Катастрофически

Асия – Лампочка

Ты в этом мире просто так, пустое место. И докричаться до кого-либо – бесполезно. Пока все мчат по автостраде, ты по обочине Волочишься, едва дыша… Но жить то хочется! А для того, чтобы жить, надо идти вперед, А не надеяться, что кто-нибудь подберет. Во время шторма искать пристань – бессмысленно… Выстоять, главная цель твоя – выстоять!

Ино чувствует себя виноватой за то, что случилось. Это ведь ее вечеринка и ее гости. Она не должна была позволять ситуации выйти из-под контроля. Она должна была заметить, что Тентен налакалась в стельку, и увести ее в другую комнату до того, как подруга начала вытворять всякую херню. А еще, наверное, она должна была чаще говорить о Неджи, а не заминать эту тему всякий раз, как только та поднималась в их разговорах. Ино чувствует себя виноватой, поглядывая на опустевшее место в их кругу, где раньше сидела Хината. И где, по-хорошему, должны были сидеть Хината и Киба, но уж в этом ее вины нет. Ее вина заключается лишь в том, что и самой Хинате пришлось уйти. Ино не должна была ее отпускать. Да и позволять ей решать проблему с неудачным заданием самой, зная, какой убедительной иногда бывает Тентен, она тоже не должна была. Ино чувствует себя виноватой за то, что ее гости теперь ощущают себя некомфортно. Все они стали свидетелями измены. Потому что ладно Узумаки, он хоть ничего не знал, но со стороны Хинаты это была именно измена. Она изменила Кибе, и дай тебе Ками сил, милая Хината, никогда и никому о случившемся не рассказывать. Потому что твой муж и так Наруто на дух не выносит. Узнает, что ты с ним целовалась, совсем озвереет. И сам в итоге из-за этого пострадает, ведь Узумаки, скажем честно, его одним пальцем по стенке размажет. А еще Ино чувствует себя виноватой, когда Наруто снова пытается положить ладонь на коленку своей девчонки, а та, вместо того чтобы принять его прикосновение, перехватывает забинтованную руку и лишь ободряюще сжимает чужие пальцы, уводя их в сторону от своей ноги. Ино знает: это ее вина, что после всего увиденного и услышанного Крис пришлось сделать вид, будто все хорошо. Она не должна была допустить, чтобы девчонка Узумаки узнала обо всем так. И уж точно она не должна бездействовать, пока сидящий напротив Наруто явно с ума сходит о того, что его вновь отталкивают. Прямо как в детстве. Когда все вокруг сторонились его, а кто-то из взрослых мог пихнуть на землю, если вдруг замечал, что Демон-лис подошел слишком близко к их чаду. – Крис-чан, – Ино не слышит, как Узумаки шепчет что-то своей девчонке, не выдержав повисшей между ними дистанции и осторожно притянув хрупкую фигурку к себе. – Все в порядке? Ино не нужно слышать, чтобы прочитать его тревожный вопрос по одним только губам. Но и вмешаться она пока не может. Остается только молча наблюдать за этой нестандартной парочкой и поражаться тому, как ладонь джинчуурики, до сих пор казавшаяся ей непомерно громадной, почти медвежьей на фоне стройной и изящной Крис-чан, идеально совпадает с изгибом девчачьей талии. Словно… Блять, да словно эти двое и впрямь дополняют друг друга! – Да, мне просто… – тем временем девчонка бормочет, нервозно озираясь по сторонам и явно желая отстраниться, чтобы не привлекать внимания. – Жарко. Ты горячий. А потом она одаривает Наруто виноватой улыбкой и, поерзав, чтобы избавиться от его ладони на своем теле, медленно встает с насиженного места. – Извини, я… – продолжает сенсор читать по губам каждое слово чужого, не предназначенного для ее ушей разговора. – Пойду проветрюсь… И в этом, разумеется, тоже виновата она. Ино. Именно ее неправильные поступки и действия привели к тому, что Крис так говорит. Это из-за нее девчонка больше не может расслабиться в и без того чужой компании. – Подожди, я с тобой, – вполне ожидаемо Узумаки порывается вскочить следом. Он хочет все исправить. Вот только он ни в чем виноват. А потому и разбираться с этой проблемой не ему. – Нет. Останься, – ласково Крис его просит, и Ино в очередной раз ловит себя на том, что ее практически вводит в ступор то, как сильнейший шиноби подчиняется единственному касанию к своему плечу, оставаясь послушно сидеть на полу. – Тебя и так долго не было. Твои друзья по тебе соскучились. Голубые, полные отчаянья глаза так и остаются прикованными к отдаляющейся девчачьей спине, когда Крис-чан, воспользовавшись обсуждением, наконец-то завязавшимся компанией после случившегося десятью минутами ранее казуса, бесшумной тенью выскальзывает из комнаты в спасительную темноту коридора. – Нет, сиди, – заметив, что Узумаки снова зашевелился, точно решил нарушить собственное обещание не преследовать, дать остыть, Ино его осаждает. Тихо, но строго. Властно, но с затаенной внутри заботой. – Я сама разберусь. После чего ей остается лишь встать, ловко отшутиться на вопрос Чоджи, мол, неужто хозяйка вечеринки тоже надумала смыться под шумок, тем, что ей приспичило, выразительно моргнуть напоследок несчастному джинчуурики, точно пообещав, что все будет хорошо, а затем покинуть комнату, чтобы, прихватив с собой клетчатый плед, без труда найти пропажу на крыльце заднего двора. Накинув на голову капюшон снятой с чужого плеча куртки, в которой она практически тонет, Крис-чан стоит у деревянного столба, поддерживающего крышу над террасой, задумчиво разглядывает заснеженный сад и – вы сейчас просто офигеете! – курит. У Ино от подобного зрелища чуть глаза на лоб не вылезают. – Я надеюсь, тебя не Шикамару этой дряни научил? – брезгливо она фыркает, привлекая к себе внимание. – А то, клянусь, я ему голову откручу. Вот только девчонка, к ее удивлению, никак не реагирует на сделанное ей замечание. Даже сигарету спрятать не пытается! Просто окидывает хозяйку дома прохладным взглядом и равнодушно пожимает плечами: – Это не самая плохая привычка, которой можно обзавестись, живя в приюте. Я ведь эти сигареты купила. За собственные деньги. А не стащила из чужого кармана вместе с кошельком. Бум. У ожидавшей оправданий Ино на подобное заявление даже и не находится, что ответить. И ведь, как ни печально это признавать, Крис-чан права. Многие сироты, не познавшие на себе родительского воспитания, имеют проблемы с законом. Что во взрослой жизни, что в подростковой. На фоне тех преступлений, которые порой они совершают, курение и впрямь далеко не самая серьезная проблема. – Наруто знает? – охладив свой пыл и уже спокойно рассудив, что закатывать девчонке скандал она не станет, поскольку они друг другу никто, так что это и не ее дело, Ино лишь теплее кутается в плед и занимает место по соседству, облокотившись на перила. – Не хочу, чтобы потом он обвинил меня в том, что я позволила тебе курить без его ведома. Крис тем временем снова переводит изумрудный взгляд на зимний сад и, явно затрудняясь ответить сходу, кусает заалевшие от подобного с собой обращения губы: – При нем я никогда этого не делала, но… – наконец она усмехается, словно вспомнила что-то веселое. – Думаю, он знает. От него вообще тяжело что-либо скрыть. Да и не то чтобы я часто курила, просто… – к сожалению, улыбка, озарившая ее лицо мгновением ранее, постепенно сходит на нет, заменяясь напряженной хмуростью в очертаниях девчачьего лба. – Иногда это действительно помогает собраться с мыслями… Демонстративно хмыкнув, словно таким образом выражая свое сомнение в данном утверждении, Ино и себе позволяет на несколько секунд погрузиться в бурный поток ускользающих, как вода сквозь пальцы, мыслей. Уверенная, что в нужный момент слова, как обычно, сами польются из ее рта, складываясь в поучительную лекцию, которая мигом исправит все допущенные ею самой косяки, Яманака вдруг сталкивается с проблемой. Она в душе не ебет, что сказать девчонке Узумаки. Ино-то, блять, надеялась, что все будет легко и просто. Рассчитывала, что выйдет и застанет Крис-чан в сердцах рыдающей и причитающей что-нибудь вроде: «Как он мог? Бедная я, несчастная…» Ага, хер там плавал! Вот как, скажите, ей с этой оторвой разговаривать? Как с ребенком – дохлый номер. Не прокатит. Ино с детьми в жизни общаться не умела. Да и проблема их сюда отнюдь не детская привела, чтобы она с этой девицей сюсюкалась. Ни леденцом на палочке, ни воздушным шариком такую не решишь. А если как со взрослой, то тут и говорить тогда, вроде как, ничего не надо. Сама все понимать должна. Да, Наруто старше. Это нормально, что, даже не имея ни с одной девушкой настоящих отношений, он кому-то там нравился. Пусть умом он никогда и не блистал, но, скажем честно, были в деревне девчонки, которые по этому балбесу сохли. Даже помимо Хинаты, которая, кажется, уже в пятилетнем возрасте свою с Узумаки свадьбу представляла. Но не ставить же теперь на нем крест из-за этого! Только не подумайте, Ино вовсе не отрицает, что вся эта история всплыла пиздец как некрасиво. Тентен напилась и просто-напросто выплеснула свои переживания на других. Видимо, хотела, чтобы не одной ей паршиво было. Да и Ино тоже хороша. Могла бы настоять, не позволять подруге так давить на бедную Хинату. Учитывая, что у последней сила воли как у крольчонка. Но тогда уж и Крис-чан стоило лучше защищать честь своего парня, если для нее это настолько болезненная тема. Ну да, без драки бы не обошлось. Весь дом бы им с Саем разнесли в щепки. Короче, как ни крути, все равно бы кто-то поплатился. Но точно не Наруто. Вот уж кому-кому, а ему расплачиваться не за что. Его вообще в комнате не было. Решив, что именно с этого довода ей и стоит начать, а там уж она как-нибудь по ситуации сориентируется, Ино открывает рот, но тут же захлопывает его обратно, заметив, что девчонка терпеливо протягивает ей открытую пачку сигарет: – Угощайтесь, Ино-сан. Вам, кажется, тоже с мыслями собраться не помешает. Сбитая с толку подобным предложением, мигом растеряв весь свой боевой настрой, Яманака пару раз глупо моргает, а затем, словно очнувшись, резко вскидывает взгляд на нахальную девку, ожидая встретить в лице той насмешку. Вот только… Крис над ней вовсе не насмехается. И про сигареты она не шутит. Картонная пачка, сжатая девичьими пальчиками, так и продолжает висеть в воздухе, пока наконец Ино не принимает брошенный ей вызов. Демонстративно поморщив носик, она ловко подцепляет ноготком тоненький фильтр и, погрузив его в рот, жестом руки намекает, что неплохо было бы поделиться с ней еще и зажигалкой. Что, думала, сдрейфит и откажется? Да размечталась! Ино, между прочим, курить тоже не впервой. До сих пор помнит, как во времена войны, одержав победу в тяжелом бою, они всей командой дружно рухнули на землю, после чего Шикамару каждому по папиросе выдал. За Асуму. Сидели посреди трупов Белого Зецу и курили. Кляцк. Щелчок зажигалки возвращает в реальность, вырывая из воспоминания. У Крис сигареты совсем не такие, как у Шикамару. Ино это с первой же затяжки про себя отмечает. Горечи в них почти нет, значит, не тяжелые, а вместо стойкого запаха табака, дым от них напоминает вишневые конфеты в темной шоколадной глазури. Те, которые лучше не раскусывать, а целиком в рот класть, чтобы сладким густым ликером не перепачкаться. – Ты же понимаешь, что тебе не за что злиться на него? – войдя во вкус, Ино произносит давно заготовленную фразу, а сама в голове прикидывает, будет ли Сай возмущаться, если она себе такие же сигареты купит. А что? Малолетке этой, значит, можно, а ей нельзя? И вообще, кто ей табак продал? Неужели даже продавцы в магазинах эту девицу за взрослую принимают? – Я на него и не злюсь, – тем временем Крис-чан развеивает чужое заблуждение, уже второй раз за время их разговора пожимая плечами, точно это что-то очевидное. – Из всех собравшихся я злюсь разве что на Тентен-сан, но, в целом, и ее поведение я способна понять. За весь вечер, кроме как от нее, имя Неджи не прозвучало ни разу. Даже от Хинаты-сан. Должно быть, вашей подруге было очень больно наблюдать, как его бывшие друзья и товарищи о нем забыли. Вот она и напомнила… – Почему тогда ты сбежала? – пообещав себе, что тему Неджи они обязательно обсудят, только не с девчонкой Узумаки, а с самой Тентен, Ино возвращается к тому, ради чего ей пришлось выпереться на холод, и спрашивает напрямую. Ей бы уже разобраться с этим поскорее и домой вернуться. Туда, где тепло, где ее ждут друзья и самый отбитый-сексуальный-офигенный муж. А не вот это все… Однако Крис, как назло, отвечать не спешит. Словно нарочно время тянет. Чтобы Яманака себе жопу отморозила. Сама-то вон как в куртку Узумаки укуталась! – Не хотела портить праздник, – спустя несколько долгих секунд молчания девчонка признается. – Тяжело улыбаться и притворяться, что тебе весело, когда все вокруг на тебя смотрят с сочувствием. – Слушай, Крис-чан, – решив, что пора им и правда расставить все точки над «и», пока она тут дубу не дала, Яманака вздыхает и собирается с силами. – Как ты могла заметить, я к тебе не питаю такой слабости, как Наруто или тот же Шикамару, – деликатно она начинает, за что тут же себя отчитывает. «Хватит! Наосторожничалась уже… Говори, как есть, дура набитая!» – Ты мне не нравишься, – рубит-таки Ино правду-матку. – Но для себя я уже давно нашла этому объяснение. Ты напоминаешь мне Сакуру. Вы с ней и правда очень похожи, хотя как таковых внешних сходств между вами двумя я не вижу. Но вот характер… Видимо, у Наруто все-таки есть определенный типаж девушек, которые его цепляют, пусть даже сам он этого и не замечает. Усмехнувшись над тем, что Узумаки, по ее мнению, выбирает себе тех баб, которые не побоятся в случае чего его, сильнейшего в мире шиноби, поставить на место, Ино делает паузу в своем чистосердечном признании и, стрельнув глазами в сторону девчонки, самодовольно признает, что та и впрямь ее слушает. Еще бы, блин, она не слушала! Любопытно, небось, узнать, за что тебя так невзлюбили. – Я всегда в тайне завидовала Сакуре, – с ностальгической улыбкой на губах Яманака делает еще одну затяжку и смакует во рту сладкий вишневый дым, отдаленно напомнивший ей те дешманские духи, которыми пользовалась ее подруга. Совпадение? Она так не думает. – Тому, как преданно она следовала своей мечте: стать сильнее, чтобы не уступать Наруто и Саске. Той непоколебимой воле, с которой она вытерпела обучение под руководством Пятой, тогда как сама я слилась при первых же трудностях. Просто поняла, что не потяну. А еще тому, что она не зависела от мнения окружающих, в то время как для меня оно играло чересчур важную роль. Мне потребовались долгие годы, чтобы смириться с тем, что я никогда не стану такой же крутой, как она. И, только я это сделала, как появляешься ты. Ходячее напоминание моих собственных ошибок. Произнеся это все как на духу, Ино наконец-то разворачивается к девице Узумаки лицом и с вызовом вскидывает брови, словно говоря: «А чего ты ожидала? Думала, я с тобой нянчиться буду?» – Меня бесит то, как все вокруг с тобой носятся, словно ты какая-то особенная. Но еще сильнее меня бесит то, что я и сама это признаю. Где-то в доме напившийся Ли снова заводит свою песнь о Силе Юности. Его крики вперемешку с чужим недовольством пробиваются на задний двор через несдвинутые до конца седзи, однако ни сама Ино, ни ее хмурая, сосредоточенная собеседница не обращают на них ровным счетом никакого внимания. – Вы неправы, Ино-сан, – подождав, пока шум хоть немного стихнет, Крис произносит. Четко. Чтобы раз и навсегда прояснить этот момент. – Я ни капельки не особенная. И уж точно я не такая сильная, как Сакура-сан. Я просто девчонка из приюта, которой повезло, потому что ее выбрал герой мира шиноби и самый сильный ниндзя в истории. Самое забавное, что она не врет. Ино по глазам видит, что эта девица действительно так считает. Самой же ей остается только хмыкнуть, встряхнуть светлыми волосами и отвернуться, чтобы еще раз приложиться губами к сигарете, пока та совсем не истлела и не превратилась в такой же потухший окурок, который Крис-чан до сих пор сжимает в руке. – Да, вот только Наруто тебя не выбирал, – настает ее очередь пожимать плечами и говорить очевидные вещи. – По крайней мере, я никогда не слышала, чтобы он говорил, как хочет встречаться с девчонкой, которая была бы младше него, – еще одна затяжка, после которой Ино выбрасывает бычок прямо в снег, а затем, заметив, как Крис-чан прослеживает это движение, но так и не решается последовать примеру, закатывает глаза и сама забирает у нее из рук окурок, чтобы небрежно избавиться от него так же, как и от первого. Плевать. Потом уберет. – Это ты его выбрала, – наконец Яманака заявляет. – И носилась за ним до тех пор, пока он не прикипел к тебе настолько, что теперь своей жизни без тебя не представляет. Так что не приписывай ему свои заслуги. Ты сильная, Крис-чан, потому что не сдалась и добилась того, чего хотела. По тому, как девчонка после таких откровений в свой адрес зябко обхватывает плечи и отводит глаза, Ино понимает, что, возможно, она чуть-чуть переборщила. И дело не в том, что Крис еще маленькая и для нее это слишком. А в том, что даже взрослому человеку было бы тяжело справиться с тем количеством информации, которое Яманака вывалила на нее только что. Решив, что пора заканчивать, Ино смягчается и жестом, свойственным только хорошим подругам, расправляет прядь каштановых волос, волнами спадающих из-под капюшона. – Знаешь, – когда зеленые глаза вновь обращаются в ее сторону, она не выдерживает и усмехается. Ну что за милое создание! Просто ангел во плоти! Неудивительно, что Узумаки над ней так трясется. Небось, и не помнит уже, как этот ангелочек в одиночку десяток вражеских шиноби укокошил. – За всю жизнь я видела этого болвана влюбленным два раза, – упершись ладонями в перила, Ино блаженно распрямляет спину и переходит к той самой фазе разговора, где все обиды уже выплеснуты, а значит, можно объявить перемирие. Хотя бы на этот вечер. – На фоне того, как он сияет рядом с тобой, его прежняя влюбленность в Сакуру представляется мне каким-то детским лепетом, – мечтательно она прикрывает глаза, а вот дальше… А вот дальше ей приходится вздохнуть и на несколько секунд замолчать, чтобы сосредоточиться. Поскольку то, что она собирается сказать, до сих пор у нее в голове не укладывается. – Он любит тебя. По-настоящему, – звучит ее признание, собранное по кусочкам из собственных наблюдений. – Бросив его там одного, ты делаешь ему больно. Он переживает, хотя, как я уже сказала, его вины в случившемся нет. Подумай над этим и возвращайся. С этими словами Ино натягивает обратно свою самую милую улыбку, одаривает девчонку почти что ласковым взглядом и уже собирается вернуться к гостям, как у самой двери вспоминает то, о чем недавно думала, но забыла. – Ах да, и вот еще что… – ловко выудив из кармана упаковку жвачки, она протягивает одну пластинку своей собеседнице и хитро подмигивает. – На, жуй. Чтобы парень твой не унюхал, чем мы тут с тобой занимались. А потом уже с чувством выполненного долга проскальзывает в комнату, где сразу же замечает стоящего в проходе и мрачно подпирающего косяк джинчуурики. Застигнутая врасплох, потому что этот гад, похоже, скрыл свою чакру, чтобы она его не почувствовала, Ино быстро берет себя в руки и гордо вздергивает подбородок: – Расслабься. Я все решила, – звучит во мраке ее шепот. – А вот тебе следовало бы почаще мне доверять…

И пусть цель твоя не видна, и спутанный твой маршрут, Ты сильнее, чем те, кого берегут. Стоя не берегу, слезы своя утри. Помни: лучшее ждет тебя впереди! Ты можешь злиться, кричать, обвинять и просить мир о милости, Но небо не даст тебе больше, чем ты сможешь вынести. День, когда станет легче близко, наверняка! Главное в это верить. Ну, а пока…

Все, что тебе светит – только лампочка. Сколько ж ты натерпелась, моя лапочка? Однажды развеются тучи над головой, Ну, а пока что на своем стой, стой…