Катастрофически

Тося Чайкина – Стрелы

Ты – холодный, снежный принц, Внутри твоей груди – Красные языки…

И, отбившись от всех птиц, Стрелы летят в меня – Я падаю, лови…

Праздничные дни пролетают, точно один блестящий, искрящийся пшик. Засохшие, осыпающиеся ели заполняют мусорные баки, традиционные кадомацу исчезают со дворов, очереди в магазинах сходят на нет, а украшенные гирляндами улицы постепенно возвращают себе прежний, повседневный вид. Все становится на круги своя. Кроме одного. Страх, поселившийся внутри Наруто в ту самую Новогоднюю ночь. Он никуда не девается, а наоборот, только усиливается. День за днем продолжая мучить джинчуурики своими внезапными всплесками. – Ты повесил занавески? – удивляется Ино, заглянув как-то вечером к нему на чай. – Только не говори мне, что вы с Крис-чан перешли на новый уровень отношений и таким образом теперь прячетесь от соседей. – Да нет, – расплывшись в улыбке, Наруто чешет затылок. – Просто случайно вспомнил про них, вот и повесил. А то чего они в шкафу без дела пылятся, даттебайо? Ино смотрит подозрительно, но, к счастью, копать глубже не начинает. Даже когда ее приятель, поставив чайник на плиту, зачем-то зашторивает окно, прежде чем усесться напротив. – У тебя есть для меня какие-то новости? Вроде бы, самый обыкновенный вопрос. Но сегодня Ино слышит в нем скрытый подтекст. Словно Наруто ждет этих самых новостей. Словно хочет, чтобы она опять нарушила правила и слила ему все планы совета. Вот только есть одна маленькая проблема. На сей раз Ино в их планы, если таковые имеются, не посвящена. А потому и рассказывать ей нечего. – Нет, – остается ей невинно пожать плечиками и не акцентировать внимание на том, что, хоть она и предупредила Наруто об опасности пару недель назад, делать это на постоянной основе она не подписывалась. И так ведь рискует. Неужели того, что она уже сделала, недостаточно? – Я всего лишь зашла тебя проведать. Мы ведь с самой вечеринки не виделись. Я соскучилась. Думала, и ты тоже… Разумеется, после подобного заявления джинчуурики, которого Ино практически упрекнула в том, что он использует их дружбу в личных целях, спешит реабилитироваться и сводит конфликт на нет. Однако сделать кое-какие выводы сенсор все-таки успевает. А потому, уже стоя у двери и собираясь уходить, она вдруг серьезнеет и поджимает губы: – Я рада, что ты наконец-то решил прислушаться к моим словам о возможной опасности, – признается. – Но постарайся не проявлять это так очевидно. Если старейшины поймут, что ты предупрежден, им не составит труда догадаться, чьих это рук дело. Ответом ей служит хмурый взгляд и ледяное, совсем не вызывающее доверия «Хорошо». Уходя, Ино остается только надеяться, что Наруто выполнит обещание и не станет ее подставлять. Иначе, черт подери, не сносить ей на плечах своей блондинистой головки… *** Лежа на кровати с папкой документов в руках, Наруто изо всех сил напрягает глаза и мозг, чтобы полученная информация хотя бы начала отпечатываться в памяти. Однако усилия его раз за разом остаются тщетными. Имена, личные данные, характеристики… Да вообще все вылетает из головы, не задерживаясь в черепной коробке дольше, чем на десять секунд! К концу прочитанного абзаца Наруто не помнит, с чего тот начинался, тогда как его мысли продолжают крутиться вокруг Крис-чан и ее безопасности, которую необходимо каким-то образом обеспечить. Гарантировать. Во что бы то ни стало. Наруто хочет быть уверенным, что спустя несколько недель, а то и месяцев, когда он вернется с миссии, Крис встретит его крепкими объятиями на пороге квартиры. А не своим именем, выгравированном на холодной могильной плите. Разве многого он просит? – Спасибо, что разрешил воспользоваться твоей ванной, – войдя в комнату, девчонка пытается высушить волосы полотенцем, но получается у нее плохо, так что мокрые каштановые сосульки продолжают обрамлять симпатичное личико. – После сегодняшней смены в ресторане не представляю, как бы я выжила без горячего душа. Говоря это, она ничуть не приукрашивает. Так уж совпало, что сегодня Крис не повезло с клиенткой. Сидевшая за ее столиком в компании какого-то толстосума девица два раза заставляла несчастную официантку таскать туда-сюда один и тот же коктейль, поскольку, по словам этой стервы, приготовлен он был неправильно. А на третий раз просто взяла и выплеснула этот самый коктейль девушке на одежду, сказав, чтобы та сама пила эту дрянь. Так что в приют Крис вернулась не только с отвратительным, испорченным какой-то избалованной полублядью наглухо настроением, но и со сладкими, засохшими на коже подтеками от чужого алкогольного напитка, за который ей, между прочим, пришлось заплатить самой. А теперь представьте, каково было ее негодование, когда оказалось, что еще днем в их здании отключили водоснабжение. В общем, если бы не ее парень, разрешивший ей сходить в душ у него в квартире, Крис бы точно пришлось принимать ежевечернюю ванну в каком-нибудь сугробе. И благодарит она его не просто для галочки, а на полном серьезе. Вот только в ответ на ее благодарность Наруто лишь коротко кивает. Настолько сухо и механически, словно его ее проблемы вообще не касаются. Подумаешь, коктейлем облили… Разумеется, на самом деле это вовсе не так. Наруто сочувствует своей девушке и искренне не понимает, как можно, придя в ресторан, вести себя столь неуважительно по отношению к персоналу. Был бы он сегодня там, лично бы заставил ту наглую девицу и заплатить, и извиниться, и даже убрать за собой. Просто в данный момент его голова занята немножко другим. А ведь если бы он мог отвлечься, забыть на время о своих переживаниях, то непременно бы заметил, что Крис-чан снова надела ту самую футболку, которую он одолжил ей в Новогоднюю ночь, и теперь стоит перед ним на ковре, сверкая голыми ногами, в ожидании его реакции. Реакции, которую она так и не получает. – Скажи честно, мне ревновать? – в итоге девчонка оставляет свои надежды удостоиться внимания и, вернув полотенце на крючок в ванной, присоединяется к джинчуурики на кровати. – М-м-м? – почувствовав, как прогнулся под усевшейся по соседству девушкой матрас, Наруто вопросительно мычит. А затем отнимает от лица документы и, лишь теперь узнав на Крис свою футболку, расплывается в довольной улыбке: – Ты всю мою одежду собралась у меня отжать, даттебайо? Хитро прищурившись, словно таким образом говоря: «Наконец-то заметил», – поначалу Крис-чан выглядит так, как если бы собиралась устроить допрос с пристрастием. Однако что-то во взгляде джинчуурики ее останавливает. Заставляет вздохнуть и в одно мгновение растерять весь свой воинственный настрой. – Тебя отправляют на задание, да? Наруто верит: однажды настанет такой день, когда он привыкнет и перестанет удивляться тому, как она за считанные секунды может разгадать в уме все, что от нее скрывают. – Давай не будем об этом, – заметно помрачнев, он все еще старается говорить с улыбкой. – Это не прямо сейчас. И до твоего шестнадцатилетия я точно никуда не денусь. Только вот девушку его слова, похоже, не слишком-то ободряют. Неделя – вот сколько осталось до ее шестнадцатилетия. Всего неделя, а потом… В любой момент Наруто могут отправить на миссию, и, как показал опыт, раньше, чем через несколько месяцев, он не вернется. В прошлый раз она ждала его полгода. И, даже несмотря на то, что тогда они не встречались, это было тяжело. Теперь же это представляется как что-то невыполнимое. И в то же время ей следовало быть к этому готовой. Нельзя назвать самую яркую звезду в небе своим именем и рассчитывать, что отныне она будет светить только тебе. Так не бывает. – Хорошо, – помедлив, Крис выдавливает из себя ответную улыбку и кивает. А после и вовсе подается вперед, устраиваясь у юноши под боком. Со щекой, прижатой к его ключице, ладошкой, осторожно поглаживающей широкую грудную клетку сквозь ткань, и задумчиво блуждающим по комнате взглядом. Подождав, пока она уляжется, Наруто сперва коротко целует подставленную ему макушку, а вскоре возвращается к документам. К его удивлению, в присутствии Крис-чан прочитанные слова наконец-то начинают складываться в предложения и обретать смысл. Как, в целом, и все обретает смысл, если она рядом. Вот только надолго терпения девчонки не хватает. И спустя каких-то пять минут Наруто ощущает, что его снова начинают отвлекать. На сей раз уже куда более изощренным способом. Первый мягкий поцелуй запечатывается на шее, чуть выше ворота ночной футболки. Второй скользит выше, находя свое место возле напрягшегося кадыка. Третий теряется где-то в районе подбородка и сопровождается рваным девчачьим вздохом, от которого у Наруто по коже пробегают мурашки. На четвертом, задевшем мочку уха, он стонет жалобное «Крис-ча-ан» и откладывает в сторону папку с документами, потому что понимает, что уже три раза прочитал одну и ту же строчку. – Перестань, пожалуйста, – зажмурившись до пляшущих перед глазами искр, Наруто просит. И старается не обращать внимания на начавший просыпаться в пижамных штанах член, который как раз-таки не хочет, чтобы она прекращала. – Тебе не нравится? – тем временем Крис не спешит прекращать свою маленькую пытку. Так что юноше приходится просунуть под нее руку и перевалить на себя, тем самым лишив доступа к своей шее. – Да не то чтобы прям не нравится… Мне щекотно, – перехватив подозрительный кого-ты-пытаешься-обмануть взгляд, Наруто признается. После чего ему остается только наблюдать, как девушка пораженчески поджимает губы, поудобнее устраивает подбородок у него на груди и отводит глаза. – Михо и Джун уговорили Госпожу Араи разрешить им устроить прощальную вечеринку. Ты ведь придешь? В тишине, окутавшей комнату, ее шепот звучит подавленно. – Разве я могу такое пропустить, даттебайо? – тоже не очень-то весело Наруто издает сиплый смешок. К чему сейчас притворство? Ничего оно им не даст. Очевидно же, что он и сам не горит желанием от нее никуда уходить. Тем более что это не обыкновенное трехдневное задание, которое ты выполнил и уже летишь домой на всех парах, а самая настоящая долгосрочная миссия. Из разряда тех, в которые ты уходишь одним человеком, а возвращаешься совсем другим. Холоднее. Грубее. Злее. С обновленным списком убитых твоими руками жертв. Вот только в этот раз Наруто четко знает, за что он борется. Если зацепка Шикамару не окажется очередной обрубленной нитью к правде, если у них наконец появятся доказательства того, что Джиро долгое время помогал своему покойному дяде промышлять его грязными делишками, у них в руках будут все козыри, чтобы свергнуть Шимуру с поста главы совета старейшин. И тогда Чоуза-сан займет его место, а Наруто наконец-то сможет дышать полной грудью. С него снимут ограничения, и Крис-чан будет в безопасности. Они продолжат встречаться. Легально. На всех основаниях. Потом поженятся. Купят дом. Заведут детей. Наруто возобновит попытки стать Хокаге. И обязательно добьется своего, потому что Крис поможет. Она умная. И красивая. Не зря ведь Ино в ней соперницу увидела. А еще Сакура и Саске вернутся в деревню. Первая возглавит госпиталь. А Учиху он своим советником сделает. Наравне с Шикамару. Решено. Именно так он и поступит. Идеальный план. – Если ты надумал заснуть, то давай залезем под одеяло. У меня ноги замерзли, – вынуждая и впрямь уплывшего джинчуурики сонно разлепить глаза, Крис-чан шепчет. А затем сама забирает у него из руки документы, откладывает их на тумбочку, и тушит ночник. В то время как Наруто на ощупь вытягивает из-под себя покрывало, путается в нем, но в итоге справляется с поставленной задачей и в награду за проделанную работу получает теплую, уютную подушку в лице своей девчонки. – Все будет хорошо, Крис-чан, – заплетающимся языком он бормочет, прежде чем сгрести рукой податливое тело и притянуть ближе к своей груди. – Я все сделаю, обещаю. Скоро ты будешь в безопасности… Прислушиваясь к постепенно выравнивающемуся сопению у себя за спиной, Крис старается не подавать виду, что с ней что-то не так. Хотя, если бы Наруто видел сейчас ее лицо, точно бы заподозрил неладное. Хмурый, напряженный лоб, морщинка между бровей, поджатые губы, впившийся в одну точку взгляд… Разумеется, она прекрасно понимает, что происходит. И уже который раз хочет завести этот тяжелый разговор, но не решается. Потому что знает: Наруто не одобрит. Не готов он пока услышать суровую правду. Остается только надеяться, что скоро он все сам осознает. И что ему хватит сил принять ее выбор. Крис – шиноби. А это значит, что никогда она не будет в безопасности. Ни-ког-да. Как бы сильно Наруто-сама того ни желал. Занавески – это, конечно, хорошо. Но едва ли они чем-то помогут, если квартиру решат взорвать… *** – Так значит, это все, да? Получив необходимые инструкции и теперь топчась на пороге дома, который поначалу ему не понравился, а в итоге стал единственным местом, где ему всегда были рады и не осуждали почем зря, Конохамару выглядит угрюмым, но изо всех сил старается скрыть это за улыбкой. Не хочет он уходить. Была б его воля, свалил бы от родителей и поселился здесь, с этой странной бабкой. Слушал бы и дальше ее истории, пил травяной чай и помогал разбираться с техниками из свитков. Глядишь, и сам бы научился чему. – Ну и… Куда теперь отправитесь, если не секрет? На самом деле, конечно, вопрос этот Конохамару задает не столько из интереса, сколько из желания отсрочить момент прощания. В ответ на что бабуля Хоши только сипло, по-старчески хихикает: – Ишь ты, какой любопытный. Все-то ему расскажи да покажи. А в следующий миг Конохамару привычно ощущает, как его легонько тянут за олимпийку, вынуждая наклониться, чтобы морщинистая рука старухи могла потрепать торчащие в разные стороны мальчишеские волосы. – Не переживай, Конохамару-кун, – по-доброму бабуля Хоши улыбается. – Долго тебе скучать не придется. Вот вернешь себе свою девчонку, а про меня, старую, и думать забудешь. – А вот и неправда! – тут же мальчишка вскидывается. – Я про своих друзей не забываю! А потом, спустя пару секунд, уже тише, понурив голову, добавляет: – Мы ведь друзья, да? Должно быть, он сказал что-то не то. А может, ему просто показалось. Но на короткий миг в выцветших от времени глазах старушки словно бы мелькает раскаяние. Как будто далекая, давно забытая искорка вины вспыхивает на донышке зрачка. Вспыхивает и сразу же гаснет. Точно ее никогда и не было. – Он еще спрашивает… Стала бы я с тобой целый месяц нянчиться, если бы это было не так, – как-то даже обиженно бабуля Хоши ворчит, вынуждая Конохамару спохватиться и замахать руками, поспешно оправдываясь. – Да нет! Я совсем не то имел ввиду! Я просто… – Ой, да пошутила я, балда! – прерывают его на полуслове. Заставив молниеносно прикусить язык и доверчиво воззриться на отчего-то посерьезневшую старушку. – Ты все запомнил, Конохамару-кун? – подозрительно прищурившись, бабуля Хоши уточняет. – Смотри. Напортачишь – я помочь не смогу. Сам будешь расхлебывать то, что заварил. – Да понял я, – не желая снова выслушивать одни и те же наставления, Конохамару бубнит. – Не дурак. Подложу куклу и буду ждать. Делов-то… А затем, так и не найдя больше причин задерживаться, отворачивается, толкает ветхую дверь и, уже стоя в проходе, сжимая пальцами в кармане девочку-дракона, вдруг расплывается в лучезарной улыбке. – Спасибо вам, бабуля Хоши. За все, что вы для меня сделали. Обещаю, я вас не подведу, – звучит его заявление, пока сам Конохамару продолжает стоять к собеседнице спиной. Секунда. Две. Три. И вот захлопнувшаяся порывом ветра дверь отрезает удаляющуюся мальчишескую фигуру от взора мрачной старушки. – Конечно, не подведешь, Конохамару-кун, – подтверждает скрипучий голос, в тишине становясь ледяным и жутким. – Я с самого начала знала, что на тебя можно положиться…

В сердце бахнули стрелы. Я хочу, чтобы они Мимо меня пролетели…