Гость

На выставке было немноголюдно. Одна школьная экскурсия и пара мамочек с мальчишками, влюблёнными в истории про супергероев. Брок в детстве тоже ими увлекался. Верил, что можно стать большим и сильным, наказывать плохих парней. Что необязательно при этом быть неуязвимым как Супермен. Что даже слабый может стать героем. На стенде была фотография Капитана Америки. Студийная, с хорошим светом, дающим тень от мужественного носа на патриотическом лице. Что ж, это определённо был Стив Роджерс. Его странный гость. Версия из будущего была разве что покрупнее и с другими глазами. Потухшими, что ли. Брок прошёл от стенда дальше, рассматривая экспонаты и хроники. Ревущие коммандос. Да, он читал комиксы в детстве. Он посмотрел на их лица за спиной Капитана, но они не зацепили его глаз. Давно ушедшие в историю солдаты. Когда-нибудь он сам будет одним из таких, только его фотографий висеть в музее не будет. Если Гидра победит, он будет одной из тысяч её голов, отрубленных в тот или иной момент. Но когда у тебя нет ничего другого, остаётся только сражаться во благо тех, кто будет жить после. Гидра обещала, что под ее контролем наконец остановится бесконечная война. Кому как не Броку знать, как война ужасна, как она извращает людей, делая их монстрами в человечьем обличии. После войны во Вьетнаме отец вернулся уже не тем, кем уходил. Она сломала его, а он сломал всё, что было у него под рукой. Брок не знал, жив ли подонок или уже давно подох, повесившись или наткнувшись на заточку сокамерника. Он не хотел знать. Прошлое должно оставаться в прошлом. Ему не место там, где цветёт мир, и где нет места таким как Брок. Будущее должно быть другим. Даже если придётся пойти на такую жестокость, которой нет прощения. Броку не нужно прощение. Он по-прежнему верил в супергероев, в Капитана Америку, несущего справедливость. И был готов, что справедливость его настигнет. Что он поплатится за свои преступления. Это будет честно. Это будет правильно. Ведь добро всегда побеждает зло. Даже если ты на стороне зла. Он вздохнул, остановившись у стенда с костюмом и щитом. Что теперь делать с... Роджерсом? Стивом? Как можно поверить в весь тот бред, что он несёт, даже убедившись своими глазами в том, что это - возможная правда. Может, действительно Гидра его проверяет совсем уж изощренным способом? Это ведь не в первый раз. В девяносто шестом их с Джеком похитили из собственных постелей. Они только прошли отбор в элитную команду и до этого не сталкивались с Гидрой лицом к лицу. Брок с Джеком были обычными солдатами в поле, крепкими, прошедшими армию и Ирак, повидавшими дерьма и набравшимися опыта. Но в тот день они впервые поняли, во что вляпались. Джек был единственным дорогим Броку человеком. Они познакомились юнцами и прошли через всё вместе. И тогда Гидра использовала это против них. Они сказали Броку выбирать - Джек или верность организации. Они дали ему в руки уродливые пассатижи, поставили перед связанным Джеком и отдали приказ. Тот, кто верен Гидре, не нарушает приказов. Джек тогда поднял голову и, взглянув Броку в глаза, кивнул. Следующие несколько часов Брок пытался стереть из своей памяти, но так и не смог. В тот день Джек потерял безымянный палец на левой руке, все ногти, половину зубов и зрение в правом глазу. В тот день Гидра их приняла. Потом ещё не раз им приходилось доказывать свою верность, порой не менее извращенными способами. Но вот всего пять лет спустя - и Гидра платит свои долги. Брок стал командиром, а Джек - его заместителем. Страйк - это их команда, их люди. Их друзья. Разве мог он обменять всё это на... – Капитан Америка, – Брок проговорил себе под нос, вглядываясь в портрет в натуральную величину. Конечно, выше него на полголовы. И шире в плечах. У него была фигурка в детстве, но она не шла ни в какое сравнение. Всё это было как-то неправильно. Если бы из этой истории убрать хотя бы пидорство, она бы стала немного правдоподобнее. Ну вот, Брок постарел и изменил свои принципы, переметнулся, забыв о верности во имя восставшего из пепла кумира, стал ему товарищем в поле и другом. И героически погиб за свободу или ещё какую-нибудь хуйню. Потом туда-сюда, и кумира перекинуло в прошлое, чтобы тот наставил его на путь истинный или типа того. Ну чем не средний комикс за три доллара? Брок вздохнул и решил, что на сегодня с него хватит мозгодрочки. Он вышел из музея, спустился по каменным ступеням и задрал голову вверх к серому небу. Пойдёт дождь. Нужно было думать о конкретных проблемах. Любовник из будущего был вверху списка, и нужно было попытаться вернуть его на место. Или хотя бы извлечь выгоду из того, что тот оказался у него в гостях.

***

Стив проснулся, окружённый лёгким ароматом Брока. Он вдохнул поглубже и неспеша выдохнул, облизав пересохшие губы. На диване было неудобно. Но впервые за два года он чувствовал себя действительно отдохнувшим. Брок был рядом. Не в его постели, но в соседней комнате. Стив слышал, как он дышит во сне. Слышал, как поскрипывала его кровать, когда он ворочался. Сосредоточившись - даже размеренный стук его сердца. Стив не запомнил, как уснул, но снился ему Брок. Его Брок: старше и роднее. Но пахнущий точно как молодая версия. Горечью жареного кофе и миндалём. В его квартире запах был лёгким, ненавязчивым напоминанием о своём владельце. Вокруг был порядок, всё было чисто и аккуратно: согласно армейской педантичности. Значит, Брок всегда был таким. Стив поднялся с дивана и размялся, потянувшись в разные стороны. Утро без пробежки было странным, но он не хотел никуда выходить. Он пока даже не знал, где именно оказался. Если, как Брок сказал, ему сейчас тридцать шесть, то... То сейчас за окном шёл две тысячи первый год. Значит, Стива откинуло на пятнадцать лет назад. Он верно подметил год вчера, сориентировавшись на ходу. Страйк должно быть всего как пару месяцев внедрен в Щит, а Брока должны вот-вот сделать командиром. Пирс только стал главным в Гидре, а Ник Фьюри ещё только заместитель директора Щита. Баки в криокамере и где именно находится - Стив не знал. Брюс ещё не стал Халком, Тони ещё продаёт оружие. А сам Стив - похоронен подо льдами, где проведёт следующие десять лет. Всё, что было ему знакомо, в этом мире ещё не произошло. Теперь в голову к нему пробралась мысль - можно ли было что-то изменить? Предотвратить чью-то смерть или спасти кого-то от неверных решений? Не позволить Тони попасть в плен или разыскать Баки... Предостеречь Брюса или может... Может спасти Брока. Всё это упиралось лишь в вопрос о том, что тогда станет с будущим. Можно ли сломать что-то здесь, не разрушив что-то там? Брок показывал им с Баки фильмы о путешествиях во времени. Стив не знал, насколько можно им доверять, но что-то ему подсказывало, что в делах, где замешана магия - бесполезно думать о науке. Он не был гением, хоть и знал физику на достаточном для своей профессии уровне, но понятия не имел, как работают пространственно-временные законы. Будучи неплохим стратегом, Стив предпочитал быть осторожным. Нужно постараться выяснить побольше и сделать всё возможное, чтобы Брок в две тысячи четырнадцатом не погиб. Это был единственный шанс, единственная причина, по которой Стив мог оказаться здесь. Ведьма сказала, что ему нужно найти верный путь, и тогда его подарок останется. Если это было так, Стив был готов сделать всё что угодно. Размышляя обо всем сразу, Стив босыми ногами потопал на кухню, чтобы влить в себя пару литров воды и пару тысяч калорий. Зная, как много денег Брок делает, занимаясь двойным агентством, он без зазрения совести лишил его всех запасов еды, что смог обнаружить. В особенности остатков спагетти под фирменным соусом, которые Стив съел прямо из холодильника, едва не расплакавшись. Его Брок готовил ему такие каждое воскресенье. После лёгкого завтрака Стив вымыл всю посуду и убрал постельное белье, на котором провел ночь. Потом разыскал душ и, промучившись немного с кранами, помылся под горячей водой. Некоторые вещи были для него заново странными. После сенсорных экранов и голосовых команд он едва сообразил, как включить телевизор пультом. А позже, решив облегчить хозяину дома быт, так и не смог сладить со стиральной машиной. Его костюм пах гарью и потом, надевать его после душа было плохой идеей. Стив, чувствуя себя немного не в своей тарелке, проник к Броку в спальню с намерением найти что-то из одежды. В шкафу все было разложено по сезонам и цветам, и Стив быстро нашёл футболку на пару размеров больше нужного, а вот со штанами пришлось повозиться. На дальней полке он обнаружил неплохие спортивные штаны, явно принадлежащие не Броку. Может, Джек их оставил, когда ночевал. Когда с насущными проблемами было покончено, Стив огляделся в комнате. Кровать заправлена. Шторы раскрыты. На зеркале ни единого пятнышка. А в корзине для белья только одна футболка цвета хаки. Брок не изменял себе и спустя тринадцать лет - он носил такие же почти на каждую тренировку. Стив, ведомый каким-то подсознательным желанием, подошёл ближе и плавно вытащил её из корзины. Не позволив здравой мысли скользнуть в голову, он притянул футболку к лицу и вдохнул запах. Орехи, кофе, шоколад. Мускус. Сила. Секс. Она пахла так, как Брок, который задыхается, пока в него вколачиваются сзади. Как Брок, который толкается бёдрами вперёд и трахает в горло, вплетаясь пальцами в волосы. Как Брок, который стонет "я люблю тебя" и кончает ему в задницу. Стив застонал, зарываясь носом в ткань. Он так скучал. Он так хотел прикоснуться к Броку ещё раз. Даже такому, не своему. Он видел, как кусает ещё не такое крупное плечо, как ведёт языком между лопатками, как хватается за манящие ягодицы и разводит их в стороны. Во рту пересхоло. Сам себе не веря, Стив потянулся рукой за резинку найденных штанов. Прошедший год он почти не занимался самоудовлетворением, даже когда тело требовало. А теперь будто сорвало все замки, на которые закрылось его либидо. Держа футболку у носа, он провел другой рукой от ствола к основанию, не сдержав стона. – Чёрт, – Стив проговорил скомканно. Деструктивный порыв заставил его высунуть язык и лизнуть ткань. Этого было мало. Так чертовски мало. Ему нужно было больше, больше Брока. Он хотел его под собой: стонущего и потеющего от нагрузки, сыплющего грязными словечками и подначивающего не сдерживать силу. "Трахни меня, сладкий, будто это последний раз. Давай!" И Стив давал. Терялся в удовольствии, хвастался за волосы на затылке и прижимал лицом в матрас. Шлёпал по заднице, приказывал выгнуть спину. И трахал. Жёстко, размеренно, пока Брок не завоет на одной ноте, чувствительный как оголенный нерв. Пока не попросит пощады, пока не покроется следами засосов и синяками в форме чужих пальцев, которые потом будет томно рассматривать в зеркале. Стив прорычал что-то сквозь зубы, двигая рукой всё быстрее. Он опустил футболку вниз, огладил тканью головку раз, другой, и кончил на неё как пубертатный подросток. В голове было пусто. Он часто дышал, начиная приходить в себя и осознавать, где находится и что делает. – Боже, – Стив выдохнул беспокойно и скомкал футболку со следами преступления в узел. – Что я делаю... Это часто было так у них с Броком: на утро тот мурчал и ласкался, а Стив смотрел на его покрытое ушибами тело и испытывал чувство вины. Иногда он забывался и плохо контролировал свою силу. Иногда он не мог с собой совладать. Особенно, если дело касалось Брока. Стив поспешил в ванную, чтобы выстирать футболку в раковине. Он старался не смотреть в зеркало - не хотел видеть там себя. Будто это могло спасти его от участи быть свидетелем собственных поступков. Он повесил чистую футболку на полотенцесушитель в ванной и, вернувшись в гостиную, плюхнулся на диван. Зрелый Брок никогда бы такой не выбрал: с чёрной замши оттереть сперму было почти невозможно. Стив покраснел. Почему его мысли крутятся только в одном направлении? Казалось, после грешка у Брока в спальне его должно было немного отпустить. Но на самом деле это ощущалось как трещина в консервной банке: под давлением вышел воздух, но впереди ждал взрыв. Пытаясь отвлечься, Стив поднялся, чтобы рассмотреть немногочисленные полочки на стенах, почти пустые. На одной стояла фоторамка: там были Джек и Брок, в армии. Он знал эту фотографию, она висела у них в гостиной: чёрно-белая и, понятное дело, очень ценная. На другой полке была вторая рамка, и, обратив на неё внимание, Стив нахмурился. На фотографии была женщина лет тридцати, добротная брюнетка с густыми волосами. Она сидела на пляже, кусая мороженое на палочке. Стив её не знал. Брок никогда не рассказывал о ком-то похожем. Но почему он хранил её фото у себя дома? Решив аккуратно это выяснить, когда Брок придёт, Стив подошёл к окну. На улице было намного меньше машин, чем будет в Нью-Йорке через пятнадцать лет. Квартира была на втором этаже, Стив легко мог рассмотреть прохожих. Прослеживалась странная мода на джинсы с заниженной талией. Район напоминал закоулки Бронкса, в целом это было неплохое место, а главное неприметное. Он услышал щелчок замка и внутренне напрягся. Брок уже вернулся? Рановато для окончания рабочего дня. – Это я, расслабься, – тут же крикнул Брок из коридора, безошибочно догадавшись о его настороженности. Стив подобрался, пытаясь выглядеть настолько невинно, насколько это было возможно.