Там, где заканчивается правда

Дети, с которыми он учится… Они такие скучные. На их лицах видно каждую эмоцию. Они не умеют притворяться. Не умеют лгать. Вся их фальшь, которую они пытаются прикрыть, видна и невооруженным взглядом. Скучно. Сидя на подоконнике, Джин безучастным взглядом смотрел во двор школы. Все, что он видел там, так это кусты и небольшие деревья. Все ухожено и прибрано. Стоят лавочки и даже есть небольшой пруд. Тем не менее туда редко кто наведывался. Дети любят игры и общение. На переменах они выбегают из здания, сразу направляясь либо на стадион, либо на игровую площадку. Некоторые зависают в столовой. Редко кто остается тихо сидеть в классе. В основном это те, кто усиленно пытается выучить школьную программу не только нынешнего года, но и всех последующих. Остальным же знания не так важны. Они и без того обеспечат себе жизнь. Точнее их родители. Место, в котором находился Сокджин, так же не пользовалось популярностью. Здесь всегда было пусто. Лишь изредка проходил кто-то из учителей. И ему это нравилось. Нравилось, что на него не смотрели взглядами, в которых были видны страх и зависть. Опершись спиной о стену, Джин вздохнул, закрывая глаза. Поскорее бы закончились уроки, и он смог бы покинуть это место. — Твой брат довольно глуп. Мы одного возраста, но все же я понимаю, что, держись он ближе к тебе, к нему бы и подойти никто не смел. Открыв глаза, Сокджин посмотрел через окно вниз. Вокруг его брата снова собралась кучка детей. Среди них особенно сильно выделялся один мальчишка. Он-то как раз прямо сейчас и втирал что-то его брату. — Ты не умнее. Раз решил заговорить со мной. С брата Джин перевел взгляд на мальчика перед собой. Тот выглядел так, будто не происходило ничего странного. — Думаешь? — мальчик улыбнулся. — Что плохого в том, что я хочу подружиться с тобой? — Почему? — Для этого нужна причина? — он удивленно вздернул бровь. — Ты мне нравишься. Другой причины нет. Пока мальчик рассказывал что-то о том, что он давно за ним наблюдает, что он восхищается его поведением и видом, что хотел бы хоть немного быть на него похожим, Джин не спускал с него взгляда. Восторг в голосе, блеск в глазах, который хоть и был не таким ярким, как у брата, но не заметить его было невозможно, явное воодушевление, из-за чего его речь казалась немного быстрой. По этой причине он изредка будто проглатывал окончания слов. В нем не было и намека на страх. — Если хоть кто-то узнает, что ты подошел ко мне, у тебя будут проблемы. — Думаешь? — мальчик снова задумался. — Уверен. Ведь это не предупреждение, а угроза. Не смей больше подходить ко мне. Спустившись с подоконника, Джин пошел в сторону своего класса. Скоро должен прозвучать звонок на урок. — Хен! — голос ребенка был слишком громким. Непозволительно громким. — Меня зовут Чон Хосок! Я приду завтра! Джин не стал ничего отвечать. Сегодня была их последняя встреча. — Хен! На следующий день. — Хен! Еще через день. — Хен! И даже спустя три дня. — Хен! — Что тебе от меня надо? — Ничего. Ты просто мне нравишься. Каждый день Джин задавал Хосоку один и тот же вопрос. И каждый день он получал на него один и тот же ответ. Эмоции этого мальчика были всегда одинаковыми. Без сомнений, он говорил правду. — Я могу распознавать ложь. — В смысле? Это как? — вид Хосока стал удивленным. Он сразу же ему поверил. Хоть и не понял до конца, что это значит. — Если ты соврешь мне, я сразу это узнаю. — Правда? Тогда… Хитро улыбнувшись, Чон на время замолк. Помолчав секунд двадцать, он внезапно стал что-то рассказывать про себя. Информации было много, и почти все являлось вымыслом. Отфильтровать правду от лжи получилось легко. Чем дольше Джин говорил, тем больше восхищения было в глазах Хосока. — Хен, ты нечто! В порыве эмоций мальчик хотел схватить Сокджина за руку, но его оттолкнул охранник. Упав, ребенок на какое-то время скрючился пополам. Он довольно ощутимо ударился локтем. Тем не менее из него не вырвалось и звука. — Тебе лучше уйти. И еще… Ты ведь понимаешь, что это секрет? — Да! — встав, Хосок тут же кивнул. — Я никому не скажу! — Знаю. Иди. После того как мальчик ушел, Джин снова невидящим взглядом уставился в окно. — Вы услышали то, что не должны были. О моей способности знает лишь пара человек. Отец не оставит вас в живых. Поэтому, — повернувшись, Сокджин посмотрел на мужчину, — давайте сохраним секреты друг друга? Вы скажете моему отцу, что Хосок больше не подходит ко мне, а я промолчу, что вы узнали о моих способностях. Причина почему Джин рассказал о своих способностях Чону, крылась в этом охраннике. Ему нужно было что-то, чтобы контролировать его. Конечно, в случае чего, он не станет рассказывать о том, что мужчина знал секрет. Он просто подставит его, сказав, что тот недостаточно надежен. Отец не станет разбираться. Ведь его девиз — никаких рисков. Ненадолго повисла тишина. Прямо сейчас в глазах мужчины было сомнение, смешанное со страхом. Тот знал, какой Кибом жестокий, поэтому не сомневался, что будут последствия. Наверное, не последнюю роль сыграл и вид самого Сокджина. Пронизывающий взгляд и уверенный спокойный голос. Это заставляло поверить, что тот знал, о чем говорил. — Хорошо. — Вот и отлично, — снова отвернувшись к окну, Сокджин устало вздохнул. — Я буду спрашивать об этом каждый день. Надеюсь, не увижу в ваших глазах сомнения. Несмотря на произошедшее, Хосок продолжал приходить к нему каждый день. Они встречались там, где их никто не видел. Слушая рассказы этого мальчика, который, несмотря на всю тщетность, каждый раз пытался вывести на разговор и его, Сокджин не заметил, как пролетела неделя. — Хен! — еще издалека Хосок стал усиленно махать рукой Сокджину. Каждый день он приветствовал его именно так. Несмотря на то, что тот за время их знакомства ни разу не ответил и даже не посмотрел на него. — О! — внезапно ноги мальчика замерли. Он несколько удивленно смотрел на мужчину, стоящего рядом с Джином. — У тебя новый охранник? — Да, — Джин даже взгляд не оторвал от окна. — Хосок, ты ведь никому не расскажешь мой секрет? О том, что я могу распознавать ложь. — Конечно нет! Ты нравишься мне слишком сильно! Поэтому никому и никогда! Обещаю! — Мне нужно тренироваться, поэтому как насчет того, чтобы снова проверить меня? Расскажи мне что-нибудь еще. — Хорошо! Все то время, что мальчик был с ним, Сокджин не отрывал взгляда от окна. Смотреть на него не было необходимости. Все можно было понять и по голосу. Ребенок был слишком воодушевленным. В нем было такое предвкушение, что тот неосознанно интонацией сам выделял нужную информацию. Джин не пошевелился даже после того, как Хосок ушел. — Вы ведь понимаете, что услышали то, что не должны были? Отец не оставит вас в живых. Поэтому давайте сохраним секреты друг друга. *** Хоть Джин и сказал, что хочет вернуться в строй, но после того разговора с Намджуном он буквально похоронил себя в своей спальне. Он не выходил из нее трое суток, пытаясь вспомнить что-нибудь еще. Выбирался лишь для того, чтобы совсем не угробить желудок и поесть хоть немного. На четвертый день нервы сдали. Он довольно много вспомнил из прошлой жизни. По большей части все было связано с Кибомом. Как тот таскал его на встречи, заставлял считывать партнеров, охрану и даже тех, кто просто проявлял интерес к мужчине и его бизнесу. Все для того, чтобы вычислить и устранить затесавшуюся крысу. А также решить, какая сделка и с кем будет более выгодной. Похожих друг на друга воспоминаний было так много, что в один момент Джин стал ловить себя на мысли, что воспоминания стали смешиваться с обычным воображением. Из-за того, что он слишком старался, какие-то ситуации мог просто-напросто выдумать. Нужен отдых. А еще нужно напомнить о себе одному мелкому паразиту! Поговорив с охраной, Джин прямиком пошел к бару. Взяв пару бутылок виски, спустился в гостиную. — Пей, — после того, как наполнил два стакана, он протянул один Чимину, который сидел в кресле. Остальные парни расположились на диване. Их взгляды были скорее заинтересованными, чем удивленными. — Извините, господин Ким, но вы ведь знаете, что я не могу. — Собираешься нарушить приказ Намджуна? — Джин нахмурился. — Ты должен выполнять все мои просьбы. — Если… — Если это не противоречит безопасности. Дом охраняется что изнутри, что снаружи. Я сам подбирал охрану, поэтому в их преданности не стоит сомневаться. — Но… — Кроме того, здесь остальные парни. Они смогут присмотреть за домом. Или ты не доверяешь им? Намджун будет разочарован. Разве он не говорил тебе, что напарникам нужно доверять и, в случае чего, полагаться на них? Брови Чимина нахмурились сильнее. Он явно злился, но Джин останавливаться и не планировал. Возможно, на него так повлияли воспоминания из прошлой жизни. Прямо сейчас не было ни сомнений, ни страха. Почему-то он был уверен, что Пак подчинится ему. Что отражалось во взгляде и голосе. — Завтра… — а вот голос Чимина был уже не таким уверенным. — Завтра мы с Тэхеном будем сопровождать хеннима… — Вместо вас пойдут Юнги с Чонгуком. Мы останемся дома. Пей. Джин взглядом прожигал младшего. Он хотел показать ему всю свою решимость, именно поэтому даже не моргал. Но, кажется, немного переборщил, так как Чимин не смог выдержать этот его напор. Слегка опустив голову, тот встал, беря стакан. В следующее мгновение он залпом опустошил его. — Умница, — Джин улыбнулся. — Но ты должен был подождать меня. Ты же не думаешь, что я просто хочу напоить тебя? Проверим, кто из нас продержится дольше. Взяв бутылку, он снова наполнил стакан. — За нашу крепкую и нерушимую дружбу, — чокнувшись с младшим, Сокджин тут же выпил напиток. Перед тем, как выпить свой, Чимин одарил его убийственным взглядом. На самом деле, Джин и сам не до конца понимал, чего он хотел добиться. Так ли необходимо ему было заставлять Пака пить? Это вот вообще никак не помогало им сблизиться. Скорее от такого младший еще больше будет ненавидеть его. Тем не менее, даже понимая это, он продолжал наполнять один стакан за другим. Расчет был на то, что со своей работой и установками Чимин не пил алкоголь, поэтому его организм не сможет долго сопротивляться. Победить не составит труда. В это время Тэхен за плечи подвинул Чонгука к краю дивана, заставляя того упереться поясницей в подлокотник, после чего разместился между его ног, сам опираясь спиной о грудь. Вид Тэ был жутко заинтересованным. Казалось, тому смертельно не хватало пива и чипсов. Что насчет Юнги, то тот выглядел не таким воодушевленным. С каждым глотком он казался все более взволнованным. То, что Чимина не победить, Джин стал подозревать уже после четвертого стакана. Ему становилось стремительно плохо. А вот на лице младшего не был напряжен ни один мускул. — Думаю, вам хватит… Сокджин не стал отвечать Юнги. Вместо этого он дрожащими руками в очередной раз наполнил стаканы. Хватит? Это шутка? Пака только стало слегка покачивать! Рано останавливаться! — Хен… — после еще двух стаканов голос Юнги уже звучал не на шутку взволнованным. Кажется, его беспокоило то, что Джин еле стоял. — Вы! — вместо ответа Сокджин резко пальцем показал на Тэхена с Чонгуком. — Брысь с дивана! Как только младшие послушались, он поставил стаканы на столик, после чего за плечи стал пододвигать Чимина чуть в сторону. — Господин Ким… — голос Пака был тихим. Хоть он и не шатался так сильно, как Джин, но его тело было податливым. Тот без какого-либо сопротивления позволял передвигать себя. Хотя это ему явно не нравилось. — Что вы делаете? Кажется, этим вопросом задавались все присутствующие в гостиной, так как их вид был растерянным. Сам же Джин и не думал отвечать на вопросы. Прежде чем подохнуть от опьянения, ему нужно осуществить план, ради которого все это и затевалось. Поставив так, как ему надо, Сокджин внезапно от души толкнул Чимина в грудь. Так как он использовал последние силы, после этого буквально упал на колени. Пытаясь хоть немного уменьшить головокружение, он опустил голову и закрыл глаза. Рано ему еще вырубаться! — Ты в порядке? Чимин налетел прямо на Юнги. Из-за того, что сила была приличной, и никто не ожидал подобного, они так вместе и упали на диван, перевалившись через подлокотник. На время повисла тишина. Несколько секунд Пак так и лежал спиной на Мине, но вскоре он стал медленно и с трудом переворачиваться. Слегка приподнявшись, Чимин посмотрел на Юнги, который даже не дышал, лежа под ним. — Хен… — его голос был все еще тихим. — Кажется… У нас проблемы… Я… — его руки стали слегка дрожать. — Думаю я… — и с каждой секундой они дрожали все сильнее. — Если… Если… — окончательно потеряв силы, Пак лег головой на плечо Юнги. — Кажется… Если попытаюсь встать, меня вырвет… На какое-то время повисла тишина. На расположившуюся на диване парочку смотрели не только Тэхен с Чонгуком, но и Джин, у которого получилось поднять голову и не потерять при этом координацию. Смертельно хотелось лечь на пол и уснуть. — Тогда и не вставай, — улыбнувшись, Юнги аккуратно положил руку на спину Чимина. — Когда тебе станет легче, и ты уснешь, я отнесу тебя на кровать. Идет? — Да… Выдохнув, Пак закрыл глаза, которые все это время и так норовили вот-вот закрыться. Его тело расслабилось, из-за чего слегка наклонилось к краю. Последнее, что Джин увидел перед тем, как его вырубило — это как Юнги обнял младшего, тем самым удерживая того от падения. *** Можно ли в одночасье протрезветь, если перед этим ты выпил бесчисленное количество стаканов с виски? Можно. Еще как. Проверено. Проснулся Сокджин из-за головной боли и тошноты. Но все признаки опьянения вмиг исчезли, когда он понял, где находился. Не было ни решетки на окне, ни злополучного шкафа с не менее злополучной висящей там белой рубашкой. Сердце замерло. Оно не билось ровно до того момента, пока не стало накатывать осознание. Вариантов два. Либо в комнату Намджуна его принес кто-то из парней, либо это сделал сам Намджун. И последнее страшнее всего! Подскочив, Джин кинулся к выходу из комнаты. Почему так торопился, и что бы стал делать, узнав правду, он не знал, но… — Быстро покажите мне видео с камер! Прошлая ночь! Коридор на втором этаже! Уставившись в экран, Джин с силой прикусил губу. Прямо сейчас сердце билось как сумасшедшее. Камер нет в гостиной, спальнях парней и его с Намджуном, в кабинете и библиотеке. Остальное все просматривалось. Весь двор, кухня и все коридоры. Парни или Намджун? Увидев движение в коридоре, Джин опустился на корточки, с силой впиваясь пальцами в волосы. Из него неосознанно вырвалось что-то наподобие поскуливания. Прямо сейчас очень сильно хотелось умереть. С трудом взяв себя в руки, он снова уставился в экран. Не Намджун и не парни. Он сам, на своих двоих, прямиком шел в спальню Джуна. Его шатало довольно сильно, из-за чего он так и норовил свалиться на пол. Благо, рядом шел Чонгук, который в особо опасных ситуациях его придерживал. Младший показывал ему куда-то в сторону. Кажется, он говорил, что его комната не там, куда он шел. Но Джин с экрана его не слушал, упорно продвигаясь в нужном ему направлении. Во всей этой ситуации успокаивало одно — Гук явно на него не в обиде за тот удар. Интересно, он вчера извинился перед ним?.. Нет, он точно извинился. Но нужно все же сделать это еще раз в трезвом состоянии. Так, ладно. Все не настолько страшно. Ну подумаешь, поспал в чужой спальне на чужой кровати. Впервые, что ли? Хозяин комнаты вообще бывает и не заходит туда. Нет, его точно в эту ночь там не было! Но проверять он этого, конечно же, не будет… Не став досматривать, Джин пошел к выходу из охранной комнаты. И все же, кажется, он нашел очередной повод снова похоронить себя в комнате. На этот раз он не выйдет оттуда месяц. Вдруг, случится чудо, и про него забудут за это время? — Как себя чувствуешь? Уже подходя к своей спальне, Джин услышал за спиной голос Джуна. Именно из-за него он вздрогнул, после чего замер.Его ноги в буквальном смысле приросли к полу. — Теперь ты отказываешься не только смотреть, но и говорить со мной? Возможно, Джин бы и ответил. Но голоса не было. От слова совсем. — Слышал о вашей вчерашней попойке. Удивлен, что Чимин послушался тебя. Во всяком случае, вы должны привести себя в порядок к завтрашнему вечеру. Появилось дело, с которым нужно разобраться. — Хорошо, я понял. — Что-то скрываешь от меня? Голос, который прозвучал как-то уж слишком близко, в очередной раз заставил вздрогнуть. — Нет. С чего взял? — Ты слишком напряжен, — проскользив по талии пальцами, Намджун наклонился к нему, чуть ли не губами касаясь уха. — То, как ты пытаешься дрессировать меня игнорированием, не приведет ни к чему хорошему. Тебе нужно выбрать другой метод, потому что, — спустившись от уха, он оставил на шее легкий поцелуй, — еще немного, и я потеряю терпение. Отпустив его, мужчина пошел к лестнице на первый этаж. — Можешь не переживать насчет прошлой ночи. Предсмертные конвульсии, которые ты устроил на моей кровати, в попытках уснуть, меня не слишком возбуждают. Намджун уже ушел, а Джин так и стоял, невидящим взглядом уставившись в пустоту. Все это время он пытался усиленно придумать способ выжить. Может, зря он так переживал? Может, ему и не стоит жить? Особенно с таким шилом в заднице, которое имелось у него. Вот додумался же он устроить попойку! Подойдя к стене, Джин обессиленно опустился на пол. Ноги почему-то перестали держать. — Снова я нахожу вас в таком положении. Какое открытие сделали на этот раз? Джин бы, возможно, и обматерил Чимина. Но сил не было даже на это. — Уверен, Юнги не тронул бы тебя в таком состоянии, даже если бы ты стал его соблазнять. Но все же спрошу. Ты в порядке? После нескольких секунд тишины внезапно из Пака вырвался усталый вздох, после которого он сел рядом с Сокджином. — Никогда не чувствовал себя настолько беспомощным. Довольно необычно, — он усмехнулся. — Но кое-что меня все же беспокоит… Помимо того чувства я ничего не помню. Почти… Иногда только вплывает лицо Юнги-хена. Будто тот лежал подо мной… То, что я спал на нем, оправдывая это тошнотой от любого движения… Этого же не было? — Вот и у тебя появились воспоминания, от которых тебе стыдно, — положив руку на плечо младшего, Джин усмехнулся. — Поздравляю, ты все больше походишь на человека. Встав, он пошел к своей комнате. Но внезапно его ноги замерли. — Господин Ким, — Пак смотрел ему в спину, — я не знаю, каким вы были в детстве. Не знаю, как к вам относится хенним. Что между вами было и есть. Но вы не похожи на того человека. Это видит не только Тэхен. Но и все мы. Тем не менее неважно, как вы будете стараться, у вас ничего не выйдет. Неважно, насколько человечным вы меня сделаете, я все равно всегда буду выбирать хеннима. Из-за того, каким меня воспитали, мне не выжить без него. Умрет он, умру и я. Я не смогу уйти и спокойно жить с Юнги-хеном в какой-то глуши, зная, что Намджун-хенним без защиты. У меня и так получилось прожить дольше, чем все те, кто воспитывался в том ужасном месте. Для такого, как я, не придумали счастливого конца. Поэтому хватит. Меня не спасти. С каждым словом Чимина, Джин неосознанно все сильнее сжимал челюсть. Даже не смотря на младшего, он знал, что тот искренне верил своим словам. Это можно было понять по голосу. Он был спокойным. Каждый звук пропитан смирением и уверенностью, что изменить ничего нельзя. Для него это была неоспоримая правда. И от понимания этого, сердце обливалось кровью. От мысли, что и правда нельзя ничего сделать, становилось физически больно. А ведь, если подумать, у Чимина снова получилось отвлечь его от Намджуна. И это при том, что у младшего и в мыслях не было помогать ему. — Серьезно думаешь, что я брошу попытки? Ты ведь уже понял, что я не могу спокойно сидеть на месте. Выход есть всегда. Нужно лишь найти его. Не став даже смотреть на Пака, Джин скрылся в своей комнате. Почему-то, думая о Юнги с Чимином, а также о Чонгуке с Тэхеном, свои проблемы отходили на второй план. Он не в том положении, но… Может ли он помочь им? Забавно, но больше, чем выбраться самому, прямо сейчас он хотел, чтобы особняк навсегда покинули эти парни.