Восьмое измерение.

Пройдёт время, и ты обязательно поймёшь, что это всё не просто так. Ты поймёшь, что этот мир может быть несправедливым, но и наоборот одновременно. Просто знай, что всё не напрасно. Время, люди, обстоятельства, решения и будущее — всё это меняется. Как только ты это поймёшь, всё вокруг тебя станет совершенно другим. Что-то обретёт смысл, что-то потеряет его без возможности восстановления. Ты что-то потеряешь, что-то приобретёшь. Самое главное, что во всём этом ты должен, ты обязан найти утешение. Смысл есть только в тех вещах, где он необходим. Настоящая любовь бывает только взаимная. Понимающих друзей может быть больше двух. Время, проведённое с нужными тебе людьми никогда не будет потрачено зря. Если ты нуждаешься в помощи, то тебе её окажут. Не сомневайся в себе, ведь это иногда опасно. И даже если в сказанных ранее слов есть смысл, ты его найдёшь. Ведь он есть.

•••

Чонвон сидел на большом камне, находящемся на заднем поле для тренировки. Не сказать, что он ждал кого-то, ничего не делая (нет, он ждал Сонхуна). С самого утра он был слишком рассеянным. Всё вокруг него словно не хотело идти с ним на контакт, падая каждый раз из рук. С самого утра всё пошло наперекосяк. Утром, проснувшись, он больно упал с кровати. На завтраке он разбил кружку, разлив утренний кофе на пол. В библиотеке, где были Сону и Ники, его чуть не придавило шкафом с книгами заклинаний. Помогая Сонхуну в мед. кабинете, он разбил колбу (хорошо, что пустую). Он правда не мог понять, что с ним не так. Но вдруг вспомнил слова, услышанные ночью. Этой ночью Чонвону не снилось ничего из разряда «кошмары». Вот только где найти утешение во всех сегодняшних наделанных им делах, если всё происходит в один и тот же день? Где в этом смысл? И, как и говорилось, он должен его найти. Должен найти утешение, когда с самого утра в нём проснулся неуклюжий Ян Чонвон? Видимо, те люди или не люди, отвечающие за сновидения людей накидались прошлой ночью и перепутали сны, ведь это первый раз , когда ему приснилось что-то, кроме кошмаров. Он должен радоваться, верно? Ведь он смог выспаться, хоть и упал при пробуждении с кровати, но всё к лучшему. И в момент, когда Чонвон начал поиски утешения, оно само к нему пришло. — Привет, — он почувствовал тёплые ладони на своей талии, пробравшиеся пол футболку, оглаживающие бока. Тихий шёпот, будто их мог кто-то услышать. — Ждал меня? — Хён, что со мной не так? — словно бросив решать трудную задачу по математике на середине её выполнения, спросил Вон, опуская голову. — Хэй, я же тебе уже говорил. Мы вернёмся домой целыми и невредимыми, обещаю, — Сонхун сел рядом с ним на камень, обнимая за плечи. — Да нет, я не об этом. Я с самого утра такой криворукий. Что со мной не так? — он потряс своими руками, будто бесполезной частью своего тела. — Твои руки очень даже ровные. А то, что у тебя из них всё валится, так это всё... Ну, это потому что я сегодня у тебя перед глазами вечно. Знаешь ведь, я сногсшибательный, — убедительно покачал головой Пак, что от части было правдой. — Ещё и этот сон непонятный. Что сегодня за день такой? — проигнорировав очередной флирт, ныл младший, без сил уронив голову на плечо старшего. — Что? — Говорю, что за день сегодня такой? — Да нет, перед этим, — он слышал, но не был уверен в смысле данных слов. — Да сон сегодня приснился странный. Знаешь ведь, что у меня каждый день кошмары? — последовал утвердительный кивок. — Так вот сегодня его не было. Не было голосов, переманивающих на их сторону. Не было фиолетового камня ну или того места, где я потерял память. Был лишь голос, объясняющий, что во всём нужно искать утешение. — Очень хороший сон. Если я твоему нытью ничем не помогу, может хоть кого-то ты послушаешь? — хмыкнул Пак, получив тычок в бок. — Мне говорили очень серьёзные вещи, вообще-то. Про смысл, справедливость в мире. Про... ээ... Время, сомнения и опасность. Вот. — Опасность? Какая опасность? Снова будущее заглядывало к тебе? Что-то он зачастил. Не будущее? Ну так а что за опасность? Ну скажи. Ну что ты молчишь? Ответь мне, и я отстану, возможно. — протараторил на одном дыхании Сонхун, повертев головой в процессе. — Давай по-новой, только в три раза медленнее, — потряс головой Чонвон, пытаясь понять хоть что-то из его сказанных слов. — Что за опасность? Выкладывай! — Да не знаю я. Сон сам по себе странный. Но слова можно считать мудрыми. Как он и сказал: «Не сомневайся в себе, ведь это иногда опасно», — кивнул он головой, понизив голос для вида. — В этом есть смысл. Это связано не только с этим миром, но и вообще со всем. Относится это ко всем людям, ведь опасность бывает разная, — сказал Пак, спрыгивая с камня. — Ты прав. Лично для меня самое опасное место — вода. Да, может показаться, что это именно огонь, но от него можно избавиться, а вот вода... Даже лёд опасный, я как-то чуть не подавился кубиком льда, — покачивая ногами, пожаловался тот. — Бедняжка, — по-доброму усмехнулся Хун, погладив его по коленке. — Так что да, лёд — зло! — грозно заявил Ян. Сонхун улыбнулся, пытаясь запечатлеть этот момент в своей памяти. Такой милый, словно ребёнок, который жалуется взрослому на что-то. — Хочешь, я научу тебя кататься на коньках, когда вернёмся обратно? — спросил Сонхун, оперевшись спиной о камень, на котором сидел Чонвон. — Откуда ты знаешь, что я не умею кататься на них? — удивился тот, спрыгивая с камня и присев рядом. — Ты мне как-то говорил об этом. В тот день, когда мы рассказывали друг другу про свою жизнь в нашем мире. Возможно, ты этого ещё не вспомнил, — пояснил Пак, положив голову на чужие колени. — А ты хорошо катаешься? — младший положил свои руки на его голову, расчёсывая волосы пальцами. — Ну, вообще-то, это моя специальность. Фигурное катание, — усмехнулся Хун, подмигнув младшему. — О-о-о, классно. Наверное, ты очень хорошо катаешься. Очень хочу посмотреть на это, — улыбнулся Ян, потрепав того по голове. — Уверяю тебя. Я — прирождённый фигурист. Буду ещё автографы раздавать, вот увидишь, — протянув руку вверх к еги лицу, он прошептал: — Не переживай, ты получишь его первым. — Я польщён, Господин фигурист Пак. Для меня такая честь получить Ваш автограф, да ещё и без очереди. Я правда Вас не достоин, — наигранно говорил Чонвон, закрывая глаза под поглаживанием по щеке. — Ты достоин большего в этой жизни, Чонвони. Это весь мир тебя не достоин, — внезапно ущипнув того за щёку, сказал он. — Ай, больно! — воскликнул младший, потирая ладонью больное место. — Такие речи толкаешь, при этом ещё и дерёшься. Ты невыносим! — Ну, не преувеличивай. Я же совсем легонько ущипнул, — но наморщенное лицо не сгладилось, поэтому Сонхун приподнялся на локтях, убирая его руку от щеки, чтобы чмокнуть в неё. — Ну прости. — Это было слишком быстро... Давай ещё раз, — воодушевился тот, немного вытянув лицо и прикрыв глаза. Старший без слов повторил то же самое. Но Чонвону нужно было совсем не это. — Ну-у-у, не так! — не открывая глаза, он вытянул губы. Сонхун усмехнулся, оглядываясь вокруг на наличие какого-нибудь Ким Сону, которому вдруг, ну вдруг приспичит очень срочно увидеться с кем-то из них. Убедившись в том, что они здесь одни на данный момент, он притянул Чонвона ладонями за щёки, остановившись в сантиметре от губ. Воспоминания им не нужны. Чонвон двинулся вперёд, чтобы этого избежать. Через пару мгновений младший уже сидел на его коленях. Руки старшего притягивали его за талию, сжимая ткань тёмной безрукавки. Становилось жарче, ещё не считая того, что погода была сегодня теплее, чем обычно. Сегодня было и правда жарче, чем обычно. На моменте, когда руки Сонхуна оказались под его футболкой, готовые снять слегка намокшую ткань от пота, с другой стороны камня послышался голос. — Чонвон-а-а-а! Сонхун-хён! — кричал Сону, высматривая этих двоих, которых вечно нужно было искать. — Дело срочное! Так что если вы сейчас не вылезете, то Хисын-хён... Сону замер, снова оказавшись в этой ситуации. Он сам не понимал, как так всегда происходит. Почему это всегда должен быть именно он? С одной стороны было прикольно осознавать тот факт, что оба вмиг смущались, было так же прикольно понаблюдать за тем, как они будут выкручиваться. С другой, Чонвон записал его в «Тетрадь смерти» и до сих пор не вычеркнул... — А... Эм... Там, короче, Хисын-хён зовёт. Но это правда срочно, отвечаю, — он выглядел слишком очевидно, как человек, боявшийся даже одного прожигающего взгляда Чонвона. Бедный Сонхун, каждый раз думает он, увидев в тех глазах хоть малейшую ярость. Ким развернулся, быстро убежав туда, откуда пришёл, пока что в него не прилетело камнем. Страшно. — Вот как он это делает? Вот опять он, ну вот как так-то? — возмущался Сонхун, не выпуская талию из рук. — Можем обсудить это позже. Нас же хён зовёт, да? Думаю, это и правда срочно, нужно поторопиться. Чонвон встал с колен, немного размялся, ноги затекли. Поправив безрукавку и волосы, он подал руку старшему, помогая подняться. — Что там может быть срочного? У нас сейчас затишье... — озадаченно поговорил он, приглаживая волосы назад. —Не знаю. Мы в конце концов ждём «Беззвёздное» полнолуние. У него и вправду что-то срочное, так что давай поторопимся? — младший взял тёплую ладонь в свою, зашагав в сторону дома. Это место стало таким родным, словно правда являлся домом, но на самом деле они временные жильцы. И факт того, что здесь им известна была каждая веточка остаётся фактом. Привыкнув к этому миру, можно легко забыть родной. В кабинете Хисына висела большая карта ночного неба, которую понять ни Чонвон ни Сонхун по приходу не смогли. Они бесшумно зашли, поэтому сидящий за столом Хисын, чертящий что-то на бумаге и Ники, всматриваюшийся в карту, не заметили их. Хисын поднял голову и встретился взглядом с Сонхуном. — Ух-ты Господи! — чертыхнулся Ли, чуть не упав со стула, в последний момент схватившись за край стола. — Ну не Господи, конечно, но да, я, — хихикнул тот, скрестив руки на груди. — Ты нас звал? — Ох, точно! Мы наконец сумели прочесть карту созвездий! — спохватился старший, проталкивая удивлённых друзей к карте. —Ники-сан, покажи им тут всё, — он вернулся к столу, беззаботно продолжая чертить что-то. — Ребята, вы здесь, — спокойно сказал младший, на самом деле скрывая огромный взрыв мозга внутри себя. — Мы очень вовремя с хёном спохватились определением точной даты «Беззвёздного» полнолуния. И-и-и-и... Мы с Сону изучили карту, обозначая точные числа прошлого месяца. Нам удалось определить точную дату следующего, то есть этого... — Слушай, прости, конечно, но ты можешь просто прямо нам сказать, когда оно? Неужели нельзя просто назвать дату? — не выдержал Хун, приостанавливая его на очередном предложении. — Следующей ночью, — спокойно ответил он, разводя руками. — Что?! Серьёзно?! — в унисон воскликнули те, неверяше смотря то на него, то на карту. Вот он, тот самый взрыв мозга. — Прикиньте, да! Мы уходим на этой неделе! — вскрикнул Хисын, буквально вскакивая с места, подпрыгивая к удивлённым друзьям. — Следующей следующей ночью? — до сих пор не верив своим ушам, переспросил Чонвон. — Да, Чонвон-а. Не этой, конечно, но следующей это точно. Ровно в промежутке между полночью и тремя часами ночи будет видна полная луна, а все звёзды исчезнут с неба. Луна соберёт всю энергию звёзд, именно поэтому её свечение придаёт огромную силу. В вашем случае она целиком и полностью очистит разум Чонвона от лишних так сказать тараканов! — пояснил Хисын, взяв тех за руки и начиная прыгать по кругу от счастья. — Так а что всё-таки срочного случилось? — в проходе появилась заинтересованная макушка Сону. Он посмотрел на Ники с вопросом в глазах, зная, что только он его заметил. — Завтра «Беззвёздное» полнолуние! — прокричал тот, подзывая к ним в их круг радости. — О, правда?! — удивлённо улыбнулся тот, подпрыгивая к остальным. Его визит к Сонхуну и Чонвону стоял этого. — Что за кипишь? — появились Джей и Джейк в проходе этого же кабинета, с интересом смотря на ликующих друзей. Такое редко случается, нет, такого вообще не было, думал было Джей. Ещё ни разу не случалось так, чтобы он становился в курсе чего-то последним. Бред какой-то! — «Беззвёздное» полнолуние следующей ночью! — казалось, это было слышно не только в их лесу, но и в трёх соседних. Хором воскликнув, они приняли таких же счастливых Джея и Джейка в их круг, продолжая прыгать без остановки. Настолько они были счастливы. Это нельзя было сравнить с первой их победой на Южной стороне. Нельзя было сравнить с их последующими победами. В этот момент им было весело. Они просто были счастливы за Чонвона. В то время, когда он потерял память, подавлены были все, пытаясь максимально это скрыть. Чонвону было грустно видеть их такими. В то время, когда он начинал вспоминать что-то, все были счастливы. В то время, когда его преследовал таинственный голос, угрожающий всем, чем только можно, все переживали, но продолжали поддерживать его и подбадривать. Это происходит и сейчас. Времена были разные, эмоции были разные, но человек, вызывающий их — один. Самый ценный человек. Не просто часть команды, а уже часть семьи. Самая важная её часть. Настолько все им дорожили. В этом мире встретились совершенно незнакомые люди, у каждого собственный путь, свои мечты и стремления. Теперь у них всех общий путь. Они его преодолеют, даже если в самом конце придётся прощаться. Сейчас они просто счастливы. Такой незнакомый им всем человек, который шёл свои путём, однажды попал в такой мир, как этот. В итоге стал самым дорогим человек. Очаровательная улыбка, которая всегда может заменить любые слова. Это его особый дар — продолжать радовать других людей, оставаться таким простым человеком, но при этом таким особенным и ценным. Чонвону каждый из них так благодарен. В этот момент, когда они все вместе улыбались, искренне радуясь за Чонвона, все они думали об этом. Мысленно улыбались этим мыслям. Настолько он стал им дорог. — Как себя чувствуешь? Сейчас в твоей голове нет этого придурка? — спросил Ли, когда они уже сидели в гостиной. Кто на диване, кто на полу, но по-прежнему в кругу. — Да его и с самого начала там не было, только его голос. Но да, со вчерашнего вечера он отсутствует. Спасибо за беспокойство, — Чонвон улыбнулся. Он правда ценит даже малейшую заботу о нём. Он благодарен им всем за это. — Да ладно тебе. Не смей даже думать, что не заслуживаешь этого. Сейчас мы все связаны единой судьбой, а значит до самого конца должны держаться вместе. Мы теперь одна семья, — сказал Джейк, который сам от себя такого не ожидал. — А значит ли это, что завтра тренировки... отменяются? — несмело спросил Рики, больше всех желавший получить день отдыха и свободы. Даже если надо сменить тему. — Ага, щас, конечно. Размечтался, — фыркнул Ян, закатывая глаза. Но как только увидел слегка потухший вид не только младшего, но и остальных, хлопнул в ладони. — Ой, да пошутил я. Будет вам выходной, лодыри. — Спасибо, мама! — внезапно ответил на это Чонсон, вызвав затишье на пару секунд. — Спасибо, мама! — поддержали его остальные, поклонившись несколько раз в знак благодарности. Чонвон хмыкнул. — Мама всея Enhypen! — продолжил Хисын. — Лучший лидер! — сказал Сону. — Я же могу и передумать, — оглядывая всех спокойным взглядом, поджал он губы. — Всё всё всё, ребята. Это и правда было лишним, — захихикал Сонхун, отрицательно помахав руками и одними губами произнося «придурки». — Уже темнеет. Отдохните хорошенько, — помахав на прощанье, Чонвон встал с дивана, направляясь к лестнице. — Спокойно ночи! — воскликнули все, кроме Сонхуна, встав с места и низко поклонившись. — Ну вы ребята даёте, — усмехнулся Пак, покачав головой, уходя следом. — А что мы сделали? — развёл руками Сону, непонимающе смотря на уходящего Хуна. — Не обращай внимание. У них свои приколы. Или у нас, — пожал плечами Ли, проходя на кухню за стаканом воды. Когда-нибудь они перестанут бояться Чонвона.

•••

Чонвону сегодня было так весело. Сейчас он счастлив, что даже забыл про своё ужасное утро. А какое это имеет значение теперь? Полнолуние завтра, после этого он больше не будет выслушивать угрозы каждый божий день. Сонхун вернулся в комнату через некоторое время, мягко обнимая со спины. Сегодня никто не упадёт с кровати. — Задушишь, хён, — прохрипел Ян, схватившись за его руки на своей талии. — Обещаю, этой ночью никто не упадёт. Вообще не понимаю, как ты так упал. Кровать большая, ты лежал буквально на середине, — задумчиво говорил он, поглаживая его живот. — Упал так же, как ты вчера во время тренировки запнулся об ветку. Вообще не понимаю, как ты так её не заметил, она же просто огромная была, — передразнил его младший, хихикнув под нос. — Сложно смотреть куда-то ещё, когда ты рядом, — прошептал тот над ухом, нависнув сверху. Руки исчезли с талии, оказавшись по обе стороны от его головы. — Уверен, в этот раз Сону-хён нас не побеспокоит. Я поговорил с Ники, он обещает задерживать его около себя хоть на немного. Неугомонный... — не успел он договорить, как почувствовал на своих губах губы Сонхуна, разум из-за которых отказывался думать. Он ждал всё, что угодно. Воспоминание он ждал, если точнее. Ну, фактически, это они и были, но... Только сейчас, когда он мысленно пробежался по сегодняшнему дню, он вдруг вспомнил, что сегодняшний разговор с Сонхуном был в одной из картинок будущего. Будущее начинает сбываться. Слово в слово, эмоции и место, всё точно такое же. Он даже не осознавал, что сам воссоздал точную копию своего будущего. Ведь это оно и есть. Будущее неизбежно. До полнолуния двадцать шесть часов.