Реликвия далёкого прошлого

Тарталья расслабленно сидел за столом и кушал вкуснейшие пирожки с капустой, приготовленные его матушкой. Сегодня он поставил себе цель вдоволь поесть знакомой ему еды и повеселиться с младшими братьями и сестрой перед своей очередной долгой миссией. Он не знал, сколько будет отсутствовать дома, но ему казалось, что очень долго. Чёткого объяснения не было, только лишь это расплывчатое «от месяца до года». И как это надо было понимать? Нет, он конечно знал, что его коллеги делают всё для того, чтобы спровадить Тарталью на подольше и на подальше от Снежной, но чтобы так неопределённо! Они же могли просто сказать на год, на два, да на те же три, чёрт побери! Это бы он ещё понял и принял, но вот такой неопределенный расклад событий ему не нравился. Выслеживать целый год… Да кто он такой, этот Гео Архонт, чтобы его так долго нужно было искать? И ведь уже всем было известно, что скоро состоится церемония сошествия, тогда-то он, этот архонт, и появится. И как только Чайльд увидит его, дело будет уже в кармане, будет легче его вычислить и… — Братик! Ну хватит уже, ты всё съешь, оставь мне немного! — начал хныкать рядом Тевкр. — А, ох, извини, — улыбнулся Чайльд и протянул ему пирожок, который должен был отправится в рот и быть поглощен. На это младший засверкал глазами и тут же принялся есть свежий, только приготовленный и оттого тёпленький, пирожок. Опять он задумался над работой, а ведь говорил себе, что сегодня он ещё денёк отдохнёт в семейном кругу и только затем возьмётся за все свои дела. Нет, так не пойдёт. Ему действительно нужно развеяться. — Тевкр, не доставай своего брата, он устал! Я ещё приготовлю пирожков, какие ты хочешь? — зашла на кухню матушка и подошла к младшему. Он тут же надул свои маленькие щёчки, но потом снова просиял: — Я хочу с мясом! Ещё Тоня говорила, что хочет с картошкой. Матушка кивнула и потрепала Тевкра по его рыжей макушке. Затем она глянула на отдыхающего старшего сына и его тоже потрепала по волосам, сказав: — Можешь доедать. Сейчас ещё партия будет, — указала она взглядом на пару пирожков, оставшихся на тарелке, — И иди поиграй с детьми, пока время ещё есть, я тут сама разберусь. Чайльд с благодарностью кивнул своей матушке и, прихватив с собой пирожок с капустой, пошёл в гостиную, куда уже успел убежать Тевкр с последним пирожком с тарелки. Когда он зашел в комнату, то увидел младших, занимающимися своими делами. Тевкр сидел на ковре среди подушек и играл с одноглазиком, недавно принесённым ему Тартальей от Дотторе, неудачный макет новой версии роботов. Антон сидел у камина и что-то читал. Чайльд удивленно покосился на него, ведь не так часто заметишь, что он взял в руки что-то помимо молотка или топора и вообще, всегда удивительно видеть, как он сидит дома, а не помогает отцу с домашним хозяйством. А Тоня расположилась у небольшого столика и выводила своим каллиграфическим почерком новое письмо, наверное, своему возлюбленному из города. Младшие не заметили Чайльда и тот, воспользовавшись этим моментом, тихонько подошёл к сестре, чтобы подглядеть, что она пишет: «Дорогой Максим, я так по тебе скучаю. Жду не дождусь, когда уже смогу поехать к тебе в город вместе отцом и Антоном. Знаешь, я очень хочу…» — начал он читать вполголоса над ухом Тони. Та дёрнулась и, взвизгнув, закрыла руками письмо: — Аякс! Не читай! Девочка нахмурилась, её челка слетела ей на глаза. Она дунула в сторону волос, чтобы те залетели обратно наверх, но пряди были слишком тяжёлые для того, чтобы подняться от такой манипуляции, поэтому остались свисать на лице.Когда она наконец-то уже руками заправила непослушные прядки за ухо, стало видно, как та покраснела. То ли от негодования, то ли от смущения. — Ахаха, ты такая милая! Тоня, извини, я не смог удержаться от прочтения твоего любовного письма к Мак… — Молчи! Больше ничего не говори! — перебила его Тоня, ещё больше рассердившись. Она перевернула листок пустой стороной вверх, чтобы брат точно больше ничего не увидел. — К кому, к кому? Неужели к Максиму? Тебе что, дураки нравятся, сестра? — начал посмеиваться Антон, до этого ни на что не реагировавший. — И ты тоже молчи, дурак! Ты ничем не лучше него! Или думаешь, что, читая детские сказки, стал умнее?! Всё, я пошла к себе в комнату! — она угрожающе посмотрела на всех, кроме Тевкра, который уже минуту не понимал, почему сестра так обиделась. Антон слегка смутился и отложил книгу подальше от себя. — Ну-ну. Извини меня ещё раз, — не переставал улыбаться, сказал Чайльд. Он потрепал девочку по бледно-рыжим волосам и достал из-за пазухи новенький, блестящий роман, — Это для тебя, прямо из Инадзумы! Надеюсь, ты меня простишь, сестрёнка, — подмигнул он ей и подошёл к Тевкру. — А это тебе. Самые лучшие игрушки из Инадзумы, как мне передал один… Один единственный и неповторимый мастер игр. Теперь, Тарталья достал из карманов двух жуков. Они были почти с его собственную ладонь, их головы украшали рога, похожие на вилку с двумя зубчиками и оба были фиолетовые с белым рисунком на спинках. Младший завороженно смотрел на них пару секунд, а затем, его выражение лица начало меняться на недопонимание. Он взял в руки одного жука и начал его вертеть и осматривать со всех сторон. Тот шевелил лапками, пытаясь выбраться, но Тевкр был неумолим и даже нажал на его мягкое пузико. — Но, братик, это же… Жуки. Таких я и тут, в лесу, могу найти, если постараться, даже ещё больше. Тарталья сел рядом с братом и похлопал по полу, указывая, чтобы тот тоже сел. Пододвинул к ним подушку побольше и поровней, взял обоих насекомых и поставил их друг напротив друга. Жучки начали двигаться друг на друга и врезались рогами. Всё это было похоже на бой двух борцов в ринге, только тут они атаковали рогами. — Это не простые жуки, это оникабуто, и обычно они мирные, никого не трогают, но некоторые люди устраивают бои на этих жуках. Говорят, это одно из самых интересных развлечений там, помимо праздников, ярмарок и фейерверков. Младший выслушал Тарталью и теперь начал активно подбадривать своего «бойца», которого назвал Рогастик. Старший тоже не отставал и тоже активно подбадривал своего «бойца», которого в свою очередь назвал Уничтожитель. Когда бой закончился, а Аякс проиграл, в комнату зашла матушка с огромной тарелкой пирожков. — Ну, детвора, налетайте, с пылу с жару! Она поставила блюдо в центр стола, и детвора тут же побежала хватать по несколько пирожков в одни руки. Казалось, они изголодались так, будто пару дней не ели, но если вспомнить, как недавно Тевкр уплёл пол тарелки пирожков, а Тарталья доел остальную половину… Нет, они точно были сытые, но лишними пирожки никогда не бывают. Чайльд схватил один из пирожков и пошёл на улицу. Ему нужно было освежиться и взбодриться. Прохладный воздух и правда помог ему взбодриться. На улице сейчас была зима. Блестящие снежинки кружили в воздухе и мягко оседали на лёгких сугробах, ещё не успевших стать твёрдыми как камень. Тоня любила называть это «снежинкопадом», а не снегопадом, она говорила, что снегопад слишком тяжелое слово для лёгких снежинок, поэтому слово, называющее это погодное поведение, определенно должно было отличаться. Она всегда была такой романтичной, сколько Тарталья её помнил, а помнил он её с рождения, но это ничего, что она ещё не приобрела взрослого реализма, в конце концов, ей ещё было всего 14 лет. Посмотрев вдаль, в сторону моря, он вспомнил, что уже завтра должен отправиться в Ли Юэ. Он уже собрался, для такого тёплого климата как там, много вещей и не требовалось. Тем более, что едет он в город, можно будет и купить что-нибудь, если понадобится. Расслабленно плетясь вдоль забора, он вдруг услышал шаги позади себя. Это был Тевкр. Он наспех накинул на себя куртку и даже забыл про шапку. Мальчишка бежал к Аяксу и что-то нёс в своих ладошках. Тарталья развернулся и поймал того в объятия, закружив в воздухе: — Эй, ты чего без шапки, простыть вздумал? Он поспешно снял с себя тёплый шарф и начал закутывать младшего в него вместо шапки. Тот недовольно проворчал, но мешать не стал. — Ты уже уходишь, братик, так скоро? — задал вопрос Тевкр, блеснув своими большими голубыми глазками, в которых отразился свет луны. Казалось, что он вот-вот заплачет. — Ну-ну, не плачь. Я собираюсь уехать завтра, сегодня ещё останусь тут, чтобы рассказать вам истории из путешествий на ночь. Белозубая улыбка была искренняя. Только с родными Тарталья так улыбался. Даже как-то непривычно стало, он так долго не говорил с кем-то по-настоящему искренне, что почти забыл, как это вообще делается. Он редко бывает дома, поэтому младшие всегда пытаются его уговорить остаться на подольше. Тевкр опустил взгляд и начал крутить в руках какую-то вещицу. Аякс не стал того торопить, а только присел на корточки и заглянул тому в лицо. — Не стоит переживать. Ты же знаешь, какой твой старший брат сильный и как он всегда блестяще справляется со всеми проблемами! Так что выше нос, капитан отряда одноглазиков! — он весело рассмеялся и приобнял мальчика за плечи, — Тевкр, я обещаю тебе, что вернусь как можно скорее, со мной всё будет в порядке. И кстати, что бы ты хотел, чтобы я привёз из Ли Юэ? Может, какие-нибудь местные сладости или… Я слышал, что там есть воздушные змеи! Представляешь? Такие летающие цветные куски бумаги на ниточке, говорят, это очень весело, особенно когда ветер сильный, они так высоко летают! Только не думаю, что в снегопад они будут летать… — Привези всего! Сладостей побольше, — слегка просиял мальчик. Он зажмурился, а потом глубоко вздохнул, — Знаешь, я неделю назад ходил в лес… Один. Только не говори маме, пожалуйста. Чайльд вздрогнул. Один ходил в лес?! А если бы он потерялся, он же ещё совсем маленький! Если бы он так же, как и Аякс в прошлом, пропал бы… В этом тёмном лесу, совсем один и без какой-либо тёплой одежды, весь в крови и ранах, с ржавым куском металла в руках, изголодавшийся и до чёртиков напуганный маленький мальчик… Именно таким нашли Аякса мать и сестра когда он всё-таки смог вернуться обратно из бездны. Отмахнувшись от жутких воспоминаний и посмотрев на целого и невредимого Тевкра, Аякс вздохнул, но не стал ничего ему высказывать. Возможно, его мысли можно было проследить по его лицу, потому что младший спрятался носом в куртку и его почти было не видно из-за окутывающего его голову шарфа. — В общем… Я долго бродил и нашёл там вот это, — он раскрыл ладошки и на них показалась странная небольшая вещичка. Она была похожа на чью-то потерянную брошку. Была она в форме вытянутой четырёхконечной звезды заключённой в круг и отливала медным цветом, — Не знаю, что это, но мне захотелось отдать это тебе. Тоня, сказала, что ей это не надо, а Антон точно такое не возьмёт. Мне показалось, что если я дам тебе какую-нибудь вещь, то это будет нас связывать и ты точно вернёшься, и… На глаза Тевкра навернулись слёзы и Аякс снова обнял его. Поднявшись на ноги, он успокаивающе погладил его по голове: — Глупый маленький братик. Не важно, куда я попаду, даже если это сама бездна… Я же всегда возвращаюсь. Он взял у младшего брошку и положил во внутренний карман своего пиджака. Если Тевкру так будет спокойней, он возьмёт эту безделушку и будет таскать её везде с собой. А затем Чайльд поднял мальчика на руки и понёс его в тёплый дом.