Там, где заканчивается правда

Встать получилось с огромным трудом. Сил не было. Чувствовалась слабость, из-за которой Джин не обращал ни на что внимания. Всю дорогу до кухни он только и делал, что думал, как бы не свалиться в обморок. Именно поэтому не знал, кто находился в особняке. Зайдя на кухню, он устало сел за стол. Нужно перекусить хоть чем-то. Вот только проблема в том, что трудно поднять даже руку. — Выпей пока воды. Я приготовлю кашу. — Это ты меня нашел? — Хен, я думал, что ты еще в первую нашу встречу понял, что тебе не сбежать от меня, — Юнги усмехнулся. После того как засучил рукава рубашки, он стал насыпать в кастрюлю рис. — Ты и на миг не покидал моего поля зрения. До той заброшки я следовал за тобой. Наш хозяин приказал никому не входить туда и ждать, пока ты сам выйдешь. Но тебя не было так долго, что он все же зашел к тебе. — Понятно, — сделав пару глотков из стакана, который перед ним поставил Мин, Джин откинулся на спинку стула. — Разочарован? — Немного. Я думал, ты на нашей стороне. Часть нашей команды. Так необходимо было сбегать? — Я не часть команды. Вы даже не охрана для меня. Вы надзиратели. Промыв рис и поставив кастрюлю на плиту, Юнги впервые повернулся к Джину, смотря на него. — Жестоко, но вполне справедливо. Я и не представлял твою ценность, — он улыбнулся. — Наверное, хен, ты и сам не осознаешь ее. Смотря на улыбку Юнги, Джин внезапно почувствовал беспокойство. Именно из-за него он вздрогнул, когда на его плечи кто-то положил руки. — Мне кажется, ты его пугаешь, хен, — усмехнувшись, Тэхен сел рядом с Джином. — Ну должен же я хоть немного отомстить ему за то, что мне снова пришлось бегать за ним, — Мин усмехнулся в ответ, отворачиваясь к плите. Напряженная атмосфера вмиг исчезла. — Хотя мне кажется, прямо сейчас его пугаешь как раз ты. — С чего бы ему меня бояться? — Тэ удивленно вздернул бровь. — Хен, ты в порядке? — он повернулся к Джину. Все это время Сокджин безумно переживал не только из-за Намджуна, но и из-за Тэхена. Ему пришла мысль, что если Джун не родной сын Кибома, то младшему гораздо легче находиться рядом с ним, работать на него и защищать. После же того, как все вскрылось, их отношения наверняка изменятся. Тэ первым стал называть его хеном, а теперь… Как смотреть ему в глаза? — Эта атмосфера в доме меня убивает. Хен, когда вы уже помиритесь? Такое ощущение, что родители разругались и не разговаривают друг с другом. Больше всего страдают от такого дети. Ты же в курсе этого? Джин пораженно посмотрел на Тэхена, который не выглядел ни напряженным, ни злым. Скорее вымотанным. Кажется, того и правда тяготила сложившаяся обстановка. Почему-то казалось, что отношения между ними вообще никак не изменились. Он и правда странный… — Не… — голос почему-то сорвался. — Не думаю, что это можно назвать ссорой… — Правда? — разочарованно поджав губы, Тэ подпер подборок рукой. — Это плохо. Хен, — он посмотрел на Юнги, — что будем делать? — Не уверен. Как насчет того, чтобы спросить Чонгука с Чимином? — оставив кашу вариться, Мин сел напротив Тэхена. — Спрашивал, — вид младшего стал еще мрачнее. — Чимин молчит, а Гуки меня отправил к тебе. Наверное, эти парни никогда не перестанут удивлять Джина. Он думал, что успел привыкнуть к их выходкам, но сейчас чуть ли не с разинутым ртом смотрел на то, как они прямо перед ним разрабатывали план его примирения с Джуном. Хотя судить их сложно. Они же не знали, какие у него на самом деле отношения с мужчиной. Сначала были сомнения, но сейчас Сокджин понял. Из всех парней обо всем с самого начала знал только Чимин. Хотя бы теперь понятно, почему младший относился к нему так холодно. Он с самого начала видел в нем непосредственную угрозу для Намджуна. Доев кашу, Джин встал. Ему нужно сделать кое-что еще. Сил не было, тем не менее, откладывать разговор не хотелось. Постучавшись, он вошел в кабинет Джуна. Его взгляд был устремлен в пол, но все же успел заметить, что мужчина сидел за столом. — Что с Хосоком? Он жив? После того как Джин замолчал, в комнате наступила тишина. Она была такой долгой, что это начинало беспокоить. Тем не менее отрывать взгляд от пола в планы не входило. Он этого не сделал, даже когда послышалось, как стул отъехал, и после стали раздаваться шаги в его сторону. Стало страшно. Именно поэтому Сокджин неосознанно прижался спиной к двери, рядом с которой он и стоял. — Не подходи. Шаги не утихли. От этого сердце стало биться быстрее. Тело было настолько напряжено, что даже слегка дрожало. Успокоить его не получалось. — Я сказал не подходи! Всегда, когда Намджун подходил к нему, Джин неосознанно прижимался спиной к двери. Сейчас же, сжав кулаки, он с трудом отлип от нее. Его брови были нахмурены, а в голосе слышалась твердость, несмотря на то, что и он слегка дрожал. Сокджин не был уверен, что его послушаются, тем не менее, мужчина остановился в паре шагов от него. — Я хочу встретиться с Хосоком. — Исключено. — Тогда просто поговорить с ним. — Хочешь удостовериться, что я не убил его? — мужчина усмехнулся. — Что сделаешь, если я избавился от него? Голос пропал. Джин не мог ничего сказать, он лишь смотрел на ботинки Джуна. Но вскоре они пропали. — Хорошо. Можешь поговорить с ним. Телефон на столе. Все еще не отрывая взгляда от пола, Сокджин медленно пошел к столу. Чем глубже продвигался в комнату, тем страшнее было. Казалось, его намеренно заманивали туда. Взяв уже разблокированный телефон, он стал рыться в контактах. Было много имен. Почти все их он знал. — Хосок… — О, привет, хен. Рад тебя слышать. Как, впрочем, и всегда. Когда послышался жизнерадостный голос Чона, Джин готов был в голос завыть. Такого облегчения он не испытывал давно. — Ты… Ты в порядке? — В полном. — Я хочу встретиться. Хочу о многом с тобой поговорить. Я вспомнил кое-что из детства, но не могу вспомнить тебя. У меня столько вопросов. В голове беспорядок. Раньше я… Я был таким, что… Как мы вообще подружились? Ко мне же никто подойти даже не решался. — Ты прав, не решался, — Хосок усмехнулся. — Твой вид и здоровущий охранник за твоей спиной делали свое дело. Но, хен, ты был страшнее, чем думаешь ты или думал твой отец. Только когда подрос, я понял всю твою гениальность. Взять хотя бы того охранника. Ты мне рассказывал, что знаешь, как его контролировать. Если бы он только подумал что-то разболтать твоему отцу, ты бы сразу это понял и подставил бы его первым. Вспоминая это, у меня мурашки по всему телу! Ты действительно нечто! Что тогда, что сейчас! Все то время, что Хосок говорил, Джин стоял лицом к столу. Он не смотрел на Намджуна. Тем не менее, чем восторженнее звучал голос из телефона, тем ближе мужчина подходил. Сокджин чувствовал его каждой клеточкой своего тела. Он был близко. Очень близко. На расстоянии вытянутой руки… На время Джин забылся, но сейчас ему снова стало не по себе. Снова это ощущение как во сне. Когда он сидел на краю фонтана. Будто за спиной находилось что-то большое, сильное и опасное… — Хосок… — Сокджин с силой сжал телефон двумя руками, стараясь хотя бы так успокоить дрожащие пальцы. — Давай… Давай поговорим в другой раз… Сейчас я звонил, чтобы убедиться, что ты в порядке. — С тобой все хорошо? — будто что-то почувствовав, голос младшего вмиг стал серьезным. — Да, — Джин закрыл глаза. Мужчина стоял прямо за его спиной. Казалось, тот вот-вот схватит его, накинется, набросится. Но этого не происходило. Что трепало нервы еще сильнее. — Когда мы сможем увидеться? — Не уверен. Я не в городе. — Это из-за Намджуна? — И из-за него в том числе, — Чон усмехнулся. — Во всяком случае, я в порядке. Поговорим, когда вернусь. Хен, еще я хотел сказать…. Младший не успел договорить, так как внезапно Намджун забрал телефон, сбрасывая вызов. После того как положил его на стол, он за плечи развернул Джина к себе. Слишком близко. Это чувствовалось даже с закрытыми глазами. Из-за этого Сокджин с силой вжимался в стол. Еще немного, и он просто сел бы на него. — Просто скажи, что я должен вспомнить, — открыть глаза получилось не сразу. Джин невидящим взглядом уставился куда-то в шею Намджуна. — Документы, — голос мужчины был спокойным. — Твой отец хранил компромат на многих. У него под колпаком находились очень влиятельные люди. Получив их, можно обзавестись безграничной властью. Кроме того, вместе с ними он хранил кучу денег. Намного больше, чем получил я, вступив в наследство. — Я вспомнил кое-что из детства, — заговорить получилось только после глубокого вздоха. Успокоиться было все еще невозможно. — Вспомнил, как Кибом брал меня на пару встреч с компаньонами. Я просто наблюдал за ними со стороны. Они относились ко мне, как к ребенку, поэтому не обращали на меня внимания. Не помню никаких документов и тайников. Да и сомневаюсь, что мне рассказали бы об этом. — Ты точно знаешь, где это все хранится. — Да говорю же…! — Это все предназначалось для тебя. Помимо перечисленного, там хранится еще кое-что. Что-то, с помощью чего можно будет доказать ваше родство. Из-за ужаса, который Джин испытал, он даже не осознал, как поднял взгляд. Глаза Намджуна прожигали. Тот смотрел пристально, не моргая. Казалось, мужчина хотел что-то понять по его виду. Хотел уличить во лжи или прочитать его мысли. — Я… — второй раз за день голос сорвался. Говорить было трудно. Придя в себя, Джин снова опустил взгляд. — Я хочу снова вернуться в строй. Хочу помогать тебе, как и раньше. И… Однажды я все вспомню. Если ты прав, и я действительно знаю местоположение того тайника… Я все тебе расскажу. Мне ничего не надо. Я просто хочу вернуть тебе долг, а после навсегда исчезнуть. — Ты называешь это долгом? — Намджун усмехнулся. — То, как обращался со мной в детстве? — Во всяком случае… — сглотнув, Джин с трудом выскользнул из тисков, в которых оказался, делая от злополучного стола и мужчины несколько шагов. — Во всяком случае, просто пообещай, что после этого ты меня отпустишь. Повисла тишина. Она давила так сильно, что еще немного, и Джин стал бы в буквальном смысле задыхаться. — Не хочешь посмотреть на меня? — Нет. Все это время Джин усиленно пытался не смотреть на Намджуна по одной причине. Он не хочет его считывать. Не хочет знать правду. Ему достаточно того, что он увидел на его лице в прошлый раз. Даже если прямо сейчас мужчина соврет, он просто ему поверит. Потому что… Потому что по-другому он не сможет находиться рядом с ним. — Значит, хочешь вернуть все, как было? — Да. Хочу вернуть все до того момента, как мы перешли черту. Только рабочие отношения. Я просто верну долг, а после исчезну. Поэтому пообещай мне, что, когда придет время, ты отпустишь меня. Очередная повисшая тишина была не менее напряженной. — Я обещаю, что как только те документы попадут ко мне в руки, все закончится. — Хорошо, — выдохнув, Джин медленно стал пятиться к выходу. — Меня устраивает и этот ответ. Оказавшись за дверью кабинета, он медленно стал оседать по стене на пол. Сердце билось как сумасшедшее. Все закончится. Получив документы, Намджун либо убьет его, либо и правда отпустит. Вот только проблема в том, что без мужчины ему за пределами особняка все равно не выжить. Вцепившись в голову руками, Джин с силой стал взъерошивать волосы. Какой же он тупой! Он должен был просто сидеть в особняке и не рыпаться. Потихонечку вспоминать свою прошлую жизнь. Сейчас же в кругах Джуна его каждая собака знала. Шаг за ворота — и на него тут же будет объявлена охота. — Тупой! Тупой! Тупой! Сам себя же и закопал! — Раз вы это осознаете, то все не так плохо, как говорите. Подняв голову, Джин посмотрел на Чимина, который стоял перед ним. Страх как ветром сдуло. Появилось раздражение. — Все же вы с Юнги идеально друг другу подходите. Вас обоих иногда хочется прибить. Тем не менее, — встав, Джин улыбнулся младшему, — сейчас я очень тебе благодарен. — О чем вы? Вид Чимина был настолько непривычно растерянным, что Сокджин улыбнулся уже более искренне. Подойдя, он похлопал младшего по плечу. — У меня вдруг появилась еще одна цель, которую я очень хотел бы достигнуть. Идя в свою комнату, Джин и затылком видел на себе все еще растерянный взгляд Пака. Все правильно, прежде чем вспомнить о местонахождении документов и передать их Намджуну, он сведет эту мелочь бесчувственную с Юнги. Когда он представлял этих двоих вместе, настроение магическим образом поднималось. Важен только Намджун? Ха! Это еще нужно проверить! Он во что бы то ни стало вернет Чимину ответку. За ту злосчастную ночь на берегу реки! Это будет лучшей местью из всех возможных. Война, так война!