Восьмое измерение.

Чонвон совсем недавно начал понимать, что это не ребята ведут себя странно, а это с ним самим что-то не так. Из памяти стало уходить слишком много моментов, про которые ему теперь часто напоминали. Но ведь про то, что он теряет память и про то, что его может ждать в дальнейшем кроме Сонхуна никто не знал, поэтому было трудно вечно оправдываться. Тем более сам Чонвон иногда в принципе забывал про то, что сам говорил. Тяжелее всего ему приходилось на собраниях. — Чонвон, мне кажется, что тебе нужно меньше времени проводить с Сонхуном. Я-то знаю, что он тот ещё склерозник, но ты-то блин, — сказал на одном из собраний утром Джей, тем самым заставил всех задуматься. — И то верно. Мы правда не хотим от тебя лишний выходной день, но ты ведь сам нам его дал! — согласился Хисын. — Почему это не хотим? Хотим, но ты сам предложил. — подметил Сону. Сонхун незаметно качнул головой, чтобы дать понять, что такое и правда было. Он сейчас единственный, кто спасает ситуацию от лишних вопросов. — Думаю, что мне не помешает больше отдыхать. В любом случае, сегодня у вас выходной. Радуйтесь. — как можно более непринуждённо сказал Ян, разворачиваясь назад. — Мы уже вчера народовались. — сказал себе под нос Джейк. Его сейчас одолевало много мыслей, по поводу странного поведения лидера.

•••

В этот выходной только Чонвон чувствовал себя хуже обычного. Но не физически. Не то чтобы он продолжал всё забывать, просто ему приснился сон, который он действительно запомнил. Это был его первый сон за всё время, которое он терял память. Из прошлого он так ничего и не вспомнил, но не придавал значения этому сну. И зря. Он помнит только то, что действительно может потерять всю память, но не помнит, что его так сильно подтолкнуло к этому действию добровольно. Чонвон долго думал над словами, сказанными во сне таинственным человеком. «Завтра утром. Сразу после общего собрания. Граница с фиолетовым лесом.» — всё, что было сказано. Слишком сложно забивать себе голову таким большим количеством раздумий и мыслей, поэтому он решит всё для себя на месте, то есть утром. — Чонвон, с тобой правда всё хорошо? — заглянул в комнату Джейк, которому было любопытнее всех. — Да, всё в порядке. — ответил Чонвон, слабо улыбнувшись и похлопав по месту рядом на кровати, чтоб тот сел. — Просто последнее время ты слишком странно себя ведёшь, если честно. Ты часто что-то забываешь, что-то переспрашиваешь. Не то чтобы мне интересно, но ты почти не вылезаешь из кабинета Сонхуна. Есть что-то, о чём никто, кроме вас двоих, не знает? — с осторожностью спросил Джейк. Чонвон уже начал думать, что потом всё снова забудет. — У меня ухудшилось моё самочувствие, поэтому часто бывает так, что я не помню ничего, ну может только половину. А к Сонхуну-хёну я хожу, потому что тот врач. Сейчас нельзя болеть, поэтому пытаюсь поскорее восстановить здоровье. — он не оправдывался, он говорил чистую правду, которую не забыл. — Понятно, — кивнул старший, — Просто мы с ребятами тут разговаривали на эту тему. Джей уже начал вас шиперить. — признался Шим, даже не осознавая того, что проболтался. Бесстыдник. — Ага, то есть будет нормально, если я начну шиперить Джей-хёна к каждому дереву, да? Думаю, разницы не будет, — возмутился младший, вскидывая руки. — Думаю, что с тобой и правда всё в порядке. — улыбнувшись, подметил старший, — Стоит ли мне пойти и предупредить Чонсона, что ты скоро придёшь по его душу? — Да больно он мне нужен. — фыркнул Чонвон, драматично закатывая глаза. — Да, думаю, что стоит. — усмехнулся Джейк, — Ладно, я пойду. Не скучай. — попрощался Джейк, потрепав младшего по волосам.

•••

Уже под вечер Чонвон сидел в кабинете Сонхуна, но того там в это время ещё не было. Это уже как-то вошло в привычку, каждый вечер заглядывать сюда, но сегодня была более весомая причина. Он не мог перестать думать о словах Джейка: «Есть что-то, о чём никто, кроме вас двоих, не знает?». Самое ужасное было то, что они продолжали всё скрывать от своих друзей. Но они считали, что так будет лучше, чем вечные вопросы и переживания, которые он и так получает от Сонхуна. Так же его не покидал один вопрос: «Стоит ли рассказать Сонхуну о том, что мне приснилось? Будет ли это выходом?» . Но это доставит ему ещё больше вопросов, чего он точно не хотел, поэтому он ждал Сонхуна, чтобы просто поболтать о том, о чём обычно то и разговаривали. — Привет. — обычно Пак пугался присутствия младшего в своём кабинете, но сегодня он просто зашёл внутрь, сразу присев за рабочий стол. — Ты уже так привык, что теперь тебя не пугает моё присутствие? — усмехнувшись, спросил младший. — Ты слишком часто ко мне заходишь, — хмыкнул Пак, — так что да, я привык. Сегодня ты зачем пожаловал? — Я тебе уже надоел? — наигранно удивился Чонвон. — Интересно, как мне ответить? — задумчиво спросил сам себя Сонхун, — Если я скажу, что да, то ты обидишься и будешь меня динамить как минимум дня три, а если скажу нет, то ты ещё чаще будешь здесь ошиваться. Как же быть? — Просто скажи правду. — махнул рукой младший и приготовился слушать, но потом грустно добавил: — Всё равно я потом могу и это забыть. — И то верно,— кивнул он, — На сколько много вещей стал забывать? — Эх, откуда я могу знать? — вздохнул Ян, подперев подбородок своей рукой, — По раздражённым лицам некоторых ребят можно предположить, что да, много. — Хисын недавно спрашивал про тебя. Он ведь знает, что ты у меня мед. обследование проходишь, вот и спросил, что, да как. — Что ответил ты? — ожидал ответа Чонвон. — Сказал, что у тебя кратковременная память, — протараторил старший. — А, ну да, — закивал младший, но только потом понял смысл сказанного, — Стоп, что?! — Да шучу я, а до тебя доходит поздно. Просто сказал, что отдыхать тебе больше надо, вот и всё. — избегая грозного взгляда, ответил он. — Звучит не убедительно. В любом случае, я потом спрошу у Хисын-хёна, на всякий случай, — посмотрел Чонвон на него прищуренным взглядом, — только если и это не забуду. — Это точно. — Сонхун повернулся обратно к тем книгам, что оставил перед уходом, — Но вот мне интересно: а ты потом вспоминаешь о том, что забыл, когда тебе об этом напоминают? В смысле, ты потом реально не помнишь, что это действительно было? — Ты меня запутал, но я, вроде как, понял твой ход мыслей. — растерянно похлопал глазами Ян, — Обычно, как я знаю, когда людям напоминают о том, что они забыли, они вспоминают об этом, даже если не сразу, но у меня другой случай. Я просто делаю вид, что правда всё вспомнил, но это не так. Просто не хочу потом лишних вопросов. — пояснил младший. — А они их всё равно задают. — Вообще нет. Только Джейк сегодня заходил, беспокоился. — поджал губы Чонвон. — Вот видишь, это запомнил. — щёлкнул пальцами Хун. — Ага, только что я делал перед его приходом я, увы, не помню... — грустно подметил он. Сонхун ненадолго задумался. Всё то, что происходит у него в кабинете он запоминает, а остальное — нет? Ну может детали нет, но он, по крайней мере, помнит, что вообще изо дня в день здесь околачивается. Из мыслей его вытянул стук в дверь, которого он ещё никогда не слышал, будучи в этом доме. — Да ладно, кто-то реально стучится, когда заходит к тебе? — спросил Ян, так как сам заходит он без стука, да и до этого не видел и не слышал, чтоб кто-то стучался. — Нет, но ко мне заходят только некультурные люди, как Ники с Сону или Джей-хён. Джейк-хён сам по себе некультурный, так что это, скорее всего, Хисын-хён. — как по полочкам всё разложил он, но не тут-то было, — Входите? — неуверенно отозвался Сонхун, но не ожидал, что дверь так и останется закрытой. — Кто там? Входить собираетесь? — Я открою, — сказал Чонвон перед тем, как открыть дверь. — Ну вот давай поспорим, а? — когда открылась дверь, взору Сонхуна и Чонвона открылась удивительная, но очень знакомая картина: Ники стоит с осуждающим лицом, скрестив руки на груди, а перед ним Сону, который размахивал руками во все стороны, опять пытаясь что-то доказать (но, видимо, безуспешно), снова сводя всё к спорам. — А давай! На что? — Сону подпрыгнул и забегал глазами по двери кабинета, при этом проводя по ней руками. — А что глазки то забегали? — О, Чонвон. Как дела у тебя? — театрально удивился Ким. — Лучше всех! Я думаю, что у тебя сейчас не очень будут, верно? — Чонвони, не будь с ним так жесток, он уже начал по углам от тебя шугаться. — послышалось из кабинета голосом Сонхуна. — Сонхуни-хён, как у тебя дела?! Как сам? — воскликнул Сону и, проигнорировав угрозу со стороны лидера, зашёл в кабинет. Чонвон усмехнулся. — Ты правда думаешь, что это хорошая идея? — приподняв бровь, спросил Сонхун, скрещивая руки на груди. — Думаешь, что мне и правда нет спасения? — полушёпотом произнёс младший. Сонхун отрицательно покачал головой и поднял голову на Чонвона, что уже стоял за его спиной и на Ники, который всё так же осуждающе смотрел. — Сону-хён, ты что-то хотел? — Чонвон положил руку на его плечо, а тот медленно повернулся, невинно улыбаясь. — П-поздороваться пришёл. Вот, — похлопав глазками, ответил он. — Поздоровался? — тот кивнул, наверное, раз десять, — Свободен. Сону с облегчением выдохнул и неспешно вышел из кабинета, захватив с собой ошалевшего Ники. — Ты даже прибивать его не стал? Ян Чонвон, впечатляет! — удивился Сонхун, показывая большие пальцы вверх. — Исправляемся потихоньку. — пожав плечами, сказал младший. — Я в шоке! — выйдя из кабинета, выпучил глаза Ники. — Я в ахуе! — сердце Сону больше не билось так сильно, но это было неожиданно. — Первый раз мой парень не был подвержен опасности. Это надо отметить! — победно подняв руку вверх, воскликнул Ники. Это стало маленькой победой для них обоих.

•••

Солнце садилось, а Чонвон продолжал кусать губы и думать о завтрашнем собрании. Завтра они планировали начать тренировки и направиться на северную сторону. Завтра он должен пойти в тот лес, в который он просто не мог не пойти, так как будто кто-то залез в его сознание и тихо говорит: «У тебя нет другого выхода, иначе пострадает кто-то другой...» . Он помнил об этом весь день, вспомнит ли утром?

•••

Утро. Уже утро. Уже утро? Чонвон открыл глаза, когда в комнате, кроме его самого, никого не оказалось. Либо кто-то встал рано, что ну очень удивительно, либо он опять проспал. Второй вариант более правдоподобный. — Ян Чонвон, харэ дрыхнуть! — послышался крик с первого этажа. Определённо, он проспал. — Сегодня ты опять включил Спящую принцессу? — поинтересовался Сонхун, выглядывая из-за двери. — Свали в туман. — махнул рукой младший, протирая сонные глаза. — У тебя гнездо на голове. Ты реально нас не слышал? — Сонхун пришёл к выводу, что он проснулся только после крика Хисына. — Вы слишком громкие, чтобы вас не услышать. Я просто вас игнорил, пока что не услышал то, что мне, видимо, Хисын-хён выкрикнул. Он сегодня не в духе? — злого Ли Хисына боялись даже чеченцы. — Нет, просто ты слишком долго спишь. — всё также стоя около двери, ответил старший. Чонвон понимающе закивал головой и, наконец, встал с кровати. Хисын ведь простит его? Он тяжело вздохнул и спустился вниз с Сонхуном. — Я вчера было подумал, что ты стал исправляться, но, Чонвон, даже Джей-хён так долго не спит, — Сону показал на Чонсона, который обычно спит везде и, почти, всегда. Тот человек, который может спать даже в шумном клубе, сегодня встал раньше обычного. — Ну, в самом деле. — согласился Джей. Чонвон осуждающе покачал головой. Это чё получается, все сегодня объединились против него?

•••

Чонвон завершил собрание тем, что порадовал всех предстоящим походом на северную сторону. В ту сторону, куда он собирался идти. Все разошлись, а Чонвон колебался, но совесть внутри кричала уже громче. Поэтому он вышел из оранжевого дома, вдохнув свежий воздух. Сегодня солнечно. Ян немного отошёл от дома, оглянулся и решительно пошёл в сторону фиолетового леса. Лес становился гуще, но ничего так и не произошло. Единственное, что он слышал — это собственное сердцебиение. Как вдруг вдали послышался гулкий звук, больше похожий на запуск какой-то компьютерной игры. В то же время за спиной послышался звук, который он не хотел слышать больше всего, звук, который он слышал во сне. Крик. Тот самый крик. Ну зачем он пошёл за ним? Чонвон не хотел, чтобы кто-то, помимо его самого, был вмешан в это. Он даже не знает, как это называть. Сонхун после собрания пошёл в свой кабинет, как он обычно и делал. Он зашёл, но там Чонвона ещё не было, но ведь он обычно, да вообще всегда его опережает. Он вздохнул. Ну мало ли, может сегодня он не придёт. Но. Сонхун посмотрел в окно, которое открывало вид как-раз на выход из дома. На северную сторону. Посмотрел как-раз в тот момент, когда Чонвон обернулся назад, а потом, с тяжёлым вздохом, пошёл в сторону леса. Мозг даже не успел среагировать, как сам Пак понёсся вниз. Ребята уже разошлись по комнатам, так что его никто не увидел. Но как так получилось, что вот буквально секунду назад он был в зоне видимости, а сейчас... Сейчас его вообще не видно. Как? Сонхун шёл, постепенно переходя на бег, но так никого и не увидел. Лишь только в один миг раздался приглушённый звук, больше похожий на запуск игры. Как раз в этот момент он увидел Чонвона. Чонвон шёл на звук, который прозвучал ещё не один раз, но крики позади становились только громче. Он перешёл на бег, сожалея о том, что ничего не рассказал Сонхуну, но так будет лучше для всех. Так он будет чувствовать себя лучше. — Чонвон! Чонвон, не иди туда, это очень опасно! — кричал позади Пак, который бежал изо всех сил. Младший ускорился. Нельзя было допустить, чтобы тот его остановил. Нельзя. Фиолетовое сияние было совсем близко. Чонвон успокаивал сам себя мыслями о том, что для него скоро всё закончится. Да, даже если он и забудет, но можно же просто заново познакомиться. Ники и Сону всё так же будут в его памяти, так что есть люди, которым он будет доверять на все сто, после потери памяти. Чонвон подбежал к фиолетовому магическому камню, который в реальности казался ещё прекраснее, чем во сне. Он слишком сильно пленил своей красотой, именно это и бесило Чонвона. Он поднял руку, чтобы коснуться, как вдруг услышал ещё одну фразу из сна. — Чонвон! Чонвон, прошу, не делай этого, отойди от него! — сон и правда был очень реалистичен, что эмоции Сонхуна тоже совпадали. Крики перешли на истерику, он пытался сдерживаться, но слёзы сами катились по щекам. Ян опустил голову. Рука осталась висеть в воздухе. Сонхун был уже близко. — Прости. — всё, что сказал Чонвон, грустно улыбнувшись со слезами на глазах, перед тем, как прикоснуться к магическому кристаллу. Он не успел. Он был близко, но недостаточно. Сонхун схватил его за плечи, но даже оттянуть не получалось. — Прости меня, если сможешь... — последнее, что тихо сказал Чонвон перед тем, как потерять сознание. Сонхун поймал того на руки, быстро укладывая себе на колени верхнюю часть тела. — Чонвон! Я знаю, ты слышишь меня. — но он не слышал, — Пожалуйста, проснись! — но он не просыпался, — Ты должен был мне всё рассказать. Почему... Почему ты так поступил? — сжимая чужую джинсовку на предплечье, говорил уже сам себе старший, не переставая плакать, — Я люблю тебя, слышишь? Люблю...