Не место для любви

Туманное утро нехотя вступило в свои права, пробиваясь блёклым светом сквозь щели тонких стен лазарета. Ньют вздрогнул от осторожного, но настойчивого прикосновения к плечу. Он открыл глаза и со стоном расправил затёкшую шею, чувствуя себя полностью разбитым. Сон сморил его прямо на том же стуле ближе к рассвету, и теперь каждая мышца отзывалась ноющей болью. — Эй, — Джефф, который и разбудил его, участливо заглянул в лицо. — Вставай, приятель. Ты всю ночь здесь просидел, совсем паршиво выглядишь. — Я в порядке, — на автомате соврал Ньют, упрямо потирая ладонями лицо, чтобы прогнать остатки сна. — Как она? Есть изменения? Парень повернул голову к кровати. Элли лежала всё так же неподвижно. Грудь размеренно поднималась и опускалась с хриплым выдохом. Лицо в утренних сумерках казалось почти прозрачным. Глядя на Элли, он ещё острее почувствовал себя опустошённым. Сколько ей ещё так лежать? Что, если она ещё долго не будет просыпаться? Вопросы так и остались без ответа, и его нутро от этого сжималось в тугой ноющий узел. — Пока никаких, — тихо вздохнул Джефф, поправляя край шерстяного одеяла. — Иди поспи нормально или хотя бы поешь. Я побуду с ней. Если что-то изменится — сразу замечу. Ньют медленно поднялся со стула. Тело казалось налитым свинцом, а мысли то и дело возвращались к событиям вчерашнего вечера. Он напоследок бросил на Элли потускневший взгляд. У самой выхода из медотсека он помедлил и обернулся. — Сообщи мне сразу же, как только она очнётся, Джефф. Понял? Лично. Неважно, где я буду и чем буду занят. — Он дождался короткого кивка и только тогда, отодвинув тяжёлую ткань, вышел на улицу. Ночной ливень наконец-то затих, сменившись навязчивой моросью, которая серой пеленой окутала весь Глэйд. Плантации, как он и думал, превратились в сплошное грязное месиво, но мысли о грядках сейчас казались чем-то далёким и неуместным. Через полчаса после скудного, прошедшего в полном молчании завтрака к нему подошёл угрюмый Алби. Он выглядел не лучше своего заместителя, будто и сам не спал ни минуты этой ночью. — Зови парней, Ньют. Собрание будет через десять минут, — коротко велел он, и в его тоне звенела мрачная решимость. Вскоре просторная тёмная комната в глубине Хомстеда начала заполняться людьми. Вдоль стен пылились ящики с инструментами, старые лопаты и прочий лагерный инвентарь. Юноши стояли у стен небольшими группами и мрачно опирались на деревянные балки. Все понимали, что ничего хорошего это совещание не принесёт. Алби вышел вперёд и обвёл притихших глэйдеров тяжёлым взором. — Думаю, вы понимаете, зачем мы здесь собрались, — хмуро начал он. — Нужно решить, что делать с Ником. Ньют, тебе слово. Ньют вышел в центр комнаты. Говорил он спокойно и размеренно, но в каждом слове чувствовалась непоколебимая уверенность. — Ник нарушил главное правило Глэйда. Он поднял руку на своего, напал на беззащитную девчонку, — отчеканил светловолосый. — Все мы вчера видели то, что произошло на Поляне. Единственное справедливое решение, которое удержит лагерь от хаоса, — это Изгнание. До захода солнца. Произнося эти слова, он заставил себя сохранить абсолютно бесстрастное выражение лица. О том, что произошло секундами позже — о том, как он сам набросился на Ника и разукрасил ему физиономию, — парень решил тактично умолчать. — Притормози, приятель, — отозвался Зарт, неуверенно переступив с ноги на ногу. — Ник никогда не был психом. Мы видели, как он напал на неё, но никто из нас не знает, что произошло до этого в лесу. Что-то же подтолкнуло его к этому? — Какая разница, что его подтолкнуло?! — резко обернулся к нему Минхо. — Он её чуть не убил! Клинт вышел вперёд и уже набрал воздух в лёгкие, чтобы высказаться, но неожиданно из угла раздалось короткое, холодное: — Нет. Все присутствующие разом повернулись к Галли. Тот стоял у ящика со строительными топорами, даже не изменившись в лице. Он лениво оттолкнулся от стены и скрестил массивные руки на груди. — Изгнание в данном случае — полнейшая глупость. Ньют медленно перевёл на него потемневший взгляд. — Повтори. — Ты прекрасно всё услышал, — Галли хмыкнул, ни капли не смутившись под его ледяным взором. — Ник — один из моих ребят. Мы не можем разбрасываться толковыми глэйдерами просто потому, что вы решили устроить показательную расправу из-за мелкого конфликта. Ньют почувствовал, как к горлу подступает волна раздражения. Желваки на его челюсти заходили ходуном. Он сделал тяжёлый шаг в сторону строителя. — Мелкого конфликта, говоришь? Галли, когда Элли нарушила правило, именно ты громче всех требовал вышвырнуть её за Ворота. Галли недовольно дёрнул плечом, но смолчал. Светловолосый приблизился ещё, продолжая давить вкрадчивым тоном: — Тогда тебе было абсолютно плевать, что она новенькая. Что ничего не знала о наших законах. — Он остановился напротив Галли, глядя на него с явной досадой. — А теперь, когда виноват оказался один из твоих парней, ты вдруг заговорил о втором шансе? Куратор строителей резко подался вперёд, его ноздри гневно раздулись. — Не сравнивай, Ньют. — Почему же? Законы ведь одни для всех, разве нет? — Потому что это совершенно разные вещи! — Галли терял терпение, и его голос с каждым словом обретал всё более яростный оттенок. — Разные, кланк тебя дери! Тем, что Ник полезен Глэйду! Он укрепляет наш дом! Латает всё, что разносит очередная буря! Благодаря таким, как он, у нас есть крыша над головой! — По-твоему, если человек приносит пользу, ему автоматически можно калечить остальных? — ледяным тоном уточнил Ньют. — Ты это хочешь сказать? — Не переворачивай мои слова! — Галли сорвался на крик, его лицо побагровело от злости. На шее вздулись вены. — Я говорю о том, что нужно смотреть на вещи трезво! Ник сорвался, да, накосячил. Но мы не знаем причин! И вышвыривать его за Ворота, лишая Глэйд рабочих рук ради... ради чего? Ради справедливости? — Ради безопасности, Галли, — перебил он, всё ещё пытаясь достучаться до него. — Сегодня он избил девчонку, а завтра под горячую руку попадёт кто-то из нас? Нам сквозь пальцы смотреть на то, как глэйдеры калечат друг друга? — Ой, не надо разыгрывать тут святошу! — Галли злобно сплюнул на серый грунт, не сводя с него вызывающего взгляда. — Ты печёшься о безопасности Глэйда или у тебя просто личный интерес к этой Новенькой? Когда Лин погиб, ты так не рвал за него глотку! — Галли… — Алби предостерегающе окликнул его, призывая успокоиться. — Остынь. Но он уже не слышал. — Ты защищаешь её, Ньют. Защищаешь с самого первого дня, нарушая наши же грёбаные устои! И если уж говорить о высшей справедливости, которой ты тут тычешь мне в лицо... Строитель глубоко вдохнул. Следующая фраза грохнула по комнате, отразившись от бревенчатых стен: — ...то где сейчас эта Прокажённая, а?! Разве гниёт в Лабиринте на ужин гриверам?! Его слова повисли в воздухе. На секунду в помещении воцарилась гнетущая тишина. Все лишь переглянулись, не решаясь встревать в перепалку. — Галли, хватит… — ладонь Алби с нажимом опустилась ему на плечо, но тот всё никак не унимался. — Нет! — в исступлении продолжал он, отшатнувшись и ткнув пальцем куда-то в сторону медотсека. — Лежит себе преспокойно под крышей! Медаки над ней вовсю пляшут! Весь Глэйд вокруг неё носится! Так какого кланка именно Ник должен расплачиваться за ваши ошибки?! — Следи за языком, — сдерживая рвущуюся наружу ярость, процедил Ньют. Его кулаки сжались так, что побелели костяшки. — Это угроза? — Галли вызывающе уставился на него сверху вниз, сделав шаг вплотную. — Не испытывай моё терпение, Галли. По-хорошему прошу. — Или что? Снова полезешь с кулаками? Напряжение стало почти осязаемым, воздух словно наэлектризовался. Кураторы заговорили почти одновременно: одни поддерживали строителя, другие вставали на сторону Ньюта. Комната мгновенно наполнилась шумом. Голоса перебивали друг друга, спор разгорался с каждой секундой, и казалось, достаточно ещё одного неосторожного слова — и дело дойдёт до драки. — Тишина! Окрик Алби прогремел так неожиданно, резко и властно, что все одновременно повернули головы к лидеру. Балаган постепенно прекратился, и юноши нехотя замолчали, хотя у каждого всё ещё был запал доказывать свою правоту. Он вышел в самый центр, обводя притихших парней убийственным взглядом. Когда он вновь нарушил молчание, в каждом его слове звенела сталь: — Раз уж вы не способны прийти к единому решению и готовы перегрызть друг другу глотки, мы поступим по-другому. Мы выслушаем каждого. И Ника, и Элли. Мы должны до мельчайших деталей понять, что, чёрт возьми, между ними произошло, и только исходя из этого решать, что делать. Он повернулся к Ньюту, чьи челюсти были сжаты до предела. — И поскольку девчонка всё ещё не очнулась, первым мы будем слушать Ника. Приведите его. Минхо и Уинстон вышли на улицу. Остальные собравшиеся вновь разбрелись по углам, недовольно перешёптываясь друг с другом. Погружённый в раздумья Галли расхаживал по комнате, мрачно глядя перед собой. Ждать пришлось недолго. Уже через несколько минут шаткая дверь в помещение с жалобным скрипом отворилась. Бегун подтолкнул Ника в спину, и тот нехотя вошёл в комнату. Вид у строителя был, мягко говоря, помятый: на скуле виднелась свежая ссадина — молчаливое напоминание о вчерашнем ударе Ньюта, — одежда была грязной и пыльной, плечи напряжены. Однако во взгляде, которым он обвёл присутствующих, не было раскаяния. Только сосредоточенный блеск человека, который судорожно просчитывает каждый шаг, чтобы спасти свою шкуру. Ньют при его появлении даже не шелохнулся. Он замер у стены, скрестив руки на груди, а его глаза превратились в две холодные щели. И если бы они могли убивать, Ник упал бы замертво прямо на хлипких ступеньках. Алби приблизился к нарушителю порядка и остановился на небольшом расстоянии. — Ну, рассказывай, Ник, — без лишних предисловий начал он. — Мы все вчера видели, чем закончилась ваша вылазка. Но Галли уверен, что мы знаем далеко не всё. Так что говори. Что случилось в лесу? Ник сглотнул, бросил быстрый взгляд на Галли, словно ища у него безмолвной поддержки, а затем сокрушённо покачал головой. — Клянусь, всё не то, чем кажется! — Его голос слегка дрожал, но говорил он быстро и уверенно. Было видно, что он продумал целую речь для этого момента. — Она сама попросила встретиться без лишних глаз. Накануне вечером. Сказала, что нужно обсудить кое-что. По комнате прошёл удивлённый гул. Ньют недоверчиво сузил глаза, выискивая в лице Ника малейшие признаки лжи. Светловолосый пытался восстановить в памяти, где была Элли тем вечером, что она делала… Он отчётливо помнил их разговор в лесу, её ужин в компании Чака, помнил, как помахал ей на прощание перед сном, но разговора девушки с Ником в воспоминаниях не оказалось. А он бы точно заметил, если бы Элли с ним говорила. — Позвала? Зачем это? — прищурился Минхо. — Сказала, что ей надоело, как к ней здесь относятся. — Ник развёл руками. Он обвёл глазами всех присутствующих, но неизменно возвращался к Алби, словно пытаясь понять, верят ли ему. — Говорила, что в Глэйде ей не место. Попросила вывести её подальше от Поляны, чтобы спокойно поговорить. Ну… я согласился. Он на мгновение замолчал, словно собираясь с мыслями. — Сначала всё было нормально. Она расспрашивала про Лабиринт, про правила, про гриверов. Спрашивала, почему мы так мало ей рассказываем. Я объяснил, что новички не узнают всё сразу. Так было со всеми. Ник пожал плечами. Кто-то закивал в толпе, будто соглашаясь с его доводами. Взгляд Ньюта становился всё темнее. — Потом она начала заводиться. Сказала, что ей никто не доверяет, что мы что-то скрываем. Я пытался её успокоить. Сказал, чтобы она дала людям время привыкнуть к ней. — Он тяжело выдохнул. — Видимо, это её и задело. Она вдруг сорвалась. Набросилась на меня с кулаками. Я сначала просто закрывался, пытался её удержать, но она не успокаивалась… А потом… «Лжёт». Это слово вспыхнуло в сознании Ньюта прежде, чем Ник успел договорить. С каждой новой репликой внутри всё сильнее закипала злость. Слушать эту выдуманную историю становилось почти невыносимо. Из всех, кто собрался в комнате, только он общался с Элли каждый день. Видел, как она невольно вздрагивала всякий раз, когда рядом проходили строители. Как обходила стройку стороной. Как порой делала огромный крюк через всю Поляну, лишь бы не столкнуться с ними. И теперь этот идиот пытался убедить их, будто именно Элли сама позвала его ночью в лес? Что первой набросилась на него? Да скорее гриверы выйдут на Поляну и пустятся в пляс. — Ты кого тут за дураков держишь? — вторя его мыслям, не выдержал Фрайпан. — Девчонка весит в два раза меньше тебя! Как она могла напасть? Но Ник проигнорировал этот комментарий и продолжал, и его голос звучал пугающе спокойно: — Она схватилась за факел. Она им замахнулась, я даже среагировать не успел! — Ник выждал идеальную паузу, давая кураторам проглотить эту информацию, и только после этого откинул назад копну спутанных волос, открывая лицо в профиль. — Вот, смотрите! На бледной коже строителя, прямо в районе виска, красовался свежий ожог — покрасневшая и покрытая волдырями кожа тянулась до кончика уха. — Видите?! — Ник ткнул пальцем, демонстрируя всем повреждение. — Я просто защищался! Пытался выбить у неё этот факел, а она отбивалась. Когда мы выскочили на Поляну, я просто хотел её остановить! Перестал соображать от боли! На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. Собравшиеся невольно переводили взгляд с обожжённого виска Ника на Ньюта. История строителя неожиданно обрела вес. Воспалённая рана выглядела слишком убедительно, чтобы её можно было просто отмести. Кроме уверенности в невиновности Элли, у Ньюта не было ничего, что могло бы опровергнуть слова Ника. Галли тут же победно зыркнул на второго лидера и шагнул вперёд: — Ну? Что я говорил? У парня ожог! Девчонка явно не в себе, а мы из-за неё хотим выкинуть толкового глэйдера! Заметив, как некоторые заколебались, Ник мерзко усмехнулся. Он скосил взгляд прямо на Ньюта, и уголок его губ дёрнулся в осознанной, наглой провокации. — Да и вообще, откуда мне знать, что у неё в голове творилось? Может, решила, что если Ньют с ней постоянно носится, то и остальные станут? А может… — Ник сделал паузу, и продолжил мерзким шёпотом: — Может, она вообще рассчитывала, что между нами что-нибудь выйдет. Хотела любезностями обменяться, а я её отшил. Вот она и взялась за огонь. Ник не сводил с него глаз. Он прекрасно знал, куда бьёт. И попал точно в цель. На мгновение Ньют даже опешил. Не от самой лжи — к ней он уже успел привыкнуть, — а от того, с какой извращённой фантазией этот ублюдок втянул в неё Элли. Разумом он прекрасно понимал, что всё это грязное враньё, но сам факт того, что Ник полощет её имя своими паскудными намёками, окончательно вывел его из равновесия. Он медленно отделился от стены. Минхо тут же тактично выставил руку, перехватывая его за плечо, чтобы друг снова не натворил глупостей на глазах у всех. Однако парень лишь едва заметно качнул головой — молчаливый знак, понятный только им двоим. Я в порядке. Рукоприкладства не будет. Бегун помедлил секунду и нехотя опустил руку, позволяя ему пройти. Ньют подошёл почти вплотную к Нику, и его шёпот прозвучал опасно тихо, почти хищно, отчего у стоявших рядом парней поползли мурашки по спине: — Закрой рот. Их взгляды сцепились, лицо Ньюта оставалось совершенно неподвижным, словно высеченным из камня. Галли мог сколько угодно спорить, обвинять и бросаться словами. Остальных он тоже понимал — у каждого были свои сомнения. Но человеку, стоящему напротив, он всем своим видом давал понять: «Ещё одно слово об Элли — и я лично вышвырну тебя за Ворота, даже не дожидаясь заката». Ник ещё пару мгновений пытался держаться вызывающе, а затем мерзкая усмешка медленно сползла с его лица. Впервые за весь разговор он словно вспомнил, что перед ним стоит не просто разъярённый Ньют, а заместитель лидера Глэйда. Человек, к мнению которого он прислушивался чаще, чем к кому-либо другому. — Довольно, — жёстко отрезал Алби, и все взгляды снова скрестились на нём. Лидер вклинился между ними, вынудил Ньюта отступить и повернулся к строителю. Его взгляд, тёмный и непроницаемый, медленно скользнул по краснеющему ожогу на виске Ника, а затем остановился на его глазах. — Мы услышали твою версию, Ник. Ожог действительно есть, и это правда. Но это не отменяет того, что на Поляне ты её добивал. Он выдержал тяжёлую, затяжную паузу. Ник сокрушённо опустил голову. Против этого факта у него не нашлось аргументов. — Пока Элли не придёт в сознание, никаких выводов делать не будем. Уведите его обратно в кутузку, — Алби коротко мотнул головой в сторону Минхо. Ник промолчал. Лишь желваки на его побледневшем лице дрогнули, когда куратор бегунов крепко перехватил его за локоть. Строитель послушно развернулся, направляясь к выходу, но у самой двери всё же не выдержал — оглянулся через плечо. Они вновь встретились взглядами. Между ними не было сказано больше ни слова, да и звуки Глэйда вокруг словно отдалились, став глухими. Но в этом секундном безмолвии Ник прочитал приговор. Ньют смотрел на него так, как смотрят на покойника. Однако оба понимали: следующее слово теперь было за Элли. И именно оно должно было решить судьбу Ника.