Там, где заканчивается правда

План был прост — соврать всем, кому можно и тем самым сорвать сделку. Самое сложное казалось обмануть Намджуна. Но после двух часов медитации, Джин все же убедил себя, что у него все получится. В конце концов, он знал, какие детали выдают человека при лжи, поэтому вполне сможет контролировать тело и голос. План был обречен на успех. В конце концов, что может пойти не так? — Как я понимаю, ваш отец не придет? С нахмуренными бровями Намджун прожигал взглядом девушку, которая сидела напротив него за столиком. Для подписания контракта они встретились в ресторане, у которого заказать столик можно было в отдельной комнате. В этой самой комнате помимо Джуна и Джина, были Юнги с Чонгуком, которые стояли за их спинами, Чимин с Тэхеном, которые находились у двери, а также девушка с пятью охранниками. — Нет, — улыбнувшись, Сомин пододвинула Намджуну бумаги. — Ознакомьтесь. На них уже есть подпись отца. После того как их подпишете и вы, мы разойдемся. О том, что мужчине, мягко сказать, не понравилось происходящее, говорила его с силой сжатая челюсть. Тем не менее, взяв документы, тот стал тщательно их просматривать. В это время Сомин подошла к Юнги, за руку отводя того немного в сторону. — Оппа, почему ты так смотришь на меня? Сделай лицо попроще. На следующие три недели ты мой. Надеюсь, твое поведение не разочарует меня. Все это время Юнги выглядел мрачно. Его ненависть к девушке сложно было не заметить. Он смотрел на нее почти так же, как и на мужика в караоке, который домогался Чимина. Для Мина она — препятствие, которое отдаляло его мечту сбежать с Паком в тихое место еще года так на два. Джин на полном серьезе стал думать, что Юнги не выдержит, но… Внезапно тот улыбнулся, беря девушку за руку. Сжав ладонь, он поднес ее пальцы к губам. — Конечно. Эти недели я полностью ваш. В глазах Мина все еще была видна злость, но, кажется, его слова и действия ослепили девушку, так как на ее лице появилась довольная улыбка. Все хуже, чем казалось изначально. И даже не из-за Юнги. Из-за Сомин. Как и предполагалось, в этой гонке между Намджуном и Чиёлем, Джун проиграл в тот миг, когда девушка заинтересовалась Мином, ведь он не сможет действительно отдать его ей. Какой шанс, что эта девчонка ограничится тремя неделями? Какой шанс, что она больше не станет вмешиваться в дела отца? Что, если она за что-то обидится на Юнги и решит отомстить? Что, если влюбится в него? Намджун попал в ловушку, из которой не было выхода. Он проиграет, если подпишет этот контракт. И он проиграет, если упустит его. И, судя по нахмуренным бровям, тот, наконец-таки, это понял. Что же делать?.. Вот какого черта мужик не пришел на встречу! Подождите… Внезапная догадка заставила сердце екнуть. Хосок должен был пустить о нем слух, что он хорошо разбирается в своей работе. Все сделки, которые прошли удачно, и все заговоры, которые удалось раскрыть, он должен был приписать ему. Чон должен был преподнести все так, будто он может без труда читать людей и распознавать фальшь. Если это так, то… Оторвав взгляд от бумаг, которые ему пододвинул Намджун со словами ознакомиться, Джин стал обводить взглядом охрану девушки. Пять человек слишком много. Вряд ли все они настолько преданы своему хозяину, как парни Джуна. Ему нужен самый молодой из них. Мужчины, стоящие в стороне, наблюдали лишь за девушкой и парнями Намджуна. Тем не менее среди них был один, который изредка кидал взгляд и на самого Джуна. Точнее, на бумаги в его руках. Парня нельзя было отнести к предателям, но его любопытство могло сыграть на руку. Но этого мало. Нужно подстраховаться. Встав, Джин подошел к Тэхену. — Можешь заказать какой-нибудь алкоголь? Его принести должен официант. Желательно молодой. Тот, который работает здесь меньше всех. Было видно, что просьба Джина смутила Тэхена довольно сильно, тем не менее, тот сразу пошел к выходу. — Вам нужны свидетели? Не говорите только, что собираетесь сорвать сделку? — брови Чимина были нахмурены, в голосе же прослеживались нотки холода. — Что ты, — Джин улыбнулся. — Конечно нет. Скажешь тоже. Я просто хочу выпить. Расслабься. Ты слишком напряжен. Похлопав Чимина по плечу, он пошел к девушке. Смысла возвращаться к документам не было. За десять минут, что их читал, он понял от силы предложений пять. Смотря на Пака, становилось понятно, что разбудить его чувства, от которых тот всеми силами открещивался, ревностью, не получится. От такого младший лишь сильнее уйдет в себя и закроется от окружающих. Это понимал не только Юнги, но и Тэхен, который уже больше суток ходил мрачнее тучи. Удивляло то, что абсолютно все в сложившейся ситуации больше переживали за Чимина, чем за Мина, которого, собственно, и отдавали в рабство. Самому же Паку, казалось, было все равно. Приказ, есть приказ. — Довольно грубо со стороны вашего отца не прийти на встречу. Кажется, девушке не понравилось, что ее отрывали от общения с Юнги, так как она тут же нахмурилась. — У него появились дела. — Правда? — Сокджин улыбнулся. — Дайте угадаю, в последний момент? — Вас что-то не устраивает? — Да нет. Все как раз наоборот. Вы можете позвонить ему? — увидев сомнение на лице Сомин, Джин в очередной раз улыбнулся ей. — Чтобы сделка прошла, я должен одобрить выдвигаемые вашим отцом условия. Нужно обговорить кое-какие детали. Когда девушка достала телефон, Джин сделал вдох. Нужно успокоиться. Нужно контролировать тело, мимику, голос. Даже если он где-то будет и не прав, где-то ошибется или что-то пойдет не так, необходимо не выдать и грамма сомнений. Неважно поверит ему мужчина или нет, главное — чтобы поверили все присутствующие в комнате. Полностью скрыть признаки лжи невозможно, но можно притупить настолько, что обычный человеческий глаз их не заметит. Уверенность, непоколебимость, настойчивость. Он и сам должен поверить в то, что говорит. Когда в телефоне послышался голос, Джин включил громкую связь. — Здравствуйте. Меня зовут Ким Сокджин. Я секретарь Намджуна. — Да-да, здравствуйте. Наслышан о вас. — Перед подписанием документов я хотел поговорить с вами лично. Немного жаль, что вы не смогли приехать. Но я ведь могу задать вам вопросы и по телефону? — Да, конечно. Что вас интересует? Со стороны голос мужчины выглядел спокойным. Тем не менее Джин не мог не заметить, как он слегка дрогнул на одной из фраз. Кроме того, по напряжению и осторожности, с которыми тот говорил, можно было сразу понять, что слухи дошли и до него. Это подкрепило подозрение, которое возникло после озарившей внезапно догадки. Мужчина специально не пришел на встречу, боясь где-то проколоться. — Я хотел поговорить с вами насчет пунктов, которые вы за эти две недели изменили в свою пользу. Не кажется, что вы перешли черту? На мгновение повисло молчание. Мужчина вполне мог вспоминать, о чем говорил Джин. Либо тот просто не мог в принципе понять, о чем речь, так как ничего не менял. Тем не менее со стороны это напоминало растерянность. Что играло на руку. — Я не понимаю… — Вы всегда так работаете? Я удивлен, что с вами вообще решаются иметь дело. Следующая тишина длилась чуть дольше. Здесь Джин уже прямо видел, как мозг мужчины начинал кипеть. В том , что тот где-то вывернул условия в свою пользу, сомнений не было. Но он понятия не имел, где. Правда, это и не важно. После нескольких секунд молчания отец Сомин стал что-то говорить насчет договора, условий и тому подобное. Когда он упомянул Джуна, Сокджин решил его все же перебить. — Вы, кажется, не поняли. Мне не важно, о чем вы там договаривались с Намджуном. Я лишь выполняю свою работу, — когда в комнату зашел официант, Джин слегка повернулся в его сторону. — А моя работа — следить за тем, чтобы моего начальника нигде не подставили. Я просмотрел условия контракта, пообщался с вами лично, поэтому… Сделки не будет. Кажется, мужчина окончательно лишился дара речи, так как из телефона стали доноситься странные звуки. Помимо этого, прямо сейчас на Джина смотрели абсолютно все. Начиная Сомин и заканчивая охранниками с официантом. Спустя уже несколько секунд из телефона посыпались угрозы. Главный аргумент мужчины — эту сделку с ним хотят заключить многие, поэтому Намджун пожалеет, если упустит ее. Выслушал все маты и угрозы абсолютно спокойно, Джин слегка улыбнулся. Кажется, до этого мужика стало доходить, что происходило. Именно поэтому тот разозлился настолько сильно. Иначе бы просто молча согласился отменить сделку и пошел бы с этим предложением хотя бы к тому же Чиёлю. — Передай телефон Намджуну! Мне нужно поговорить с ним! — Конечно, — подойдя, Джин протянул Джуну телефон. — Что вообще, блять, происходит! Ты где его отрыл? Все это время Намджун не вмешивался. Он просто прожигал Джина взглядом, видимо, пытаясь прочитать его мысли. Именно поэтому говорить стал далеко не сразу. Спустя долгие двадцать секунд он, наконец, решил, чью сторону принять и кому верить. — Господин Ли, вам не кажется, что вы слишком бурно реагируете для того, у кого в руках все козыри? — Что?.. — Вы уверены, что эта сделка нужна мне больше, чем вам? Кажется, душа окончательно покинула тело мужчины, так как тот в очередной раз не смог сразу ответить. Прийти в себя у него получилось только через минуту. На этот раз его голос казался не злым, а скорее обеспокоенным. — Какой из пунктов тебя не устраивает? Я приеду, обговорим детали! — Простите, вряд ли у меня получится выделить на вас время. Как мой секретарь и сказал — сделки не будет. Всего хорошего, — сбросив вызов, Джун протянул телефон девушке, которая растерянно следила за всем происходящим. — Думаю, договоренность между нами отменяется. Так как Сомин не торопилась отпускать рукав пиджака, в который вцепилась мертвой хваткой, Юнги сам отцепил ее от себя. Постояв еще немного, девушка все же покинула комнату вместе со всей своей охраной. — Могу я теперь спросить, что ты понял? Что с условиями было не так? Он решил меня подставить? Где? Я ничего не заметил в контракте. Когда Намджун повернулся к Джину, тот нервно сглотнул. — Ну… Как сказать… Понимаешь, тут такое дело… — не став продолжать, внезапно он резко кинулся к столику, на котором стояла какая-то бутылка. — Как насчет того, чтобы для начала выпить? — схватив, он припал к горлышку. На мгновение повисла тишина. — Дай угадаю, — вскоре послышался усталый вздох Намджуна, который хоть и обращался к Юнги, но смотрел при этом на Сокджина, — он понятия не имеет ни о самой сделке, ни о том, где в контракте зарыта подстава. Я надеюсь, она там вообще хоть есть? — Кто знает, — Юнги усмехнулся, смотря в том же направлении. — Но, думаю, у него все же есть план. Он каким-то образом смог уговорить Хосока помочь. Тот приукрасил его заслуги настолько сильно и правдоподобно, что я и сам почти поверил. Если произошедшее выплывет наружу, если все узнают, что вы сами отказались от сделки, послушав Сокджин-хена, то, думаю, у Ли Богома будут крупные проблемы. С ним никто не захочет иметь дело, решив, что тот и правда ведет дела нечестно. Если все обернется именно так, Чиёль тоже откажется от нее. Зная его, он не станет рисковать. Этим поступком хен пошел против вас, но вы ведь не будете наказывать его слишком сильно? — Хотел бы я научиться его контролировать, но не думаю, что это вообще возможно. Поэтому все, что мне остается, так это смириться. В конце концов, я всегда знал, что он именно такой. И, зная это, сам привел его сюда. Кстати… — ненадолго повисло молчание. — С каких пор ты называешь его хеном? — С этой минуты, — Юнги улыбнулся, но улыбка тут же стала сходить с его лица, когда он заметил, что Джин выпил уже больше половины бутылки неизвестного напитка. — Вам не кажется, что его нужно остановить? — Нет. Это будет его небольшим наказанием за самовольность. Кроме того, — губы Намджуна так же растянулись в улыбке. — У меня на него небольшие планы. *** Он не привык так разговаривать с людьми, именно поэтому было безумно страшно. Но, наверное, он неплохо справился, раз даже Намджун поверил. И от этого становилось еще страшнее! Нет, ну если подумать, мужчина сам виноват! Нельзя так слепо верить его способностям! В конце концов, он не видел собеседника, а ориентироваться только по голосу сложно! Именно поэтому Джин так и не понял, где конкретно подстава, и есть ли она вообще. Говорить об этом не хотелось, поэтому он и накинулся на выпивку. В общем, все сложилось не так плохо. В том, что Чиёль не станет подписывать контракт из-за внезапного отказа Намджуна, была почти стопроцентная уверенность. Судя по всему, этот мужчина крайне осторожен в своих действиях. Рисковать не в его правилах, ведь любое необдуманное действие может привести к краху. Они с Джуном привыкли просчитывать шаги наперед. Для каждого из них важна не столько сама сделка, сколько возможность вырвать ее из-под носа противника. Именно поэтому по задумке Джина от сделки должны были отказаться оба. Этот вариант будет самым выгодным и менее рискованным. Все точно должно пройти хорошо. В конце концов, он бы не решился на это, если бы не был уверен, что все получится, и Намджун не будет злиться слишком сильно, но… Стремительно вливая в себя содержимое бутылки, Джин смотрел на свои дрожащие руки. Если Хосок недостаточно раскрутил его историю, если он сам где-то налажал или неправильно считал Чиёля — ему точно крышка. Во что он только сам себя втянул! Нужно было жить этот год тихо и смиренно! Спокойненько выполнить свою часть сделки, после чего сразу же валить куда подальше! Нет, ну какой же он кретин! Из-за мысленного покрытия самого себя матом, Сокджин не заметил, как выпил почти всю бутылку. А ведь он даже не знал, что пил. Сомнения полностью захватили его. Настолько, что в один момент он даже не понял, почему вокруг все стало кружиться. Да и мысли внезапно оказались не такими четкими, как минуту назад. Стоять на ногах стало трудно. Да он, в принципе, и не стоял… Кто-то закинул его себе на спину, после чего куда-то понес. Перед глазами все мельтешило, поэтому было принято решение их закрыть. Очень хотелось спать. Последнее, что Джин успел почувствовать — как его положили на кровать. Сознание расплывалось, но пришла все же мысль, что комната явно не его. Правда, разбираться сил не было. Как и желания. Поэтому, повернувшись на бок, он обнял одеяло, окончательно проваливаясь в темноту. На следующее утро он проснулся от жуткой головной боли. Тело почему-то ломило. Настолько сильно, что сложилось впечатление, будто он всю ночь разгружал вагоны. Со стоном потянувшись, Джин хотел встать, но все, что он смог, так это вздрогнуть от вида Намджуна, который прожигал его взглядом, сидя на кресле рядом с кроватью. — Что ты тут делаешь? Учти, если решил меня убить, то…. То… — ничего не придумав, Джин вжался в изголовье кровати, с силой закусывая губу. То ничего ему не будет. Понятно же. — Тебе бы перестать кусать губы. Это довольно плохая привычка, — Джун усмехнулся. — Ты не ответил, что здесь делаешь? — Это моя комната. Имею право в ней находиться. Только после этих слов Джин догадался обратить внимание на обстановку вокруг. Спальня и правда оказалась чужая. Ладно, ответ принимается… — Давно ты тут сидишь и смотришь на меня так? На маньячину похож… — Думаю, чуть больше двух часов. От такой честности Джин окончательно лишился дара речи. — Насчет вчерашнего… — Всё в порядке. Благодаря Хосоку и парочке свидетелей все поверили, что с Ли Богомом лучше дел не иметь. Чиёль в их числе. — Хорошо, — с шумом выдохнув, Джин встал. — Тогда я пойду. — Но. — Но?.. — ноги мгновенно замерли. Какое еще к черту «но»?! — Что ты пообещал Хосоку, раз он решил помочь? — Ну… — сглотнув, Джин натянуто улыбнулся. — Ничего особенного… Как оказалось, чувство облегчения пришло к нему ненадолго. Из-за голоса Намджуна по шее пробежались мурашки. И их стало в разы больше, когда мужчина встал и медленно пошел в его сторону. — Разве я не говорил, чтобы ты не заставлял меня ревновать? От вида приближающегося к нему Джуна, спина Джина уже по инерции тут же приклеилась к закрытой двери. — Да понял я! — от снова начавшейся тахикардии хотелось выть. За что вот с ним так поступают? Что он сделал такого? Намджун и сам не хотел заключать эту сделку. Иначе прикончил бы его еще вчера. Тот явно не хотел продавать Юнги и иметь дело с тем, кто настолько зависел от настроения девчонки. Без помощи Хосока было не обойтись. Так почему его сейчас усиленно пытаются запугать? — Давай уже быстрее! Закрыв глаза, Джин слегка наклонил голову, подставляя шею Намджуну, который уже стоял напротив. Это и правда когда-нибудь доведет его до инфаркта! Сокджин думал, что мужчина снова поцелует его в шею, ну или поставит засос, чтобы Хосок увидел, но… Никакого движения не было довольно долго. Его не будут наказывать таким способом?.. — На этот раз это не наказание. Ты хорошо постарался. Как только Джин открыл глаза, Намджун пальцами проскользил по его шее. Добравшись до подбородка, он повернул его лицо на себя. — Ты и правда невероятный. И это сводит меня с ума. Прежде чем Джин успел понять хоть что-то, Джун за талию притянул его к себе, впиваясь в губы. Все это время Сокджин безумно переживал, что он все же перешел черту, и ему по-крупному достанется из-за сорванной сделки. Но к тому, что ему прилетит из-за Хосока, он вообще не был готов. Как оказалось, не только Чимин, Юнги, Тэхен и Чонгук ненормальные. Абсолютно все в особняке странные. И хозяин не исключение. Разорвав поцелуй, Намджун наклонился к уху Джина, переходя на шепот. — Наказание это или поощрение… Мне действительно интересно, как далеко мы с тобой однажды зайдем. Именно поэтому, Сокджин, буду с нетерпением ждать того момента, когда ты снова ослушаешься меня. Прежде всего, Джин далеко не сразу заметил, что все это время не дышал. На то, что у него начисто пропала способность говорить, он вообще не обратил внимания. Единственное, что у него получалось отменно — это ошарашенно хлопать глазами, смотря на мужчину перед собой. Прийти в себя удалось только после того, как Намджун ушел. Наказание или поощрение? Это что сейчас было?! Его таким образом запугивали, чтобы он сидел на жопе ровно и не пытался идти вопреки приказам? Или провоцировали?.. Спустившись по двери на пол, Джин приложил ладони к ушам, которые горели достаточно сильно. Да уж, такими темпами у него разовьется боязнь не только рубашек, но и Хосока. А ведь с последним у него же еще и свидание… Все же, как он и думал, пережить оставшееся время до списания долга не получится. Даже и пытаться не стоит.