому не позволит так вести себя на своих уроках. И даже тот факт, что Драко являлся его запретным и желанным плодом не спасал его.       — Вы не оставили мне выбора! — взревел брюнет. — Вы заносчивый, обиженный всем миром маленький мальчишка, который думает, что он лучше и умнее всех. Но поспешу расстроить — это не так. Вы не смеете так вести себя на моем уроке и на занятиях у других профессоров. Попробуйте добиться в жизни хоть чего-то и научитесь твердо стоять на ногах, прежде чем начинать оценивать других. Такое поведение не достойно ученика Шармбатона, юного аристократа и мужчины. — Поттер уже заметно повысил голос, не замечая, как слова срывались с его губ. — Я назначаю вам наказание продолжительностью две недели с отработками в виде… Я постараюсь придумать что-нибудь достойное вас, — улыбнулся профессор после недолгой паузы. — Наказание начинается сегодня и отлагательств не терпит. Вечером я жду вас в этом кабинете, и только попробуйте не явится — проблемы я вам обеспечу в таком случае. И поверьте, забыть предложенное мною вы не сможете никогда, месье Малфой, этот вечер и последующие навсегда впечатаются в вашу память. А теперь все собрали сумки и быстро покинули кабинет! Немедленно! — прокричал Гарри, обводя бешеным взглядом весь класс. Все студенты были напуганы и шокированы, но спорить и медлить не стали. В считанные секунды все сумки были собраны, и ученики выбегали из кабинета, расталкивая однокурсников у выхода. Драко не стал исключением и, не устраивая разборок с Героем, медленно прошествовал в коридор. Класс был пуст. Поттер изрыгал огонь и метался по помещению, раскидывая ментальную «Бомбарду» по сторонам и оставлял от мебели только память. Ему нужно было срочно выпить и привести нервы в порядок…       Гнев, злость, ярость…              ***              Профессор по защите от темных искусств сидел в своем кабинете, проверяя свитки с домашними заданиями пятого курса. За окном уже стемнело и единственным источником света сейчас была одинокая свеча на столе преподавателя, что почти догорела и уже начала коптить. Нервы молодого мужчины немного успокоились после выпитого днем скотча. Горячая ванна тоже возымела эффект, и мышцы, которые были в сильнейшем напряжении на протяжении последних суток, медленно расслаблялись. Поэтому придя в свой кабинет Поттер решил отвлечься работой и заодно придумать способ отработки для избалованного Веритэссца. Сначала он хотел заставить провинившегося студента провести полную инвентаризацию имущества и заставить того обшарить весь кабинет и служебные помещения в поисках различных существ, книг, предметов и тренажёров, используемых на уроках, но это было слишком просто. Нужно было что-то поинтереснее. Затем Поттеру пришло в голову приказать Малфою все две недели исписывать пергаменты фразой «Я должен уважать профессора Поттера», но быстро передумал, вспомнив о полученном им наказании у Амбридж на пятом курсе. Это было ужасно, и наказать кого-то способом так похожим на тот кошмар он не мог. Злосчастная фраза «Я не должен лгать» и сейчас красовалась на его ладони, напоминая о прошлом. Идею переписать вручную все собрание книг об «Опасных волшебных существах Норвегии», уместившееся почти на трех тысячах страниц, он отмел примерно по тем же соображениям.       Пока юноша ломал голову, придумывая способ наказания и «на автомате» проверяя свитки с домашними заданиями, он не заметил пришедшего гостя. Малфой пришел вовремя и, прошмыгнув в открытую дверь, прошел внутрь абсолютно бесшумно. Он был недоволен, но держался уверенно и не выражал никакой обеспокоенности в грядущем времяпрепровождении. Парень встал неподалеку от учительского стола, сложил руки за спиной и замер. Ни единого звука не вылетело из его рта. Поттер решил поиграть с ним и в эту игру, поэтому не обращал на своего студента внимания, не смотрел в его сторону и делал вид, что не заметил, как парень зашел. — «Посмотрим, у кого терпения больше» — подумал Гарри, сдержав смешок. С того момента прошло сначала десять минут, затем пятнадцать, двадцать пять, тридцать, но Поттер не сдавался. Он корпел над работами и не отвлекался от них ни на мгновение — это оказалось интересным испытанием и проигрывать было нельзя. Драко в свою очередь понимал, что спешить ему некуда, ведь наказание уже началось, а него еще даже не обратили внимание. Но так бесполезно тратить свое личное время он не хотел. Лучше выполнить требуемое от него поскорее и отправиться к себе, только бы не оставаться здесь ни одной лишней минуты. Вот только что ему предстоит делать он не знал, поэтому парень негромко кашлянул, привлекая к себе внимание.       — Мистер Малфой, вы уже тут? Я даже не заметил вас, увлекшись работой, — притворялся Поттер.       — Уверен так оно и есть, профессор, — Драко не собирался любезничать. — Итак, я пришел и готов приступить к выполнению наказания, которое вы сегодня так любезно и несправедливо решили мне назначить. Впрочем, не только я сегодня попал под влияние вашего эго. Весь поток и мои друзья также успели ощутить всю прелесть вашей неуравновешенности. — Гарри сжал кулаки под столом и стиснул зубы. Былого спокойствия — как не бывало. — «Да как мать его ему удается вывести меня из себя всего несколькими предложениями?» — спрашивал сам себя брюнет.       — Не ройте сами себе могилу, Малфой. — выцедил Поттер. — Вам не хватило произошедшего днем, и вы решили усугубить свое и без того печальное положение? Не думаю, что вы жаждите увеличения или ужесточения наказания. Рекомендую вам держать язык за зубами и внимательно следить за тем, что вы говорите в присутствии своего профессора. Особенно если эти слова сказаны в его адрес.       — Хватит этого спектакля, Поттер. — переменился Малфой. — Ты получил каким-то волшебным образом эту должность и теперь упиваешься властью. Как меня только угораздило перевестись сюда именно сейчас? Хотя, способ этот не волшебный, а весьма для тебя привычный. Нашу геройскую задницу снова вознаградили за заслуги перед магическим миром, правда? Не надоело еще все это, а?       — Ты играешь с огнем, Малфой — сказал Поттер и стал хрустеть позвонками в шее. — Ты даже не представляешь, с кем связываешься и не знаешь о том, что может оказать дурное влияние на мое поведение в любую секунду.       — Угрожаешь мне? — скривился блондин. — Это я не представляю, с кем связываюсь? Да я знаком с тобой уже много лет и прекрасно знаю, что ты из себя представляешь. Мне не важно, что там на тебя влияет. Если еще недавно мое отношение к тебе кардинально поменялось из-за победы над Темным Лордом, твоими показаниями в суде в пользу нашей семьи и того дня, когда ты спас меня от гиппогифа. То сейчас я стал питать к тебе такое отвращение, что словами трудно передать. Сегодня ты будто с цепи сорвался. Сначала наехал на Пэнси и Блейза на пустом месте, пытался их в чем-то обвинить и отстранил от уроков. Потом стал общаться в дебильной манере со мной и устроил это представление на уроке. Я запомнил каждое сказанное тобою слово в свой адрес и никогда их не забуду. Я никому не позволю так обращаться с собой, а промолчал я сегодня только потому, что ты мой преподаватель вопреки любому здравому смыслу и я должен был вести себя достойно.       — Достойно? — засмеялся Гарри, захлёбываясь ядовитой слюной, сочившейся из его рта. — Ты и не умеешь вести себя достойно — это не в твоей природе. Ты мелкий, поганый трус, который умеет только огрызаться и язвить. После этого ты еще смеешь сомневаться в моей компетентности и праве преподавать здесь? Повторюсь и скажу это снова — ты ничего не добился в своей жизни и пытаешься кому-то что-то доказать сейчас. Это просто смешно, Малфой! Не устал еще получать от жизни всего, чего только захочешь с помощью папочки и его состояния? Наверное, тебе очень тяжело далась война, на протяжении которой ты либо прятался по углам, либо отсиживался за спинами родителей. Молчишь? Нечего сказать? Так закрой свой грязный рот и приступай к отработке в таком случае. Сейчас же! — скомандовал разъярённый Поттер. Оставалось совсем немного до того момента, как он решится использовать в отношении этого говнюка непростительное.       — Иди нахрен, Герой ты гребаный! — заорал во всю мощь Драко. — Не смей так называть меня и вываливать все это дерьмо на меня. Я не трус и не слабак! Ты и половины всего не знаешь, чтобы делать свои недалекие выводы. Возможно, я и не скитался по миру целый год, и не бегал от разных преследователей, и не победил Темного Лорда, но ты и представить себе не можешь через что я прошел за это время. — Лицо парня заметно покраснело и выражало оно необузданную ярость, которую никто уже не в силах был сдержать. — Тебя волнует мое обеспеченное с рождения детство и защита родителей? Что ж, я не виноват, что ты воспитывался мерзкими маглами, а твои родители погибли и не смогли позаботиться о тебе. И я искренне сожалею тебе, но этот факт не дает тебе позволения так говорить о моих родных.       — Закрой рот, закрой рот, закрой свой рот, — как мантру повторял Поттер. Он опустил голову, впился ногтями в свои бедра и зажмурился. Яростный всплеск сродний взрыву ядерной бомбы подступил слишком близко и грозился ударной волной уничтожить все вокруг.       — Что, задело за живое? Не любишь оказываться не прав? Видимо Дамблдор и твой крестный не успели научить тебя хорошим манерам и умению контролир…       — Закрой свой поганый рот, мерзкий сучёныш! — это был конец. Обратного пути не было и все что раньше останавливало Поттера от необдуманных поступков, было уничтожено. Он сорвался с места и взмахом руки захлопнул дверь, наложив на него запирающие и заглушающие заклинания. Затем повернулся и направился в сторону Малфоя. Выглядел он мягко говоря пугающе и устрашающе.       — Поттер, что ты де… — договорить перепугавшемуся от резких изменений в обстановке блондину не дали. Поттер не пользовался палочкой, поэтому агрессивным движением брошенное в Драко «Силенцио» лишило его способности говорить. Сотворенные следом «Инкарцеро» и «Вингардиум» связали Веритэссца по рукам и ногам, подвесив его тело в воздухе на расстоянии полутора ярдов от пола. Он попытался вырваться и начал судорожно дергаться в своих оковах, но Поттер лишил его и этой возможности. Еще секунда и сотворенный «Иммобулюс» парализовал блондина не позволяя пошевелиться. Гарри стал медленно нарезать вокруг парня круги, подойдя почти вплотную и внимательно изучая каждый сантиметр его тела. Он был настолько близко, что мог почувствовать, как пахнет Малфой. Этот запах дурманил и сводил с ума, пробуждая в профессоре низменные, животные желания.       — Кажется, я придумал для тебя наказание, мерзкий змееныш, — растягивал слова от удовольствия Поттер, схватив правой рукой Драко за подбородок и сильно сжав его. — Хочешь узнать какое? — шептал ему в ухо брюнет. — Прости, просто ты молчишь и твое лицо не выражает никаких эмоций. Это да или нет, не пойму? — веселился Гарри, словно большой и сильный лев, поймавший в сухой саванне маленькую грациозную газель. Драко был также беспомощен и бессилен сейчас, как и та газель, а Поттер как лев кружил вокруг и играл с «едой». Происходящее сильно пугало Малфоя и даже ужасало, но сделать он уже ничего не мог. Поттер медленно провел рукой по внешней стороне правого бедра Драко и остановился на его упругой ягодице.       — Отличная задница, Малфой… Интересно, внутри у тебя все такое же упругое? — спросил Поттер, и зрачки Драко моментально расширились от осознания своей участи. Он понимал, конечно, что вся эта ситуация ничем хорошим для него не кончится, но такое даже предположить было сложно. Может он и думал о чем-то большем после поцелуя с Поттером лежа в своей кровати перед сном, но то лишь были невинные фантазии, и он уж точно не предполагал, что это произойдет вот так.       Гарри снова заскользил по бедру парня вверх и вниз, затем переместил руку на внутреннюю его сторону и остановил ее в опасной близости от паха.       — Ты боишься? Хм, странно… Еще недавно ты был таким смелым и уверенным. Не бойся, малыш. Воспринимай все это как обычное наказание от своего профессора, — то, с каким спокойствием и потаенным желанием говорил это Поттер, водящий тыльной стороной свободной ладони по его щеке, доводило Драко до истерики. Его точно трахнут сейчас в классе новой школы, и никто не сможет спасти его.       Брюнет схватился за мантию студента и, отстегнув ее, отбросил куда-то в сторону. Пуговицы рубашки блондина стали медленно освобождаться от петель на ткани одна за другой. Профессор покончил с этим и, выправив низ рубашки из штанов, распахнул ее резким жестом. Он подошел ближе, посмотрел в испуганные глаза Драко и склонил голову чуть правее. Зубы закусили мочку уха Малфоя, а затем он стал жадно посасывать ее. Легкая щетина касалась нежной шеи парня, кололась и это вызвало в связанном теле мириады мурашек, разбежавшихся повсюду. Губы профессора переместились на шею, покрывая ее поцелуями, затем горячий язык прошелся по всей ее длине, оставляя влажный след.       Поттер скинул дорогую рубашку с плеч Драко, сдернул ее с рук и отправил к мантии. Парень оставался в одних брюках и туфлях. Гарри закусил небольшой сосок блондина зубами, а второй массировал пальцами, от чего их хозяин громко и сбивчиво вдохнул. Напряжение росло, и сдерживаться подверженному постороннему влиянию преподавателю было все труднее. Он жадно целовал, покусывал, а затем зализывал языком места укусов на теле Драко. Алые следы от его зубов и лопнувших под кожей капилляров уже украшали бархатную кожу парня. Он желал большего. Поттер резко отстранился, посмотрел на результат проделанной работы, а затем схватился своей рукой за пах Малфоя.       — Хм, а член у кого-то уже стоит, хотя его владелец и строит из себя недотрогу и жертву, — довольно хмыкнул брюнет. — Если ты сам и пытаешься скрыть тот факт, что тоже хочешь всего этого, то тело твое лгать не может. Ты возбужден и жаждешь продолжения, но не переживай, мы непременно закончим начатое.       — Как ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, Драко? — спросил профессор. Ответа получить он не смог бы при всем желании. Говорить Драко все еще не мог, но в остальном рот его функционировал в обычном режиме. И когда Поттер оказался с ним лицом к лицу, Малфой собрал всю скопившуюся слюну и хотел уже плюнуть в мучителя, но тот раскусил его замысел чуть быстрее. Гарри прикрыл рот блондина рукой, и вся слюна осталась на ней. Он посмотрел на свою ладонь, злобно улыбнулся, затем поднял ее и размазал всю вязкую жидкость по милой мордашке Драко.       — Ты только сильнее заводишь меня этим, милый, — подмигнул он блондину и погладил того по мокрой скуле.       Затем Поттер расстегнул ремень на талии бедного парня и пуговицу на поясе штанов. Туфли и носки сильно мешали процессу, поэтому были скинуты со ступней, позволяя Гарри продолжить. Брюки слетели со стройных ног ни без помощи возбужденного преподавателя и исчезли в полете по классу. Короткие и выгодно обтягивающие в нужных местах боксеры покинули свое пристанище, высвобождая возбужденную плоть. Драко был абсолютно голый. Красивый, ровный внушительного размера член был эрегирован и нервно подрагивал. Гарри был очарован открывшейся картиной. Его воображение десятки раз рисовало обнажённое тело этого желанного засранца и момент их сближения. Пусть это и должно было быть совсем по-другому, но судьба распорядилась иначе. В любом случае видеть все это вживую оказалось ни с чем несравнимым удовольствием. Словно произведение искусства, изящная скульптура, десятая симфония, Мона Лиза — вот с чем ассоциировалась представшая в данный момент картина. Гарри не отводя глаз, зашел ему за спину и полностью разделся сам. Они были идеально совестимы: смуглое мускулистое тело брюнета и мертвенно-бледное, тонкое и изящное блондина — словно Инь и Ян, день и ночь, свет и тьма.       Поттер вновь оказался рядом со своим провинившимся студентом и крепко обнял того со спины. Снова страстные поцелуи в шею и тесный контакт плоти. Бешеное сердцебиение и тяжелое дыхание обоих парней разрушало тишину. Гарри обхватил ладонью член Малфоя и стал неспешно дрочить ему. Он слегка изменил положение блондина в воздухе таким образом, что тот едва касался теперь пальцами ног пола. Это позволило члену профессора упереться в упругие булочки Драко, и он стал водить им между ними, совершая фрикции. Обильно выделяющаяся смазка уже капала с конца Гарри, и парень больше не мог терпеть. Он выпустил горячую плоть из руки, прогнул Малфоя в спине и ему открылся прекрасный вид на аппетитную попу Веритэссца. Приседания явно были его любимым упражнением.       Поттер раздвинул половинки и увидел, как тугое розовое колечко мышц сократилось до минимума. Заклинание смазки и ощущение прохлады окружило вход. Гарри надавил на него одним пальцем и тот медленно провалился внутрь, распределяя смазку по стенкам. Спустя пару минут к нему присоединился еще один, позволяя лучше расширить девственное отверстие, а чуть позже вошел и третий. Когда анус принимал ширину фаланг спокойно и был готов к приему чего-то более значимого, Поттер убрал свою руку и положил ее на спину блондина. Его разбухший член головкой упёрся во вход, и парень немного подался вперед, пропуская ее внутрь чужого тела. Драко не мог шевелиться, реагировать и говорить, поэтому узнать о его самочувствии и готовности зайти дальше было невозможно. К тому же преподавателю это было неинтересно. Сейчас он был слишком возбужден и одержим желанием. Состояние студента его особо не волновало, учитывая, что все это было наказанием парня, но Гарри все равно входил не спеша, боясь травмировать ученика. Когда его член полностью скрылся в глубинах Драко, он задержался в таком положении ненадолго и стал понемногу наращивать темп. Фрикции участились и теперь брюнет нещадно вбивался в обездвиженное тело. Громкие шлепки эхом отражались от каменных стен и наполняли комнату неприличными звуками.       Оба парня вспотели и, нагнувшись, Поттер провел языком по спине Драко, вбирая в себя соленые капли. Ему хотелось почувствовать вкус парня и вдохнуть его естественный запах. Ощущения, полученные от этого, вводили в транс наслаждения и Гарри мечтал, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Брюнет опустил свою руку на член блондина и, нарастив темп поступатемых в него движений, снова стал ему дрочить. Только на этот раз яростно и жадно, заставляя болт парня пульсировать и просить разрядки. Не заставляя себя долго ждать, мощная струя ударила прямо в ладонь Поттера, и парень, удовлетворенный своей работой, вытер руку о спину Драко, размазывая по ней горячую сперму. Профессор продолжал трахать своего студента с особым рвением и усердием. Пот уже лился с него ручьем, а тело просило одного — кончить и передохнуть. Гарри замедлился и, сделав несколько мощных и резких толчков, обильно разрядился прямо в Драко. Его тело билось в конвульсиях от полученного удовольствия. За возможность повторить все это он готов был сразиться с Волдемортом еще раз. Теплое семя разлилось внутри Малфоя и это заставило осознать его, что он скоро будет свободен. Наверное…       Поттер рухнул на ближайшую парту и стал переводить дыхание. Несколько минут передышки сделали свое дело, и молодой организм успел восстановиться. Он встал, подошел к Драко и осмотрел его. Вся кожа парня была покрыта укусами, отпечатками рук и зубов, а также бордовыми засосами. На нем буквально не было живого места. Задница была нетронута. Хотя в некотором смысле ей досталось гораздо больше. Из розовой дырочки медленно вытекала одинокая белая струйка и несколько капель едва не сорвались на пол. Гарри провел пальцем по складке между половинками и собрал на него драгоценную жидкость. Затем обошел Малфоя, остановился спереди, выпрямил его корпус и смазал высохшие от горячего дыхания губы блондина собранной спермой. Профессор в очередной раз довольно хмыкнул и отправился к своим вещам, оставленным на полу. Он оделся, взял одежду Малфоя и кинул тому под ноги. Несколько слезинок скатилось по щеке униженного студента, и тот взглядом проследил за действиями Героя.       — Твоя одежда под ногами, — сказал Поттер, задувая свечу на своем столе, и кабинет тут же погрузился в темноту. Теперь они видели лишь силуэты друг друга. — На сегодня твое наказание окончено, но впереди у нас целых две недели. Надеюсь, что ты усвоил урок и впредь будешь податливее и сговорчивее, в том числе на отработках. Может тогда я даже не стану тебя связывать, и мы сможем повторить все в более подходящей обстановке. Сейчас ты свободен и не советую пытаться что-то делать с этим. Я сломаю тебя и заставлю замолчать. — На этих словах профессор ЗОТИ развернулся на каблуках и, как ни в чем не бывало, направился к выходу. Сейчас он вернется в свои покои и даже не вспомнит о том, что случилось, а Драко предстоит жить с этим всю оставшуюся жизнь. — Не засиживайся тут после отбоя и закрой за собой, — обронил Поттер, прежде чем исчез в дверях.       Заклинания перестали действовать, и Драко мертвым грузом рухнул на холодный пол. Голый, униженный и жалкий он лежал на своих же вещах и рыдал в голос. Сколько времени прошло прежде, чем парень перестал плакать от недостатка влаги в организме, он не знал. Сил совсем не осталось, и темнота снаружи и внутри поедала его живьем. Похоть, блуд…