Шаг до любви и смерти

Девушки услышали что сказал Осаму, тут же отдалились от него, но скорее от Дзено. Кто захочет быть терпилой в этот момент? Дзено ударил одну лишь даму, которая главенствовала в этом гареме. Дзено не имел к таким жалости, к тому же главное разрешение он уже получил. Девушка получила ногой по лицу, из ее носа пошла кровь и она упала со своего прекрасного стула с драгоценными камнями. Она тут же завизжала, но кого это заволнует? — ОСАМУ! ПОЧЕМУ ТЫ ПОЗВОЛЯЕШЬ ЕМУ ТАК ОБРАЩАТЬСЯ СО МНОЙ? РАЗВЕ ТЫ МЕНЯ НЕ ЛЮБИШЬ? — закричала она, но кронпринц лишь нахмурился. — Повтори, как же ты меня назвала? — холодно сказал он подходя к девушке. — Осаму! — повторила та, без капли совести, из-за чего получила ногой по лицу уже от принца. — Для тебя я — Его Величество, ещё раз назовешь меня по имени — со своим папочкой, новеньким йоменомполежишь в нищете, будет очень хорошо тебе, не так ли? Дзено уже заметил, что Осаму не такой уж и озабоченный придурок…хотя нет, лучше сказать «неоднозначная личность», при прохождении Дзено его видел как придурка, которому только и нужно, чтобы в постели одному не оставаться, но он даже своих наложниц бьёт лелея главного героя. Дзено лишь окинул взглядом тело Осаму, но не смотря ему в лицо, а после прошипев на ту наложницу направился на выход, Осаму же за ним. — Любовь моя, ради тебя я даже готов распустить гарем! Но конечно только после нашей свадьбы… — сказал Осаму, но его прервали. — Распусти немедленно, не хочу их не видеть, не знать об их существовании. — Дзено поднял голову и смотрел в глаза Осаму. –…ты можешь их убить, но прямо сейчас я не могу распустить наложниц…любовь моя, давай мы устроим свадьбу на завтрашний же день! Вот тогда я и распущу гарем! — сказал Осаму, даже по его голосу было понятно, что за гарем он не особо отвечал. Дзено понимал, что больше всех его любит Осаму, к тому же процент его любви уже составлял «40%»! Поэтому нужно подпортить с ним отношения и взяться за другого. — Я не хочу чтобы они были во дворце! — прокричал Дзено и быстрым шагом ушел вперёд, Осаму же схватил его за плечо остановив. — Прекращай истерить…любовь моя, ты ведь не такой…не притворяйся рядом со мной…я люблю тебя любым… — А ты прикращай ко мне клеиться! Я никогда тебя не любил и любить не буду! — прокричал Дзено, он посмотрел на проценты над головой Осаму…43%… — Сын герцога Сайгику, Сайгику Дзено, не ведите себя так с наследным принцем, думаешь я не могу тебя так же опустить на пол и ударив удалиться даже об этом не вспоминая? — Круг, в котором были написаны проценты приобрел черно-красный цвет. Осаму снова взял маркиза на руки повернув лицом к себе, хоть по его лицу было понятно, что он зол, но хватка его была весьма нежная. — Не носи меня на руках, другие ещё увидят… — блондин отвернул голову, от чего кронпринц ещё сильнее обозлился и быстрым шагом направился в спальню Сайгику. Там точно его не ждёт чай с тортом. Когда уже они зашли в комнату наложника, шатен весьма грубо кинул маркиза на кровать и надвис сверху и сжимая его запястья. — Ты ведёшь себя, как будто значишь больше меня…давай я тебе покажу твое настоящее применение, Дзено-Фэй! — Осаму был явно в форме…хотя удивительно что Дзено был так слаб, ведь меч он должен уметь держать. Блондин пнул Осаму коленом в живот, тот сжался и отпустил Сайгику, именно поэтому блондину удалось уйти, быть изнасилованным в какой-то новелле и даже не понимая что происходит — не то, чего бы он хотел. Дзено убежал куда-то, он не осмеливался войти ни в одну, но все же дверь в столовую привлекла его внимание, он зашёл туда и закрыл эту дверь, в спешке он и не заметил, есть ли тут кто-то. — Эй! Тетя Хиери ещё должна принести мне пирожные! Не закрывай дверь! — Дзено оборачивается и видит Рампо, он супер-умный сладкоежка, поэтому для него это не удивительно. Дзено открыл дверь и тяжело вздохнул, он сел за стол рядом с Рампо, тот хоть и сильно щурился, да и среди всех братьев у него глаза самые узкие, но заметить грусть он смог. — Не грусти, и тебе попрошу пару шоколадных кексов! — говорит Рампо кладя в рот кусочек торта. — Спасибо…а как ты узнал что я тоже люблю сладкое? — спросил Дзено, на самом деле его это не особо интересовало, просто хотелось о чем-то поговорить. — Да у тебя на лице написано: «Сладости убирают проблемы»! — ответил Рампо и погладил наложника кронпринца по голове. — Правда? Ха-ха, но вы очень быстро видите разные детали, можешь делать предсказания? — спрашивает Сайгику. — Ну…если прямо в ближайшем времени например, то могу! — Ещё один кусочек принц кладёт в рот. — Хм…тогда может что-то между мной и Осаму произойдёт? Прямо таки интересное, или все будет оставаться своим чередом? — Хм… — принц склонился над ухом блондина, — ты ведь его убьешь, ты ещё не знаешь когда отец умрет, но ты уже собираешься им манипулировать при своём-то статусе, да и Осаму тебя не игнорирует, любит, делает все для тебя, а ты таким образом его можешь убить именно из-за огромного доверия его к тебе. Но даже если ты станешь королём, прошу, не меняй слуг во дворце, других таких поваров пирожных не найти! — говорит Рампо, в этот же момент заходит служанка с пирожными и Осаму, с красным лицом, он держит Дзено за запястье и тянет в свои покои, от столовой его комната ближе. Дзено думал над словами Рампо, все же это очень сильное заявление…но Дзено скорее предполагал, что ему придется так поступить, ради власти, а за властью уже и Тетте он получит. Осаму только вошёл в комнату и сразу же прижал Дзено к стене, это забрало его из мира мыслей. — Ты…я слышал, что ты высокомерен, что даже перед императором не станешь кланяться, но что в ты был настолько настойчив в своих просьбах… — Осаму ещё сильнее сжал руки наложника, Дзено уже начал чувствовать, что кровь в руки что-то да и не доходит. — Раз знал, то почему теперь меня же за мой нрав ругаешь? — Дзено снова пнул принца ногой в живот…кружок уже был абсолютно черным, а любовь упала до 25%… «Чего?! Почему настолько сильно у него падает любовь?!» — думает Дзено, время останавливается и выходит системное сообщение. «Не стоит быть чересчур высокомерными и злыми! Если любовь какого-то из персонажей будет 0%, то он вас убьет! Постарайтесь контралировать себя!» …а что же будет с Дзено, если его убьют в этой новелле? Осаму отпустил одну руку блондина и резко ударил его. Сайгику упал на пол закрывая рукой побитый висок. Осаму отпустил и вторую руку Дзено, без жалости и он стал бить маркиза по всем местами которые только попадались под руку, пока из его горла не стали выходить сгустки крови, которые он конечно же выплевывал. Осаму не хотел бы, чтобы в его комнате была кровь, поэтому он ткнул в эту лужу голову Дзено. — Вылизывай, чтобы ни капли кровь здесь не было, иначе тебе не жить. Дзено даже полуживым имеет достоинство, поэтому не выполнял этот приказ. — Вылизывай. Если конечно же ты хочешь жить. — Осаму уже не звучал таким, каким его раньше видел Дзено. Это уже не «я влюбился, он только мой и для него я сделаю все что он захочет», это скорее «я просто хочу игрушку, но он не делает того, чего хочу я, поэтому я могу быть жестоким». Осаму нанес ещё пару ударов по телу маркиза, но вдруг кто-то ворвался в эту комнату. — ОСАМУ! ТЫ МНОГО ЧЕГО ТВОРИЛ, НО НЕ ДО ТАКОЙ ЖЕ СТЕПЕНИ ТЫ БЕЗУМЕН! — Дзено не знает этого голоса, но он такой пугливый, при том что его отчитывают. — Ацуши, зачем ты врываешься в комнату старшего? — спросил Осаму, но уже отпустил наложника. — Я слышал удары! Я думал что в твоей комнате ассасин! Но это ты сам решил побить «любовь всей своей жизни»! Так дела не делаются! Сам вымогал у отца взять его в наложники, а теперь бьешь до полусмерти! Ацуши помог Дзено подняться на ноги и помахал у него перед лицом, чтобы воздух шел в его сторону. — Хей, молодой Сайгику, ты меня слышишь? — Дзено не ответил, после этого Ацуши проверил его, дыхание — есть, пульс немного скачет, но в принципе жив. — На этот раз все считай обошлось без огромных потерь, но в следующий раз уже знай, что он тоже человек и имеет право хоть немного вести себя не так, как хочешь ты! Ацуши не слишком доверял Осаму, но они были сами ближе к друг-другу, поэтому Осаму лишь вздохнул и помог Ацуши перенести наложника в его покои, уложить на кровать, а потом вызвать врача, предварительно раздев до нижнего слоя одежды. Осаму покинул Дзено сразу же, а Ацуши остался рядом, стеречь его состояние и сон. А на новость от служанок о том, что «кронпринц разбушевался и побил главного наложника» в комнату Дзено прибежал Тачихара. Ацуши заботливо держал Дзено за руку, а Тачихара гладил его щеку. — Как думаешь, кто в большей мере тут виноват? Осаму хоть и жесток, но без причин на людей руку не поднимает, тем более на своего любовника… — говорит Ацуши, но ответа они оба знать не особо хотят, с нравом старшего брата они уже смирились давно. На то, что двое братьев пришли сторожить наложника, Рампо решил, что будет хорошим решением присоединиться. — Хм, жестоко его так — говорит рампо смотря на руки и лицо Дзено. — У его на лице ещё кровь была, я ее уже вытер, — говорит Ацуши. — Хм…оба на славу постарались, он решил побегать от брата, да и брат был слишком настойчив, не сообразил, что Дзено может не понравиться такое. — Правда? — спросил Тачихара. — Да, я даже видел как они от друг-друга бегали. — ответил Рампо продолжая жевать шоколад. Вскоре в комнате оставался снова только Ацуши, который тревожно перепроверял состояние маркиза каждую минуту, пока не пришел доктор. Врач осмотрел Дзено, помазал синяки, обработал раны, а после этого сказал, что нужно не меньше двух дней на восстановление сил. Ацуши так и оставался при Дзено, да, это не его наложник, да, их лично ничего не связывает, но Ацуши все равно не хочет, чтобы пострадавший оставался один. Вот такие дела с утра бывают. Под ночь Ацуши уже не мог оставаться при Дзено, поэтому парень остался один. Оставался, когда уже полностью взошла луна через окно залез к наложнику брюнет, ему не позволено приходить во дворец кроме назначенного дня, но услышав новость о том, что маркиз пострадал от рук совственного господина, он вышел сразу же, когда решил безопасным. Лицо сына герцога сияло, Тетте гладил блондина по голове, сел на его постель и держал за руку, он чувствовал лёгкие подрагивания, видимо к холоду он чувствителен. Младший сын императора закрыл окно, рука наложника теперь отдавала тепло мерзлой ладони Суэхиро. Лицо маркиза было ужасно, руки были полностью покрыты синяками, было довольно больно смотреть на это. Брюнет с нежностью коснулся губами тыльной стороны руки блондина, он почувствовал, что Дзено снова дрожит, да, путь довольно длинный, поэтому Тетте точно холодный, по сравнению с Дзено, который лежит под тремя одеялами. — Я обещаю, что если такое случиться при мне — я убью Осаму…так нельзя обращаться к тем, кто младше по статусу… — говорит Тетте, на прощание он оставляет поцелуй на лбу Дзено. Он уходит так же через окно. Утром пришел Ацуши и Тачихара, они проверили жив ли Дзено, оба пытались покормить Дзено кашей, но тому давалось сложно ее есть, поэтому слугам они сказали сделать жидкую кашу, братья напоили блондина чаем из шиповника и ромашки, тот вдруг начал кашлять, Тачихара похлопал ему по спине, чтобы тот откашлялся, Дзено резко открыл глаза. — Младший Сайгику! — произнес Ацуши. — Дзено! — удивился Тачихара и принялся его обнимать, старший же его оттолкнул, как бы «Он ещё слаб, не применяй так много силы». Дзено и проснуться не особо успел, но его положили обратно. — Молодой Сайгику, нужно ли вам что-то? Скоро принесут кашу, а после этого, если ничего не нужно, мы пойдём. — говорит второй сын. Дзено машет головой как бы «Ничего не нужно». Ацуши лишь улыбнулся, слуги принесли кашу и после того, как Дзено ее выпил братья оставили его одного. Рядом с ним остались пару слуг, хотя бы что-то, но всего через пару минут, как братья ушли, эти служанки стали пропихивать в рот наложника что-то, после чего ещё и какую-то жидкость пытались ему споить не боясь выражений, Дзено же пытался как-то этому противиться, но если он должен отдыхать минимум 2 дня, то что он может сделать прямо сейчас? Но резко дверь открылась, зашел сам Осаму, как на зло всему, слуги успели сделать вид, что ничего не делали особенного, но кашель Дзено все же привлек внимание, ну а так же пятна от той жидкости на белой рубашке. Осаму кинул злой взгляд на слуг, а после сжал его руку. — Прости меня за это, просто я был очень зол, может в своих желаниях я был слишком резок… Дзено сжал руками свое горло в попытках выкашлять эту жидкость, Осаму же понял, что что-то тут не чисто. Лишь обойдя одну из слуг он нашел ту самую баночку. Осаму тяжело вздохнул, положил эту жидкость в руки служанки, а сам же с презрением смотрел на то, как Дзено задыхается… «Да что с ним опять…» — пронеслось в мыслях Дзено, прежде чем он снова потерял сознание.