Там, где заканчивается правда

— Вы ведь в курсе, что работорговля незаконна? — Конечно, — Юнги улыбнулся. — Господин Ким, вам не стоит переживать. Каждый из нас здесь находится по собственной воле. Джин с сомнением посмотрел на Мина, который сидел на диване рядом с Чонгуком. Сегодня его сторожили эти двое. — Как можно выполнять абсолютно все приказы Намджуна? — Мы просто ему доверяем, — Чонгук впервые за то время, что они находились в особняке, решил подать голос. — Все верно. Будь у нашего хозяина другой выбор, он бы не стал отдавать меня Сомин. — И все равно мне вас не понять. Вот что Намджун должен был сделать такого, что вы ему настолько преданы? — У нас одна цель, — Юнги в очередной раз улыбнулся. — И я буду идти за ним, буду защищать его и выполнять все приказы до тех пор, пока это не изменится. Тем не менее я предан не ему. И хозяин это знает. — Не ему?.. — вот чего Джин не ожидал, так именно этого. — Кому тогда?.. Юнги не успел ответить, так как в гостиную зашли Тэхен с Чимином. После вчерашнего вечера эти двое были подозрительно тихими. И заметил это не только Джин. Подойдя, Мин обнял Пака со спины. — Тебе не стоит так переживать. Ты ведь знаешь, в моем сердце есть место лишь для тебя. — С чего ты взял, что меня это волнует? — Пак попытался освободиться, но его стиснули лишь сильнее. — Знаю, что нет. Но ты мог хотя бы притвориться. Чимин, я уже говорил, тебе необязательно быть таким жестоким, — на этот раз улыбнуться у Мина получилось с явным трудом. — Этот договор волнует меня. Целых три недели. Тебе не кажется, что это слишком долго? — Ваши встречи будут проходить не каждый день. Кроме того, без Сомин мы не подпишем договор с ее отцом. Другого выхода нет. — Знаю, — усмехнувшись, Юнги отпустил Чимина, снова возвращаясь к дивану. Буквально упав на него, он откинулся на спинку, закрывая глаза. — Тем не менее мне впервые за столько лет действительно хочется напиться. Пока в гостиной стояла тишина, Джин смотрел на парней. Каждый из них выглядел подавленным. Даже Чимин казался напряженным. Его брови нахмурены сильнее обычного, а в скрещенных руках силы явно чуть больше нужного. Резко встав, Сокджин пошел на второй этаж. Не став даже стучаться, он сразу вошел в кабинет Намджуна. Мужчина, как обычно, сидел за столом, обложенный кучей бумаг. — Если ты пришел поговорить о Юнги, то можешь сразу уходить. Все, что Джин успел, так это открыть рот. Удивительно, и как его раскусили?.. — Что ты от меня хочешь? — голос Намджуна был твердым. По нему сразу было понятно, что переубедить его не получится. — Думаешь, я ничего не понимаю? Не вижу, что происходит между Тэхеном и Чонгуком, а также Юнги и Чимином? Но что я могу сделать? Предлагаешь мне отказаться от сделки, предоставив ее на блюдечке Чиёлю? Получив больше власти, чем нужно, тот первым делом начнет топить меня. Как только я потеряю авторитет и влияние, накинутся и остальные, почувствовав безнаказанность. Самое страшное из всего этого, что Тэхен еще не готов покинуть этот дом, а Чимин еще не избавился от зависимости защищать охраняемый объект любой ценой. — Что… Что значит не избавился от зависимости защищать охраняемый объект?.. С силой сжав какие-то бумаги в руке, Намджун нахмурился, смотря на Джина, который пытался в это время разобраться в услышанном. — Когда Чимин только появился рядом со мной, я из кожи вон лез, чтобы он хоть немного походил на нормального ребенка. Ты не видел его таким, каким видел его я! Его с восьмилетнего возраста обучали охранять объект. Ему вдалбливали, что смысл жизни — это защищать хозяина. Его годами обучали не только различным боевым навыкам, но и другим умениям, которые помогли бы ему хорошо выполнять свою работу. Жесткие тренировки, промывание мозгов, искаженное понимание смысла жизни. Чимин видел, как дети его возраста умирали, не справляясь физически или морально. Он же выживал день за днем, становясь все сильнее. Такие, как Минхо, готовы только к восемнадцати годам. Чимин же закончил тренировки в пятнадцать. У него не было ни родителей, ни друзей. Все, что он знал, так это что должен защищать того, кому его продадут. Исправить таких детей или помочь им невозможно, потому что даже поход к психотерапевту они воспринимают, как угрозу. Угрозу их жизненным целям, от которой они должны избавиться. Продолжить Намджуну получилось только после глубокого вздоха. — И как думаешь, что сделает такой человек, если объект, который ему нужно охранять, внезапно умрет? Так как Джин молчал, боясь выдвинуть вполне логичное предположение, Джун усмехнулся, озвучивая его мысли вслух. — Он пустит пулю себе в голову, так как потеряет смысл жизни. Он будет думать, что не справился с поставленной задачей, поэтому бесполезен. Отец подарил мне Чимина, чтобы тот защищал меня. Думаешь, я был в восторге от мысли, что если со мной что-то случится, этот мальчишка тут же последует за мной? Мне не нужны такие бессмысленные жертвы. Именно поэтому я всеми способами пытался смягчить его. Ничего не получалось. Он убивал любого, кого я приставлял к нему в напарники. Он чуть не убил психолога, когда я привел его к нему. Не трогал лишь Чонгука, от которого, кажется, совсем не чувствовал угрозы. Намджун внезапно усмехнулся, что-то вспомнив. — Правда, и между ними бывало не все гладко… В общем, что бы я ни делал, Чимин был словно робот, запрограммированный защищать меня и выполнять абсолютно все приказы. Когда я уже отчаялся, и появился Юнги. Я не уверен, что происходило между ними, но вскоре стало понятно, что Чимин хоть как-то реагирует на него. Поведение и шутки этого парня сбивали с толку. Именно поэтому, убив отца, первым делом я завербовал Юнги. Я подумал, что если такой человек будет рядом с Чимином, со временем тот станет потихоньку меняться. Так что мне делать? Если у тебя есть предложение, как мне заполучить эту сделку, не отправляя Юнги той девчонке, то я с радостью выслушаю тебя. Очередная наступившая тишина длилась дольше. Джин молчал, пытаясь переварить услышанное. От понимания ситуации стало не по себе. Перед глазами предстал Минхо. Его вид, от которого действительно становилось жутко. Хоть они с Чимином и похожи, но в то же время младший разительно отличался от этого парня. Поняв, что говорить не собираются, Намджун в очередной раз усмехнулся. — Вот и я не вижу выхода. Сегодня вечером мы встречаемся с Сомин и ее отцом, чтобы обговорить детали и подписать договор. Ты идешь с нами. Нужно удостовериться, что все пройдет хорошо. Можешь идти. Потеряв к Джину всякий интерес, Джун стал разглаживать бумаги, которые он с силой до этого сжимал в руках. За все это время, что находился в кабинете, Сокджин смог вставить лишь пару слов. А ведь до этого много чего хотелось сказать мужчине. Тем не менее, кажется, выговориться хотел не он один. Взгляд, который был у Джуна во время вопроса, есть ли из этой ситуации другой выход… Кажется, мужчина действительно ждал ответа. Ну или хотя бы подтверждения, что он все делает правильно, так как по-другому нельзя. Ну нет, подыгрывать или успокаивать Джин не собирался! — Серьезно хочешь иметь дело с мужиком, на решение которого влияет его взбалмошная дочь? — он нахмурился. — Не хочу расстраивать, но, Джун, даже если не видишь этого, ты уже проиграл. Сложившаяся ситуация больше злила, чем расстраивала. Юнги находился здесь из-за Чимина. Из-за него же он и защищал Намджуна. И, зная это, тот все равно собирался так поступить с ним? Нет, ему никогда не понять мысли людей, которые настолько помешаны на деньгах и власти. Наверное, Хосок все же прав, и он слишком наивен. Эта жизнь явно не для него. Не став ждать ответа, Джин вышел из кабинета, сразу направляясь в гостиную. Схватив за локоть, он потащил Чонгука за собой. — У тебя есть номер Хосока? Если нет, раздобудь его! Мне нужно с ним поговорить! — зайдя в свою комнату, Сокджин повернулся к младшему. Немного посомневавшись, Гук достал телефон. Спустя пару минут он протянул его Джину. — Привет, Хосок. Это Сокджин. — Хен, рад тебя слышать. Довольно неожиданно… — Помнишь, ты говорил, что через двадцать минут все бы уже знали, что я не секретарь Намджуна? Можешь проделать это же, но в обратную сторону? Мне нужно, чтобы все узнали, почему я нахожусь рядом с ним, и что я сделал для него. Кроме того, завтра нужно пустить слух, что сделка с Ли Богомом не состоялась из-за меня. На какое-то время повисла тишина. Джин уже стал думать, что Хосок откажется, но внезапно раздался смех. — Дай угадаю, это все из-за Юнги? Решил спасти его? Хен, ты рискуешь. В таких делах нельзя полагаться на удачу. Кроме того, ты ведь понимаешь, что после такого интерес к тебе только возрастет? — Понимаю. И это не удача, а вполне продуманный ход, который основан на наблюдениях. Так что, ты поможешь? — Не в моих правилах вставать на чью-то сторону, но… Раз уж ты мне нравишься, то я помогу тебе. Конечно, если ты выполнишь одно мое условие, — даже не видя, Джин прекрасно знал, что прямо сейчас Чон улыбался. — С тебя свидание на нейтральной территории. — Хорошо. Но я не могу выходить один, поэтому со мной будет кто-то из парней. Послышались смешки. — Не сомневался даже. В таком случае, хен, сделаю всё от меня зависящее. Уже к вечеру все будут говорить только о тебе. Завершив вызов, Джин протянул телефон Чонгуку. — Все и правда будет хорошо? — Ну как сказать, — Джин усмехнулся. — В том, что у меня получится сорвать сделку, я вполне уверен. Сомневаюсь насчет реакции Джуна, когда все закончится… Будешь приходить ко мне на могилку, если что? Кажется, младший шутку не оценил, так как его брови нахмурились. — Ты ведь понимаешь, что я должен доложить Намджун-хенниму о вашем с Хосок-хеном сговоре? — Ладно тебе. Если сделка состоится, пострадают все. То, что планирую сделать я — меньшее из зол. Кроме того, вдруг мне повезет, и Намджун так разозлится, что решит сослать меня куда подальше от этого места? — Джин улыбнулся. — Просто никому ничего не говори. Если что-то пойдет не так, я все возьму на себя и со всем разберусь. Доверься мне.